В чем заключается трагизм судьбы Печорина? (роман м. Ю. Лермонтова «Герой нашего времени»)

Роман М. Ю. Лермонтова «Герой нашего времени» (1840 г.) создан в эпоху правительственной реакции, которая вызвала к жизни целую галерею образов, привычно называемых критиками долгие годы «лишними людьми». Но был ли таким «лишним» Печорин?

Лермонтовский герой – человек трагической судьбы. Он заключает в своей душе «силы необъятные», но на совести его много зла.

Печорин жадно ищет приложения своим незаурядным способностям, но он обречен одиночество. Неудачей кончается попытка героя обрести естественное, простое счастье в любви горянки Бэлы. Его не понимают окружающие, его внутренний мир не в состоянии постигнуть ни добросердечный Максим Максимыч, ни прекрасная «дикарка» Бэла. Максим Максимыч не понимает даже глубину страданий Печорина после гибели Бэлы:

«…Его лицо ничего не выражало особенного, и мне стало досадно: я бы на его месте умер с горя…» И только по вскользь оброненному замечанию, что «Печорин был долго не здоров, исхудал», мы догадываемся о подлинной силе переживаний Григория Александровича.

Повести «Тамань», «Княжна Мери», «Фаталист» показывают, что Печорин не находит достойного применения своим незаурядным способностям. Конечно, герой на голову выше пустых адъютантов, его окружающих. Григорий Александрович отлично видит и ничтожество Грушницкого, мечтающего «сделаться героем романа». В поступках Печорина чувствуются глубокий ум и трезвый расчет. Весь план «обольщения» Мери основан на знании «живых струн сердца человеческого». Может быть, перед нами пустой обольститель женских сердец? Нет! В этом убеждает последнее свидание героя с княжной Мери. Поведение Печорина благородно. Он пытается облегчить страдания полюбившей его девушки.

Печорин, вопреки собственным утверждениям, способен к искреннему, большому чувству, но любовь героя сложна. Так, чувство к Вере с новой силой пробуждается тогда, когда возникает опасность потерять ту единственную женщину, которая поняла Григория Александровича совершенно. Любовь высока, но трагична для него самого и гибельна для тех, кто его любит. Судьбы Бэлы, княжны Мери и Веры доказывают это.

История с Грушницким – иллюстрация того, что незаурядные способности Печорина тратятся впустую. Впрочем, в своем отношении к Грушницкому Печорин по‑своему благороден и честен. Во время дуэли он прилагает все усилия, чтобы вызвать в противнике запоздалое раскаяние, но Грушницкий стреляет первым. Перед дуэлью Григорий Александрович заключает своеобразную сделку с собственной совестью: «Я решился представить все выгоды Грушницкому; я хотел испытать его; в его душе могла проснуться искра великодушия…». Но нет! И Печорин не щадит противника. Но победа не доставляет ему радости, свет меркнет в его глазах.

Лермонтов не знакомит нас с хронологической биографией своего героя. Сюжет и композиция романа подчинена одной цели – углубить социально‑психологический и философский анализ образа Печорина. Герой предстает в разных повестях цикла одним и тем же, не меняется, не эволюционирует. В этом признак ранней «омертвелости».

Мне кажется, что трагизм судьбы Печорина связан не только с социальными условиями жизни героя (принадлежность к светскому обществу, политическая реакция в России после разгрома восстания декабристов), но и с тем, что изощренная способность к самоанализу и блестящее аналитическое мышление, «бремя познанья и сомненья» приводят человека к утрате простоты, естественности. Даже врачующая сила природы не в состоянии исцелить мятущуюся душу героя.

Образ Печорина вечен именно потому, что не исчерпывается лишь социальным. Печорины есть и сейчас; они рядом с нами… А закончить сочинение мне хочется строками из замечательного стихотворения Я. П. Полонского «На пути из‑за Кавказа»:

И душа на простор вырывается

Из‑под власти кавказских громад –

Колокольчик звенит‑заливается…

Кони юношу к северу мчат…

В стороне слышу карканье ворона,

Различаю впотьмах труп коня –

Погоняй, погоняй! Тень Печорина

По следам догоняет меня…