Глава V

ИГРОВЫЕ УСЛОВНОСТИ ДОСУГОВОЙ ПРАКТИКИ ДЕТЕЙ.

§ I. Понятие и характеристика игровых условностей

Иррациональный мир детского досуга заполнен, бесспорно, реалиями, но в нем особое место занимают разнообразные зна­ки, образы, сигналы, атрибуты, символы. Они входят в кон­текст досуга детей органично и выполняют свою воспитываю­щую функцию. Сделаем краткий обзор данных условностей.

Условности. Дети с рождения живут в выверенном мире иг­ровых и неигровых условностей. Для детей они, с одной сторо­ны, договорные условия относительно чего-то, установленные по соглашению и понятные только им. С другой стороны:, условнос­ти — воображаемые, несуществующие или символические, в ос­новном игровые обычаи, порядки» правила, имеющие силу толь­ко при тех или иных условиях, значит, базирующихся на слове (у-слов-ный), на предварительном устном договоре тех, кто усло­вился, или на традициях, уходящих в далекое прошлое.

Условность — это и обстоятельство, от которого дети за­висят, это и требования, к ним предъявляемые взрослыми, это и правила, установленные в жизни людей вообще, это и общеп­ринятый, хотя и не очень необходимый, обычай, порядок, это, наконец, воображаемая, несуществующая, символическая сто­рона реальности, т.е. некие знаковые условия окружающего ми­ра. Дети "читают" и в основном понимают этот мир, все его зна­ки, символы, сигналы и постоянно его обогащают. Наибольшее количество таких сигналов содержала еще недавно идеология, заключает их в себе и детский досуг, но их распространение ши­ре: нет такой сферы, где бы не присутствовали знаки и симво­лы. Исследователи игры разных психологических направлений в качестве ее характернейшего признака называют условности — "воображаемые ситуации". Данный факт в психологической литературе обозначался как символизм, а игры, в которых раз­ные предметы и действия дети определяют необычными обозна­чениями, зная их истинную понятийность, — символическими.

Разнообразная символика (знаковая, речевая, двигательная и т.п.) мобилизует социальную активность детей, побуждает их к творчеству. В принципе ни одна форма человеческой деятельнос­ти не может осуществляться без применения условностей симво-1 лики. А у детей тем более любой вид деятельности (игра, обще-:'! ние, учение, труд, житейско-практическая, предметно-манипу- ]

156

лятивная деятельность и др.) использует знаково-символические средства, определяя их в зависимости от задач и прагматичес­ких функций.

Знаково-символические средства воспитания существуют с са­мых первых дней развития культуры человека. К примеру, со­циальные коды, используемые в общении (знаки отличия, зна­ки вежливости, ритуалы, церемонии), имеют достаточно четкий алфавит и определенную систему действий, очень широкую и конкретно очерченную сферу приложения. Их усвоение детьми определяется уровнем социальных условий воспитания прежде всего в семье и школе, а также воспитательным уровнем самих условностей. Если опираться на диалектико-материалистичес-:<ую методологию, то вывод прост: предметно-практическая дея­тельность детерминирует генезис и структуру человеческой пси­хики, значит, и освоение всех условных — знаковых, сигналь­ных, символических и атрибутивных — .систем и подсистем, ко­торые зарождаются в этой деятельности, фиксируясь видообраз-но в разных формах духовной культуры. Нас интересует знако-во-сигнальные, знаково-символичеекие, атрибутивно-аксессуар­ные явления как средства, обслуживающие добуговую деятель­ность детей. Другие сферы, использующие эти явления, а имен­но познавательная, трудовая, эмоционально-оценочная, имеют широкое осмысление в научной, прежде всего философской и психологической, литературе. Исходной концепцией сущности и применения знаков и символов, очевидно, следует считать пози­ции К.Маркса об "опредмечивании" различных образов культу­ры (их объективизация) и "распредмечивании" таковых образов (освоение предметов)-'. Мы думаем, что вся знаково-символичес-кая система, используемая в сфере досуга, выполняет модель­ную сущность. Модель как понятие используется в словарной и энциклопедической литературе как образец, как воспроизведе­ние, как схема в наиболее общем или уменьшенном виде. Мо­дель понимается и как стандарт, эталон, как абстрактность, как система объектов или знаков, воспроизводящих некоторые су­щественные свойства системы-оригинала².

Моделирование в философии определяется как метод позна­ния, при котором изучается искусственная система как воспро­изведение характеристик некоторого объекта на другом объекте, специально созданном для их изучения. В психологии модели­рование выступает и как действия, и как исследование психи­ческих процессов и состояний. В педагогике моделирование — опережающее, прогностическое действие и воспроизводство объ­ектов. В таком случае расширение поля досуга, ознакомление дотей с культурой досуга и включение их в досуговую деятель-

| : Марче К., Энгельс Ф. Соч. Т. 42. С. 121.

■" > 1 ; Философский словарь, М., 1991; Психологический словарь. М., 1990; ' ингггкий энциклопедический словарь. М., Советская энциклопедия, 1987.

