Глава 32. Преступления против порядка управления

Порядок управления - это общественные отношения между органами государственной власти, органами местного самоуправления и гражданами. Все, что посягает на эти отношения, является объектом уголовно-правовой охраны. Начиная с 1926 г. комментируемая глава включала разное количество составов, однако со временем количество их постоянно уменьшалось.

Так, сейчас декриминализированы проживание без прописки, организация или активное участие в групповых действиях, нарушающих общественный порядок. В УК РСФСР было немало норм с административной основой. Новый УК РФ отказался от административных норм, все они перешли КоАП. Теперь уже и в этом Кодексе есть глава о правонарушениях против порядка управления.

За время действия УК РФ в гл. 32 добавлены ст. 327.1 (подделка акцизных марок), а также ст. 322.1 (организация незаконной миграции). За годы действия нового уголовного закона содержание трех статей подверглось изменению.

Преступления против порядка управления очень похожи на должностные, так как родовым объектом являются общественные отношения, обеспечивающие нормальную работу органов государственной власти. Однако одно из основных их отличий состоит в том, что преступления против порядка управления совершаются только гражданами, а не должностными лицами. Если же должностное лицо совершает преступление против порядка управления, то применяются статьи о должностных преступлениях.

Субъективная сторона - всегда умысел. В ряде случаев имеет значение мотив.

Субъект - лицо, достигшее возраста 16 лет. В ряде случаев бывает специальный субъект, например лицо, подлежащее призыву на военную службу.

Посягательство на жизнь сотрудника

правоохранительного органа

Общественная опасность преступлений против порядка управления в целом состоит в том, что любое из них не только подрывает авторитет государственной власти, но и нарушает нормальную деятельность органов управления, препятствует их работе, приводит к дезорганизации отношений управления, в результате чего возникают опасения представителей власти за свою жизнь, а также за жизнь и здоровье их близких.

Российское государство, как и любое общество, не может существовать без специального аппарата управления, характеризующегося выполнением особых функций. В целях обеспечения правопорядка государство наделяет своих представителей определенными полномочиями, основанными на принципе подчинения граждан их законным распоряжениям.

Поэтому деятельность правоохранительных и контролирующих органов, учитывая ее социальную ценность, а также безопасность лиц, осуществляющих ее, должны быть надежно защищены от преступных посягательств.

Таким образом, из содержания закона видно, что виновный, совершая посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа, посягает на два объекта, основным из которых является нормальная деятельность государственного аппарата в области охраны общественного порядка и обеспечения общественной безопасности. Вторым объектом является право человека на жизнь. Но в отличие от ст. 105 УК, в ст. 317 УК названы конкретные лица, право на жизнь которых защищено уголовным законом.

Виновные в совершении этого преступления могут посягать на жизнь лиц трех категорий: сотрудников правоохранительных органов, военнослужащих и их близких.

К первой группе - сотрудникам правоохранительных органов - относятся, согласно ст. 3 Федерального закона от 31 июля 1995 г. N 119-ФЗ "Об основах государственной службы в Российской Федерации" и ст. 2 Федерального закона от 20 апреля 1995 г. N 45-ФЗ "О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов", прокуроры, следователи, дознаватели, лица, осуществляющие оперативно-розыскную деятельность, сотрудники органов внутренних дел, осуществляющие охрану общественного порядка и обеспечение общественной безопасности, исполнение приговоров, постановлений и определений судов (судей) по уголовным делам, постановлений органов расследования и прокуроров, судебные исполнители, сотрудники органов ФСБ и др.

Д. осужден за совершение разбойного нападения на автомашину, перевозившую денежные средства из банка, и посягательство на жизнь сотрудников правоохранительного органа. В кассационной жалобе защитник Д., оспаривая его осуждение по ст. 317 УК, утверждал, что деятельность потерпевших Б. и Е. не была связана с охраной общественного порядка и Д. принял потерпевших за инкассаторов, а не за работников милиции.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, отклоняя доводы жалобы, в определении указала, что сопровождение работниками милиции денежных средств является деятельностью по охране общественного порядка, поскольку их действия направлены на предупреждение и пресечение завладения этими денежными средствами.

Потерпевшие были одеты в форменную одежду работников милиции, один из них был вооружен автоматом. С учетом этого обстоятельства оснований считать, что Д. заблуждался в ведомственной принадлежности потерпевших, которых он видел, не имеется <*>.

--------------------------------

<*> Архив Верховного Суда РФ, дело N 86-003-10.

Ко второй группе - военнослужащим - относятся граждане РФ, проходящие службу в Вооруженных Силах РФ, других войсках, органах внешней разведки, в федеральных органах государственной безопасности в соответствии с Федеральным законом от 28 марта 1998 г. N 53-ФЗ "О воинской обязанности и военной службе".

Третью группу составляют близкие вышеперечисленных лиц; по смыслу закона это не только близкие родственники, понятие которых раскрывается в ст. 5 УПК, но и другие лица (например, друг, любимый человек).

Объективную сторону рассматриваемого преступления составляет посягательство на жизнь.

В юридической литературе высказываются разноречивые суждения о понятии посягательства на жизнь, оно связывается с двойственным характером ключевого термина "посягательство".

Так, например, Ф.Н. Аббасов, Г.А. Агаев в своей статье полагают, что "посягательство в уголовном праве может быть представлено: 1) как синоним понятия "преступление" (это возможно при оценке как посягательств только умышленных преступлений); 2) как обозначение покушения (в соответствии с ч. 3 ст. 30 УК РФ покушением на преступление признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам)" <*>.

--------------------------------

<*> См.: Аббасов Ф.Н., Агаев Г.А. Об ответственности за посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа // Российский следователь. 2003. N 9.

В этой же статье авторы предлагают внести изменения в действующий закон и разделить ст. 317 УК на две части: часть первая - "Убийство сотрудника правоохранительного органа", часть вторая - "Покушение на жизнь сотрудника правоохранительного органа" либо (лучше) "Причинение сотруднику телесных повреждений" с соответствующей градацией (делением) на части по степени тяжести телесных повреждений, дифференцировав таким образом ответственность и наказание, установив по части второй более мягкое наказание, т.е. построив данные нормы аналогично ст. ст. 105, 111 - 115 УК. Это было бы справедливо, поскольку сегодня человек может быть осужден на большой срок по ст. 317 УК РФ, в итоге даже не причинив сотруднику правоохранительного органа никакого вреда <*>.

--------------------------------

<*> Там же.

В связи с этим авторы предлагают исключить из УК ст. 318.

Такая точка зрения имеет под собой серьезные основания, поскольку ни один из способов толкования этого термина не является безукоризненным, и, наверное, решение находится только в сфере совершенствования закона.

Однако, несмотря на научные споры о том, какой же это состав - формальный или материальный и что же под термином посягательство подразумевается - убийство или покушение на убийство, судебная практика уже давно выработала оценку объективной стороны данного преступления, которой, на наш взгляд, и необходимо придерживаться до момента возможного изменения закона.

Еще Пленум Верховного Суда СССР в Постановлении от 3 июля 1963 г. "О судебной практике по применению законодательства об ответственности за посягательство на жизнь, здоровье и достоинство работников милиции и народных дружинников" разъяснил, что под посягательством на жизнь необходимо понимать убийство или покушение на убийство работника милиции или народного дружинника в связи с их деятельностью по охране общественного порядка <*>.

--------------------------------

<*> БВС РСФСР. 1963. N 8.

Аналогичное толкование содержится в п. "г" ст. 5 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 22 сентября 1989 г. N 9 "О применении судами законодательства об ответственности за посягательства на жизнь, здоровье и достоинство работников милиции, народных дружинников, а также военнослужащих в связи с выполнением ими обязанностей по охране общественного порядка" <*>, а также в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РСФСР от 24 сентября 1991 г. N 3 "О судебной практике по делам о посягательстве на жизнь, здоровье и достоинство работников милиции, народных дружинников и военнослужащих в связи с выполнением ими обязанностей по охране общественного порядка" (в ред. Постановления Пленума от 21 декабря 1993 г. N 11) <**>.

--------------------------------

<*> См.: Сборник постановлений Пленумов ВС СССР и РСФСР (РФ) по уголовным делам. М., 1995. С. 359.

<**> Там же. С. 529.

При этом такая позиция Верховных судов СССР и РСФСР нашла поддержку в работах Е.А. Сухарева, Н.И. Трофимова <*>, В.В. Сташиса и М.И. Бажанова <**>, ряда других авторов.

--------------------------------

<*> См.: Сухарев Е.А., Трофимов Н.И. Охрана жизни, чести и достоинства работников милиции и народных дружинников. М., 1970.

<**> См.: Сташис В.В., Бажанов М.И. Преступления против порядка управления. Харьков, 1971.

Поэтому, на наш взгляд, позиции как законодателя, так и правоприменителей о том, что жизнь и здоровье сотрудников правоохранительных органов должны находиться под особой защитой со стороны государства, несмотря на совершенство закона, являются правильными.

В комментируемой статье предусматривается ответственность за посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа, военнослужащего, а равно их близких, если оно совершено как для воспрепятствования законной деятельности указанных лиц по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, так и из мести за такую деятельность.

