Литература

• А. Коновалов. Новые вызовы национальной и международной безопасности. В коллективной монографии «Современные международные отношения и мировая политика», под редакцией А.В. Торкунова, Москва, Просвещение, 2004. Стр.269 –311.

• Жизнь после талибов. Россия в глобальной политике. Том 2, N3, май – июнь, 2004.

• Фрэнсис Фукуяма. Строительство государств: пособие для начинающих. Россия в глобальной политике. Том 2, N3, май-июнь 2004.

• А. Коновалов. Ирак. Пейзаж после битвы. Международная жизнь. №8, 2003. Стр. 29 – 43.

• А. Коновалов. Испания уходит из Ирака: стоит ли радоваться Москве? РИА Новости, 2004. Опубликовано Газетами Германии, Нидерландов и ряда азиатских стран. Русская версия доступна в электронном виде.

• А. Коновалов. Иракский капкан. РИА Новости, 2004. Опубликовано в нескольких зарубежных изданиях. Русская версия доступна в электронном виде.

• А.А. Коновалов. Ирак. Пейзаж после битвы. Международная жизнь, N8, 2003.

• А. Аксененок. Принуждение к демократии: есть ли пределы? Россия в глобальной политике. Том 2, N3? Май – Июнь, 2004.

• А.Малашенко. Посреди ислама. Ведомости. 19.01.2004.

• С. Лурье. Строители иракской нации. Консерватор. 30 мая – 5 июня 2003, N18.

• А. Арбатов. Иракский кризис: момент истины. Независимая газета. 28.02.2003.

• Г. Мирский. Ирак: шоу или крах системы? Независимая газета. 21.06.2003.

Раздел VII. Сила versus международное право: будущее традиционных альянсов и институтов.

Тема 24. Почему расширение нато перестало быть проблемой национальной безопасности России?

Является ли расширение НАТО проблемой национальной безопасности России? Безусловно, Россия не изменила своего своей оценки расширения альянса, как крупной исторической ошибки и политического просчета Запада вообще и США в частности. Однако в условиях принципиально новых угроз и вызовов международной безопасности становится все более ясно, что альянс переживает столь глубокий кризис и сталкивается с необходимостью такой коренной трансформации, что его расширение становится скорее внутренней проблемой союза, чем какой-то угрозой интересам России.

Напомним, что НАТО, в сущности, создавалась как система американских гарантий безопасности, в том числе ядерной, союзной Соединенным Штатам Европе. Можно считать «иронией истории», что впервые за все время существования альянса статья V договора, предусматривающая совместное отражение агрессии против одного из участников, была использована, когда нападению подверглась не европейская страна, а континентальная территория США. Удар был нанесен в самое сердце страны. Но еще более неожиданным и, возможно, трагичным для судьбы альянса, оказалось то, что Америка практически отвергла помощь союзников. Причин тому несколько, но самая главная состоит в том, что для войны с террористами, как и для отражения целого ряда других нетрадиционных угроз, НАТО оказалась практически бесполезной.

Второй, не мене грустный для альянса факт, состоит в том, что США демонстрируют все большую склонность к односторонним, а не коллективным действиям. Руководство США продолжает пребывать в убеждении, что Америка настолько богата, экономически развита и сильна в военном отношении, (с этими оценками трудно спорить), что любые международные институты, обязательства (даже перед союзниками), только ограничивают свободу ее односторонних действий и снижают их эффективность. А вот это уже – глубокое заблуждение. Тем не менее, Америка проявляет все большую склонность действовать на основе «гибких, ad hoc» коалиций, провозглашая их цели и позволяя желающим к ним присоединяться. Состав этих коалиций может быть весьма причудливым и определяется лишь практической целесообразностью.

Пражский саммит НАТО 2002 года, на котором к вступлению в альянс были приглашены еще семь европейских государств, не внес в ситуацию никаких радикальных изменений. Однако позволил сделать несколько важных заключений. Первое состоит в том, что шесть вновь вступающих в альянс государств принимаются в НАТО по существенно заниженным «критериям качества», даже по сравнению с теми, которые предъявлялись к Польше, Венгрии и Чехии. Армии практически всех новичков не способны по своему уровню оснащения и подготовке к совместным действиям с вооруженными силами США и, даже, их «старых» европейских союзников. Если принимать всерьез идущие в НАТО разговоры о скором приеме в альянс Хорватии, Македонии и Албании, можно вообще забыть о требованиях к качеству вооруженных сил участников альянса и их способности к совместному проведению операций. Не случайно в одном из своих выступлений Генеральный Секретарь НАТО Дж. Робинсон заявил, что сейчас «НАТО уделяет значительно больше внимания не качественным параметрам вооруженных сил претендентов на вступление, а их приверженности демократическим ценностям, правам человека и рыночной экономике».