,157

ность — создание воспитывающей модели ЖИЗНИ. Модвлирова- {

ние предполагает создание системы условных опор, по крайней мере их учет и использование. Рассмотрим отдельно все досуго- |

во-игровые, символические опоры. >

Образ. Создание системы образов — сущность образования. Образование есть результат усвоения систематизированных зна­ний, умений и навыков, т.е. образов жизни людей, особенностей их повседневной жизни, и формирование воспитания идеального (с точки зрения общества) образа человека. С одной стороны, об­раз — результат и идеальная форма отражения предметов и яв­лений материального и духовного мира, с другой стороны, образ - это такие реалии, как труд, быт, досуг, общественная прак­тика и др. С третьей стороны, образы — это язык, знаковые мо­дели, художественные результаты. С четвертой — образ — спо­соб и форма освоения действительности в искусстве и т.п. Сле­дует также отметить, что в истории культуры, во все времена всегда рядом с людьми, жившими по законам разума, присут ствовал и действовал иной образ — идеал ("за гранью разумно ^о"), своеобразный трикстер. Скажем, в мире сказки это были Уванушка-дурачок, Конек-горбунок, Царевна-лягушка и т.п. Поведение этих детских героев парадоксально, они делают то, что не соответствует рамкам здравого смысла, их поведение оп­ределяется некой сверхзадачей, решить которую обычным путем нельзя. Это, так сказать, чисто сказочные, досуговые образы.

В большой литературе свой феномен образов. Народные пер­сонажи в русской классике как бы одномерны, ибо предназначе­ны олицетворять национальность. То же и в фольклоре — на­родность выше индивидуальности героев и проявляется субстан­ционально. Народный досуг стоит на этой субстанциональности, его задача — сохранить общее, ценное, нравственное. Наиболее выразительная личность — единица народа у Пушкина. Пуш­кин очертил образ русского, российского человека. Шукшин дал образ — колорит самобытности. Высоцкий вскрыл образ энергию типового человека России. Значит, образ есть результат отражения объекта в сознании человека, в его материальной формой выступают практические действия, различные знаковые модели.

Существующее типовое выражение "таким образом" отражает зеркально самую образность жизни во всех ее Проявлениях. Оно означает, что таким образом, видится то или иное пиление, что так, таким образом — способом что-то решается. Здесь как бы присутствует и понятие "образец" как нечто принятое, показа­тельное. В русском языке от понятия "образ" создан ряд близ­ких, родственных словообразовании: образец, образный, образо­ванный, сообразовать, образумить, образумиться, образоваться, образовать, вообразить, сообразить и т.п. В центре некое обоб­щенное отражение действительности. Потому в лексиконе людей так много выражений с корневым "образ": равным образом, сле-158

дующим образом, главным образом, некоторым образом, реши­тельным образом, коренным образом и др. Высшая доминанта — "образ жизни", философско-социологическая категория, ох­ватывающая совокупность типичных видов (способов) жизнедея­тельности индивида, социальной группы, в том числе класса и нации, общества в целом, которая берется в единстве с условия­ми жизни, определяющими ее^. Образ способен объективизиро­ваться, согласно идеям Л.С.Выготского и А.Р.Лурия, в слове, модели, чертеже, графике, пластике, музыке, живописи, эпата­же, форме одежды, игрушке и т.д. Но вместе с тем образ фикси­руется как типовая характеристика любых материалов культу­ры людей в языке, и только в языке. Л.С.Выготский придает исключительное значение образно-знаковой системе прежде все­го в развитии и воспитании ребенка.

Еще несколько слов о категории "образ". Словарная литера­тура трактует его как вид, облик, как то, что наглядно пред­ставляется в чьем-то сознании, воображении, памяти. Образ есть результат и идеальная форма отражения предметов и явле­ний. На чувственной ступени познания образ — ощущения, представления, восприятия; на уровне мышления образ — поня­тия, суждения, умозаключения; на уровне конкретики образ — адекватное, художественное или символическое отражение объ­екта или индивида.

Досуг традиционно образен для человека, ибо его притяга­тельная основа питается образами, стимулирующими к самот­ворчеству, к постижению нового, повторению наслаждений ста­рыми образами.

Сигнал. Означает начало, изменение или отмену деятельнос­ти. Сигнал (от лат. еи&пит) — знак, несущий информацию о ка­ком-либо событии, объекте наблюдения, коммуникации. Сигнал обычно преобразует какую-то информацию. Сигнал — процесс или явление (внешнее или внутреннее, сознаваемое или неосоз­наваемое), несущее сообщение о каком-либо событии и ориенти­рующее живую систему относительно этого события. Сигнал — условный знак для передачи каких-нибудь сообщений, распоря­жений, предупреждений^. Опорные сигналы детского досуга — голос (слово), атрибут (предмет, костюм, аксессуар игры, досу­га), знак (свернутое смысловое содержание). Голос — концен­трат того, что свободно выражает ребенок и чем владеет. Он всегда несет в себе самую сущность человека, выражает его це­лостность, он информативен. Во многих сферах принудительно­го существования ребенка (учение, труд, "общественная" дея­тельность) легко увидеть, услышать дисгармонию голоса и внешнего вида детей, понять, что является причиной фальши­вости голоса — физическое, эмоциональное или рациональное

³ Философский словарь. С. 308

⁴ См.: Психология: словарь. С. 360.