Разрыв во времени между исполнением обязанностей и посягательством на жизнь не имеет значения.

В. осужден по ст. 317 УК за то, что совершил посягательство на жизнь работника милиции из мести за законную деятельность по охране общественного порядка и обеспечение общественной безопасности.

Как указано в приговоре, участковый инспектор милиции Г. неоднократно составлял протоколы за совершение В. противоправных действий. В. в связи с этим угрожал убийством сотруднику милиции. В августе 2001 г., когда Г. находился на дежурстве, В. подошел к нему, сказал, что хочет его убить, и нанес несколько ударов ножом по телу. Посторонние лица помогли потерпевшему пресечь действия виновного.

Сам осужденный не отрицал, что у него сложились неприязненные отношения с потерпевшим в связи со служебной деятельностью последнего.

Верховный Суд РФ, рассмотрев дело в кассационном порядке, признал правильной квалификацию по ст. 317 УК, определенную в приговоре, как совершение посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа из мести за законную деятельность по охране общественного порядка и обеспечение общественной безопасности <*>.

--------------------------------

<*> Архив Верховного Суда РФ, дело N 34-001-27.

С субъективной стороны данное преступление характеризуется прямым умыслом.

Так, С. признан виновным в хулиганстве, совершенном с применением ножа, и в применении насилия, опасного для жизни или здоровья, в отношении представителя власти Б. в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

В кассационном протесте был поставлен вопрос об отмене приговора в части осуждения С. по ч. 2 ст. 318 УК с направлением дела на новое рассмотрение и указывалось, что С. ударами ножа причинил работнику милиции Б. колото-резаные ранения левой паховой области и левой ушной раковины и пытался нанести еще несколько ударов, т.е. совершил посягательство на жизнь работника милиции, в связи с чем органы предварительного следствия, по мнению автора протеста, необоснованно квалифицировали его действия по ст. 317 УК.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 30 сентября 1998 г. приговор оставила без изменения, указав следующее. "С. осужден обоснованно. Его вина в применении насилия, опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти установлена показаниями потерпевшего Б., свидетелей, работников милиции В., Ф. и других, протоколом осмотра места происшествия, заключением судебно-медицинского эксперта о тяжести причиненного потерпевшему телесного повреждения и другими доказательствами.

Осужденный не отрицал, что причинил Б. телесные повреждения ножом. Однако как на предварительном следствии, так и в судебном заседании он утверждал, что не имел умысла на посягательство на жизнь работника милиции.

Показания С. об отсутствии у него умысла на убийство материалами дела не опровергнуты.

По смыслу закона лицо может быть признано виновным в посягательстве на жизнь сотрудника правоохранительного органа только при наличии прямого умысла, т.е. когда действия виновного свидетельствуют о том, что он предвидел наступление смерти и желал этого.

В протесте не приведены доказательства наличия у С. прямого умысла на убийство потерпевшего.

Высказывание осужденного во время совершения хулиганства, что он всех порежет, в том числе и себя, не свидетельствует о прямом умысле на убийство Б., поскольку конкретно кому-либо убийством он не угрожал, а, как видно из его показаний, размахивал ножом, пытаясь закрыть дверь и не пустить сотрудников милиции в свою квартиру, в результате чего Б. были причинены легкие телесные повреждения в паху и на левой ушной раковине.

При таких обстоятельствах, оценив показания С., потерпевшего Б. и свидетелей в совокупности со всеми материалами дела, суд обоснованно пришел к выводу об отсутствии у виновного прямого умысла на посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа и правильно квалифицировал его действия по ч. 2 ст. 318 УК РФ как применение насилия, опасного для жизни или здоровья, в отношении представителя власти" <*>.

--------------------------------

<*> Архив Верховного Суда РФ за 1998 год.

Обязательными для определения состава анализируемого преступления являются также цель либо мотив.

Когда виновный препятствует осуществлению специальных полномочий, при расследовании уголовного дела и рассмотрении его в суде необходимо установить стремление виновного к такому противодействию.

Если виновный мстит указанным в законе лицам за их законную деятельность, необходимо установить мотив преступления.

При отсутствии таковых содеянное следует квалифицировать как преступление против личности.

Субъект преступления - лицо, достигшее 16-летнего возраста. Посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа, военнослужащего, а равно их близких, совершенное лицом в возрасте 14 и 15 лет, подлежит квалификации по п. "б" ч. 2 ст. 105 либо по ч. 3 ст. 30 и п. "б" ч. 2 ст. 105 УК в зависимости от тяжести последствий.

Применение насилия в отношении представителя власти

Общественная опасность данного преступления состоит в том, что оно посягает на нормальную деятельность органов государственной власти и местного самоуправления в лице представителей власти и на их личность.

Объектом данного преступления являются общественные отношения, содержание которых составляют нормальная деятельность органов государственной власти и местного самоуправления, а также здоровье либо свобода представителя власти или его близких.

Потерпевшими в рассматриваемом преступлении являются представитель власти или его близкие. В примечании к комментируемой статье впервые дано определение представителя власти. Таковым является должностное лицо правоохранительного или контролирующего органа, а также иное должностное лицо, наделенное в установленном порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости. Из этого определения следует, что представитель власти: а) является должностным лицом (см. примечание к ст. 285 УК); б) наделен распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости; в) представляет правоохранительный (МВД России, ФСБ России и т.п.), контролирующий (органы рыбоохраны, санитарно-эпидемиологического надзора, государственной лесной охраны и т.п.) или иной орган (различные звенья государственного аппарата и местного самоуправления, которые выполняют функции власти) (см. ст. ст. 1, 2 Федерального закона от 20 апреля 1995 г. N 45-ФЗ "О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов" (в ред. от 30 июня 2003 г.)).

Из материалов дела по обвинению Р. видно, что потерпевший, работая старшим инспектором безопасности АО "Ижмаш", в установленном законом порядке распорядительными функциями наделен не был и не мог быть признан представителем власти, поэтому действия осужденного по применению насилия к потерпевшему (причинение тяжкого вреда здоровью, вызвавшее кратковременное его расстройство) переквалифицированы с ч. 2 ст. 318 УК на ст. 115 УК <*>.

--------------------------------

<*> БВС РФ. 2000. N 7.

Если насилие или угроза насилием применяются в отношении представителей власти, участвующих в отправлении правосудия или в производстве предварительного расследования, ответственность наступает по ст. 296 УК.

Понятие близких представителя власти раскрыто в ст. 317 УК. Ответственность за применение насилия в отношении представителя власти наступает только в случаях противодействия его законной деятельности.

Объективная сторона преступления состоит в применении физического или психического насилия. В ч. 1 комментируемой статьи говорится о насилии, не опасном для жизни или здоровья. Это аналогично пониманию насилия в ст. 161 УК. Под таким насилием следует понимать нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль. Дополнительной квалификации по соответствующим статьям УК в таком случае не требуется.

П. признан виновным и осужден по ч. 1 ст. 318 УК за то, что, будучи задержанным в состоянии алкогольного опьянения на территории рынка работниками милиции и доставленным в помещение опорного пункта милиции для установления личности и составления протокола об административном нарушении, стал нецензурно оскорблять работников милиции и ударил кулаком по лицу С., исполняющего обязанности по охране общественного порядка.

Суд дал правильную оценку действиям П. по ч. 1 ст. 318 УК РФ, указав, что телесные повреждения не повлекли причинения вреда здоровью потерпевшего, что свидетельствует о том, что к потерпевшему было применено насилие, не опасное для его жизни и здоровья. Вышестоящие судебные инстанции с такими выводами суда согласились <*>.

--------------------------------

<*> Архив Верховного Суда РФ за 1999 год; дело в отношении П.

Психическое насилие может выражаться в угрозах применения насилия. Вид угрозы в УК не конкретизирован. Однако сопоставление формулировок этого признака в комментируемой статье и ст. 161 УК позволяет сделать вывод о том, что диапазон угроз в рассматриваемом преступлении значительно шире, вплоть до угроз убийством. Для квалификации содеянного не имеет значения, намеревался виновный реализовать угрозу или нет. Дополнительно квалифицировать такую угрозу по ст. 119 УК не требуется.

Действия К. Президиумом Верховного Суда РФ переквалифицированы с ч. 2 ст. 318 УК на ч. 1 ст. 318 УК, поскольку ч. 2 данной статьи предусматривает ответственность не за угрозу применения насилия в отношении представителя власти, а за фактическое применение насилия, опасного для жизни этого лица.

Как видно из материалов дела, К., наставив на работницу вооруженной охраны речного порта газовый пистолет, зашел в проходную порта, где с требованием стоять направил оружие в лицо находившемуся там сотруднику милиции, после чего забрал изъятые у него ранее сотрудниками охраны документы и скрылся.

Содеянное К. квалифицировано органами предварительного следствия и судом по ч. 2 ст. 318 УК.

Изменяя квалификацию действий осужденного с ч. 2 ст. 318 УК на ч. 1 ст. 318 УК, суд надзорной инстанции указал, что при изложенных обстоятельствах К. не применял насилия, опасного для жизни или здоровья, в отношении представителей власти, а лишь угрожал применением такого насилия <*>.

