Тема 1. Структура психический явлений человека. Психика и личность. Уровни психического отражения.

Темы 2 - 4. Потребности и эмоции человека. Познавательные психические процессы. Личность как субъект деятельности и объект самовосприятия. Психологическая теория деятельности.

Семинарское занятие – 4 часа

План.

1. Классификация потребностей человека. Стадии осознавания потребностей (влечение, желания, интерес).

2. Классификация эмоций человека. Эмоции и чувства.

3. Ощущения, восприятие, представление, воображение, память, мышление с позиций теории отражения.

4. Виды мышления. Мыслительные операции.

5. Личность как субъект деятельности и объект самовосприятия.

6. Психологическая теория деятельности.

Темы рефератов

• Иерархия потребностей человека в теории личности А. Маслоу.

• Психологические мотивы и мотивация противоправного поведения граждан.

• Мыслительные операции. Принципы образования ассоциаций.

• Образ «Я». Формула самоуважения У. Джеймса.

• Защитные психологические механизмы личности (по З. Фрейду).

Темы 9-10. Психологические основы допроса.

Практическое занятие – 2 часа

Цель занятия: формирование навыков правомерного психического воздействия на допрашиваемых. Осознание незыблемости одного из основополагающих принципов правового государства – охраны прав и свобод человека и гражданина.

Вопросы и задания для обсуждения

1. Критерии и принципы правомерного психического воздействия на допрашиваемого.

2. Психическое насилие. Ложь как форма психического насилия.

3. Антиподы правды в коммуникативных ситуациях: неправда, обман, ложь.

4. Психологические основы тактических приемов допроса.

5. Коммуникативный контакт с допрашиваемым.

Задача:

Несколько лет назад в моем производстве было дело, которое возникло в связи с жалобами родственников жены некоего Янова о том, что в течение полугода они не имеют от нее известий, а Янов живет с другой женщиной.

При производстве проверки Янов объяснил, что действительно осенью прошлого года к нему приехала жена с сыном. Он, Янов, со своим товарищем Инковым встретили их на станции и затем (…) поехали в поселок, где тогда жил Янов. Причем Инков с сыном ехали на повозке, а Янов с женой шел сзади. По дороге жена поссорилась с Яновым и повернула обратно, чтобы поехать к своим родным, а сына оставила ему.

К родным жена не вернулась, и нигде ее обнаружить не удалось. В связи с этим и учитывая неясность ряда обстоятельств, было принято решение возбудить уголовное дело о безвестном исчезновении Яновой(…).

Надо заметить, что расследование дела осложнилось еще следующим: указанные события происходили в районе Казани, а к моменту расследования Янов жил и работал под Москвой. Инков жил в Сибири.

С чего начинать расследование? Из материалов предварительной проверки усматривалось, что Янов еще при жизни жены изменял ей. Жена об этом знала или во всяком случае догадывалась и высказывала угрозы в адрес своей соперницы (или соперниц). После исчезновения жены Янов ее вещи раздал знакомым, в частности швейную машину подарил Инкову. Иначе говоря, поведение Янова после исчезновения жены свидетельствовало о том, что он не ждет возвращения жены и, более того, убежден, что она не вернется и своих вещей обратно не потребует. Данные обстоятельства давали основания полагать, что ее нет в живых. Поскольку это известно только Янову и никому другому, то, значит, он имеет непосредственное отношение к ее гибели.

Но, разумеется, начинать с допроса Янова и предъявления ему обвинения пока не было оснований.

Я выехал в поселок, где ранее жил Янов, надеясь найти свидетелей, с помощью которых удалось бы выяснить нужные подробности. Возможно, удастся найти труп Яновой, так как наиболее вероятно, что она убита где – то в районе поселка. Но, к сожалению, мои надежды не оправдались. Свидетели, которых удалось найти, рассказали о том, что в поселок приехали на повозке Инков с сыном Янова и вещами, через некоторое время пришёл пешком сам Янов. Он был расстроен. На вопросы знакомых отвечал, что поссорился с женой и она от не­го уехала. Поиски трупа также не увенчались успехом.(...)

Значит, получалось, что Янова, приехав с сыном к мужу и вполне нормально встретившись с последним, внезапно возвратилась обрат­но, даже не взглянув на маленького сына и не попрощавшись с ним. Это было неправдоподобно. Но если всё-таки это произошло? Как доказать, что Янова никуда не уезжала и была убита мужем?

Оставалось только одно – допрос Янова. Вызвать его к себе в прокуратуру – значит предупредить его и дать ему возможность соответственно подготовиться к допросу. И я решил поехать к Янову на место его работы. Прибыв туда и представившись его начальству, я попросил предоставить мне какой-либо отдельный кабинет для беседы с Яновым.(...)

Когда Янов вошёл в кабинет, по его лицу было видно, что он ждет вопроса о своей жене и готов отвечать именно на этот воп­рос. Но такой вопрос ему задан не был. Вместо этого я стал под­робно расспрашивать его о службе в армии во время войны, о его жизни и работе в дальнейшем. Это продолжалось довольно долго. Янов держался напряжённо и скованно, медленно, но достаточно об­стоятельно отвечал на вопросы. Чувствовалось, что он осторожен, но растерян и не может понять, чего хочет от него следователь. Нужен какой-то толчок, чтобы сбить Янова с намеченного им пути и заставить правдиво рассказать обо всём.

И я решился на такой приём. У меня в портфеле было, несколько сообщений и ответов на запросы о розыске Яновой или её трупа. Среди них была и телеграмма из Казани следующего содержания: «Просим направить гражданина Янова для опознания трупа жены». Как было мною уже выяснено, этот труп не был трупом Яновой: ни по возрасту, ни по приметам, ни по времени наступления смерти. Но все эти подробности содержались в другом, полученном позднее со­общении, в телеграмме их не было... Факт обнаружения трупа жен­щины действительно имел место. Значит, я был вправе сообщить об этом факте Янову.

Сделав вид, что отыскиваю в портфеле какие-то бумаги, я вынул телеграмму и положил на стол. Затем, сказав, что мне нужно срочно позвонить по телефону, я попросил Янова подождать и вышел из ка­бинета, оставив телеграмму на столе.

Когда через 2-3 минуты я вернулся, по лицу Янова было видно, что телеграмму он прочитал. Тогда я задал ему такой вопрос.

 Вам ясно, для чего вы вызваны на допрос?

 Да, ясно...

И Янов, очевидно, будучи уверен, что труп его жены найден и запираться бесполезно, рассказал следующее. Во время пути по лесу между ними произошла ссора и он охотничьим ножом ударил жену и случайно попал в левую часть груди, в область сердца. Она тут же упала и умерла, чтобы скрыть случившееся, Янов отнёс труп на нес­колько шагов в старую траншею, положил на дно и, обрушив ногами край траншеи, засыпал труп землёй. Когда пришёл в посёлок, сказал, что жена уехала к своим родным.

/М. И. Кельнер. Из практики следо­вателя. М. ,1971. -С. 36-39 /

Задание:

1. Для чего перед тем как начинать допрос непосредственно об убийстве жены следователь довольно долго собирал у Янова его биографические данные?

2. Как квалифицировать эмоциональное состояние Янова, сформиро­вавшееся остро в момент прочтения им телеграммы?

3. К какому выводу пришёл Янов после прочтения телеграммы?

4. Как оценить приём следователя с позиций критериев и прин­ципов правомерного психического воздействия?

5. Можете ли вы привести пример из практики применения аналогич­ного тактического приёма?

Краткие методические указания по изучению дисциплины и подготовке к занятиям