Холдинги в России и их стратегические решения

С учетом сложившейся структуры экономики, проблемы управления холдингами, включая стратегическое планирование, являются злободнев­ными и во многом принципиально значимыми для современной России.

Объективные причины возникновения холдингов (равно как и дру­гих форм корпоративных объединений) связаны с разрывом производ­ственно-хозяйственных связей после распада СССР, ликвидацией отрас­левого управления промышленностью и фактическим прекращением финансирования реального сектора со стороны госбюджета. Последстви­ями этого стали разрыв технологической цепи производства, разбалансированность деятельности по стадиям жизненного цикла продукции (НИОКР, производство, маркетинг и сбыт), кризис источников финан­сирования предприятий.

Первый отечественный опыт оказался довольно печальным и мало­продуктивным как по менеджерским, так и по собственно экономичес­ким, и тем более по социальным достижениям.

В России холдинговой компанией признается предприятие, неза­висимо от его организационно-правовой формы, в состав активов ко­торого входят контрольные пакеты акций других (дочерних) предприя­тий. При этом под контрольным пакетом акций понимается любая форма участия в капитале, которая дает безусловное право принятия (отклонения) определенных решений в органах управления АО (в том числе «золотая акция», право «вето», право назначения директоров и др.). Создание холдингов и дочерних компаний осуществляется в фор­ме ОАО. Дочерним предприятиям запрещено владеть акциями холдин­говой компании (включая залог и траст).

Структура собственности отечественных холдинговых компаний характеризуется следующими переменными:

• процент голосов, которым на общем собрании акционеров пред­приятия располагает государство в лице своего представителя, либо доверительного управляющего;

• процент голосов, которым на общем собрании акционеров распо­лагает государство в лице контролируемых им холдинговых компаний;

• процент голосов, которыми располагают российские внешние ак­ционеры (частные лица и негосударственные организации);

• процент голосов, которыми располагают иностранные акционеры;

• процент голосов у инсайдеров (менеджеров и работников) пред­приятия.

Холдинги в современной России выступают одной из важнейших форм экономической и особенно стратегической управленческой ак­тивности крупного бизнеса. Они все больше оказываются командира­ми как вертикальной отраслевой и кластерной интеграции типа «по­ставщики — производители — потребители», так и межрегиональной и еще более широкой интеграции федерального уровня.

Например, холдингу В. Потанина «Интеррос» принадлежит конт­рольный пакет «Норильского никеля» (производит 96% российского никеля, 95% кобальта и 55% меди), ряда металлообрабатывающих пред­приятий, банков, мясомолочных производств и др., а также компания «Проф-Медиа». Последняя, в свою очередь, при активной поддержке холдинга распространяет свое влияние на многие печатные издания об­щей и бизнес-ориентации. В частности, по состоянию на начало 2003 г., «Проф-Медиа» контролировала такие известнейшие в России издания, как «Комсомольская правда», «Известия», «Советский спорт», «Эксп­ресс-газета» и, кроме того, владела 35% активов агентства «Прайм-ТАСС» и Издательского дома independent Media (IM), 42% активов журнала «Эксперт» и 22% - рейтингового агентства «Эксперт», контролируя к тому же радиостанцию «Авторадио» и некоторые другие СМИ.

Первые холдинговые структуры как объединенные общим собствен­ником группы предприятий, возникли в современной России в 1989 г.

Но абсолютное большинство их в те времена получило ироничную клич­ку «псевдохолдинги». Многие холдинги первой волны сейчас уже ка­нули в Лету: они не давали приращения ни в практике управления, ни в его результатах для общества.

Часть таких «пседохолдингов» создавалась на базе разделения круп­ных заводов, изначально диверсифицированных традиционных совет­ских предприятий, путем выделения в «дочки» вспомогательных про­изводств. Это мало что меняло в отношении уровня менеджмента и конкурентоспособности, а финансовый результат как был единым для завода, так в лучшем случае им и оставался, но уже в рамках холдинга. И самое главное, в таких «псевдохолдингах» нельзя было сделать объективный выбор поставщика, реализовать рыночный подход к вза­имоотношениям партнеров.