--------------------------------

<*> Архив Верховного Суда РФ, дело N 275п2000 пр.

Преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 318 УК, является формальным и признается оконченным с момента применения физического или психического насилия в отношении представителя власти или его близких в связи с исполнением им своих должностных обязанностей. Для квалификации содеянного не имеет значения, была ли фактически нарушена нормальная деятельность представителя власти.

Субъективная сторона характеризуется виной в форме прямого умысла.

Квалифицированный вид данного преступления - применение насилия, опасного для жизни или здоровья (ч. 2 ст. 318). Опасным для жизни является вред здоровью, вызывающий состояние, угрожающее жизни, которое может закончиться смертью. Предотвращение смертельного исхода в результате оказания медицинской помощи не изменяет оценку вреда здоровью как опасного для жизни. При применении насилия, опасного для жизни или здоровья, потерпевшему может быть причинен вред любой тяжести: тяжкий, средней тяжести и легкий. Дополнительной квалификации по соответствующим статьям УК в таких случаях не требуется. Санкция ч. 2 комментируемой статьи более строгая, чем даже за причинение тяжкого вреда здоровью (ч. 2 ст. 111 УК).

При рассмотрении дела в отношении З. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в определении указала, что при осуждении лица по ч. 2 ст. 318 УК РФ в случае умышленного причинения потерпевшему тяжкого вреда здоровью дополнительной квалификации по п. "а" ч. 2 ст. 111 УК РФ не требуется, поскольку под насилием, указанным в ч. 2 ст. 318 УК РФ, понимается причинение вреда здоровью любой тяжести, в том числе и тяжкого <*>.

--------------------------------

<*> БВС РФ. 2000. N 7.

По ч. 2 ст. 318 УК квалифицируется также применение насилия, опасного для жизни или здоровья, которое хотя и не причинило реального вреда, но в момент применения создавало опасность для жизни или здоровья потерпевшего (п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. N 29). Фактическое наступление смерти не охватывается данным составом и квалифицируется по совокупности преступлений.

Способы применения насилия могут быть самыми различными. Между наступившими последствиями и применением насилия в отношении представителя власти (его близких) в связи с выполнением им своих должностных обязанностей насилие или угроза применения насилия осуществляется в связи с исполнением потерпевшим своих должностных обязанностей (а не только при их исполнении).

Субъектом преступления является вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возраста.

Оскорбление представителя власти

Данная статья объединила три состава преступления, которые были предусмотрены действовавшим до 1997 г. УК РСФСР (ст. ст. 192, 192.1, 192.2), и является специальной нормой закона по отношению к общей, содержащейся в ст. 130 УК РФ.

В отличие от "простого" оскорбления, оскорбление представителя власти уголовно наказуемо только при наличии признака публичности. Это означает, что сведения, выраженные в неприличной форме, унижающей честь и достоинство представителя власти, становятся достоянием многих лиц, например из публичного выступления, публично демонстрирующегося произведения или из средств массовой информации.

Преступлением является публичное оскорбление представителя власти как при исполнении им своих должностных обязанностей, так и в связи с их исполнением. Примером первого случая может быть оскорбление следователя защитником во время следственного действия в присутствии обвиняемого, других лиц из личных неприязненных к нему отношений, если это оскорбление никак не связано с исполнением следователем своих служебных полномочий (например, оскорбительные выражения о внешности следователя).

Примером второго случая при тех же обстоятельствах могут быть оскорбления, нецензурная брань в отношении следователя за невыполнение ходатайства защитника. Оба случая, как видно из диспозиции ст. 319 УК, образуют состав данного преступления.

Общественная опасность этого преступления заключается в нарушении нормальной деятельности органов власти и их авторитета, а также ущемлении чести и достоинства представителей власти, поэтому нормальная деятельность органов власти является основным объектом преступления, а честь и достоинство этих лиц - дополнительным объектом.

В судебной практике возникают сложности в квалификации данного преступления, так как данный состав имеет общие черты со ст. 297 УК.

Однако оскорбление представителя власти (ст. 319 УК) существенно отличается от состава неуважения к суду по целому ряду признаков.

1. По потерпевшим: ими в ст. 297 УК признаются только суд, лица, участвующие в отправлении правосудия, и участники судебного разбирательства. По ст. 319 УК потерпевшими признаются любые представители власти, в том числе следователи, прокуроры, дознаватели, оперуполномоченные и др.

Так, судом установлено, что М., будучи недовольным процессуальным поведением как судьи З., так и прокурора П. по разрешению заявленного им "недоверия", в неприличной форме высказал резко негативную, отрицательную оценку личности как судьи, так и прокурора. При этом М. унизил личные человеческие и профессиональные качества как судьи З., так и прокурора П.

Таким образом, судом обоснованно признано, что осужденный М. действовал с прямым умыслом на оскорбление как судьи при отправлении правосудия, так и прокурора как участника судебного разбирательства, чем проявил явное неуважение к суду.

На основании этих, а также других указанных в приговоре доказательств, которым дана надлежащая оценка, суд правильно квалифицировал действия осужденного М. по ч. ч. 1 и 2 ст. 297 УК.

Вместе с тем суд кассационной инстанции посчитал, что осуждение М. по ст. 319 УК подлежит исключению из приговора, поскольку осужденный обоснованно признан виновным по ч. 1 ст. 297 УК РФ, т.е. в неуважении к суду, выразившемся в оскорблении участника судебного разбирательства прокурора П., и поэтому дополнительная квалификация действий осужденного по ст. 319 УК - за оскорбление прокурора П. и как представителя власти является излишней <*>.

--------------------------------

<*> Архив Верховного Суда РФ, дело N 43кп002-23.

2. По месту и времени совершения преступления: неуважение к суду (ст. 297 УК) совершается, как правило, в зале судебного заседания или ином помещении суда (например, во время объявленного перерыва). Временем совершения этого преступления является весь период судебного разбирательства дела. По ст. 319 УК оскорбление представителя власти может быть совершено в любом месте и в любое время при исполнении или в связи с исполнением им своих должностных обязанностей (в период предварительного расследования, проверки сообщения о совершении преступления до возбуждения уголовного дела, в рамках ОРМ и т.п.). Например, это может быть оскорбление следователя во внерабочее время, но в связи с расследованием им уголовного дела.

3. По признаку публичности: неуважение к суду (ст. 297 УК) как оскорбление конкретного лица может быть совершено и наедине, т.е. и непублично. По ст. 319 УК оскорбление представителя власти может быть совершено только публично, т.е. в присутствии третьих лиц.

Уже эти отличия (прежде всего первые два) указывают на то, что сфера применения состава преступления - оскорбление представителя власти (ст. 319 УК), значительно шире, чем состав неуважения к суду (ст. 297 УК).

Объективная сторона выражается в публичном оскорблении потерпевшего при исполнении им своих должностных обязанностей или в связи с их исполнением.

Оскорбление представляет собой унижение чести и достоинства лица, выраженное в неприличной форме.

Оскорбление может быть нанесено словесно или устно, а также путем действий (плевок в лицо, пощечина). Необходимым признаком объективной стороны является такой способ, как публичность, поскольку только путем публичного оскорбления может быть подорван авторитет органов государственной власти и местного самоуправления. Оскорбление является публичным, если оно совершено в присутствии хотя бы одного постороннего лица. Под посторонним следует понимать лицо, которое не имеет отношения к данному органу власти.

Оскорбление может быть нанесено как при исполнении представителем власти своих должностных обязанностей, так и тогда, когда он не исполняет указанных обязанностей (например, в нерабочее время, во время отпуска, после увольнения), но по поводу их исполнения.

Данное преступление является формальным и считается оконченным с момента оскорбления представителя власти.

Субъективная сторона характеризуется виной в форме прямого умысла. Если оскорбление наносится в связи с личными неприязненными отношениями, то деяние квалифицируется по ст. 130 УК.

Субъектом преступления может быть лицо, достигшее возраста 16 лет.

Судебная практика показывает, что оскорблению представителя власти иногда предшествуют другие преступления - хулиганство, применение насилия в отношении представителя власти, поэтому возникают трудности в квалификации подобных действий.

Важным моментом является наличие или отсутствие разрыва во времени при совершении преступлений.

Оскорбление по смыслу закона представляет собой одну из форм противодействия представителям власти, поэтому в подобных случаях, на наш взгляд, все эти действия следует рассматривать как единое более тяжкое преступление.

Так, Т. признан виновным и осужден за применение насилия, опасного для здоровья, в отношении представителя власти - работника милиции С. в связи с выполнением последним своих должностных обязанностей и за публичное оскорбление С. при исполнении им своих должностных обязанностей.

Суд кассационной инстанции, соглашаясь с правильностью квалификации действий Т. по ч. 2 ст. 318 УК, отменил приговор в части его осуждения по ст. 319 УК, указав в определении, что Т. совершил действия, направленные в отношении одного потерпевшего, в течение небольшого промежутка времени, причем Т., начав конфликт с работником милиции, выражаясь нецензурными словами, оскорбил его и тут же применил к нему насилие. По существу, Т. совершены непрерывные и взаимосвязанные действия, поэтому квалификация его действий по ст. 319 УК является излишней <*>.