159

состояние. В условиях суверенных игр, досугов голос отражает состояние ребенка, взаимосвязь его разума, души и тела. Голос сигнализирует о работе души. Работа мысли отражается не только в составлении слов, предложений, фраз, но и в звуковом строе голоса. В досуговой деятельности он сам по себе средство общения, здесь слова не имеют значения, голос как бы вторая сигнальная система. Ребенок, говорящий в условиях несвободы (например, на многих школьных уроках), почти в любых словах ложен, он недовысказывает многое, что его волнует и тревожит, у него нет слияния голоса души, разума и сердца в одно единое сигнальное отражение. У детей нелогическая форма мысли, а голос отражает сущное, он — сигнал самораскрытия, в нем уве­ренность или неуверенность, спокойствие или беспокойство, гар­мония или дисгармония. Уровень и глубина досугового, игрово­го общения детей — это адекватные средства голосового выра­жения (интонация, тембр, раскованность звучания и т.д.), это уровень культуры досуга. Крики ребенка - - те же сигналы о том, что он не справляется с ситуацией, напряжен и тревожен. Равно как тусклый голос — сигнал усталости, неуверенности, апатии. "Голос" современной молодежной музыки агрессивен, в нем нет ни мажора, ни минора, нет лада. Еще со времен антич­ности в музыке различались фригийский, дорийский, лидий­ский лады. В современной псевдомузыке вместо голоса — шум. Поставить голосовые сигналы детей может лишь хоровое пение как естественный способ научить слышать себя и другого чело­века, в то же время оно и ощущение культуры, и созидание го­лосового культурного процесса. Пение хором, умение сливаться с другими голосами, сохраняя при этом свой голос, дает детям неповторимое ощущение бытия. Встроить свой голос в хоре сверстников по совместной игре, забаве, в досуговом деле — это умение преодолеть личную ограниченность, своеобразная сопри­частность с миром. Но голос — фон самопроявления. Есть еще и сигнал слова. Слово — также концентрат того, чем обладает ре­бенок. Его невозможно заменить крико-движениями — в них возможна обманность. Слово — мысль, переход в новое социаль­ное состояние — это отказ и от диктатуры слова, которая пра­вила умами взрослых и детей более 70 лет. Апологетика имела некий словарь терминов, посягать на которые никто не имел права. Партия умело использовала диктатуру слова. Такие сло­ва-понятия, как "социализм", "коммунизм", "революция", "пар­тия" тиражировались ежедневно, включались в контекст любой информации, а значит и в сознание. Слова данного типа были скорее инструктивны, чем информативны, как и тысячи слов из "первоисточников". Мы коснемся ниже языка детского досуга, пока же отметим, что слова-сигналы, бытовавшие в досуговом опыте детей 30-х и более поздних лет, были частично идеологи­зированы. Дети клялись друг другу в чем-то, доказывая истин­ность слов такими "формулами": "под салютом всех ВОЖДеЙ", 160

"за дело Ленина-Сталина", "честное пионерское". Они делали это искренне. Дети обычно не лгут, они фантазируют, поддава­ясь магии навязанных слов. Обманывать их учат взрослые. Многообразные игровые "говорилки", слэнг — это скрытые сло­ва досуга, слова — "тайные знаки". В школьном быту учитель, к примеру, на классном часе по поводу успеваемости и дисцип­лины много лет требовал: "Дай слово!" Дай! И ребенок давал очередное обещание быть лучше, не веря в это. Довольно долго были распространены "социалистические обязательства", обязьь вавшие ребенка делать то-то и то-то, не делать то-то и то-то. При вступлении в пионеры с детей брали "расписку" (пионер­скую клятву), что они будут верны всем законам и правилам детской организации. Так слово превращалось в свой "обрат­ный" знак. Знак-антипод. Школа — мир душевных человечес­ких отношений и прикосновений, а это вечный закон педагоги­ческой этики. Голос и слово могут огрублять детское сердце, де­лать его равнодушным к окружающему миру и к самому себе, могут учить обманывать.

В условиях досуга голос и слово соотносятся с возникающи­ми в ходе неформального общения с партнерами образцами ус­тановленных ценностей, служат им.

