И думал Он

О чем же думал он'

Здесь в самой речи повествователя дана индивидуализиро­ванная интонация, определяющая отношение автора к героям

Таким образом, легко убедиться, что и в области интонацион­но-синтаксической организации речи мы имеем дело с тем же принципом характерности, который мы выше рассмотрели

В связи с этим и в интонационно-синтаксическом отношении в языке художественной литературы мы можем наблюдать опре­деленное своеобразие сравнительно с формами языкового об­щения в других областях, например в деловом языке, в языке научной книги, газеты и пр Это своеобразие определяется тен­денцией к характерности и выражается в тяготении языка худо­жественной литературы к наиболее выразительным, экспрессив­ным интонационно-синтаксическим формам речи, придающим языку произведения индивидуализированный характерный строй Интонационно синтаксические особенности языка произведения предполагают определенного их носителя, являются средством обрисовки того или иного характера

Интонация — это как бы время и пространство живого слова, только в ней _оно и существует Выражаясь в письменной речи в системе знаков препинания, интонация определяет в ко­нечном счете ее реальный смысл Мы не можем зачастую даже и понять смысла фразы, не зная ее интонации Одно и то же слово в зависимости от интонации может получить совершенно различное внутреннее содержание

Представим себе, что человек, поезд которого отходит в три часа, приехал на вокзал за час до отхода поезда и на вопрос:

231

' l

•E

«Сколько времени?» — отвечает: «Два часа». Этот же вопрос задается человеку, поезд которого отошел за пять минут до появления его на вокзале, и он восклицает: «Два часа!» Нам понятно, какой различный реальный смысл будут иметь эти одинаковые как будто слова у каждого из произносящих, как различно будет их внутреннее содержание: в одном случае — это спокойное, небрежное замечание, в другом — это досада, растерянность, может быть, отчаяние и т. д.

Зачастую мы догадываемся о содержании какого-нибудь разговора, не разбирая слов и даже не зная языка,— по самому тону произнесения слов нам становится совершенно ясным его основной смысл.

Проф. Богородицкий в его «Общем курсе русской грамма­тики» так определяет роль интонации в речи:

«Предложение При том жє соЧетаНии слов моЖеТ Путем из'

менения интонации получать разнообразные оттенки, например восклицания, удивления, угрозы, сожаления и т. д. Под влия­нием эмоций изменяется также и темп речи. Таким образом, живая речь пользуется для передачи оттенков настроения го­ворящего не только определенными сочетаниями слов, но также соответствующим изменением тембра и тона голоса, усилением лли ослаблением его, а также замедлением или ускорением темпа речи и, наконец, удлинением ударяемого гласного в под­черкиваемом слове; сюда же относятся и паузы... Что касается вариаций в темпе речи, то в качестве примера можно указать на быстро-энергичную гневную речь и на торопливую, радост­ную; при решительных требованиях или выговорах речь может принимать медленный, размеренный характер. Иллюстрацией удлинения в словах могут служить следующие примеры, пред­ставляющие вариации одного и того же предложения: А на го­рах, туман; А туман какой, туман, просто дышать нельзя. При переспрашивании же слово туман было произнесено уже совер* шенно иначе: ударный слог, кроме значительного повышения тона, был выговорен энергично и кратко: именно такое энергич­ное staccato и придало характер вопроса нашему слову, хотя при нем и не было употреблено никаких вопросительных слове­чек. В заключение прибавим, что общеупотребительное письмо лишь в слабой степени (например, при помощи знаков препина­ния) может намекать на особенности живой речи в ее разнооб­разных нюансах и модуляциях; этот недостаток письменной пе­редачи заставляет писателей прибегать при воспроизведении разговоров к указаниям характера произнесения и эмоциональ­ного состояния говорящего».

В языке художественной литературы роль интонации осо­бенно важна, потому что она является одним из существенных средств, способствующих характерности речи, которая, как мы помним, в особенности присуща литературе.

J

232 •;

Отмеченные выше особенйости речи присущи не только лите­ратуре— они являются свойствами языка вообще. Примеры их мы найдем везде — в живой речи, в статье и т. п., но в литера­туре они имеют особенное значение, выступают на передний план, так как помогают писателю добиться характерности речи персонажей и речи повествователя, индивидуализированное™ описаний и т. д. Поэтому писатель в особенности чувствует и использует многозначность слова, являющуюся одним из необ­ходимых условий его словесного мастерства.

Слово имеет множество смысловых оттенков, в зависимости от его произнесения, от формы, какая придается фразе.

Очень хорошо иллюстрируют эту мысль Чехова слова ар­тистки С. Бирман. «Слово «здравствуйте»,— говорит она,— мо­жет скрывать в себе десятки, сотни разных оттенков чувств.

Поссорившиеся люди: один говорит другому: «Здравствуй­те» — и оно может прозвучать, как «Прости меня». И другой в ответ: «Здравствуйте» — «Я -не сержусь, прощаю» или же «Нет, не прощу никогда, уходи». Или — зависимый человек: «Здравствуйте» — «Обратите внимание, и я существую» и т. д. «Здравствуйте» может прозвучать как угроза... Особой и раз­личной трактовкой разными людьми одних и тех же слов и тех же положений определяется характер изображаемого нами

человека»

ИСТОЧНИКИ ЯЗЫКА ПИСАТЕЛЯ

Поскольку прямое значение слова связано с непосредствен­ным обозначением того или иного явления, постольку запас слов писателя, его лексика, находится в прямой зависимости от бо­гатства его жизненного опыта, его культуры, его общего и ли­тературного кругозора. Постепенно у писателя накапливается большой словесный багаж, который он непрестанно пополняет из различных источников.

Понятно, что обращение писателя к тому или иному языко­вому источнику мотивировано теми художественными задачами, которые он перед собой ставит.

Одним из таких источников является историческое прошлое, откуда берутся устаревшие, вышедшие из употребления слова — так называемые архаизмы. Воспроизводя, например, истори­ческие события путем изображения конкретных людей прошлого, тогдашнего быта, языка и т. п., писатель, естественно, должен будеть обрисовать их при помощи характерных для их языка слов, оборотов и т. п. («Петр I» А. Толстого). В русском языке наиболее распространенным видом архаизмов являются сла­вянизмы, т. е. слова церковнославянского языка.

С. Бирман, Труд актера, М., 1939, стр. 50.

233.

'T.

І ' r

Так, например, в ^«Пророке» Пушкина читаем:

Восстань, пророк, и виждь, и внемли. Исполнись волею моей И, обходя моря и земли, Глаголом жги сердца людей

Подчеркнутые слова йвлялись и для Пушкина устаревшими. Столь же устаревшие слова встречаются и в другом примере:

. Проклятый рек. и, злобою горя,

Наморщив лоб, скосясь, кусая губы,

Архангела ударил прямо в зубы

Раздался крик, шатнулся Гавриил

И левое колено преклонил,