Топонимия России. Многообразие и уникальность географических названий России

Территория России велика и разнообразна. Здесь про­живает более ста народностей, каждая из которых проявляется в той или иной мере в топонимии страны. В названиях России сохранились следы давно исчезнув­ших языков и народов. Все это делает топонимический фон России весьма сложным и разнообразным.

Удельный вес различных народов в топонимии далеко не однозначен. Почти повсеместно встречаются славянские названия. Широко представлена тюркоязычная топо­нимия. На севере страны и в Зауралье значительное место занимают названия финно-угорского происхождения. Аре­алы балтийской, иранской и тунгусо-маньчжурской топо­нимии занимают значительное пространство, что свиде­тельствует о широком распространении этих народов в прошлом на территории России. Разнообразие природ­ных условий тоже находит отражение в географической терминологии и топонимии. Для каждой географической зоны характерны свои термины, которые составляют зна­чительный пласт географических названий. Запечатлена в топонимии и сложная история страны. Например, в цент­ре России часто встречаются названия поселений, сохра­нившихся от минувших исторических эпох — феодальной, капиталистической, и современные названия, появившиеся во время социализма. Возраст топонимии России раз­личен.

Топонимия центра европейской части России давно привлекала ученых, которые установили, что древнейши­ми названиями здесь являются гидронимы.

На данной территории представлены четыре основных топонимических пласта: 1) волго-окский (происхождение его до сих пор неясно); 2) финно-угорский; 3) балтский; 4) славянский (новейший пласт). Небольшими вкраплени­ями можно встретить и тюркские названия.

Примером славянских (русских) названий могут быть имена небольших рек: Устье, Волнушка, Солоница и др.; названия поселений: Перяславль-Залесский, Углич, Ярос­лавль, Захарове, Городище и т. д. Примерами названий финно-угорского происхождения могут быть названия го­родов, сел и рек: Лахость, Коломна, Судога, Мокша, Ушла, Кинешма, Вельтма, Керва.

Примерами названий балтийского происхождения яв­ляются Упа, Жиздра; тюркского — Сальяны, Байдаки, Бахтызино. В этот регион входит и территория мордвы, а мордовский язык относится к финно-угорской группе уральской языковой семьи. Поэтому здесь повсеместно встречаются мордовские названия: Шувары, Теризморга, Нерляй, Леплей, Каймар и др.

На территории мордвы много топонимов с формантами -лей, что значит «речка»; -куши (-гуши), что значит «поляна». Часть этих топонимов легко расшифровывается: Верякуши (вере — «верхний»); Кинялгуши — (от кинял — «папоротник»); Миякуши (мия — «бобр»); Пичингуши (пиче — «сосна»); Серякуши (сэрей — «высокий»); Чиргуши (чире — «край»),

В топонимии Кольского полуострова очень ярко запе­чатлена история и природа этой части России. Здесь много русских и финно-угорских названий. Финские названия: Кейвы, Хибины, Имандра, Тулома, Шурьярв. Многие на­звания содержат в себе нарицательные географические термины: ярв — «озеро», йоки — «река», чорр — «гора». Многие саамские названия ассимилированы русскими, но сохранили основу саамских языков, например: Кола (саамское коль — «рыба»); Мурманск (саамское мур — «море», ма — «земля»); Кандалакша (саамское канда — «впадаю­щий, протекающий», лахти — «морской залив»). Некото­рые саамские названия славянизированы и образуют саамско-русские сочетания: Чурозеро, Умбозеро, Ловозеро.

Топонимический фон Карелии образуют карельские названия, которые очень близки к топонимам Финляндии: Элисенваара, Питкяранта, Ляскеля, Ювалакша. Славян­ская топонимия Псковщины своеобразна и самобытна, а местная географическая терминология поразительно схо­жа с белорусской. Очевидно, старославянская топонимия Беларуси, Псковской и Новгородской областей формиро­валась в общности и единстве культуры и хозяйственного уклада до образования русского и белорусского языков. Много здесь названий из финских и балтийских языков: Нева, Судома, Селигер, Инжора, Мга и др.