К сигналам детского досуга следует отнести и особые жесты-знаки. Известный советский литературовед М.М.Бахтин (1895-1975) свидетельствует, что актеры и дети используют естествен­ный (или заданный) жест в знаковом смысле, т.е. подчиненно театральной или игровой роли, замыслу ролей. В ролевом жесте отражаются социальные коды, используемые в общении. Дети, подростки придают жестам символическое значение. В 20-е гг. были очень популярны и сохранились долго, вплоть до 80-х гг. жест-символ — пионерский салют, означающий приветствие членов детской организации и уважение (дань памяти) установ­ленным уставом вещным символам — знамени, флагу страны, памятникам, мемориалам и т.п., и жест-символ, к примеру, "рот-фронт", означающий солидарность интернационалистскому движению, протест против сил реакции. Его много лет исполь­зовали и дети, и взрослые, особенно в период антифашистских движений. До сих пор хранится в досуговой символике жест "виктория" — два растопыренных пальца поднятой вверх ладо­ни, — который означает разные смыслы: протест, поддержку "звезд" сцены, солидарность с певческими коллективами, оцен­ку восхищения и др. Существуют и другие социальные коды не­формального общения — знаки вежливости, поддержки (апло­дисменты, коллективные покачивания и др.), знаки протеста (топанье ногами, размахивание руками). Еще одним сигналом досуга мы считает его атрибуты. Они так же, как голос, слово или жест, информативны.

Атрибут (от лат. аИгНшо — "придаю", "наделяю") — необ­ходимое, существенное, неотъемлемое свойство объекта. Поня-

6 - С. Шмаков 1 61

тие "атрибут" рассматривается в науке и практике шире. На­пример, в языкознании однозначно это определение. В филосо­фии это необходимое, существенное, неотъемлемое свойство объ­екта. Демокрит рассматривал атрибут как основное свойство субстанции. Дидро и Робине — мышления. Спиноза считал про­тяженность и мышление атрибутами единой субстанции. Атри­буция как производное от атрибута также означает "приписыва­ние", "наделение". К примеру, приписывание индивиду или со­циальной общности характеристик, не представленных в поле восприятия. Атрибут дополняет, достраивает то, что недостаточ­но для адекватного взаимодействия, раскрытия в социальном окружении. В педагогике он чаще воспринимается как нечто вещное, материализованное. Например: древко — атрибут зна­мени, посох — атрибут туриста, пилотка — атрибут пионерской формы, мяч — атрибут игры и т.п. Оперирование понятном "ат­рибут" восходит ко временам Аристотеля, который отличал ат­рибуты от акциденций (лат. ассЫепз — "случайность") -- чего-то временного, переходящего, несущественного в отличие от суб­станционального. Значит, атрибут, с одной стороны, существен ные свойства, признаки, детали, с другой стороны, это то, что приписывается объекту, с третьей — это просто часть, деталь, компонент объекта материального и социального мира (атрибу ты детской пионерской или скаутской организаций; атрибуты костюма, формы; атрибуты праздника и т.д.).

Ф.Хайдер, положивший начало изучению проблемы атрибу­ций в конце 50-х гг., разработал их категории и принципы, ко­торые стали использоваться в социальной психологии, а позднее в общей, педагогической, возрастной психологии, психологии спорта и т.д. На основе выявленных Хайдером закономерностей разрабатывались приемы практического использования атрибу ций в целях воздействия на эмоции, установки, мотивацию и эффективность деятельности людей. Атрибуция использовалась наряду с аттитюдами (установками) как один из нескольких ' объектов социально-психологического и социально-нядагогичес кого исследований.

Восприятие разных атрибутов в разных науках различно, но есть нечто общее, что отражает каузальная атрибуция, - - уточ­нять причинность (от лат. саиза — "причина") и наделять смыслом, содержанием, значением. Полагаем, что атрибуты су­ществуют во всех сферах, видах человеческой деятельности, в сфере межличностных отношений, восприятия социальных объ­ектов и т.п.

Что же следует отнести к атрибутам игры и досуга? Все мате­риализованные (вещные) объекты досуговой деятельности и ус­ловности, важные в системе взаимоотношений партнеров по до-суговому общению.

Анализ досуговой деятельности позволяет представить типо­логию атрибутивности: 162

атрибуты, стимулирующие к активной деятельности, твор­честву, самовыражению (игровые аксессуары: мячи, биты, лап-товки, спортивные и театральные костюмы и т.д.);

атрибуты, заменяющие в досуге номинальные предметы (палка вместо клюшки, банка вместо шайбы, песок и зелень как бы продукты питания в игре, бумажки вместо денег и др.);

атрибуты, несущие символическую условность (ствол елки как пулемет, венок из березовых листьев как лавровый венок чемпиона, самодельные ленты победителей состязаний; знаки командного различия — погоны, нашивки, аксельбанты и т.п.);

атрибуты-игрушки, самоценные предметы (игрушки как об­легченные или уменьшенные предметы: игрушечные часы, пы­лесосы, мебель, музыкальные игрушки и др.);

вспомогательные атрибуты досуга (любые предметы и явле­ния, вписывающиеся в контекст досуговой деятельности: приро­да, территория, время суток, время года).

Знак и символ. Знак — предмет, явление, служащие пред­ставителем другого предмета, явления, процесса⁵.