--------------------------------

<*> Архив Верховного Суда РФ, дело N 3-001-39.

Разглашение сведений о мерах безопасности,

применяемых в отношении должностного лица

правоохранительного или контролирующего органа

Указанное в ст. 320 УК преступление посягает на общественные отношения, складывающиеся в процессе обеспечения конфиденциальности сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов, а также их близких.

Государственной защите в соответствии с Федеральным законом от 20 апреля 1995 г. N 45-ФЗ "О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов" (с изм.) подлежат: судьи всех судов общей юрисдикции и арбитражных судов, арбитражные заседатели, присяжные заседатели; прокуроры; следователи; лица, производящие дознание; лица, осуществляющие оперативно-розыскную деятельность; сотрудники федеральных органов внутренних дел, осуществляющие охрану общественного порядка и обеспечение общественной безопасности, а также исполнение приговоров, определений и постановлений судов (судей) по уголовным делам, постановлений органов расследования и прокуроров; сотрудники учреждений и органов уголовно-исполнительной системы; военнослужащие внутренних войск Министерства внутренних дел РФ, принимавшие непосредственное участие в пресечении действий вооруженных преступников, незаконных вооруженных формирований и иных организованных преступных групп; сотрудники органов Федеральной службы безопасности; сотрудники органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ; судебные исполнители; работники контрольных органов Президента РФ, осуществляющие контроль за исполнением законов и иных нормативных правовых актов, выявление и пресечение правонарушений; сотрудники федеральных органов государственной охраны; работники таможенных и налоговых органов, федеральных органов государственного контроля, Федеральной службы по финансовому мониторингу, Счетной палаты РФ, а также иные категории государственных и муниципальных служащих по перечню, устанавливаемому Правительством РФ; близкие перечисленных лиц.

Предмет преступления - сведения о мерах безопасности, применяемых в отношении вышеуказанных лиц либо их близких.

Для обеспечения защиты жизни и здоровья защищаемых лиц и сохранности их имущества органами, обеспечивающими безопасность, могут применяться с учетом конкретных обстоятельств следующие меры безопасности: 1) личная охрана, охрана жилища и имущества; 2) выдача оружия, специальных средств индивидуальной защиты и оповещения об опасности; 3) временное помещение в безопасное место; 4) обеспечение конфиденциальности сведений о защищаемых лицах; 5) перевод на другую работу (службу), изменение места работы (службы) или учебы; 6) переселение на другое место жительства; 7) замена документов, изменение внешности.

В целях реализации предусмотренных в комментируемой статье мер безопасности могут проводиться оперативно-розыскные мероприятия в порядке, установленном Законом РФ "Об оперативно-розыскной деятельности в Российской Федерации".

Объективная сторона преступления, предусмотренного комментируемой статьей, заключается в предании огласке сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении указанных в законе лиц. Разглашение налицо, если сведения становятся достоянием хотя бы одного лица, не имеющего права на ознакомление с ними. Предание огласке таких сведений возможно любым способом: устно, письменно, лично, анонимно, в публичном выступлении, в разговоре и т.п.

Преступление считается оконченным с момента, когда сведения стали достоянием постороннего лица.

Субъективная сторона данного преступления характеризуется виной в виде прямого умысла. Обязательным признаком является также цель воспрепятствования служебной деятельности должностного лица правоохранительного или контролирующего органа, т.е. стремление виновного прервать или прекратить такую деятельность.

Субъектом преступления может быть только лицо, достигшее возраста 16 лет, которому эти сведения были доверены либо стали известны в связи со служебной деятельностью.

К лицам, которым эти сведения доверены, относятся те, которые непосредственно обеспечивают мероприятия по осуществлению безопасности защищаемых лиц, являются работниками специальных охранных служб, входящих в структуру МВД, ФСБ, воинских частей.

К лицам, которым эти сведения стали известны по службе, относятся те, которым эти данные доступны в силу занимаемого служебного положения: работники прокуратуры, ОВД, руководители и служащие адресных бюро, паспортных служб и т.п.

В ч. 2 комментируемой статьи предусматривается наступление тяжких последствий в результате разглашения сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении должностного лица правоохранительного или контролирующего органа.

Понятие "тяжкие последствия" является оценочной категорией и определяется в зависимости от конкретных обстоятельств дела следственно - судебной практикой. К сожалению, автору не удалось найти примеры из судебной практики по применению ст. 320 УК. Поэтому можно рекомендовать предложения, высказанные в различных комментариях к УК. Так, например, в Комментарии к УК под общей редакцией доктора юридических наук Председателя Верховного Суда РФ В.М. Лебедева под такими последствиями понимаются "нападение на потерпевшего, причинение значительного материального ущерба, затраты на то, чтобы устранить последствия разглашения сведений о мерах безопасности, причинение вреда здоровью, убийство защищаемого или его близких, вынужденное раскрытие конфиденциальных источников информации..." <*>.

--------------------------------

<*> Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. д-ра юрид. наук, Председателя Верховного Суда РФ В.М. Лебедева. М., 2004. С. 792.

Отношение виновного к наступлению тяжких последствий характеризуется неосторожной формой вины в виде легкомыслия или небрежности. Умышленная форма вины здесь исключается, поскольку в противном случае налицо пособничество в преступлении (например, в убийстве, умышленном причинении тяжкого вреда здоровью и т.п.).

Дезорганизация деятельности учреждений,

обеспечивающих изоляцию от общества

Общественная опасность данного преступления заключается в том, что ставится под угрозу порядок деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества. Это может привести к дезорганизации их деятельности, к причинению вреда здоровью сотрудников этих учреждений, а также осужденных.

Поэтому основным объектом рассматриваемого преступления является общественный порядок в сфере деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества. Дополнительным объектом является здоровье сотрудников этих учреждений и осужденных.

Учреждениями, обеспечивающими изоляцию от общества, являются места лишения свободы и места содержания под стражей. Местами лишения свободы являются арестные дома, исправительные учреждения уголовно-исполнительной системы (исправительные колонии общего, строгого и особого режима, колонии-поселения, воспитательные колонии общего и усиленного режима, тюрьмы), а также гауптвахты Министерства обороны, исполняющие наказание в виде ареста в отношении военнослужащих. Функции исправительных учреждений выполняют и следственные изоляторы - в отношении лиц, оставленных там с их согласия для хозяйственного обслуживания.

К местам содержания под стражей относятся прежде всего следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы и Федеральной службы безопасности, а также изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел и Пограничных войск. К местам содержания под стражей относятся также различные транспортные средства, используемые для этапирования подозреваемых, обвиняемых, подсудимых и осужденных. Подсудимые могут содержаться под стражей и в зале судебного заседания, при производстве различных следственных действий.

Под угрозой применения насилия понимается высказывание намерения применить физическое насилие.

С объективной стороны данное преступление представляет собой психическое насилие (угрозу), когда высказывается намерение убить потерпевшего, нанести вред его здоровью различной тяжести, и может быть адресовано потерпевшему как лично, так и через третьих лиц.

Для наличия данного преступления не имеет значения, было намерение виновного действительным или нет. Решающее значение имеет субъективное восприятие потерпевшим реальности такой угрозы.

Для квалификации содеянного по ч. 1 ст. 321 УК также не имеет значения, в чьих интересах виновный угрожал потерпевшему. Угрозы виновного возможны в целях удовлетворения просьбы или интересов другого лица.

Из материалов уголовного дела в отношении М. видно, что К., являясь членом самодеятельной организации осужденных отряда N 8 - председателем совета коллектива осужденных, выполняя свои общественные обязанности, 13 марта 2003 г. сообщил сотруднику администрации исправительного учреждения оперуполномоченному Я., что осужденный Х. нанес ему телесные повреждения за то, что он хотел сообщить администрации учреждения о нарушении режима содержания, допущенном осужденным Х.

Х. рассказал осужденному М. о действиях К. и попросил его разобраться с последним, после чего у М. возник умысел на применение насилия, опасного для здоровья, в отношении К. в связи с оказанием им содействия администрации исправительного учреждения.

С целью реализации своего преступного умысла 14 марта 2003 г. около 17 часов в учреждении ЯВ-48/2 осужденные отряда N 8 М. и Х. предложили осужденному К. пройти в комнату для курения. Находясь в комнате для курения, М. из мести за исполнение К. общественного долга, выразившееся в содействии администрации учреждения по поддержанию в отряде установленного порядка отбывания наказания и соблюдения правил внутреннего распорядка исправительного учреждения, умышленно, применяя насилие, опасное для здоровья, нанес осужденному К. не менее двух ударов руками по голове, в область правого глаза и челюсти справа. От полученных ударов К. упал на пол и потерял сознание.

М., продолжая осуществлять свой преступный умысел, действуя умышленно, нанес не менее трех ударов ногами по голове и другим частям тела К.

Своими насильственными действиями М. причинил К. кровоподтеки и ссадины лица, сотрясение головного мозга, повлекшие легкий вред здоровью потерпевшего по признаку кратковременного расстройства здоровья.

Как видно из определения, суд кассационной инстанции, соглашаясь с квалификацией действий М., указал, что М., применяя насилие в отношении К. из мести за оказанное им содействие администрации, действовал в интересах другого осужденного Х. <*>.