В Коми, в Ненецком округе, в Удмуртии и в окрестных территориях широко представлены физико-географиче­ские марийские и русские названия на -ва, -ла, -ма: Волва, Косьва, Мылва, Цыльма, Сысола. На территории Коми типичны слова и термины: ыб (поле), шор (ручей), ёль (ручей), дор (край) — Вадыб, Ниашор, Дыпъёль, Курь-ядор. Марийские названия тоже имеют свои термины: нур (поле), эньер (река). Примерами марийских названий являются: Йошкар-Ола, Ананур, Шурашэнгер. На терри­тории Удмуртии очень четко выражен финно-угорский топонимический пласт: Кечур, Каймашур, Парсьгурт, Куз-лук, Шаркан, Шмырки, Келдыш, Дырпа. В названиях рек вместо северного — ю здесь появляется — я.

Сложна и неповторима топонимия Поволжья. Для это­го района характерно чередование славянских, финно-угорских и тюркских названий. Славянские названия пре­обладают в долине Волги и ближайших к ней местах. Названия крупных рек, как правило, дославянские. Фин­но-угорскими здесь являются гидронимы. Примерами тюр­кских названий поселений, особенно многочисленных на территории Татарии, являются: Бугульма, Муслюмово, Кутлу-Букаш, Шихазаны, Шемордан, Актапыш и др. Многие татарские названия трансформированы или переосмысле­ны в соответствии с нормами русского языка: татарское — Туняз переделано русскими в Дубъязьц Верезя — в Бере-зи, Чалды (седой) — в Челны и т. д. Для татарского топонимического пласта характерен формант -лы (-ла), означающий наличие присущей предмету качественности. Чувашский язык, как и татарский, относится к тюрк­ским языкам, но имеет много финно-угорских заимствова­ний. Типичные для этого языка термины: каса (деревня), ял (село), кюль — кюле (озеро), вурман (лес), сырма (река), пось (голова), ой (поле) и ряд других: Шоркаса, Арманкаса, Тепсаркюль. Для топонимии Нижнего По­волжья характерны следующие пласты: 1) дославянские названия; 2) иранские; 3) русские. Многочисленны назва­ния со словами: балка (Круговая Балка, Старая Балка); яр (Красный Яр, Веселый Яр, Черный Яр, Крутой Яр и т. д.).

Примерами калмыцких названий могут быть: Харгата, Элиста, Сарпа, Заргента, Амта, Ергени.

Для Северного Кавказа и Дона, Краснодарского и Ставропольского краев топонимия очень разнообразна и сложна. В ней запечатлены следы различных эпох и лингвистических наслоений, а также многонациональ­ный состав населения. Географические названия этой части территории России различны по возрасту. При возможном наличии следов античной древности наиболь­шее распространение получили топонимы кавказско-ибе­рийских языков. Здесь живут тюркские народы (ногайцы, балкарцы, карачаевцы и др.), а также осетинцы и русские. Языки всех этих народов нашли свое отражение в топони­мии Северного Кавказа. Примерами адыго-черкесских языков могут служить названия: городов — Анапа, Маце-ста; хребтов и вершин — Суган, Тхан, Кецехур, Самур-ский, Андийский, Гимринский, которые получили русское окончание; названия рек — Самур, Хазанор, Бецор, Те-берда, Хасаут, Чегем, Черек; названия селений — Бацанда, Самода, Годоберц, Цатани, Герпегеж, Джагонас и ряд других названий.

Широко здесь представлены осетинские названия: Цей, Гимрайхох, Машахдон, Уредон, где слово дон по-осетин­ски значит «река». Наряду с осетинскими многочисленны тюркские названия, к ним относятся названия рек на -су: Койсу, Каракойсу; названия на -озень, -узень.

Географические названия Калининградской области представляют большой интерес. Эта территория в состав России вошла после войны в 1945 г. До этого времени здесь господствовали немецкие названия, значительная часть которых имела балтийское происхождение. После войны большинству городов и селений были даны новые названия: Калининград (бывший Кенигсберг); Советск (бывший Тильзит), Балтийск (бывший Пилау) и т. д. Од­нако реки сохранили свои прежние названия: Преголя (бывшая Прегель), Инструич (Инстер), Ангарапа (бывшая Ангарап) и т. п. В большинстве своем гидронимия Кали­нинградской области имеет балтийские корни.