Изучение законов (семиотика) началось в XIX столетии, по­лучило развитие в XX и связано с именами Ч.Пирса, Ч.Морри­са, Ф. де Соссюра, Г.Фрече, Р.Карнака и других. Проблема зна­ка трактуется философией, психологией, педагогикой, логикой, семиотикой и другими науками по-разному. Самообозначение понятия знака в научной литературе также разнопланово. Фило­софская трактовка: "Знак — материальный предмет (явление, событие), выступающий в качестве представителя некоторого другого предмета, свойства или отношения и используемый для приобретения, хранения, переработки и передачи сообщений (информации, знаний)"⁶. Таким образом, философия подчерки­вает, что в гносеологическом исследовании первостепенное зна­чение имеет объективная референция знаков, их прямая связь с объективной реальностью. В семиотике — отрасли науки, кото­рая занимается сравнительным изучением знаковых систем, — указывается, что обозначения предметов необычайно разнород­ны: "символ", "эквивалент", "репрезентант", "обозначающее", "копия", "индекс", "изображение".

Понятие "знак" в научной литературе трактуется по-разному: материально выраженная замена предметов, понятий, явлений; указатель, изображение, метка (мета); понятие; символ; худо­жественный образ; метафора и т.д. В этом перечне есть значе­ния, взаимоисключающие друг друга. Знаки — вечная мозаика меняющейся культуры. В этом плане можно говорить о знаках момента, которые не всегда следует принимать за истину. С од­ной стороны, переломный момент социальной жизни Россий­ской Федерации перенасыщен западными, особенно американ-

⁵ См.: Психология: Словарь. С. 123.

' Философский энциклопедический словарь. -М.: Политиздат, 1983. С. 191.

163

скими, знаками, а именно: чужой рекламой, чужой терминоло­гией (названия фирм, частных предприятий, музыкальных мо­лодежных коллективов и т.п.), чужим языком общения (слэнг), чужими песнями, танцами, музыкальными пьесами, фильмами, чужой одеждой и амулетикой, жвачкой, сладостями и др. С другой стороны, эта наносная культура — явление временное. Русская культура, к счастью, все-таки хранится в сознании многих людей. И что бы ни случилось, ни происходило "навер­ху", наша культура останется жить, пока живы мы. Истина мо­мента с нами, она в России.

Детский досуг, особенно игры, праздники пронизаны знако­вой культурой. Знаки досуга духовны издревле, они как бы про­тивостоят роскоши бытия и соединяют жизнь и образы жизни. Наши предки практически на каждой вещи ставили знаки досу-говой практики — рисунки, насечки, орнаменты, узоры. Знаки, нанесенные на полотенца, сарафаны, рубашки, головные плат­ки, ложки, коромысла, наличники окон, сундуки, соединяли человека с его представлением о празднике жизни, придавали конкретным вещам заряд духовной энергии.

Нам представляется, что вхождение детей в культуру идет иным, чем у взрослых, путем, и прежде всего Чвреа знаки куль­туры досуга: игрушки, имитирующие предметы; предметы, ис­пользуемые как игрушки; условия среды, стимулирующие детей к досуговой деятельности, озорству, забавам. Знаковая культура для детей — обретение смысла того или иного поведения в досу-говом пространстве. Досуговые ценности у ребят равного возрас­та меняются, выстраиваются по иерархическому принципу, и отдельные знаки досуга или их формы становятся доминирую­щими в качестве ориентации поведения. Сегодня для нас, к при­меру, очевидно: молодежная культура у каждого поколения своя и относиться к ней следует уважительно. Знаковые формы ее могут приходить из других стран, и задача воспитателей ли­бо, если они не противоречат нашей духовности, принят!, их как составную часть отечественной культуры, либо противопоста­вить нечто лучшее, либо, если это невозможно, наполнить их новым содержанием (костюмы, прически, музыка, танцы, аму-летика и др.). Дети в досуговой деятельности создают свои предикаты знаков, которые отражают реальные признаки пред­метов, явлений, материалов, аксессуаров, игрушек, включаемых в процесс досуга, с одной стороны. С другой — знаки восприни­маются подростками как показатели, возникающие из вообра­жения, представления, из магического "как будто бы", т.е. из образа, придуманного детьми. Есть и третья сторона — это реф­лексивный предикат, который появляется спонтанно в процессе развития игрового действия и коммуникативных отношений партнеров по досугу. Знак — корневое понятие для таких рас­пространенных слов, как "знаю", "знакомить", "знакомство",

164

"ознакомить" и др. Поэтому исторически знак — это то, что не­сет знание, информативный заряд.

