Часть третья теория исторического процесса От автора

В этой части я оказался еще более скован поставленными перед со­бой задачами. Пытаясь выдержать объем, не затруднить восприятие и учесть уровень знаний молодых читателей, я, конечно, вынужден был об очень многом говорить лишь бегло, ограничиваться отдельными штриха­ми, а то и вовсе умалчивать, лишь подразумевая это «про себя». Но не следует думать, что я забыл о культуре, выдающихся личностях, особен­ностях религий или о каких-то иных явлениях и сторонах либо умаляю их значение. Ведь моя задача требует сосредоточиться только на одной ли­нии. Хотя всемирная история может быть представлена целым рядом на­правлений развития, мне нужно показать исторический процесс, так ска­зать, выпрямленный, «эстафетный», когда один народ, одно общество, вырвавшись вперед всех, затем как бы передают эстафету другим.

Как биолог, рассказывая о развитии жизни от низших ее форм к вы­сшим, выбирает из гигантского массива материала только ту «Тропку», которая ведет к нынешним высшим млекопитающим, так и я прослежи­ваю лишь магистральный путь, ведущий в «сегодня». Но чтобы его отте­нить, бегло показываю также и некоторые тупиковые направления, ил­люстрирую «веерность» развития обществ и человечества.

Нужно иметь в виду: реальный исторический процесс не таков, что сначала заканчивается один этап и, когда старое полностью исчезло, на­чинается второй. Нет, одно накладывается на другое; одномоментно раз­ные общества находятся на разных стадиях. И сегодня в мире представле­ны все четыре формации разом.

Логика изложения подсказала мне, что сначала необходимо постро­ить систему категорий и терминов, предварить исследование выводами, а лишь потом знакомить читателя с этапами исторического процесса¹⁵⁷.

И последнее. Обращаясь к молодым читателям, хочу предостеречь их: считать, что сказанного здесь достаточно, чтобы понять историче­ский процесс, нельзя никак. Эта работа — лишь способ облегчить путь к познанию хода истории, лишь краткое изложение одной из возможных теорий, объясняющих и систематизирующих его.

Глава 10. Основные категории теории исторического процесса

Сначала надо найти основоначала, а потом с их помощью осмыслить исто­рический процесс.

Л. П. Карсавин

§ 1. Введение в проблему. Необходимость особых категорий

Что такое теория исторического процесса? Упрощенно говоря, это концепция, которая объясняет развитие и ход мировой истории, ее этапы и законы, более или менее непротиворечиво упорядочивает огромный поток разноречивых и уникальных фактов, показывает направление в безбрежном океане событий и действующих лиц. Как уже говорилось, здесь всегда есть Сцилла и Харибда — две опасности, подстерегающие ученого. Первая — не сбиться на теоретизирование ради самой теории, игнорируя упрямые факты, противоречащие концепции, объясняя их случайностью, отклонением от нормы, непонятным зигзагом и т. п. Вто­рая — не встать на позиции, когда объявляется невозможность никаких широких обобщений, создание непротиворечивой и логичной системы, объясняющей хотя бы большинство фактов. Есть смысл отметить, что по­нятия «всемирная история» и «всемирно-исторический процесс» (далее для краткости — «исторический процесс») — понятия, не совпадающие полностью. Первое гораздо шире второго. В этой части речь идет именно об историческом процессе, его теории. По сути, здесь рассказывается прежде всего об одной линии истории — «генеральной», которая в рам­ках наших задач выглядит важнейшей. Но «генеральная линия» — в на­чальных этапах каждого нового периода — путь нетипичного, поскольку, как уже неоднократно говорилось, переход к новому качеству возможен лишь при складывании особых условий. По мере того как лидеров дого­няют другие общества, у них появляются или выявляются и сходства, наиболее заметные в зрелые фазы формаций. Поэтому необходимо гово­рить также и о типичных чертах обществ в каждом из крупных этапов. Это потребовало от меня введения ряда категорий. Таким образом, тео­рию исторического процесса удобно строить как бы в особой системе ко­ординат. Ось вертикали показывает путь качественного развития («гене­ральную линию» истории), ось горизонтали — то общее, что можно вы­делить у разных обществ каждой формации.