Урал — большой географический район. Топонимия Урала имеет много сходств с топонимией соседних рай­онов Европейской России, Сибири и Казахстана. Северо­западные склоны Урала — район преобладания названий коми. Примерами могут служить названия с термином -парма (возвышенность): Овин-Парма, Джежим-Парма; с термином -из (камень, скала): Тельпос-Из, Порог-Из, Дал-Из, Сала-Из; с термином -нёр (гора): Таму-Нёр, Ялпинг-Нёр, Кент-Нёр, Чахл-Нёр и др. Для гидронимии характерны названия с термином -ва, -ма (река): Бльма, Яйва, Колва, Вильва, Усьва, Кожва, Обва. В числе финно-угорских много топонимов со словом юг (река): Юг, Большой Юг, Югшур. Широк фонд названий башкирского происхождения: Исянгулово, Юмагузино, Юлдыбаево, Иб-рагимово, Исмагилово и др.

На территории Оренбургской области тюркские назва­ния отличаются простотой и очевидностью своего смысло­вого значения: реки — Булюк (волчья), Губерля (жабья), Орь (канава), Кундузла (бобровая), Дангуз (свиная), Ча-ган (кленовка), Ташла (каменка); села — Чаганла (кле­новое), Шарла (болотное), Сарайгир (рыжий жеребец) и др. Среди русских топонимов много названий отражают хозяйственно-экономические явления.

Современная топонимия Западной Сибири очень разно­образна. Особый интерес представляет гидронимия, по­скольку названия поселений возникли к началу XVII в. Крайний север занимает ареал ненецких названий. В не­нецких названиях находит яркое отражение история, быт народа. Имеется много названий, отражающих про­изводственные и половозрастные свойства оленей, их от­личительные повадки. Для гидронимов весьма характерен элемент -яха (общее название реки у ненцев). Русскому человеку в таких названиях нередко слышится -иха, поэ­тому многие ненецкие названия у русских звучат Коротаи-ха, Ясивойяйха. Небольшими участками встречаются на­звания хантов и манси, для которых характерны элементы -бу или -чаго: Чага, Кемчага, Камарчага, Анбу, Туба и др. Очень много терминов, характерных для гидронимии.

Между средним Енисеем и Обью многие географиче­ские названия из селькупского языка. Характерными эле­ментами для них являются -кы, -кыке (река); -то, -ту (озеро): Пякалькы (а), Порыльто, Кыталькы и т. д. Иной характер имеют названия поселений. До прихода русских здесь не было городов. Новым поселениям давались рус­ские названия, и лишь немногие поселения получили нерусские имена от нерусских названий рек: Омск, Томск, Ишим, Тара, Тобольск — все это старые (по условиям Сибири) поселения. В названиях сел в основном рус­ский фон.

Восточная Сибирь — самый большой по размерам рай­он России. Топонимия этого региона определяется осо­бенностями заселения, природных условий и национально­го состава населения. Здесь много гидронимов, но сравни­тельно мало поселений. Заселение Восточной Сибири шло русскими с запада на восток, главным образом по линии старого Иркутского тракта и Сибирской железной дороги. Почти повсеместно в Восточной Сибири встречаются эвен­кийские названия. Их ареал намного превышает размеры территорий, где в настоящее время живут эвенки. Эвен­кийские топонимы известны и в чистом виде, и как назва­ния, ассимилированные русскими, якутскими и бурятски­ми языками. Для эвенкийских топонимов типичны суф­фиксы: -нга, -нгна, -мба, -мжа (Хатанга, Бырранга, До-лингна, Селемжа, Немба, Селенга).

Якутские топонимы являются старейшими в бассейне р. Лены. Чукотско-корякские названия, как и эвенкийские, тоже широко распространены в пределах Якутии. Русские названия Восточной Сибири несколько отличаются от русских названий европейской части России. На них ока­зали влияние местные термины.