--------------------------------

<*> Архив Верховного Суда РФ, дело N 48-004-101.

Элементом объективной стороны данного преступления является категория лиц, против которых направлена угроза применения насилия: сотрудники мест лишения свободы или места содержания под стражей, осужденные. К их числу относятся любые лица, служащие в этих учреждениях, как имеющие специальные звания, так и работающие по найму, в том числе осуществляющие общеобразовательное и профессионально-техническое обучение, медицинское обслуживание, а также административный и инженерно-технический персонал, руководящий производственной деятельностью осужденных.

Если суд установит, что насилие или угроза применены в связи с явно незаконными действиями потерпевшего, ответственность может наступить за соответствующее преступление против жизни или здоровья личности.

В ч. 1 ст. 321 УК не устанавливается, какие категории осужденных подлежат защите от угрозы применения насилия. Закон не определяет вид наказания, к которому было осуждено указанное лицо. Однако, поскольку речь идет о действиях, совершаемых в учреждениях, обеспечивающих изоляцию от общества, это могут быть осужденные к аресту, лишению свободы на определенный срок, пожизненному лишению свободы, смертной казни. Нельзя исключить нахождения в местах содержания под стражей и осужденных к ограничению свободы, если суд на основании ч. 4 ст. 48 УИК РФ или орган внутренних дел на основании ч. 2 этой же статьи приняли решение о направлении их к месту отбывания наказания под стражей.

Вместе с тем комментируемая статья не включает в категорию потерпевших от рассматриваемого преступления подозреваемых, обвиняемых и подсудимых.

Так, суд кассационной инстанции, отменяя приговор в части осуждения С. по ч. 3 ст. 321 УК, в определении указал: виновное лицо, посягая на личность сотрудников этих учреждений в связи с их служебной деятельностью, тем самым преследует цель нарушить нормальную деятельность учреждений в части порядка исполнения и отбывания наказания.

В связи с этим субъектом данного преступления может быть лицо, содержащееся в местах лишения свободы, которое может действовать как в своих интересах, так и в интересах третьих лиц.

Как видно из материалов дела, 10 апреля 2002 г. С. был освобожден из мест лишения свободы по отбытии срока наказания, а насилие в отношении потерпевшего Л. - сотрудника исправительного учреждения - им было совершено 8 мая 2002 г. по месту жительства потерпевшего, т.е. когда С. уже не отбывал наказание в местах лишения свободы и не являлся осужденным.

Поскольку по смыслу ст. 321 УК основным непосредственным объектом преступления является нормальная деятельность учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, а дополнительным объектом - здоровье личности, по данному делу - сотрудника места лишения свободы, то при таких обстоятельствах действия С., применившего насилие к Л. после освобождения его из мест лишения свободы, нельзя признать формой дезорганизации нормальной деятельности учреждения, обеспечивающего изоляцию от общества.

Таким образом, на момент совершения деяния, имевшего место 8 мая 2002 г., С. не являлся субъектом преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 321 УК, а поэтому в его действиях отсутствует состав преступления, предусмотренного указанным Законом <*>.

--------------------------------

<*> Архив Верховного Суда РФ, дело N 29-00-20.

С субъективной стороны данный вид преступления характеризуется прямым умыслом. При этом может преследоваться цель изменения поведения сотрудником, выполнения им каких-либо действий, воздержания от каких-либо действий. При высказывании угрозы или применении насилия к осужденному преследуется цель воспрепятствования его исправлению, т.е. положительному поведению, или цель мести за исполнение им общественных обязанностей, которые связаны с отбыванием наказания, как правило, за участие в работе самодеятельных организаций или за оказание помощи администрации.

При отсутствии такой цели виновный должен отвечать за преступление против личности.

Верховный Суд РФ, пересматривая в кассационном порядке уголовное дело в отношении В., осужденного по ч. 3 ст. 321 УК за применение насилия, опасного для жизни или здоровья, в отношении сотрудников места лишения свободы в связи с осуществлением последними служебной деятельности, в своем решении указал, "что с квалификацией содеянного В. по ч. 3 ст. 321 УК согласиться нельзя.

По смыслу закона основным объектом этого преступления является общественный порядок в сфере деятельности исправительного учреждения, посягая на который виновный преследует цель дезорганизовать его нормальную деятельность.

В данном же случае суд первой инстанции не установил наличия у В. такой цели и ошибочно расценил его действия в отношении сотрудников места лишения свободы как применение насилия, опасного для жизни или здоровья.

Как следует из приговора, действия осужденного выразились в его стремлении заразить сотрудников исправительного учреждения ВИЧ-инфекцией.

Когда те прибыли для оказания медицинской помощи в штрафной изолятор, в камере которого ВИЧ-инфицированные осужденные, в том числе В., лезвием бритвы порезали себе руки, последний с возгласом: "Заходите, если хотите заразиться..." - собрал с пола в ладони ВИЧ-инфицированную кровь и плеснул ей в дежурного инспектора по изолятору Х. и фельдшера медицинской части учреждения Ш., намереваясь попасть им в лицо.

Как правильно отмечено в приговоре, В. знал о наличии указанной болезни у него самого и осужденных, вместе с которыми находился в изоляторе. Он сделал все от него зависящее для осуществления преступного намерения, но в силу того, что потерпевшие уклонились, и кровь не попала им в рот, на слизистые глаз, носа или же поврежденные участки кожных покровов, а попала лишь на их одежду, не смог заразить ВИЧ-инфекцией Х. и Ш., т.е. не довел преступление до конца по причинам, не зависящим от его воли.

Суд кассационной инстанции указал, что "при таких обстоятельствах указанные действия осужденного образуют покушение на заражение ВИЧ-инфекцией, совершенное в отношении двух лиц, и потому должны быть квалифицированы по ч. 3 ст. 30 и ч. 3 ст. 122 УК РФ" <*>.

--------------------------------

<*> Архив Верховного Суда РФ, дело N 56-002-63.

В ч. 2 ст. 321 УК установлен квалифицирующий признак данного состава преступления - применение насилия, не опасного для жизни или здоровья. Судебная практика под этим подразумевает побои или истязания.

В ч. 3 комментируемой статьи речь идет о совершении преступления организованной группой либо с применением насилия, опасного для жизни или здоровья.

Под насилием, опасным для жизни или здоровья, судебная практика признает причинение легкого, средней тяжести и тяжкого вреда здоровью потерпевшего, а также насилие, которое хотя и не причинило никакого вреда здоровью потерпевшего, но в момент его совершения было опасным для жизни или здоровья.

Из материалов уголовного дела в отношении Н. усматривалось, что в ходе проверки осужденных, склонных к побегу, Н., нарушая режим содержания, самовольно вышел из строя и пошел в жилую зону. На требования работников колонии вернуться в строй не реагировал, на попытку инспектора Д. остановить его и доставить в дежурную часть оказал сопротивление, будучи доставленным, вел себя агрессивно, выражался нецензурной бранью и не давал произвести досмотр. Дежурный части С. предупредил осужденного о возможности применения спецсредств, но тот продолжал оказывать сопротивление и укусил С. за кисть правой руки. В результате действий осужденного потерпевший 40 дней находился на больничном.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы у потерпевшего С. обнаружена рана на тыльной поверхности правой руки, которая произошла от укуса, по степени тяжести представляет собой вред здоровью средней тяжести.

В определении Верховного Суда РФ отмечено, что суд пришел к обоснованному выводу о виновности Н. в совершении преступлений и правильно квалифицировал его действия по ч. 3 ст. 321 УК <*>.

--------------------------------

<*> Архив Верховного Суда РФ, дело N 5-003-74.

Причинение смерти потерпевшему квалифицируется по совокупности преступлений, предусмотренных ст. ст. 105 и 321 УК.

Субъектом рассматриваемого преступления может быть подозреваемый, обвиняемый, подсудимый или осужденный, достигший 16 лет. Лица в возрасте 14 и 15 лет за насилие в отношении сотрудников учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, могут нести ответственность по ст. ст. 111 или 112 УК.

Незаконное пересечение Государственной границы

Российской Федерации

Состав преступления, предусмотренного комментируемой статьей, по своей сути близок к составу преступления по ст. 83 УК РСФСР. Однако, как видно из содержания нового закона, его редакция по сравнению с редакцией ст. 83 УК РСФСР существенно упрощена. Общественная опасность рассматриваемого преступления состоит в том, что оно посягает на неприкосновенность Государственной границы РФ.

Объективную сторону преступления образует действие - незаконное пересечение Государственной границы РФ.

Под незаконным пересечением понимается фактическое перемещение лица через Государственную границу любым способом (в том числе с использованием транспорта) в любом направлении: а) без действительных документов на право въезда в Российскую Федерацию или выезда из нее; б) без надлежащего разрешения, полученного в порядке, установленном законодательством РФ (ст. 11 Закона РФ от 1 апреля 1993 г. N 4730-1 "О Государственной границе Российской Федерации" (в ред. от 30 июня 2003 г.)). Для квалификации содеянного по ч. 1 ст. 322 УК достаточно одного из названных условий нарушения.