Справедливо замечено: «Как директор, завода закажет ремонт станка независимой чужой фирме, которая пусть даже делает его лучше, быстрее и дешевле, когда в соседнем цехе есть своя родная «Дочка-Ремонт»? Он же уменьшает объем заказов для холдинга. С него же потом за это спросят. А рядом с «Дочкой-Ремонт» жаждет заказов «Дочка-Транспорт», а еще есть «Дочка-Инструмент», а летом надо оплатить бес­платные путевки рабочим в «Дочку-Турбаза».² Не случайно, помыкав­шись год-другой, менеджеры таких предприятий возвращали заводы и их подразделения под крышу одного юридического лица.

Такой «опыт» приобрел холдинг «Ижорские заводы». Здесь в 1996 г. выделили в дочерние предприятия все основные и вспомогательные производства. Были созданы юридические лица «Ижора-Сталь» (метал­лургическое производство), «Энергомаш» (энергетическое машино­строение), «Картэкс» (горные экскаваторы) и т. д.

Однако руководство холдинга столкнулось с рядом проблем. Моно­полизм металлургов и энергетиков привел к серьезному повышению внутренних цен. Когда усилиями руководства холдинга цены были при­ведены в порядок, начались приписки: поставщики в счетах завышали фактически оказанный объем услуг. Главным критерием выживаемос­ти для каждой «дочки» являлась ее прибыль. В этих условиях возникла угроза невыполнения предполагавшихся комплексных заказов - напри­мер, по атомному машиностроению, в работе над которыми должны были участвовать все дочерние предприятия.

Когда степень управляемости этой структурой стала ниже допусти­мой, все дочерние предприятия были снова объединены в единый за­вод, в единое юридическое лицо.

Другая часть «псевдохолдингов» формировалась на волне экстрен­ной приватизации путем хаотичной покупки новоиспеченным соб­ственником всего того, что генерировало более-менее значимый фи­нансовый поток.

Но как мог быть эффективным холдинг, в составе которого оказа­лось, к примеру, три хлебозавода, металлургический комбинат, завод по производству стирального порошка и швейная фабрика? Ничего общего, кроме больших оборотов, эти предприятия не имели. Собствен­ники (они же топ-менеджеры) такого псевдохолдинга в лучшем случае рассчитывали со временем выгодно перепродать приобретенную по дешевке собственность; часто расчет делался на так называемую госу­дарственную постприватизационную поддержку за счет государствен­ных внешних займов; в худших случаях собственность фактически раз­воровывалась с участием самих собственников.

Начиная со второй половины 90-х годов XX века, российские пред­приниматели (в том числе с участием зарубежных) начали искать свою логику и выстраивать современные стратегии крупного бизнеса в России. Многие холдинги стали изменяться. Одной из главных целей являлось достижение устойчивости холдинга за счет создания бизнес-портфеля, сбалансированного с точки зрения жизненных циклов различных отраслей и с учетом рыночной конъюнктуры. Распространились четы­ре варианта холдингов «нового типа»:

• диверсифицированные («Интеррос», «Объединенные машиностро­ительные заводы» и др.) У них часто не хватало ресурсов и возможнос­тей менеджмента для развития одновременно в нескольких направле­ниях. Пришлось даже планировать деятельность, противоположную диверсификации.

В начале 2001 г. генеральный директор корпорации «Объединенные машиностроительные заводы» К.Бендукидзе объявил о планирующей­ся продаже непрофильных бизнесов. В частности, на «Ижорских заво­дах» оказались запланированными к продаже производство автозапча­стей, производство стальных бесшовных труб и даже некоторые вспомогательные производства «Ижорских заводов»: ремонтное, авто­транспортное, инструментальное. Ранее уже были проданы «Северстали» единственный в СНГ прокатный стан «5000» и завод по производ­ству труб большого диаметра. В качестве приоритетных бизнесов оставлены энергетическое машиностроение, горная техника, нефтега­зовое оборудование и судостроение.

• вертикально интегрированные (большинство российских сырье­вых компаний, особенно нефтяные, а также многие металлургические компании) Их своеобразное «лидерство по издержкам» обеспечивается не операционной эффективностью, а более низкими ценами в России на энергоресурсы и рабочую силу. Проблемы стратегического плани­рования здесь отражают необходимость иметь сложную систему логис­тики для обеспечения сбалансированности внутренних потоков про­дукции между переделами. При этом даже небольшое изменение рыночной конъюнктуры для любого из переделов может вызывать сбои по всей цепочке.