Для северной и центральной частей Красноярского края широко распространены эвенкийский и кетский топо­нимические пласты.

В ойконимии по Енисею характерны русские названия: Осиново, Ворогово, Подтесово, Костино, Волочанка, Бо­ярка, Жданиха.

Для южной части Красноярского края и Тувы среди оронимов и гидронимов преобладают эвенкийские, тувин­ские, татарские, монгольские названия. Названия поселе­ний юга Красноярского края более разнообразны по срав­нению с названиями поселений севера и центра края. Русские названия приурочены к долине Енисея: Ермолае-во, Богиня, Брагино, Сорокине, Знаменка, Зимнее, Сту­деное и др. Вдали от Енисея и его притоков поселений с русскими названиями очень мало.

На огромной территории Якутии почти вся гидронимия якутского происхождения. Название якут эвенкийского происхождения. Сами якуты называют себя саха — «чело­век» (урангхайсаха). Здесь очень много названий эвенкий­ского, а местами юкагирского происхождения. К юкагир­ским относятся гидронимы: Алазея, Анюй, Муна, Кобыча. Сам образ жизни юкагиров не требовал сколь-нибудь прочного закрепления собственных названий за опреде­ленными реками и озерами.

Типичными географическими терминами, входящими в состав якутских названий, являются: юрях (река), кюёль (озеро), уу (вода), томтор (холм), хара (черный), алы (долина), дабан (перевал), кумах (песок), кызыл или кысыл (красный), сайылык (летник) и др.

Русские названия встречаются несколько реже, они относятся к наиболее крупным поселениям: Мирный, Вер­хоянск, Покровка. В оронимии Якутии есть много назва­ний, данных в честь имен исследователей: Прончищева, Черского, Чекановского, Сарычева и др.

Территория Иркутской области в большей своей части представляет своеобразный коридор между ареалами якут­ской топонимии на севере и монгольской (бурятской) на юге. Иркутская область по топонимическому спектру на­поминает юг Красноярского края.

Здесь также широко доминируют монгольские, эвен­кийские гидронимы. Среди названий поселений больше всего названий русского происхождения.

На территории Бурятии господствует бурятский топо­нимический пласт. Он преобладает в оронимии, гидрони-мии и в названиях населенных пунктов. Многие русские названия являются переосмысленными бурятскими. В бу­рятской топонимии в отличие от эвенкийской довольно много добавочных слов-терминов: мурин (река), горхон (ручей), нур (озеро), жалга (падь), хади (вода), ула (гора). С этими терминами образованы названия: Хара-Мурин (черная река); Баяртай-Горхон (веселый ручей); Додо-Нур (нижнее озеро), Богдо-Ула (святая гора), Ула-Мурин (горная река). Русские географические названия в Бурятии нередко служат своеобразными памятниками первым поселенцам. В гидронимии их почти нет.

Читинская и Амурская области, как и Иркутская, представляют своеобразный коридор русской топонимии. Гидронимия в основном монгольская, эвенкийская, тунгу­со-маньчжурская. А названия рек впоследствии дали име­на городам: Чита, Шилка, Сохондо, Ингода, Хапчеранга. Большинство названий рек и озер — эвенкийские. Таковы названия рек в бассейне Зеи: Арга (кочевая), Амкуда (зеленая ровная местность с обилием ягод), Капури (от капуля, что значит «густой лес») и др. С названиями народов связаны эвенкийские гидронимы Луча (что зна­чит «русский»), Якодокит (река, ведущая к якутам).

Для Дальнего Востока топонимического единства тоже нет. В силу больших различий природных условий и наци­онального состава топонимию Дальнего Востока делят на целый ряд регионов, а именно: топонимия Приморья, Сахалина и Курильских островов, Камчатки, Охотского побережья и Чукотки.

В Приморье основной фон представляют тунгусские названия (Бикин, Хор, Арму, Иман и др.), которые и явля­ются здесь древнейшими. В гидронимии русские названия единичны, но зато достаточно русских названий насе­ленных пунктов: Вяземское, Владивосток и др.