Символ — образ, являющийся представителем других обра­зов, содержаний, отношений. Символ родствен понятию "знак"⁷. Символ — то, что служит условным обозначением какого-либо понятия, идеи, образа. В отличие от аллегории символ неотде­лим от образной структуры и отличается огромной многознач­ностью своего содержания. Символы — это, скорее, наглядно-об­разное выражение абстрактных идей и понятий. Символы могут отражать то, что способно вызвать ассоциацию идей, которых, возможно, и не было у первоначально изобретенного символа. Ассоциации ребенка питают их содержание. Символы оживля­ют, конкретизируют любые вещи,

Молодежи нужны такие символы, которые работали бы на уровне человеческого подсознания, влияя на поведение детей, на их поступки и особенно на их мировоззрение. Официальные символы общности должны быть доступными и легко понятны­ми для каждого молодого человека. Осознание юными гражда­нами доступности культурных ценностей поможет заложить на­дежные камни в федеративный фундамент культуры, в которой символы — образные репрезентации.

Знак и символ выполняют прежде всего функциональное наз­начение — опосредованное раскрытие сущности, в них отражен­ной. Полнота воспроизведения реальности в знаках и символах зависит от сохранения связей с этой реальностью. Поэтому мы склонны считать знак обозначением содержания, а символ тем, что выражает к этому содержанию отношение, своеобразный его функционал.

Игра в символике, обрядности выступает как бы фиктив­но. Она свидетельствует, что в психическую жизнь ребенка вводится представление о деятельности, создающей необходи­мость перехода между знаком, еще связанным с вещью, и сим­волом — порой его чисто интеллектуальных операций и эмоци­ональных ощущений. Помогая ребенку переступить данный по­рог, игра приобретает значение в его психическом развитии. Не уходя в сущностные основы такого мощного символа христи­анства, как крест, лишь упомянем его необычайную популяр­ность среди современной молодежи. Его сегодня носят очень многие как ценную или декоративную вещь на дорогих цепоч­ках и поверх одежды. А ведь вера — нечто личное, интимное. И крест старой России был обязательно нательным. Женщины, которые носили кресты поверх одежды в так называемые доре­волюционные годы, как правило, были легкого поведения, эпа­тируя тем самым и религиозную и светскую мораль. Бесспорно, сейчас в душах многих молодых людей происходит более глубо­кий поворот к возрождению исповедального покаяния, не так

С м.: Психология: Словарь. С. 361.

165

уж важно — перед самим собой, перед священником или даже перед народом. Обращение к кресту как символу веры — уже некий гражданский поступок, если он делается не по внешнему принуждению или моде, а под давлением собственной совести.

Поскольку человек живет не только в материально-вещном мире, но и в духовно-символическом, символы, знаки и сигналы не столько расширяют мир реалий, сколько выступают в ка­честве его нового отражения. Кассирер, к примеру, считает че­ловека символическим животным (ашта1 зутЬоНскит), ибо язык, миф, искусство, религия — элементы мира человека. Знак, символ, сигнал рождаются в практической деятельности, фиксируются преимущественно в различных формах культуры. Они помогают ребенку адаптироваться в жизни. Пиаже в этом плане рассматривает знаки и символы в качестве индивидуаль­ных факторов развития ребенка. Символы и знаки в досуговой сфере кооперируют детей, обогащают их общение"⁹. Знаки досуга не носят иконический (символический) характер, они, скорее, отражают поведенческие стороны человека.

А.Ф.Лосев, пытаясь раскрыть сущность знака-символа, трак­тует его обобщающий принцип дальнейшего развертывания свернутого в нем смыслового содержания неким компромиссом реальности. Знак понимается и более конкретно - как воспри­нимаемые органами чувств предмет, явление (к примеру, изоб­ражение, звук, жест), содержащие в себе указание на другой, иной предмет или явление, т.е. имеющие определенный смысл (дорожные знаки, нотные знаки, корректорские знаки, знаки почтовой оплаты, знаки отличия и различия).

Интересно мнение Гегеля о разности знака и символа: "Знак отличен от символа: последний есть некоторое созерцание, со­бственная определенность которой по своей сущности и понятию является более или менее тем самым содержанием, которое он как символ выражает; напротив, когда речь идет о знаке как таковом, то собственное содержание созерцания и то, знаком че­го оно является, не имеют между собой ничего общего"⁹. Фило­соф Ильенков считает, что "быть знаком — это не естественное свойство какого-то предмета, а его функциональное свойство, которое проявляется в знаковой деятельности"⁷⁰.

В разных видах деятельности ребенка используются различ­ные по способам построения и функционирования системы зна-

^а См.: Шмаков СЛ.. Некоторые приемы, повышающие воспитательное .чначение символики и атрибутики // Вопросы нравственного воспитания. Красноярск, 1959; Он же. Игра в системе работы пионерской организации им. Н.И.Ленина. Канд.дис. М., 1959; Он же. Ритуалы, символы и традиции пионерского ляге-ря//Пионерское лето. -М.: Профиздат, 1976.

⁹ Гегель Г. Философия духа // Цит. по: Энциклопедия философских паук. Т. 3.-М., 1977. С. 294-295.

¹⁰ Ильенков Э.В. Диалектика идеального// Искусство и коммунистический иде­ ал. -М., 1984. С. 124.