• горизонтально интегрированные (пивные, табачные компании). Здесь велик удельный вес западных капиталов и западного менеджмента;

• смешанные, т. е. одновременно вертикально интегрированные и диверсифицированные («Северсталь», «Ленстройматериалы»).

Покупку «Северсталью» УАЗа невозможно объяснить только стремле­нием к вертикальной интеграции: по самым оптимистичным оценкам, УАЗ будет потреблять несколько процентов металлургической продукции «Северстали»; так что данная сделка больше похожа на диверсификацию.

Следующий шаг «Северстали» — покупка пакета акций Заволжско­го моторного завода (ЗМЗ) (обеспечивает УАЗ 50% двигателей) объяс­нялась руководством «Северстали» заинтересованностью в улучшении качества двигателей для уазовских внедорожников». Лидер российской металлургии решил вкладывать деньги в улучшение качества плохих двигателей, объявив такое направление вложений более достойным чем улучшение качества стали. Что это на самом деле — отсутствие видения перспектив своего основного бизнеса или попытка, по примеру СЕ, за счет трансферта управленческого ноу-хау существенно повысить эффективность других бизнес-проектов, — покажет время.

Специалисты считают, что перед российскими холдингами стоят следующие приоритетные задачи, которые можно рассматривать как основные направления стратегического планирования.

1. Выработать правильное соотношение краткосрочных интересов собственников и интересов бизнеса, не ограничиваться контролем фи­нансовых потоков. Заниматься стратегией развития бизнесов. Четко развести финансовый и предметный бизнес.

2. Перейти в качестве управляющей компании от управления пред­приятиями к управлению бизнесами.

3. Расти в сторону конкурентоспособности на мировом рынке, а не увеличения объемов на внутреннем рынке. Учиться работать в масшта­бах мирового рынка.

4. Выстраивать холдинг как компанию, как бренд, решать задачу повышения стоимости этой компании, ее рыночной капитализации.

5. Привлекать инвестиции, готовить непрофильные бизнесы к продаже.

Холдинги с участием государства стали создаваться в нашей стране с 1997 г., при том что фактические холдинги РАО «ЕЭС России» и РАО «Газпром» были созданы еще в 1992 г. На начало 2000 г. в стране насчи­тывалось около ста таких холдингов. Многие из них входят в группу «голубых фишек» российского фондового рынка.

Каковы причины создания холдингов с участием государства? Руко­водители многих предприятий госсектора в России до сих пор обладают практически неограниченной свободой действий, а государство, по сути, лишено возможности влиять на стратегию развития. Известно также, что в акционерных обществах государственной и смешанной форм собствен­ности государство часто является одним из наиболее пассивных акцио­неров. Нередки случаи, когда представители государства в акционерных обществах попадают в такую зависимость от менеджеров, что даже не препятствуют регистрации новых эмиссий акций, хотя это существенно уменьшает долю государства в капитале предприятия и возможности его участия в управлении экономикой акционерных обществ.

Значение холдингов для госсектора отечественной экономики становится понятнее, если обратить внимание на возможности государственных холдинговых компаний как одного из механизмов управления государственными предприятиями и компаниями смешанной формы собственности в России.

Создание холдингов в топливно-энергетическом и военно-промыш­ленном комплексах, атомной энергетике, связи, на базе отдельных уникальных производств (например, Российская космическая компания «НПО «Энергия» имени академика С.П. Королева», авиационные хол­динги вокруг основных конструкторских бюро) позволило государству сохранить контроль (по крайней мере, формальный) над крупнейшими естественными монополиями и некоторыми стратегическими производствами (отраслями), предотвратить распад традиционных хозяйственных связей и полную деградацию уникальных научных разработок, сохранить управляемость в звене «предприятие-объединение» и в рамках единых производственно-технологических комплексов. Вместе с тем немало со­мнений в отношении оправданности подобных новаций и их соответ­ствия задачам перехода к рыночной экономике вызвало создание хол­динговых структур в таких отраслях экономики как строительство и Производство строительных материалов, гражданское машиностроение, текстильная, и легкая промышленность, оптовая торговля и т. п.