От древней топонимии Сахалина и Курильских остро­вов остались лишь единичные названия. Названия местно­го характера сохранились лишь в оронимах и гидронимах. Много гидронимов тунгусского происхождения: Тымь, Лах; нивхского — Эвай, Виахту. Нивхский язык здесь занимает обособленное положение. Нивхские названия четко отли­чаются от эвенкийских и тунгусских. Много названий айнского происхождения, особенно часто они встречаются на юге Сахалина: Анива, Сусунай, Томари, Увеншири, Токотан, Поронай. В годы японской оккупации Южного Сахалина (1905—1945 гг. русские названия трансформи­ровались японским произношением: Муравьевское — Му-рауофуэсики; мыс Великан — Уэрикан; мыс — Синя-винв — Скняуин; мыс Морж — Морудзи и т. д. Некоторые русские названия были переведены на японский язык. Так село Лиственичное получило название Карамацу (по-японски Лиственница), село Третья Пядь — Санносова (по-японски — «третья долина»). После возвращения Юж­ного Сахалина России этим поселениям давались или совершенно новые или возвращались старые названия. Новые названия Южного Сахалина отражают особенности природы, хозяйства и истории этого края: Победино, Угле­горск (япон. Эсутороу), Шахтерск (япон. Катак).

В топонимии Курильских островов меньше самобытно­го, чем в топонимии Сахалина. Здесь много названий айнского происхождения. Это названия островов Шикотан, Уруп, Итуруп, Онекотан, Парамушир, Симушир, Кунашир. Слово мушир (айнск.) означает «песок» или «песча­ная отмель». Все эти названия расшифрованы: Парамушир (широкий остров); Онекотан (старое поселение); Итуруп (медуза); Уруп (лосось); Кунашир (черный остров); Ши­котан (лучшее поселение).

Русские названия здесь очень многочисленны: пролив Воейкова, остров Аяучина, поселок Айвазовского, гора Ива­на Грозного, бухта Шелихова, вулкан Палласа. Как видим, здесь хорошо представлена мемориальная топонимия.

Названия Камчатки изучены очень хорошо. Здесь мно­го названий местных народов, хорошо представлена и то­понимия русскоязычного происхождения. Из местных на­званий широкое распространение получили ительменские, но многие из них переосмыслены русскими. Так Суаачу переосмыслено в Авачу, река Шахпад — в Жупановую, Уу_Ту — _в Утку, Шепен — в Щапино, Тулуач — в Толба-чик, Орат — в Ратугу, а затем в Радугу. Река Алютваям превратилась в Олюторовку, Пиляван — в Палану, Ана-пкон — в Анапку. Русская топонимия разнообразна. Это реки Лесная, Пустая, Жиловая, Тихая, Быстрая. Много­численным мысам даны названия по особенностям их положения в качестве ориентиров: Низкий, Высокий, На­клонный, Обрывистый, Горбатый, Поворотный, Мелковод­ный и др. Среди гидронимов много названий корякских: Пылговаеем («голодная река», то есть в ней нет рыбы); Ахавеем («плохая река» — нет ягеля); Авьявеем (река — череп); Кургучан («тяжелая река» — с быстрым течени­ем); Кувиваем (ледяная река). Многие поселения получи­ли свои имена по названиям рек (Авача, Анавгай, Апука, Ачайваян).

Основу гидронимии Охотского побережья составляют эвенкийские (эвенкские), местами корякские, чукотские или якутские названия.

Топонимия русской Арктики складывалась в процессе исследования этой части страны. Новые названия дава­лись здесь в честь выдающихся ученых-первооткрывате­лей: острова Нансена, Врангеля, Шмидта, Визе; мысы Челюскина, Литке, Ротманова; море Лаптевых. Некоторые названия напоминают об обстоятельствах, при которых были открыты те или иные географические объекты: остров Уединения, бухта Сомнения, залив Благополучия, мыс Желания. Это так называемые символичные на­звания.

Литературный источник: В мире географических названий материков Северного полушария: Пособие для учителей / Рылюк Г. Я., Басик С. Н., Шафран В. В. – Мн.: Нар. Асвета, 200. – 191 с.