Сочинение

Интернет прочно вошел в нашу жизнь на всех уровнях ее существования, начиная от наивысших материй и заканчи­вая бытовыми рецептами приготовления ужина. «Посмотри в Интернете», — привычная фраза и для офисного работни­ка, и для школьника. Все пользуются услугами Сети и счи-

21

тают себя продвинутыми настолько, что вправе оспаривать истину. Об этом говорится в тексте известного лингвиста А.А. Зализняка. Автора волнует дилетантское отношение современного человека к информации, почерпнутой в Ин­тернете, которую он всегда принимает на веру. Но особенно волнует ученого лженаучное отношение носителей русского языка к родному слову.

То, что когда-то называлось «народной этимологией», «энтимологией», сейчас можно встретить везде и всюду. Но если раньше этого стыдились и над этим смеялись, то сейчас этим кичатся, как тот незадачливый герой рассказа В. Шукшина «Срезал». Глеб Капустин не владел навыками поиска в Интернете, потому что тогда его еще просто не бы­ло, но, нахватавшись умных фраз из газет и журналов, счи­тал себя самым умным на деревне. Особое удовольствие ему доставляло, когда он своими заумными вопросами ставил в тупик действительно образованных и культурных людей. Так случилось и в приезд Журавлевых к бабке Агафье. Кандидат наук и его жена не смогли дать отпор Капустину только потому, что не понимали, к чему был затеян весь этот разговор о Луне, шаманах и кандидатах. Как воспи­танные и высокообразованные люди, они не стали связы­ваться с Капустиным, зато Глеб ходил гоголем среди своих малограмотных односельчан и хвастал тем, что «срезал» кандидатов.

Терпению Журавлевых можно только позавидовать, по­тому что лично меня такая ситуация вывела бы из равнове­сия в одночасье. Примитивность суждений, почерпнутых из Интернета, и самоуверенность в правоте тех, кто даже не проверил достоверность информации, не может оставить равнодушным никого, поэтому я полностью разделяю воз­мущения лингвиста А.А. Зализняка.

Искажение исторических фактов и этимологии слов ни к чему хорошему не приведет. Помнится, мне как-то дали по­читать книгу по истории нашего Отечества, которая называ­лась «Князь Рюрик. Откуда пошла земля Русская». Хоро-

22

шо, что я сразу обратил внимание на то, что автор этой кни­ ги — юморист Михаил Задорнов. Но убедительно он искажает исторические факты в этой книге! Переврал все, начиная от Рюрика и его происхождения и заканчивая тем, что половина английских слов была заимствована из рус­ ского языка! Конечно, можно списать эти ошибочные суж­ дения на патриотическое чувство, но это не оправдывает юмориста в наших глазах. Все-таки наука должна быть наукой, а не вымыслом и домыслом. Для последнего суще­ ствует другой жанр — фантастика.

В заключение хочется напомнить всем известный факт, что Интернет — это яма. А в яму чаще всего попадает то, что важным, полезным и правильным назвать, увы, нельзя. Поэтому всем нам надо помнить народную мудрость: «Дове­ряй, но проверяй».

Проблема языковой толерантности

Текст

(1)Впервые в жизни я поймал себя на том, что мне радо­стно слышать чужую речь. (2)Не понимая языка, я слышал то, чего никогда не слышал в русской, понятной мне речи, а именно: как люди говорят... (З)Как они замолкают и как ждут своей очереди, как вставляют слово и как отказывают­ся от намерения вставить его, как кто-нибудь говорит что-то смешное и — поразительно! — как люди не сразу смеются, как они смеются потом и как сказавший смешное выдержи­вает некую паузу для чужого смеха. (4)Как ждут ответа на вопрос и как ищут ответ, в какой момент говорят о тебе, ничего не понимающем.

(б)Интересно, что, когда они говорят со мной, то есть го­ворят по-русски, они никогда не смеются. (б)Стоит им пе-

23

рейти на армянский — сразу смех. (7)Словно смеются над тобой, непонимающим. (8)Так вполне может показаться, пока не поймешь, что смеяться возможно лишь на родном языке. (9)Мне не с кем было посмеяться в Армении.

(Ю)Отсмеявшись, они спохватывались. (Н)Улыбка смеха таяла и сменялась улыбкой вежливости. (12)Их лица приоб­ретали чрезвычайно умное и углубленное выражение, как бывает в разговоре с иностранцами на плохом языке, когда чем глупее разговор, тем значительнее интонация, а кива­ний и поддакиваний не сдержать никакими силами... (13)После таких разговоров ноют мускулы лица и шеи от непривычной, неестественной работы.

(14)Только на родном языке можно петь, писать стихи, признаваться в любви... (15)На чужом языке, даже при от­личном его знании, можно лишь преподавать язык, разго­варивать о политике и заказывать котлету. (16)Чуть ли не так, что чем тоньше и талантливей поэтическое и живое знание родного языка, тем безнадежней знание чужого, и разрыв невосполним.

(17)Мне не с кем было посмеяться в Армении. (18)И я был счастлив, когда обо мне забывали. (19)Был счастлив журчанием и похрустыванием армянской речи, потому что у меня было полное доверие к говорящим. (20)Антипатия к чужой речи в твоем присутствии — от боязни, что говорят о тебе, и говорят плохо. (21)Откуда эта боязнь — другой во­прос. (22)Переговариваться на незнакомом собеседнику язы­ке считается бестактным прежде всего среди людей, не до­веряющих друг другу. (23)Среди дипломатов, допустим. (24)Мы же доверяли друг другу. (25)Более того, мои друзья были настолько тактичны, что при мне договаривались на­счет меня именно на своем, непонятном мне языке, чтобы я не подозревал о всех тяготах организации моего быта: посе­ления, сопровождения и маршрутов.

(26)Я слушал чужую речь и пленялся ею. (27)Действи-тельно, — что за соединение жесткого, сухого, прокатистого и удивительно мягкого, и, как сказал бы армянин, «нежьного».

24

(28)«Джур» — вода журчит в камнях, «шог» — жара над эти­ми камнями, «чандж» — муха звенит в этой жаре. (29)И вдруг среди всего этого «лолик» — помидор.

— (30) Анд рей, что лучше: «журавль» или «крунк»? (31)И действительно, что лучше? (32)Подумать только, «жу­равль»! (33)И не подозревал, что это красиво. (34)Или — «крунк»... (35)До чего хорошо!

(36)Я влюблялся в слова: в армянские благодаря русским

и в русские благодаря армянским...

(По А. Битпову)