Так, А. была оправдана за непричастностью к совершению преступлений, предусмотренных ч. ч. 1 и 2 ст. 322 УК. Суд кассационной инстанции, рассматривая дело по представлению государственного обвинителя, возражавшего против оправдания А., согласился с решением суда первой инстанции и в определении указал, что "в материалах дела нет доказательств пересечения А. Государственной границы с Грузией. Показания А. о том, что она при поиске пропавшей коровы случайно оказалась недалеко от границы и, увидев группу людей, шедших со стороны Грузии, подошла к ним, чтобы спросить про корову, и в это время была задержана пограничниками, ничем не опровергнуты. Свидетели, работники животноводческой фермы, показали, что А. работала на ферме недалеко от Государственной границы и ушла искать потерявшуюся корову. Поскольку не установлено доказательств пересечения А. Государственной границы РФ, приговор был признан законным и обоснованным, а представление государственного обвинителя оставлено без удовлетворения" <*>.

--------------------------------

<*> Архив Верховного Суда РФ, дело N 20-003-24.

Порядок пересечения границы регламентирован также в Федеральном законе от 15 августа 1996 г. N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" (в ред. от 30 июня 2003 г.). Понятие действительных документов и порядок получения разрешения также предусмотрены названным Законом (ст. ст. 6, 7, 19 и др.).

Основными документами для граждан РФ являются паспорт, дипломатический паспорт, служебный паспорт, паспорт моряка (удостоверение личности моряка). Соответствующие документы установлены для иностранных граждан и лиц без гражданства. Описание бланков указанных документов, удостоверяющих личность гражданина РФ за пределами Российской Федерации, содержится в Постановлении Правительства РФ от 14 марта 1997 г.

Надлежащее разрешение означает, что у лица имеется надлежаще оформленный, действительный документ на право выезда или въезда в Российскую Федерацию, полученный в порядке, установленном законодательством РФ.

П. был оправдан в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 322 УК. Государственный обвинитель, считая приговор в этой части незаконным, обжаловал его в кассационном порядке. Верховный Суд РФ, рассмотрев данное дело в кассационном порядке, с доводами кассационного представления не согласился и в определении указал, что П. пересекал Государственную границу РФ действительно без визы, но с паспортом гражданина Украины. Соглашением между Правительством Российской Федерации и Правительством Украины о безвизовых поездках граждан этих двух стран предусмотрен пропуск граждан Сторон через пункты пропуска на Государственной границе между Россией и Украиной без виз, по удостоверениям личности и подтверждающим гражданство документам, в том числе по паспорту. Поскольку П. пересекал границу с Российской Федерацией без визы, но с паспортом гражданина Украины, норм уголовного закона он не нарушил <*>.

--------------------------------

<*> Архив Верховного Суда РФ, дело N 39-004-20.

Государственная граница РФ - это линия и проходящая по этой линии вертикальная поверхность, определяющие пределы государственной территории РФ (суши, вод, недр и воздушного пространства), т.е. пространственный предел действия государственного суверенитета (ст. 1 Закона РФ "О Государственной границе Российской Федерации"). Уголовно наказуемо пересечение Государственной границы РФ без установленного порядка въезда и выезда через пункты пропуска. Поэтому для привлечения к ответственности по ст. 322 УК имеет значение осведомленность лица о том, что оно пересекает именно Государственную границу. Если отсутствуют признаки пограничной охраны (посты, патрули), нет ясно видимых пограничных знаков, пересечение Государственной границы может быть и невиновным.

Верховный Суд РФ, оставляя без удовлетворения доводы кассационного представления о необоснованном оправдании Г. и И. по обвинению в незаконном пересечении Государственной границы РФ в кассационном определении указал следующее. Как видно из материалов дела, прохождение Государственной границы РФ в районе реки Илек в Оренбургской области международным договором с Республикой Казахстан не установлено, в связи с этим пограничные знаки на границе Оренбургской области и Республики Казахстан также не установлены.

Доводы представления о том, что Г. и И. было известно о том, где проходит Государственная граница, поскольку они в июне 2003 г. регистрировались на пограничной заставе и им было разъяснено, где проходит граница, основаны на предположении, так как сведений о регистрации Г. и И. на какой-либо из пограничных застав в районе реки Илек не имеется.

При таких обстоятельствах суд пришел к правильному выводу о том, что обвинение не представило доказательств того, что Г. и И. знали о прохождении по реке Илек Государственной границы РФ, и обоснованно оправдал их по ч. 2 ст. 322 УК <*>.

--------------------------------

<*> Архив Верховного Суда РФ, дело N 47-004-53.

Преступление считается оконченным с момента фактического пересечения линии Государственной границы РФ (пешеходным способом, на любом транспорте, тайно или открыто, легально или нелегально).

Преступление совершается с прямым умыслом. Лицо осознает общественную опасность незаконного перемещения через границу и желает осуществить такое деяние. При этом мотивы и цели не влияют на разрешение вопроса об уголовной ответственности лица, незаконно пересекшего Государственную границу.

Отклоняя доводы кассационных жалоб граждан КНР, осужденных за незаконное пересечение Государственной границы РФ, суд кассационной инстанции в определении указал, что утверждения осужденных о том, что они пересекли Государственную границу РФ для того, чтобы посмотреть улов других рыбаков на пограничной реке, на квалификацию их действий не влияют <*>.

--------------------------------

<*> Архив Верховного Суда РФ, дело N 65-003-17.

Субъектом преступления может быть вменяемое, достигшее 16 лет лицо, являющееся гражданином РФ, иностранным гражданином или лицом без гражданства.

В ч. 2 комментируемой статьи сформулирован квалифицированный состав данного преступления. Таковым является незаконное пересечение Государственной границы РФ, совершенное: а) группой лиц по предварительному сговору; б) организованной группой (ст. 35 УК).

Удовлетворяя доводы кассационного представления об изменении приговора в отношении К., С. и Д. о переквалификации действий осужденных с ч. 2 ст. 322 УК на ч. 1 ст. 322 УК, Верховный Суд РФ в определении указал следующее.

Из содержания постановлений о привлечении в качестве обвиняемых, обвинительного заключения, показаний осужденных следует, что они договорились проверить силки. Предварительной договоренности на пересечение Государственной границы без надлежащего разрешения достигнуто не было. Между тем в соответствии с ч. 2 ст. 35 УК преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления. По данному делу предварительный сговор на совершение преступления не имел места <*>.

--------------------------------

<*> Архив Верховного Суда РФ, дело N 92-004-1.

Еще один квалифицирующий признак ч. 2 ст. 322 УК - незаконное пересечение Государственной границы РФ с применением насилия или с угрозой его применения. Данный признак не охватывает причинения в результате насилия смерти или тяжкого вреда здоровью. В этом случае действия виновного образуют совокупность преступлений, предусмотренных данной статьей и, в зависимости от обстоятельств, например, ст. ст. 105, 317 УК.

В соответствии с примечанием к комментируемой статье этот уголовный закон не применяется, если правила пересечения Государственной границы РФ нарушили иностранные граждане и лица без гражданства для использования права политического убежища в соответствии с Конституцией РФ, при условии, что в их действиях нет состава иного преступления (см. Положение о порядке предоставления Российской Федерацией политического убежища, утвержденное Указом Президента РФ от 21 июля 1997 г. N 746).

Организация незаконной миграции

Незаконная миграция - достаточно новая для России проблема, но успевшая уже достичь значительных масштабов. Еще в 2001 г. Правительство РФ обозначило вопрос защиты страны от незаконной миграции в качестве одного из приоритетных направлений социально-экономического развития России <*>.

--------------------------------

<*> См.: Распоряжение Правительства РФ от 10 июля 2001 г. N 910-р.

Тем не менее до последнего времени уголовное законодательство России предусматривало ответственность только за незаконное пересечение Государственной границы РФ и не содержало норм в отношении лиц, способствующих незаконному въезду, пребыванию и транзиту иностранцев и лиц без гражданства через российскую территорию.

Правовой пробел устранен Федеральным законом от 28 декабря 2004 г. N 187-ФЗ "О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях".

Закон дополняет УК ст. 322.1 "Организация незаконной миграции". Данная статья признает преступными и уголовно наказуемыми деяниями организацию незаконного въезда в Российскую Федерацию иностранных граждан или лиц без гражданства, их незаконного пребывания в Российской Федерации или незаконного транзитного проезда через территорию РФ.

Общественная опасность преступления, предусмотренного ст. 322.1 УК, состоит в нарушении режима, установленного для иностранных граждан в Российской Федерации Федеральным законом от 25 июля 2002 г. <*>.

--------------------------------

<*> См.: Федеральный закон "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации".

Данный Закон устанавливает правовое положение иностранных граждан в Российской Федерации и регулирует основные вопросы, касающиеся временного положения иностранных граждан в Российской Федерации, основания отказа в выдаче либо аннулирования разрешения на временное проживание, возможности передвижения иностранных граждан в пределах Российской Федерации, условий участия иностранных граждан в трудовых отношениях и др.

