Подпольная работа в 1941-1945 гг.

После прихода немцев в Белград в апреле 1941 г., Агапов был арестован, но вскоре освобожден. Из-за возможных осложнений в будущем, он передал руководство Отделом и Инструкторской Частью Мартино, который, обсудив создавшееся положение с Полчаниновым, Пелипцом и Маликом Ибрагимовичем Муличем (1917-1980), решил продолжать скаутскую работу в подполье. Главной целью подпольной работы было сохранение старых руководительских кадров и подготовка новых. Для этого руководители не должны были прекращать работы с детьми, а, следовательно, нужно было получить разрешение собирать детей под не вызывающим подозрений названием и скрывать связь между отдельными группами и наличие центра. Иными словами сочетать легальную работу с детьми с нелегальной разведческой работой по подготовке руководительских кадров.

Работа с разведчиками в оккупированной и разделённой на части Югославии не прекращалась.

ВЕНГРИЯ: В присоединенном от Югославии к Венгрии Новом Саду (по-венгерски Уйвидек), группа одиночек уже в 1941 г. разверунлась в отряд под руководством Михаила Леонидовича Графа (1924-?), а отряд в Суботице (по-венгерски Сабатка) прекратил работу из-за отъезда начальника Юрия Борисовича Моисеева (1920-?) и многих разведчиков.

В Новом Саду (Уйвидеке) венгерские черкесы (разведчики) были основаны только в январе 1942 г. Начальник русского отряда Миша Граф вошел с ними в контакт, и к осени разведческая работа была вполне легализирована. Венгерские городские власти дали разведчикам под штаб-кварти­ру каменный дом в Футогском парке, и право покупать части форм и снаряжение в венгерском разведческом магазине. Значки и удостоверения по-русски и по-венгерски уйвидекские разведчики получали из Будапешта. Пребывание русских детей в разведческой дружине освобождало их от обязательного участия в венгерской организации Левенде, где проводилась допризывная подготовка.

В ГЕРМАНИИ: Новый 1942 г. начался с приезда Мартино, Полчанинова, Георгия Алексеевича Богатырева (р.1922), Игоря Москаленко и Клавдия Цыганова 3 февраля из Сараева в Берлин. Казалось бы, немцы закрыли русским эмигрантам дорогу на родину, но у НТС были некоторые нелегальные пути и возможности. Сам НТС в Германии и во всех контролируемых ею странах был на нелегальном положении. Гестапо, конечно, знало всех руководителей НТС, знало об их деятельности и собирало материал, для того, чтобы в 1944 г. всех арестовать и посадить в концлагерь.

Вскоре после прибытия в Берлин, Мартино был отправлен нелегально в Варшаву для продолжения пути дальше. Он перед отъездом передал должность начальника Инструкторской части Полчанинову (Приказ № 3 от 11 февраля 1942). Немецкo-польскую границу Мартино перешёл по глубокому снегу в лесу около Ченстоховы и прибыл в Варшаву сильно простудившимся.

Полчанинов, получил от Алексея Николаевича Князева (1909-1993) из Китая сообщение о том, что в своем приказе Пантюхов дал НОРС-Р новое название – ОР – Организации разведчиков. Письмо было послано в оккупированную немцами Югославию и потому было составлено так, чтобы немецкая цензура не могла догадаться, о чем идет речь. Полчанинов решил, что вместо НОРС-Р новым названием будет НОРР, о чем и сообщил в приказа № 4, а о том, что Пантюхов заменил лилию на щиток со св.Георгием в приказе № 5. Оба от 11 февраля 1942 г.

Оставшись в Берлине, Полчанинов поступил в НОРМ и предложил Мелких наладить работу с одиночками. Предложение было принято и из "Ушкуйного Войска" было выделено несколько человек на специальные КДВ для работни­ков с одиночками. У Мелких уже было письмо из Лотарингии от Жоржа Праутина, скаута Французского отдела НОРС-Р, с которым Мелких не знал, что де­лать, а у Полчанинова в Марбурге (до войны югославский город Марибор) было двое одиночек. Курсанты начали работу с рассылки писем во все православные приходы, но получили только один положительный ответ из Дрездена, где впоследствии были обнаружены даже остатки подпольного скаутского звена.

Это было временем, когда Мелких стремился возглавить все НОРМ-ы в Великой Германии (т.е. Германии в границах 1939 г. и присоединённых об­ластях) и создать в Берлине Центральный штаб. Большинство НОРМ-ов находи­лась в Вартегау, а два НОРМ-а в Чешско-Моравском протекторате - в Праге и Брно (дружины витязей РСХД, назвавшиеся для удобства НОРМ-ами). У берлинских витязей-скаутов были старые связи с витязями Праги и Брнo, к тому же их бывший начальник др. Сергеев находился в то время в Берлине. Между Полчаниновым, др. Серге­евым и Мелких начались переговоры о переходе дружин витязей в Праге и Брно в Пантюхоовский НОРР и о полной свободе действий в НОРМ для подпольных разведчиков.

Мелких согласился на предложения Полчанинова. Состоялось принятие др. Сергеева и Мелких в подпольную Инструкторскую часть и переход витязей в Праге и Брно в Пантюховский НОРР, а Мелких была обещана поддержка его желанию централизации всех НОРМ под его главенством.