166

ково-символических средств, определяемые прагматическими назначениями деятельности. Мы осознанно исключаем из рас­смотрения философскую, психоаналитическую и искусствовед­ческую литературу по проблемам символизма. Нас интересует лишь тот круг терминов и понятий, который может быть ис­пользован в досуговой педагогике и психологии. Можно разли­чать сигналы, знаки, символы, используемые детьми в досуге.

1. С точки зрения способа их воздействия на зрение, слух. Сюда можно отнести:

а) визуальные, зрительно-видимые, обозреваемые знаки. Знаки на лице, теле (рисунок, макияж, татуировка) как свиде­тельства взросления, принадлежности к той или иной группе, компании, тусовке, религиозному сообществу. Эмблемы и знач­ки на одежде, головных уборах, необходимые либо для игры, либо для карнавала, либо для постоянной или временной при­надлежности к досуговой группе. В этом значении визуальные знаки могут быть компонентом принятой эстетики, моды или стимулом возникновения и развития неформальных отношений, демонстрации принадлежности к "братству", союзу "посвящен­ных". Мы сюда бы отнесли знаки, значки-амулеты (лат. ати1е*еп — "амулет"; апотропе1 — "оберег") в виде мелких предметов, которые охраняют владельца от бедствий, неприят­ностей, "злых чар", болезней. Мода на амулеты в среде молоде­жи увеличилась в последнее время. Визуальные знаки — это знаки-признаки, знаки-ориентации в детском сообществе. Это знаки о себе, знаки преподнесения себя другим. Среди визуаль­ных знаков досуга можно выделить:

значки и эмблемы, связанные с играми;

тайные знаки, придуманные детьми для засекречивания де­ятельности и общения;

знаки зодиака, амулеты, украшения, аппликации (орнамен­ты, изображения, вышивки и т.п.), рисунки на одежде; экслибрисы на книгах, игрушках;

знаки различия по субординации самоуправления в детских организациях, объединениях, клубах, спортивных и иных командах;

костюмы, головные уборы, специальную форму команды; прически особого типа; .

изображения животных, птиц, рыб, цветов на костюмах, на лицах и т.п.; татуировки и др.

По классификации Пирса, такие знаки делятся на иконичес-кие (копия объекта), индексы (признаки объекта) и символы (связь знаков с объектами условна);

б) оптико-кинетические (визуально — статико-динамичес-кие) знаки с долей экспрессии. Это игровые жесты ребенка

167

(знаки-жесты), пластика его движений, мимика лица (знаки-взгляды), знаки-приветствия.

А.Валлон, рассматривая эмоции ребенка, регулирующие мир его общения, считает, что деятельность детей в их мотивах и способах определяется средой, условиями окружения, что благо­даря своим эмоциям ребенок сначала принадлежит этой среде, потом уже самому себе. Знания, вырабатываемые в среде сверст­ников, неоднородны, дискретны. Дети принимают в общении традиции приветствия друг друга — похлопывание по плечу, объятия, поцелуи, удары ладонью о ладонь, поднятие руки вверх. Существуют и рефлективные знаки телесного контакта — удары, толчки, которые носят промежуточный характер, они выражают ассоциативные отношения детей и подростков. Су­ществуют в отдельных коллективных играх (футбол, баскетбол, волейбол, теннис и т.д.), в коллективных танцах, в коллектив­ном восприятии музыкальных молодежных жанров искусства, в коллективном "болении" за любимые команды знаки и симво­лы, которые реализуются под влиянием и обаянием масскульту-ры: вставания, вскидывание рук, размахивание флагами и т.п. Роль таковых знаковых обрядов в генезисе психики молодежи, в усвоении молодежной культуры досуга значительна.

К кинетическим знакам досуга детей можно отнести:

знаки внешнего приветствия детей друг друга в досуговом общении (командные приветствия в играх и личные привет­ствия);

символические жесты (салют, ритуал, отдание чести и др.);

танцевальные жесты (па, образные движения и т.п.);

жесты протеста;

жесты общности, солидарности на массовках и тусовках;

знаки-симптомы (радость, восторг);

дискретные знаки и др.;

в) экстралингвистические знаки как выразительное исполь­зование голоса, речи (знаки-звуки, языковые знаки). Чаще все­го они используются детьми в синтетических моделях песни и танца: коллективные выкрики, междометия, свист. Данные зна­ки присущи вокальным показателям, темпоречи детей, паузам и даже дыханию.