Для чего вообще нужна подобная теория? Еще Дж. Вико справедли­во утверждал, что «человеческий ум по самой своей природе склонен на­слаждаться Единообразием». А кроме этого, должна же быть какая-то об­щая территория, язык, проблемы и пр. у историков, социологов, филосо­фов и других обществоведов. Да и трудно усваивать материал, если он лишен внутреннего логического порядка, условно говоря, «смысла». На­конец, кто может глубоко познать всю историю? В лучшем случае — еди­ницы. А иметь о ней представление должны многие. Поэтому-то очень часто с историей знакомятся именно через теорию истории. И тут видна большая ответственность теоретиков за то, чтобы возможно точнее вос­произвести в своих построениях ее реальный ход.

Конечно, даже неверная концепция (если это не грубая идеологиче­ская догма) все же предпочтительнее, чем отсутствие ее вовсе. Но гораз­до лучше система, способная объяснить большинство известных фак­тов. То, что за истмат, хотя он и устарел, держатся до сих пор, вполне понятно: иначе можно вовсе потерять ориентиры. Но тем важнее со­здать современные учения, которые в острой конкурентной борьбе или отсеются, или займут свою нишу, или станут в той или иной части обще­принятыми.

Как подчеркивалось, когда речь идет о всеобщих чертах и свойст­вах, концепцию нельзя строить на «эталонном» методе, чтобы выводы были привязаны к обществу-образцу. Здесь нужно обобщить возможно больше случаев и вариантов. Только это общее в одних обществах или процессах заметнее, чем в других. Ведь именно так проявляются зако­ны, а конкретный анализ должен показать те причины, которые делают его проявление в одних случаях сильнее и ярче, в других — слабее и не­заметнее.

Истмат рассматривал законы и категории как нечто неизменное, живущее почти самостоятельно и одинаково прикладывающееся как к общему, так и особенному, как к анализу отдельных обществ и перио­дов, так и ко всемирной истории. И в этом одна из его главных методо­логических ошибок. Но очевидно, что, подобно тому, как для разных процессов труда нужны разные инструменты, так и категории, годящие­ся для анализа одних законов и решения определенных задач, могут не подходить для изучения других. В то же время желательно, чтобы все категории были родственны между собой. Если сравнить с физикой, то там для измерения массы тела, температуры, энергии или скорости ис­пользуются разные формулы, законы и таблицы. Но большинство этих характеристик связано между собой особыми формулами. Подобно это­му, категории, удобные для историко-социологического анализа, не полностью подходят для исследования законов исторического разви­тия. Но и те и другие понятия должны иметь ясную связь между собой, иначе общая концепция превратится в механическое соединение более мелких теорий.

Итак, хотя к введению новых категорий не следует прибегать без большой необходимости, в данном случае придется, опираясь на преж­ние, создать целую систему новых, способных описать исторический про­цесс. В известном смысле, категории — это краткое выражение законов, их «формула». Что же нам следует сделать? Сначала вспомнить, что об­щего было найдено в структуре и функциях обществ. Затем попробовать определить некую повторяемость в развитии отдельных подсистем, вы­делить этапы этого развития и то общее (теоретическое), что есть в каж­дом из них. Образно говоря, перейдем от горизонтального (социологиче­ского) измерения к вертикальному (историческому). Помня, что любая теория огрубляет действительность, упрощает ее, надо приложить уси­лия, чтобы конкретика понесла минимальные потери. Здесь две группы категорий. Первая описывает сходные черты отдельных подсистем об­ществ на определенном этапе, находя общее в производительных силах, распределительных отношениях, политической системе отдельных об­ществ и т. д. Это то, что мы чуть выше определили как «ось горизонтали». Вторая — особенности перехода с этапа на этап, т. е. «ось вертикали».

Как можно выводить новые категории, посмотрим на понятии «про­изводительные силы». Оно выделялось потому, что мы обнаружили во всех обществах наличие сходных элементов и функций, которые пред­ставляют взаимосвязанную подсистему и служат для создания жизненно необходимых обществу благ. Но в то же время в строении производства разных периодов есть столь важные отличия, что теоретически пришлось описать их как нарастание уровней. Следовательно, в ходе исторического развития человечества эта подсистема прошла определенные этапы. Од­нако они прослеживаются именно для всего человечества, а не для каж­дого общества в отдельности. Ведь многие из них не доживают до нового этапа, не способны перейти на него, просто заимствуют передовую тех­нику и т. п.

Когда мы сумеем определить эти этапы развития производительных сил в формационных рамках, найдем общее в их развитии, движущие силы и закономерности перехода от одного качества к другому, словом, построим периодизацию движения производительных сил во всемирном масштабе, тогда мы и выведем заданную категорию. Об этом следующий параграф.