В начале 1943 г. Мелких переехал из Берлина в Вену и в связи с этим должен был передать свою должность кому-то другому. Новоприехавший Юра (Георгий Львович) Лукин (1922-2009) показался и для Мелких, и для Таборицкого наиболее подходящим кандидатом, к тому же Поляков не собирался оставаться долго в Берлине и вскоре уехал в Россию, передав должность начальника Германского отдела Лукину. Лукин начал проходить теоретическую часть VI КДР в Берлине, а закончил курс в лагере "Русь", куда из Варшавы специально на КДР приехал Мартино. Лукин в своем письме писал: "Место лагеря было около деревни Пельцкул вблизи города Фюрстенберга на север от Берлина (прибл.75 км.). Ус­тройство этого лагеря было связано с большими трудностями и дипломатией. Выехали мы в спец.вагоне, из которого торчали веселые физиономии лагерни­ков, и на котором красовалась надпись: "Нур фюр руссен" к полному недоумеванию немцев, как военных, так и штатских". Немцы знали, что в оккупированных областях России было немало мест с надписями «Нур фюр дойче» (только для немцев) куда русским вход был запрещён.

То, что иногда бывает невозможным в мирное время, оказывается возможным в условиях риска и подпольщины. Лукину, как хорватскому студенту, удалось, сговорившись с одной фабрикой, организовать на ее территории пожарную охрану на случай воздушных налетов. Это дало возможность для Инструкторской части получить в свое распоряжение помещение - знаменитую "Ваху" (стражу), в которой разместилась группа руководителей, издательство с пишу­щей машинкой и ротатором, складом изданий и запасом бумаги. Там с ок­тября 1943 г. до эвакуации из Берлина, под редакцией Лукина выходил журнал для вожаков и руководителей - "Рук-Вож". В ноябре 1943 г. Лукин провел в Плоцке (Вартегау) КДВ.

В ЛАТВИИ: 14 января 1944 г. началось наступления Красной армии на Ленинградском и Волховском фронтах. Общая эвакуация Пскова была назначена на 18 февраля. Об этом знали все, включая и советскую разведку. В этот день советская авиация устроил налёт небывалой силы. Железнодорожная станция бы­ла разрушена, и там было много убитых и раненых. Город был моментально превращен в развалины, деревянные дома разваливались на большом расстоянии от попаданий бомб и только древние храмы продолжали невозмутимо стоять, спасая в своих стенах, как и в прошлые столетия бедных псковичей.

Полчанинов и многие псковичи оказалось в Риге. Он поступил работать в Русский комитет и органи­зовал на Форштадте (окраина города, где проживали эвакуированные русские) библиотеку с читальным залом, и возобновил там работу с разведчиками и разведчицами - только это уже не была дружина, а был свод­ный Псковский отряд имени св. Ольги. В рукописном журнале "Перезвоны" (№ I, Рига, июнь 1944), который писался под копирку в 5 экз., было написано:

"Газета "Русский Вестник" от 1 июня поместила краткое описание помеще­ния и библиотеки рус. молодёжи в Риге. На корреспондента сильное впечатле­ние произвела написанная на стене панорама Пскова и "У лукоморья дуб зелёный" – работы (Николая Дмитриевича – прим.РВП) Собурова".

Журнал был выпущен в связи с началом одиночной работы. Псковичам, ока­завшимся в провинции, говорилось в журнале о работе в Риге: "Первое звено, составленное, в основном, из старых псковичек, и названное имени св.кн. Оль­ги, было основано в Риге 14 марта. Со дня основания девочки проделали нема­ло работы. Одно время, посещали раненых в русском госпитале РОА, помогали при организации Беженской библиотеки, расклеивали в Беженском Городке объявления Русского комитета. Это всё, что касает­ся внешней работы. Одновременно проводится ещё более упорная внутренняя работа. Сборы звеньев происходили раз в неделю. На них проводились занятия строем, по русской истории в форме бесед, разучивались песни и были игры. Звено разведчиков (вожак Петя Ильин, будущий священник в г. Остров) имело своё собственное помеще­ние, которое разведчики сами почистили и обклеили обоями. Звенья ездили в Зоологический сад, на Взморье и т.д.

На случай эвакуации дальше на запад в "Перезвонах" был дан берлинский адрес НОРМ (Андрея Николаевича Доннера, р.1923). После эвакуации Псковский отряд в Риге перестал существовать, но вскоре было создано из псковичей одиночное звено им.св. кн. Ольги. Для связи с одиночками был выпущен в Берге (около Вены) журнал "Перезвоны" № 2 (1.10.1944), который, как и пре­дыдущий, был послан "по цепочке" - т.е. каждый получивший знал кому, он должен дальше пересылать. Следующий номер "Пере­звонов" - № 3, был выпущен в Нидерзахсверфене (Тюрингия, около Нордхаузена) на Рождество, а № 4 в феврале. В марте 1945 г. почта ограничила свою работу и стала пересылать только открытки, и дальнейший выпуск журнала пришлось прекратить.

В ПОЛЬШЕ: В Варшаву Полчанинов прибыл нелегально 26 апреля 1942 г., чтобы заменить Мартино на его работе в Доме молодёжи. Торжественный сбор дружины и проводы Мартино и Ани Давыдовской, начальницы отряда разведчиц, которые отправля­лись в Смоленск, был 10 мая. В этот день Мартино стал кашлять кровью и со сбора ушёл к доктору, который нашёл у него туберкулёз. Мартино остался в Варшаве, и Полчанинов сдал ему 15 июня должность начальника Инструкторской части. Об этом было сказано в § I приказа 6 от 15.06.1942 г.. В остальных §§ было сказано:

«§ 2. Зачисляю в ИЧ с 1 мая ст.рук. Льва Николаевича Филатова и рук. Евгения Евгеньевича Поздеева (1916-1994 – прим. РВП). Освобождаю от должности в ИЧ рук. Ольгу Михайловну Изместьеву (1910-1944 – прим. - РВП).