24. Церковная юстиция: канонический процесс

Юрисдикция церкви складывалась исторически и была связана со стремлением государственной власти опереться на церковь в государственных делах и с борьбой церкви за собственные привилегии в государствах. Постепенно по мере утверждения феодальных отношений церкви, монастыри и епископы приобрели полномочия сеньориального суда в отношении вассалов.

Канонические суды, в отличие от обычных феодальных судов, основывались на более сложной судебной процедуре. Наиболее явно отличия и особенности канонического права проявились вXII в., когда стали заметны традиции римского права, переработанные и обновленные в соответствии с новыми церковным требованиям.

В церковных делах предпочтение отдавалось письменной процедуре. Жалобы, возражения ответчика должны были предъявляться обязательно в письменном порядке. В ходе слушания стороны задавали друг другу вопросы по запискам. Показания свидетелей подлежали обязательной фиксации под присягой и под угрозой кары за лжесвидетельство. Решение суда также фиксировалось.

По каноническому праву суд не должен был устанавливать правоту одной стороны и осуждать другую, а должен был выяснить истину по делу. Судье было предоставлено право самому допрашивать стороны по собственному разуму и совести, его решение должно было быть обоснованным и справедливым с точки зрения канонических догматов.

Главным преимуществом церкви было право на свой церковный суд. Все принадлежавшие церкви лица: монахи, монастырские крестьяне и т. д. – подлежали суду церкви по гражданским и уголовным делам. Подсудность преступлений, связанных с грехом, церковь присвоила себе. Это преступления по i делам ереси, колдовства, святотатства, нарушения супружеской верности, кровосмешения, двоеженства, лжесвидетельства и т. д.

По решению IV Латеранского собора в особые обязанности церковных властей входила борьба с проявлениями разного рода ереси. Даже в отношении тех, кто просто подозревался вереси или сочувствовал ей, если те не смогут доказать своей невиновности, возбуждались преследования. Поэтому, церковные суды носили инквизиционный характер, исходили из презумпции виновности и греховности обвиняемых. Для этого учреждались особые должности церковных судей‑инквизиторов.

Со временем инквизиторы стали неподсудны обычному церковному суду, они получили право на личное обращение к папе и были поставлены вне всякого административного контроля епископов. Являясь независимой от местных властей, инквизиция в XIII–XVII вв. становится грозной силой. Она была вправе возбуждать преследование по слухам, одно лицо вело предварительное расследование, суд и выносило приговор. Вынесение приговора было тайным и сопровождалась специальным ритуалом. При отсутствии быстрого признания прибегали к пытке, которая ничем не регламентировалась. Инквизиторы считали, что лучше убить 60 невиновных, чем дать уйти 1 виновному. В уголовных делах собственное признание стало основным видом доказательства, которое свидетельствует о правоте выводов суда.

После получения признания следовало примирение с церковью, которое сопровождалась отпущением грехов. Обвиняемый подписывал протокол допроса, где указывал, что его признание является добровольным. Если обвиняемый впоследствии отказывается от ранее данных показаний или изменял их, то он вновь признавался отлученным от церкви и подлежал сожжению живым на костре. Признание помогало избежать сожжения, но вело к пожизненному заключению. Оправдание было очень редким. На кострах инквизиции сгорели многие выдающиеся люди: Жанна д’Арк, Ян Гус, Джордано Бруно и др.