Объективная сторона преступления - организация незаконной миграции - выражается в совершении хотя бы одного из альтернативных действий: организации незаконного въезда в Российскую Федерацию иностранных граждан или лиц без гражданства, их незаконного пребывания в Российской Федерации или незаконного транзитного проезда через территорию РФ.

Действия, указанные в законе, могут совершаться путем предоставления транспортных средств, либо поддельных документов, либо жилого или иного помещения.

Субъективная сторона характеризуется только прямым умыслом: лицо осознает, что организует незаконный въезд в Российскую Федерацию иностранных граждан или лиц без гражданства, их незаконное пребывание в Российской Федерации или незаконный транзитный проезд через территорию РФ, и желает действовать таким образом.

Учитывая положения ст. 20 УК, ответственность за совершение названных деяний наступает с 16-летнего возраста. Субъектом преступления может быть вменяемое лицо, являющееся гражданином РФ, иностранным гражданином или лицом без гражданства.

В ч. 2 ст. 322.1 УК сформулирован квалифицированный состав незаконной миграции - организация незаконного въезда в Российскую Федерацию иностранных граждан или лиц без гражданства, их незаконного пребывания в России или незаконного транзитного проезда организованной группой либо в целях совершения преступления на территории РФ.

Противоправное изменение Государственной границы РФ

Состав преступления, предусмотренного в ст. 323 УК РФ, содержит признаки, ранее известные УК РСФСР (ст. 83). Общественная опасность данного преступления состоит в том, что оно посягает на неприкосновенность Государственной границы РФ.

Объект преступления - посягательство на режим Государственной границы РФ.

Предмет преступления - пограничные знаки. В соответствии со ст. 6 Закона РФ от 1 апреля 1993 г. N 4730-1 "О Государственной границе Российской Федерации" (с изм. и доп.) пограничными знаками являются специальные предметы для обозначения Государственной границы на местности. Описание и порядок установки пограничных знаков определяются международными договорами РФ, решениями Правительства РФ.

Объективная сторона преступления состоит в противоправном изменении Государственной границы РФ, совершаемом путем изъятия (без установки в новом месте), перемещения (перенесение с установкой в новом месте) или уничтожения (без возможности восстановить его использовать) пограничного знака. Преступление считается оконченным в момент совершения одного из названных действий. Однако следует иметь в виду, что приготовление к данному преступлению ненаказуемо. До непосредственной попытки изъятия пограничного знака, перемещения или уничтожения его действия лица не являются преступными (ч. 2 ст. 30 УК).

Субъективная сторона преступления (ч. 1 ст. 323 УК) характеризуется прямым умыслом. Лицо осознает общественную опасность своих действий, их незаконность и желает так действовать. Виновный действует в целях противоправного изменения Государственной границы РФ. Умышленное повреждение или уничтожение пограничного знака без цели противоправного изменения Государственной границы РФ квалифицируется по ст. 167 УК. Если пограничные знаки изымаются, перемещаются или уничтожаются из хулиганских побуждений и при этом виновное лицо применяет оружие или предметы, используемые в качестве оружия, содеянное следует квалифицировать по ст. 213 УК.

Субъектом преступления является вменяемое лицо, достигшее 16 лет. Если противоправное изменение Государственной границы РФ совершается неоднократно (см. комментарий к ст. 16 УК) либо повлекло тяжкие последствия (причинен крупный имущественный ущерб, сорваны сроки международных соглашений, имеются перечисленные в ст. 63 УК обстоятельства), ответственность наступает по ч. 2 ст. 323 УК.

В данном случае возможен косвенный умысел по отношению к тяжким последствиям, а также двойная форма вины - умышленные действия при неосторожном отношении к тяжким последствиям.

Приобретение или сбыт официальных документов

и государственных наград

Непосредственный объект данного преступления - нормальная управленческая деятельность, обеспечивающая порядок обращения с официальными документами и государственными наградами.

Общественная опасность этого преступления состоит в том, что оно нарушает данную деятельность, а также может привести к нарушению прав граждан.

В уголовном законе содержание понятия официальных документов, предоставляющих права или освобождающих от обязанностей, не раскрывается.

С учетом положений, содержащихся в нормативных актах, а также выработанных наукой уголовного права и судебной практикой, под официальным документом, в смысле ст. 324 УК, как правило, следует понимать деловые бумаги, свидетельствующие о каких-либо фактах, подтверждающих право на что-либо, находящиеся в обороте государственных (муниципальных) органов, учреждений, организаций и предприятий, оформленные надлежащим образом.

Однако к документам относятся не только деловые бумаги, но и фотопленка, дискета, магнитофонная лента.

К категории официальных могут относиться документы, исходящие от частных лиц. Так, частный документ (доверенность, заявление, договор, завещание и др.), официально заверенный должностным лицом, нотариусом и иным компетентным органом, следует считать официальным.

Обязательными реквизитами официальных документов являются: место, время его составления, наименование органа или лица, составившего документ, подписи, печати, штампы, отметка о поступлении (регистрационный штамп). Некоторые официальные документы должны быть изготовлены на бланках с воспроизведением Государственного герба РФ.

В конкретном документе состав реквизитов может быть дополнен или сокращен.

Обязательным признаком официального документа, выступающего предметом рассматриваемого состава преступления, является предоставление таким документом каких-либо прав или освобождение от обязанностей.

Для квалификации не имеет значения, предоставляются права либо освобождается от обязанностей сам субъект преступления или третьи лица, а также отражено данное обстоятельство непосредственно в тексте документа либо следует из содержания документа или нормативных актов.

Судебная практика к официальным документам, предоставляющим права, относит патенты, лицензии. Документами, освобождающими от обязанностей, могут выступать служебные удостоверения, справки, освобождающие от платежей, и т.п.

Водительские и пенсионные удостоверения, удостоверения личности и т.п. судебная практика в качестве официальных документов не признает и относит их к важным личным документам <*>.

--------------------------------

<*> Архив Верховного Суда РФ, Постановление N 1003п2000; Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 4 февраля 2004 г. N 832п03; и др.

Незаконные приобретение или сбыт неофициальных документов (личного характера либо документов коммерческих организаций, находящихся вне официального оборота) не образуют состава преступления, предусмотренного ст. 324 УК. При установлении соответствующих признаков такие действия могут расцениваться как нарушение неприкосновенности частной жизни (ст. 137 УК), незаконное получение сведений, составляющих коммерческую тайну (ст. 183 УК).

Приобретение или сбыт официальных документов, содержащих сведения, составляющие государственную тайну, в целях нанесения ущерба внешней безопасности Российской Федерации квалифицируются соответственно по ст. ст. 275 или 276 УК.

Государственные награды в соответствии с Положением о государственных наградах Российской Федерации, утвержденным Указом Президента РФ от 2 марта 1994 г. (с последующими дополнениями), являются высшей формой поощрения граждан за выдающиеся заслуги в защите Отечества, государственном строительстве, экономике, науке и иных областях деятельности. К государственным наградам России относятся звание Героя Российской Федерации, ордена, медали, знаки отличия Российской Федерации, почетные звания Российской Федерации (п. 2 Положения).

Государственными наградами РСФСР, СССР являются формы поощрения, учрежденные соответствующими законодательными актами РСФСР, СССР. В частности, государственными наградами РСФСР являются ордена, медали, почетные звания РСФСР. К государственным наградам СССР относятся Золотая звезда Героя Советского Союза, Героя Социалистического Труда, ордена, медали, почетные звания СССР <*>.

--------------------------------

<*> См.: Общее положение об орденах, медалях, почетных званиях СССР, утвержденное Указом Президиума Верховного Совета СССР от 3 июля 1979 г. // БВС СССР. 1979. N 28.

Предметами преступления, предусмотренного ст. 324 УК, являются только подлинные официальные документы, а также подлинные государственные награды названных в статье государств.

Поддельные документы либо награды выступают предметами иных преступлений (см., например, ст. ст. 327, 159 УК).

Незаконные приобретение или сбыт наград иных государств, в том числе Российской империи, не образуют состава преступления, описанного в ст. 324 УК.

С объективной стороны преступление совершается путем незаконного приобретения либо сбыта предметов преступления.

Приобретением признается получение указанных в статье документов или наград любым неправомерным способом (покупка, находка, мена, получение в дар либо в качестве залога и т.п.), за исключением хищения официальных документов, квалифицируемого по ст. 325 УК.

Хищение государственных наград рассматривается как один из способов их незаконного приобретения. Представляется, что в случаях хищения государственных наград совместно с хищением другого чужого имущества действия виновного необходимо квалифицировать по совокупности преступлений.

На наш взгляд, Верховным Судом РФ было принято неправильное решение по уголовному делу в отношении С., осужденного по совокупности преступлений, предусмотренных п. п. "а", "б", "в" ч. 2 ст. 158 и ст. 324 УК, за совершение хищения из здания администрации сельского совета имущества сельсовета и работников этого учреждения - видеоаппаратуры, а также медалей, являющихся государственными наградами.

В определении суд надзорной инстанции, мотивируя исключение осуждения С. по ст. 324 УК, указал, что объективная сторона состава преступления, предусмотренного ст. 324 УК, состоит в незаконном приобретении государственных наград.

Вместе с тем по смыслу закона хищение государственных наград не образует состава незаконного приобретения, поскольку кража не является способом незаконного приобретения. Такие действия должны квалифицироваться по ст. 158 УК как преступление против собственности.

