Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Античная.философия.Энциклопедич.словарь - 2008.doc
Скачиваний:
6
Добавлен:
01.07.2025
Размер:
9 Мб
Скачать
☆

180 Аристотеля комментаторы

Олимпиодор, автор комментариев на «Категории» и «Метеорологию», был последним язычником из ученых-александрийцев, позднейшие представители школы были христианами: Иоанн Филопон комментировал «Категории», «Аналитики», «Физику», «О возникновении и уничтожении», «Метеорологику», «О душе» и «Метафизику» (последний не сохранился); в конце 6 в. Элий и Давид комментировали главным образом логические труды («Категории» и «Аналитики»), Стефан Александрийский известен как автор комментария на «Об истолковании»; ему также приписывают 3-ю книгу комментария на «О душе», изданного в серии CAG как текст Симпликия. Ок. 610 он переехал из Александрии в Константинополь ко двору имп. Ираклия - на этом история античной традиции комментирования прекращается.

Согласие Платона и Аристотеля. Золотым правилом традиции комментирования Аристотеля в неоплатонизме стало правило установления «согласия» {συμφωνία) между Платоном и Аристотелем. Плотин подчеркивал различие их учений (см., напр., Επη. VI 1—3 «О родах сущего»), следуя популярной в Среднем платонизме точке зрения, но уже его ученик Порфирий пишет «О единстве сочинений Платона и Аристотеля», а Ямвлих полагает, что учение Аристотеля о категориях не противоречит учению об идеях Платона, такова же позиция Дексиппа.

У Симпликия (In Cat. 7, 29-32) сохранилось разъяснение общеметодологического требования согласования Платона и Аристотеля, показывающее, что комментаторы-неоплатоники в период расцвета традиции полагали расхождения двух философов внешними, словесными, не усматривая догматических расхождений между ними по существу: «Когда Аристотель противоречит Платону, я полагаю, не нужно смотреть на одну словесную форму выражения {την λίξιν) и выносить приговор о расхождении их учений, но нужно принимать во внимание дух {τον νουν) и искать пути для обнаружения их согласия по большинству вопросов», ср. In De Cael. 69, 11-15. Обсуждая вопрос о гармонии или расхождении между Платоном и Аристотелем, неоплатоники сделали акцент на взаимной непротиворечивости двух философских языков, применимых соответственно к миру чувственному и умопостигаемому, ср. Simpl. In Phys. 1249, 12-17.

При установке на смысловое согласование текст Аристотеля, как правило, разъяснялся в свете учения Платона, которое вычитывалось как бы между строк аристотелевского текста, - так, Сириан задачу комментатора видел в том, чтобы выразить то, что Аристотель «хотя и не сказал прямо, но что необходимо следует из принятых им положений» (Syr. In Met. 11, 11-12).

«Категории» Аристотеля как пролегомены философии. Особое место «Категорий» в ряду прочих комментировавшихся сочинений Аристотеля было обусловлено тем, что этим трактатом начинался «Органон», понимавшийся как инструмент философского познания. Поэтому «Категории» рассматривали как введение ко всему курсу философии, их читали те, кто только приступал к своему философскому образованию (Porph. In Cat. 56, 28-29).

Комментарии к «Категориям» начиная с Аммония стали включать в себя специальные вводные части, пролегомены {ττρολβγόμβνα), — у некоторых поздних комментаторов пролегомены превратились в самостоятельный жанр сочинения (Олимпиодор, Давид, Элий), - в которых предлагались к

АРИСТОТЕЛЯ КОММЕНТАТОРЫ 181

обсуждению следующие вопросы: 1) происхождение названий различных философских школ; 2) классификация сочинений Аристотеля; 3) порядок их изучения; 4) цель («польза») изучения аристотелевской философии; 5) путь достижения этой цели; 6) подготовка слушателей философского курса; 7) форма изложения у Аристотеля; 8) причина трудности восприятия (ασάφεια) его сочинений; 9) введение в чтение текста Аристотеля; 10) требования, предъявляемые к комментатору Аристотеля (Amm. In Cat. 1, 3-12). Подобные развернутые введения с формулировкой десяти вопросов можно найти у Симпликия (10 вопросов: In Cat. 3,20-29), Олимпиодора (Prolegom. 1, 14-24), Иоанна Филопона (In Cat. I, 7-15) и Элия (In Cat. 107, 24-108,14), последний указывает, что этот метод был разработан учителем Аммония Проклом (107, 24—26). После списка вопросов следуют развернутые ответы на них. Порядок вопросов, особенно во второй половине списка, воспроизводится с некоторыми изменениями по сравнению со списком Аммония, в частности, вопрос о том, что нужно знать о тексте перед началом его чтения, чаще всего разбирали последним.

Сравнивая Аристотеля и Платона с точки зрения трудности восприятия, «неясности», их сочинений, считали, что неясность Аристотеля проистекает от сложности его способа выражения (φράσις), но само его учение (θεωρήματα) вполне понятно; неясность же Платона связана с трудностью учения, а способ его выражения весьма искусен и легок (David. In Cat. 105, 19-28). Под трудностью способа выражения Аристотеля понимались прежде всего неологизмы, непривычные выражения (напр., «находиться в подлежащем», «не находиться в подлежащем» и пр.); эта темнота слога, впрочем, интерпретировалась как намеренная установка автора, который таким способом хотел заинтересовать учеников прилежных и сообразительных и отпугнуть нерадивых (Amm. In Cat. 7, 7-14; Jo. Philop. 6, 22-26).

Рассуждение о том, каков должен быть комментатор, у разных комментаторов менее всего шаблонно и отличается авторской разработкой. Версия Аммония, наиболее ранняя из сохранившихся, гласит: «Комментатор должен очень хорошо разбираться в предмете, он должен быть достаточно умен, чтобы соответствовать уровню мысли Философа и установить, истинны ли его слова. Ему не следует, как бы это сказать, продаваться не глядя и считать, что у Аристотеля все сказано прекрасно, и торопиться принимать комментируемый текст за совершенную истину, когда это не так. Нет, надо в каждом случае все как следует испытать, ставя выше Аристотеля, если так случится, истину» (In Cat. 8, 12-18; ср. Olymp. Prolegom. 10, 24-33; Simpl. In Cat. 7, 23-32 и др.).

В комментарии на «Введение» Порфирия Аммоний приводит еще один список из семи вопросов, на которые следует ответить, уже непосредственно приступая к чтению аристотелевского текста; этот второй список соответствует развернутому ответу на девятый вопрос из вышеприведенного списка Аммония: 1) цель (σκοπός) и 2) «польза» (то χρήσιμον) сочинения, 3) его аутентичность (то γνήσιον), 4) порядок чтения, или место в ряду прочих сочинений, 5) смысл заглавия, 6) разделение на главы, 7) к какому разделу (μέρος) философии относится данное произведение. Впоследствии этот набор вопросов также был включен во вступительный раздел комментариев к «Категориям», ответ на них следовал сразу после ответа на вопросы