§3Достоверные и вероятные знания

Нетрудно заметить, что с усложнением общего формального знания, с увеличением числа знаков, объединяемых в нём, всё более увеличивается роль и значение процессов "подведения" и "соотнесения".

Действительно. Предположим, что какой-то предмет X впервые попадает в сферу индивидуального опыта и мы посредством практически-пред­ме­тно­го сравнения открываем в нём свойство A. Пусть далее мы имеем общее формальное знание о предмете-заместителе (A), содержащее, к примеру, четыре признака B,C,D,E. Чтобы практически исследовать предмет X дальше и получить о нём знание, соответствующее по экстенсивности уже имеющемуся знанию о предмете-заместителе (A), мы должны проделать четыре операции практически-пред­ме­тно­го сравнения, должны четыре раза ставить предмет X в отношение реального взаимодействия с пред­метами-индикаторами и четыре раза сопоставлять его с предметами-эталонами. Как мы уже и говорили, дело – весьма трудное и долгое, а для отдельного индивидуума часто просто невозможное. В то же время, используя имеющееся формальное знание о предмете-заместителе (A), мы получим то же самое знание о предмете X с помощью всего двух операций: одной практической – сравнения – и одной формальной – "присоединения". Осуществляя процесс соотнесения, мы можем проделать то же самое, получить полиэкстенсивное знание об единичном предмете, а затем, действуя так же формально, "выбрать" из четырёх имеющихся признаков один, практически нужный нам в данный момент, отнести его непосредственно к предмету X (путём "сокращения" всех других) и оперировать затем с этим предметом так, как будто мы обнаружили в нём соответствующее свойство практически. Благодаря меньшему числу составляющих частей и, главное, благодаря чисто формальному характеру своей второй части, последний путь исследования представляется значительно более выгодным и экономным; он даёт тот же самый результат, что и первый, практический путь, но более лёгкими для индивида средствами, а поэтому, при наличии общего формального знания, он всегда замещает первый путь исследования. Нередко для отдельных индивидов формальный путь исследования является единственно возможным. Различия между знаниями об единичном факте, полученными один раз практическим путём, а другой раз путём формального соотнесения, заключаются только в том, что первые носят достоверный характер, а вторые вероятный. Однако для задач нашего исследования это различие несущественно, и поэтому мы оставляем его в стороне.

9:Простейшее определение §1Потеря функции и её восстановление в другом знаке

Из анализа структуры процессов подведения и соотнесения следует, что знак обобщённого заместителя (A) играет в них, а вместе с тем, и в формальных знаниях особую роль: он связывает формальное знание как целое с единичными объектами и в этом плане является знаком-посредником. Но чтобы выполнить эту роль успешно, то есть чтобы обеспечить вероятно-истинный характер знаний об объекте X, получаемых с помощью процессов подведения и соотнесения, знак обобщённого заместителя должен иметь только одно строго установленное абстрактное значение, соответствующее той, и всегда только той операции практически-пред­ме­тно­го сравнения, которая лежит в основе номинативного знания X—(A) и выделяет класс предметов, обозначаемый обобщённым заместителем (A), – именно этот класс подразумевается при выработке общего формального знания (A)—(B)(C)(D)...

Однако, как уже было показано выше, с превращением знака обобщённого заместителя одновременно в знак группировки и сокращения, его собственное первоначальное абстрактное значение и соответствующая этому значению познавательная операция "теряются" среди значений и операций всех других знаков, которые он объединяет вокруг себя в общем знании, то есть знаков (B),(C),(D)...

Но если знак обобщённого заместителя "теряет" своё абстрактное значение, то он перестаёт соответствовать строго определённому классу предметов окружающей действительности и в силу этого уже не может быть тем знаком, через который осуществляется связь формального знания как целого с единичными объектами. Вместе с тем теряет свой смысл и значение само формальное знание: исчезает возможность соотносить его с единичными объектами и развёртывать дальше, находя новые общие свойства какого-либо класса предметов.

Чтобы вновь стать "полноценным" и получить возможность участвовать в процессах подведения и соотнесения, формальное знание должно каким-то образом "вернуть" знаку обобщённого заместителя его особое строго определённое абстрактное значение. Это достигается особым путем: в системе формального знания появляется ещё один знак, – будем обозначать его (a), – "принимающий на себя" то абстрактное значение, которое раньше было у знака обобщённого заместителя. (Поэтому, несмотря на увеличение числа знаков в форме и, соответственно, в формальном знании, экстенсивность знания остаётся прежней).

Если, к примеру, мы имеем общее формальное знание "кислота – есть соединение, содержащее водород, способный замещаться металлом с образованием соли, образующее в водном растворе положительно заряженный ион водорода и проводящее электрический ток, при нейтрализации щёлочи дающее соль и воду, воздействующее как катализатор на некоторые химические реакции, например, превращающие целлюлозы в моносахариды..." и т.д., то для того, чтобы использовать его в процессах соотнесения, то есть при практическом исследовании конкретных веществ, мы должны, кроме того, знать, что "всё, что окрашивает лакмус в красный цвет – кислота" или, по меньшей мере, что "всё кислое – кислота". Если мы возьмём последний пример, то сделанное выше замечание о том, что новый знак "принимает на себя" то абстрактное значение, которое раньше было у знака обобщённого заместителя, станет совершенно ясным: ведь первоначально слово "кислота" и было "кислое на вкус", и лишь постепенно, в ходе развития понятия о кислоте, в него вошли, "включились" все те признаки, которые сейчас перечисляются при введении этого понятия в учебниках и руководствах. В более сложных случаях значение знака, о котором мы говорили, не соответствует первоначальному абстрактному значению знака, ставшего обобщенным заместителем, и той операции, которая выделила содержание, фиксировавшееся в этом знаке, но это происходит только в силу дополнительного процесса изменения содержания всего знания о кислоте, начинающегося уже после того, как возник этот первый знак, и в силу того, что он вступил в связь со знаком обобщённого заместителя и принял на себя особую функциональную роль в системе формального знания. Анализ закономерностей этого процесса должен стать предметом дальнейшего исследования.