Известный русский поэт В.Иванов (1866-1949), теоретик сим­волизма, ориентированный на культурно-философские проблемы античности, ратовавший за создание народного театра-праздни­ка, в 1919г. писал следующее: "Теперь нам подлежит знать одно дело: как в стародавние времена земледельцы заговорными об­рядами будили весенних духов плодородия, так надлежит и нам звать наружу скрытые энергии народного творчества, чтобы они осознали себя в глубинах души народной и отважились проя­вить себя в новом празднестве, в новой игре, в новом зрели-

168

ще..."¹¹. В.Иванов к "скрытой энергии" относил внешнюю эмо­циональность, отличающуюся непосредственностью, открытос­тью, аффектностью, коллективностью переживаний в массовом общении. Именно в 30-е гг. родились пионерские речевки, вер­нувшиеся в практику в 50-60-е гг. как форма речевой, звуковой экспрессии, как сигнал-носитель социальных отношений (симво­лический интеракционизм) и как сигнал-носитель бессознатель­ных влечений (психоанализ). Швейцарский языковед Ф. де Сос-сюра считает, что речевой знак есть имеющее структуру целое, состоящее из означаемого и означающего, связь между которы­ми фиксируется обществом.

Д.Б.Эльконин отмечает свойственный речевой игре "двойной символизм", использование в игре знаков-заместителей, заме­щающих действий⁷². Сохраняя терминологию А.Валлона, Ж.Пиаже, Л.Леви-Брюля в исследованиях символической функ­ции детской игры, детских досуговых забав, мы хотели бы вне­сти некоторые отличия в их основные характеристики примени­тельно к детскому досугу, к детским играм. Нам представляет­ся, что одинаково важны значения речевых знаков социализа­ции мысли детей в их досуговой практике и подражательность, которая свойственна имитационным и другим играм. Речевой знак, воспринимаемый на слух, содержит в себе различную ин­формацию, важную детям. Знания, приобретаемые или через эк­стралингвистические знаки, мобильны, независимы и наиболее обобщены. К экстралингвистическим досуговым знакам можно отнести:

разнообразные фольклорные "сигналы" (речевки, дразнил­ки, говорилки, считалки и т.п.);

прозвища, отражающие имена действительных или вы­мышленных героев сказок, книг, мультфильмов, животных; речевые приветствия детей друг друга;

сигналы свистом, пересвистом; музыкальными игрушками; слэнг, принятый в общении детских и молодежных групп и подгрупп, и др.

2. Существуют субстратно-субстанциональные знаки призна­ния успехов ребенка в досуговой практике, они имеют свои сим­волические эквиваленты и используются с точки зрения типа функционирования внутри системы досуга. Это, скорее, знаки символы,, иррациональные предметы:

знаки различия и памятные знаки (спортивных обществ, творческих коллективов, знаки принадлежности к ученичес­кому классу, школе, году выпуска из школы и т.п.);

¹¹ См.: Вестник театра. 1919. № 4. С. 34.

¹² См.: Элъконин Д.Б. К проблеме контроля возрастной динамики психического развития детей: О диагностике псих, развитии личности.-Таллин, 1974.

169

₁

знаки-поощрения (наградные значки, ленты, вымпелы, куб­ки, медали и др.);

знаки присвоения "званий", классности, разряда, выбора в официальный актив;

талисманы (предметы, приносящие удачу; предметы, демон­стрирующие посвящение в ту или иную общность) и др.

3. Существуют также знаковые предметы, обозначающие сферу действия детей в той досуговои области, в которой они ис­пользуются (игрушки, спортивный инвентарь, музыкальные ин­струменты и др.). Особую игровую методику использования зна­ков и символов как механизма освоения социального опыта со­здал Л.С.Выготский, правда лишь для дошкольников. Сущест­вует также любопытный подход психолога Д.Брунера, который рассматривает пользование знаками и символами как основную особенность человека, ибо трудно понять, что это предопределя­ет — речь, танец, игру, песню, рисование. Но, по Брунеру, в ре­зультате все равно появляется человек, зачатки его личности, значит, появляется культура.

Ребенок, проходя опыт символического представления жиз­ненного опыта, развивает язык, мышление, душу. Хотим заме­тить, что Ж.Пиаже не вывел никаких технологических реко­мендаций относительно оперирования знаками, сигналами, сим­волами как воспитательными средствами. Таким образом, в на­учной психологической литературе отмечается, что знаки — это обозначения, свободные от контекста, в то время как символы зависят от него.

Вспомним знаменитую русскую матрешку — игрушка игру­шек, она символизирует то, что каждый из нас живет не ради себя, а ради кого-то и чего-то, существующих вне нашего пони­мания. Этот КТО-ТО может называться Человеком Вселенной или даже Богом, а возможно, просто рядом, близко или далеко живущим другим человеком, а это НЕЧТО может быть Вечной Истиной или Добротой. В богословии вышеназванное символи­зируется идеей Троицы. П.Флоренский определяет это так: Ис­тина — созерцание Себя через Другого в Третьем. Приведенные выше положения иллюстрируют наши выводы, а эксперимен­тальный материал свидетельствует, что по-разному трактуемое понятие знаков, символов имеет в разных науках разную сущ­ность и функции: в возрастной психологии господствует термин "замещение", в технических науках — термин "кодирование", в педагогике — "моделирование". Отношение детей к окружающе­му миру, его имитационное отражение в сигналах, знаках, сим­волах социально.

170