Под сводом шалаша на лыки

перед нами тог же звуковой повтор (л), что и в строке «Послал к анчару»; интонационные функции этих повторов однородны, смысловая окраска слов совсем иная.

Все эти наблюдения над построением стихотворения «Анчар» позволяют сделать некоторые общие выводы о структуре лири­ческого стихотворения Как видим, мы воспринимаем его пре­жде всего как определенного ^гипа. речь, ярко, эмоционально окрашенную Это выражено в том, что в ней на первый план выдвинуты именно те элементы речи, которые передают субъ-

ej<THBH(>OnF^Hn4HO^p_l ИНЛИВИЛу^-TiKHQP -отнпітірщр ГОВОрЯЩЄГО К ИН-ТереСуЮЩИМ его сторонам жизни

Отсюда, во-первых, та роль, которую играют в этой речи звук, ритм, интонация, придающие лексике стихотворения по­вышенно эмоциональную окраску, и, во-вторых, то, что все эти элементы речи внутренне связаны, образуют целостную выра­зительную систему.

Эта система речи обусловлена стоящим за ней пережива^ нием, состоянием характера лирического героя, создает его це­лостный образ, т е живое изображение определенного момента духовной человеческой жизни. Отдельные явления и предметы,

363

е которыми связано это переживание, не являются самостоя­тельными художественными образами, они подчинены задаче раскрытия переживания (как в данном случае — анчар, раб, вла­дыка и др.).

В свою очередь это переживание не является самоцелью художественного изображения, оно отражает и обобщает опре-деленные^бщественные настроения, возникающие в определен­ной общественной обстановке (в данном случае выражают идеи свободы и гуманизма после поражения декабризма). При этом конкретный материал, на котором развертывается данное переживание, может либо непосредственно воспроизводить черты окружающей поэта жизненной обстановки, либо рисовать условные или исторически отдаленные картины жизни. ч^В^центре анялизд лирического стихотворения должно нахо­диться определение его непосредственного содержания, т. е. того переживания лирического героя, которое дано в стихотво­рении. Это переживание должно быть понято в его конкретно­сти, т. е. в его живой словесной форме, передающей все оттенки переживания и тем самым превращающей его в образ. И, с дру­гой стороны, именно осмысление этого непосредственного со­держания необходимо должно привести нас к пониманию его обобщенного значения, т. е. к определению его как явления идеологической жизни своего времени и, шире, как обобщения, освещающего человеческие отношения и за пределами данного исторического периода. Так «Анчар» вырастает в протест про­тив угнетения и деспотизма в любом историческом периоде, хотя подсказан он Пушкину общественной борьбой его времени и раскрыт им на относительно условном материале полулеген­дарного, полуисторического порядка.

Эти черты лирики имеют устойчивый, общий характер. Легко убедиться в том, что, скажем, в лирике Маяковского мы найдем те же отношения, хотя конкретные слагаемые ее (т. е. идейная направленность, реальный материал, лежащий в основе пере­живаний лирического героя, наконец, своеобразие стихотворной речи) обусловлены уже новой исторической обстановкой.

То обстоятельство, что в лирике (как и вообще в литера­туре) изображаются прежде всего характеры, объясняет ее историческую стойкость. Лирик в своих социально-исторических условиях берет материал для изображаемых им переживаний, но в то же время он может раскрыть свое историческое содер­жание и как общее, поставить на своем жизненном материале вопросы, существенные и для других поколений и классов. Отно­шение к природе, к смерти, к любви, к женщине, к детям и т. д.— это общие вопросы, находящие всегда свое историческое разре­шение, но в ряде случаев это историческое разрешение получает общее значение. В этом объяснение того, почему, например, ли­рика Пушкина, как и других мировых поэтов, столь суще-

364

ственна и для нас, так как он сумел изобразить в своих стихо­творениях переживания в такой мере полноценного, мужествен­ного и благородного характера, который и в наши дни сохраняет