Августин аврелий Исповедь

“Поздно полюбил я Тебя, Красота, такая древняя и такая юная, поздно полюбил я Тебя! Вот Ты был во мне, а я - был во внешним и там искал Тебя, в этот благообразный мир, Тобой созданный, вламывался я, безобразный! Со мной Ты, с тобой я не был. Вдали от тебя держал меня мир, которого бы не было, не будь он в тебе. Ты позвал, крикнул и прорвал глухоту мою; Ты сверкнул, засиял и прогнал слепоту мою; Ты разлил благоуханье свое, Я вдохнул и задыхаюсь без тебя. Я отведал Тебя и Тебя алчу и жажду; Ты коснулся меня, и я загорелся о мире Твоем”.

(Августин. Исповедь // Антология мировой философии. - Киев: УМК ВО, 1991. - Т.1. - Ч.1. - С.180).

Задание 2.

Августин аврелий Исповедь

“Во сколько бродил я по своей памяти, ищу Тебя, Господи, и не нашел Тебя вне ее. И ничто не нашел, чего бы не помнил о Тебе с того дня как узнал Тебя. С того же дня, как я узнал Бога моего, самое Истину... Это святая отрада моя, которой милостиво Ты одарил меня, оглянувшись на мою нищету...

Я вошел в обитель самой души моей, которая имеется для нее в моей памяти, ибо и себя самое помнит душа, но и там Тебя не было, Ты ведь не телесный образ, не душевное состояние, испытываемое нами, когда мы радуемся, огорчаемся, желаем, боремся, вспоминаем, забываем и прочее; и Ты не сама душа, ибо Ты Господь Бог души моей. Все это меняется. Ты же пребываешь низменным над всем, и Ты удостоил мою память стать твоим жилищем с того дня, как я узнал Тебя.

(Августин. Исповедь // Антология мировой философии. - Киев., 1991. - Т.1. - Ч.1. - С.179).

Задание 3.

Августин аврелий Исповедь

“Теперь ясно становится для меня, что ни будущего, ни прошедшего не существует и что не точно выражаться о трех временах, когда говорят: прошедшее настоящее и будущее; а было бы точнее, кажется, выражаться так: настоящее прошедшего, настоящее будущего. Только в душе нашей есть соответствующее этому три форму восприятия, а не где ни будь инде (т.е. не в предметной действительности). Так, для настоящего прошедших предметов есть у нас память или воспоминание; для настоящего настоящих предметов есть у нас взгляд, воззрение, созерцание, а для настоящего будущих предметов есть у нас чаяние, упование, надежда. Говоря таким образом, я не затрудняюсь в понимании тройственности времени, оно остается для меня ясным, а я признаю его тройственность”.

(Августин. Исповедь // Антология мировой философии. В 4т. - М., 1969. - Т.1. Ч.2. - С.588).

Задание 4.

Августин аврелий о граде Божием

“Времен не было бы, если бы не было творения, которое изменило нечто некоторым движением. ...Итак, если Бог, в вечности которого нет никакого сомнения, есть творец и устроитель времени, то я не понимаю, каким образом можно утверждать, что он сотворил мир спустя известное количество времени? Разве уже утверждать, что и прежде мира существовало некоторое творение, движение которого давало течение времени? Но если священные и в высшей степени достоверные писания говорят: вначале сотворил Бог небо и земля (Быт. 1), чтобы дать понять, что прежде он ничего не творил... то нет никакого сомнения, что мир сотворен не во времени, но вместе с временем... Несомненно, что мир сотворен вместе с временем, если при сотворении его произошло изменяющее движение представляет этот порядок первых шести или семи дней, при которых упоминается и утро, и вечер, пока все, что творил бог в эти шесть дней, не завершено было седьмым днем и пока в седьмой день, с указанием на великую тайны, не упоминается о покое божием”.

(Августин. О граде божием // Антология мировой философии. В 4 т., М., 1969. - Т.1, Ч.2.. - С.589).

Задание 5.