История создания и развития в России холдингов с участием государства в значительной степени повторяет историю чисто коммерческих холдингов, однако в ней заметна и своя специфика.

Первый тип холдинговых структур с участием государства - холдинги, создававшиеся на базе государственных предприятий, которые были преобразованы в ОАО без предварительной реорганизации и/или путем принудительной интеграции в более крупные структуры. Их конт­рольные (крупные) пакеты акций закреплялись в государственной соб­ственности. Сюда можно отнести и компании, в уставной капитал ко­торых включалась «золотая акция», дававшая государству определенные возможности влиять на деятельность АО, а также АО с остаточными пакетами акций в собственности государства. Формирование таких хол­дингов шло спонтанно «снизу» путем выделения подразделений, учреж­дения и покупки дочерних компаний.

Второй тип «чистого» государственного холдинга (и одновременно неэффективной стратегии управления) можно рассмотреть на примере создания в 1995 г. ОАО «Российская металлургия». Уставный капитал это­го холдинга был сформирован из 10-процентных пакетов акций несколь­ких российских металлургических АО, включая крупнейшие металлур­гические комбинаты в Череповце, Липецке, Магнитогорске, и некоторого другого имущества (включая ряд научных институтов и центров).

Предполагалось, что эти пакеты будут переданы новому АО в траст или приобретены за счет продажи 49% акций самой компании, а остав­шиеся 51% останутся за государством. По имеющимся оценкам реаль­ной целью создания этого холдинга стала консервация пакетов акций для предотвращения их покупки «чужими» акционерами. Но структура собственности на предприятиях к тому времени уже сложилась, и хол­динг был в 1997 г. ликвидирован.

К третьему типу государственных холдинговых структур могут быть отнесены созданные специальными актами холдинги с участием государ­ственных предприятий. В качестве примераможно привести ОАО «Промыш­ленная компания «Антей» (51% у государства), при создании которого вхо­дящим государственным предприятиям и АО был придан статус дочерних.

К четвертому типу холдинговых структур можно отнести государ­ственные предприятия (компании), специально создававшиеся для уп­равления закрепленными в федеральной собственности пакетами ак­ций объединений и предприятий ряда отраслей.

Эти государственные компании, не являясь формальными собствен­никами капитала, должны были осуществлять от имени государства фун­кции холдинговых компаний по отношению к АО с государственны пакетом акций, занимаясь одновременно же и осуществлением государ- ственной поддержки предприятий и промышленной политики. В качестве примера можно привести компании «Роснефть» (включая реализа­цию государственной доли углеводородов, получаемой по соглашениям о разделе продукции, генеральный заказчик НИОКР), «Росуголь» (включая распределение бюджетных средств на поддержку дотационной угольной трасли, строительство шахт, производство оборудования), «Рослеспром».

К другим типам холдингов могут быть отнесены вновь создаваемые компании со смешанным капиталом, в которые государство вносит оп­ределенный вклад. Это может происходить несколькими способами: при реализации инвестиционных проектов, эксплуатации недвижимости и оборудования, осуществления отдельных видов коммерческой деятель­ности; при приватизации предприятия путем внесения его имущества в качестве вклада в уставной капитал хозяйственных обществ (после­дние случаи весьма редки).

Нельзя не отметить и такую форму холдинга, при которой государ­ственная собственность вносится в финансово-промышленные группы.

Важнейший для экономики страны тип холдинговых структур с уча­стием государства представлен крупнейшими компаниями (в основном монополистами, преимущественно — естественными), которые созда­вались по специальным государственным решениям. Первыми из них были учреждены РАО «ЕЭС России» и РАО «Газпром». Их уставный капитал формировался за счет внесения в него всего капитала (имущества) це­лых государственных предприятий, в данном случае крупнейших про­изводителей электроэнергии и газа, а также контрольных пакетов ак­ций дочерних АО. Для всех них РАО «Газпром» и «ЕЭС России» фактически уже тогда становились холдинговыми компаниями.

В электроэнергетическом холдинге РАО «ЕЭС России» среди клю­чевых проблем корпоративного управления необходимо отметить кон­троль за региональными компаниями и отношения холдинга с местны­ми властями: многие дочерние компании холдинга в 90-е годы стали примером дискриминации прав акционеров.