Основной элемент плана реорганизации альянса принятого на саммите в Праге предполагает создание внутри НАТО Корпуса быстрого реагирования численностью в 21 тысячу человек для поддержки действий американских вооруженных сил вне традиционной зоны ответственности альянса. Для военного союза, включающего 26 государств с общей численностью вооруженных сил в 3,5 миллиона человек, задача выглядит более чем скромной. Все эти изменения позволяют заключить: США не планируют никаких серьезных совместных операций со всеми или большинством стран НАТО в обозримой исторической перспективе; традиционная и главная задача альянса – коллективная оборона Европы армиями всех стран-участниц более не присутствует в американском военном планировании как абсолютно не соответствующая нынешним политическим и военным реалиям. В 2002 финансовом году американский военный бюджет вырос на 48 миллиардов долларов. Эта сумма значительно выше всего военного бюджета любой отдельно взятой страны-участницы альянса. Даже наиболее развитые в техническом отношении европейские члены альянса постепенно утрачивают способность к эффективным действиям совместно с вооруженными силами США. Они просто технически не в состоянии выполнить те миссии, которые выполняются американцами. Такой растущий отрыв также способствует росту ставки на односторонность, а не на коллективные действия в сознании американского политического и военного руководства.

Собственно в афганской кампании для НАТО места не нашлось. Союзниками США были Пакистан, Россия и, в какой-то степени Великобритания. Но не потому, что Британия – член НАТО, а потому, что у нее был, оставшийся еще с колониального периода, собственный опыт рейдов на Афганистан, казавшийся небесполезным для американцев. Сейчас совершенно ясно, что с НАТО произошло самое неприятное, что может случиться с военно-политическим союзом – потеря противника и миссии. И если новая миссия не будет найдена в самое ближайшее время, то перспектива стать «уходящей натурой» станет для НАТО суровой неизбежностью. И здесь прием новых членов вряд ли поможет. Скорее наоборот осложнит ситуацию, отвлекая силы и ресурсы от решения действительно необходимых задач.

Много говорят о разработке новой доктрины НАТО, о том, что альянс возьмет на себя такие функции как предотвращение распространения оружия массового поражения, борьбу с терроризмом, незаконным оборотом наркотиков, нелегальной миграцией и т.п. Со всей очевидностью можно сказать: приспособить альянс к отражению новых вызовов и угроз международной безопасности в ряде случаев потребует значительных сил и средств, а в ряде окажется просто невозможным. Уж слишком отличается нынешняя ситуация от тех целей и задач, под которые создавалась организация.

Будущее НАТО зависит не от того, как много новых государств пригласят вступить в альянс и как скоро это произойдет, а от того, насколько реально партнерскими станут отношения НАТО и России. Будет ли эффективно функционировать механизм двадцатки и будет ли Россия допущена к обсуждению и принятию решений по военно-политическим вопросам, от которых зависит стабильность и безопасность в евро-атлантическом регионе. Можно констатировать, что выработка новой миссии для НАТО возможна только в условиях самого тесного партнерства и интеграции с Россией.

Вторым важным фактором, определяющим будущее НАТО, безусловно, станет способность этой организации к разрешению конфликтов между странами «старой» Европы, прежде всего Францией и Германией, и США. Кризис, разразившийся в НАТО в феврале 2003 года и вызванный расхождениями в подходах к решению проблемы Ирака – яркое тому подтверждение. Однако, как бы не складывалась судьба альянса, ясно, что де-факто это уже не союз коллективной обороны, а скорее организация коллективной безопасности, очевидно также и то, что время таких громоздких военно-политических блоков времен холодной войны ушло и ушло безвозвратно. Новые угрозы требуют перехода на более гибкие структуры, позволяющие оперативно отвечать на возникающие вызовы безопасности. И примером такого вне блокового подхода к решению проблем международной безопасности может служить Совместная Декларация, подписанная руководителями Франции, Германии и России в ходе европейской поездки российского президента в феврале 2003 года.