Поэтому органы следствия, предъявившие обвинение С. по факту завладения юбилейными медалями по ст. 324 УК вместо ст. 158 УК, допустили ошибку.

В настоящее время исправить эту ошибку в силу ст. 405 УПК не представляется возможным <*>.

--------------------------------

<*> Архив Верховного Суда РФ, дело N 44 Д-04-3.

Под сбытом следует понимать возмездное либо безвозмездное отчуждение названных в ст. 324 УК предметов другому лицу (продажа, мена, передача в дар, уплата долга, передача в залог и т.п.).

Приобретение и сбыт официальных документов расцениваются как незаконные, если совершены вопреки предписаниям нормативных актов, регламентирующих порядок обращения данной категории документов.

Порядок приобретения и отчуждения государственных наград определяется положениями о государственных наградах. Любой иной способ их приобретения и сбыта носит неправомерный характер.

Законный владелец официального документа либо государственной награды не является собственником названных предметов и ограничен в полномочиях по распоряжению ими.

Преступление имеет формальный состав и считается оконченным в момент приобретения либо отчуждения официальных документов или государственных наград.

Последующее использование названных предметов в целях извлечения выгоды не охватывается составом рассматриваемого преступления.

Субъективная сторона - преступление совершается с прямым умыслом. Лицо осознает, что в нарушение установленного порядка приобретает либо сбывает официальные документы, предоставляющие права либо освобождающие от обязанностей, или государственные награды Российской Федерации, РСФСР, СССР, и желает совершить названные действия.

Мотивы и цели такого поведения не имеют значения для привлечения к уголовной ответственности.

Субъектом преступления может быть вменяемое лицо, достигшее 16 лет.

Похищение или повреждение документов, штампов,

печатей либо похищение марок акцизного сбора,

специальных марок или знаков соответствия

Статья 325 УК включает три части, предусматривающие преступления с различными составами.

Объектом преступления, предусмотренного ч. 1 этой статьи, являются общественные отношения, содержание которых составляет порядок ведения официальной документации. Дополнительным непосредственным объектом могут выступать права граждан.

Понятие "официальный документ" подробно раскрыто при описании состава преступления, предусмотренного ст. 324 УК.

В отличие от ст. 324 УК предметом анализируемого состава преступления может служить любой официальный документ, а не только предоставляющий права либо освобождающий от обязанностей.

Так, суд установил, что К. похитил и уничтожил паспорт на имя П. и водительское удостоверение.

Эти действия были квалифицированы по ч. 1 ст. 325 УК как похищение официальных документов, совершенное из иной личной заинтересованности, и по ч. 2 ст. 325 УК как похищение у граждан важных личных документов.

Суд надзорной инстанции в постановлении отметил, что указанные судом документы, которые похитил К., являются важными личными документами граждан и не относятся к официальным документам.

В связи с этим было принято решение, что осуждение К. по ч. 1 ст. 325 УК является необоснованным и подлежит исключению из приговора, поскольку содеянное полностью охватывается ч. 2 ст. 325 УК <*>.

--------------------------------

<*> Архив Верховного Суда РФ за 2003 год, Постановление Президиума Верховного Суда РФ N 832п03.

Штампы и печати являются разновидностями печатной формы.

Под штампом понимается ручная печатная форма, служащая для производства оттисков на документах, выполненных на бумаге. Штампы должны содержать реквизиты предприятия, учреждения, организации, физического лица, выдающего документ, дату выдачи, номер документа и могут быть различной формы: треугольные, прямоугольные и др.

Печать - прибор с рельефным изображением текста (иногда и рисунка), отражающим полное наименование предприятия, учреждения, организации, служащий для производства оттисков как на бумаге, так и иных материалах (сургуче, пластилине). Изображения на печатях чаще имеют круглую форму. Выделяются гербовые (с изображением Государственного герба РФ) и простые печати.

Объективная сторона состава этого преступления может быть выполнена путем похищения, уничтожения, повреждения или сокрытия названных в норме предметов.

Похищение - противоправное завладение указанными в ч. 1 ст. 325 УК предметами любым из способов, характерных для хищения (тайное, открытое, мошенничество, присвоение). Применение при этом насилия требует дополнительной квалификации по статьям о преступлениях против жизни и здоровья (например, ст. ст. 115, 112, 111 УК). Похищение документа для совершения с его помощью иного преступления квалифицируется по совокупности преступлений по ст. 325 УК и как приготовление к другому преступлению, например по ст. 30 и ст. 159 УК.

В отличие от хищения чужого имущества, похищение, предусмотренное ст. 325 УК, может быть совершено в отношении предметов, не представляющих материальной ценности (не имеющих стоимостного выражения).

Похищение следует считать оконченным с момента получения виновным реальной возможности владеть, пользоваться и распоряжаться похищенными предметами.

Уничтожение или повреждение официальных документов, штампов, печатей представляет собой приведение их в состояние, непригодное для использования по назначению. Уничтожение означает полную ликвидацию (например, сожжение) либо невозможность восстановления предметов преступления (полное удаление изображения текста на печати). Повреждение приводит к частичной порче указанных предметов, допускающей их восстановление (удаление фрагментов рельефного изображения).

Сокрытие представляет собой утаивание официальных документов, штампов, печатей, не позволяющее законному владельцу использовать их. Поскольку закон выделяет похищение названных предметов в качестве самостоятельного способа совершения данного преступления, сокрытие может быть осуществлено действиями, в которых отсутствуют признаки похищения (например, изменение места хранения).

Уничтожение и повреждение официальных документов, штампов, печатей следует считать оконченными с момента приведения этих предметов в непригодное состояние; сокрытие - с момента их утаивания. В случаях уничтожения и повреждения официальных документов, штампов, печатей необходимо устанавливать причинную связь между названными действиями, направленными на уничтожение или повреждение официальных документов, штампов, печатей, и наступлением последствий.

Субъективная сторона состава данного преступления характеризуется виной в виде прямого умысла. Виновный осознает, что похищает, уничтожает, повреждает либо скрывает официальные документы, штампы, печати, и желает совершения таких действий или наступления их последствий.

Мотивами преступления выступают корыстная или иная личная заинтересованность. Корыстная заинтересованность - побуждение лица получить материальную выгоду или избавиться от материальных затрат. Иная личная заинтересованность - это желание приобрести выгоды, преимущества нематериального характера (добиться повышения по службе, скрыть собственные упущения и т.п.).

Субъект преступления - вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возраста.

В ч. 2 данной статьи предусмотрена уголовная ответственность за похищение у гражданина паспорта или иного важного личного документа.

Объектом данного преступления является нормальная деятельность органов государственной власти и управления либо общественных, коммерческих и иных организаций, имеющая важное значение для реализации гражданами их личных прав.

К предмету этого преступления относятся паспорт и другие важные документы неимущественного характера.

Паспорт - документ установленной формы, удостоверяющий личность, гражданство лица в России и в ряде зарубежных государств (например, паспорт гражданина РФ, служебный паспорт, общегражданский заграничный паспорт). В соответствии с Положением о паспорте гражданина Российской Федерации от 8 июля 1997 г. паспорт гражданина РФ является основным документом, удостоверяющим личность гражданина России на ее территории. Паспорт обязаны иметь все граждане РФ, достигшие 14-летнего возраста и проживающие на территории России. Бланк паспорта гражданина РФ изготавливается по единому образцу с указанием всех реквизитов на русском языке.

Похищение бланка паспорта ответственности по ч. 2 ст. 325 УК не влечет. Внесение в похищенный бланк паспорта реквизитов, а также последующее его использование квалифицируются (при наличии необходимых признаков) по соответствующим нормам ст. 327 УК.

К другим важным личным документам относятся документы, удостоверяющие личность в отношении отдельных категорий граждан (удостоверение личности военнослужащего, свидетельство о рождении, военный билет, временные удостоверения личности гражданина РФ, выдаваемые при утрате паспорта, дипломы об окончании вуза, о присуждении ученых степеней и присвоении ученых званий, служебные удостоверения, трудовые книжки, орденские книжки, водительское удостоверение, доверенность на право управления автомашиной, технический паспорт на автомашину, страховой медицинский полис, медицинская санитарная книжка).

Объективная сторона этого состава преступления выражается в похищении у гражданина названных документов.

Похищение важного личного документа может быть совершено как у граждан РФ и иностранных граждан, так и у лиц без гражданства (например, похищение важных личных документов).

Между похищением и преступным действием следует установить наличие причинной связи.

Преступление имеет материальный состав и является оконченным с момента, когда лицо получает реальную возможность владеть, пользоваться и распоряжаться похищенными предметами.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом. Для квалификации по ч. 2 ст. 325 УК необходимо, чтобы лицо осознавало, что похищает именно паспорт или иной важный личный документ, предвидело получение реальной возможности пользоваться документом и желало наступления таких последствий. Мотивы совершения преступления могут быть различными (корысть, месть и др.) и для решения вопроса о привлечении к ответственности по ч. 2 ст. 325 УК значения не имеют.

Субъект преступления - вменяемое лицо, достигшее 16 лет.