Тема 10. Власть и Церковь во второй половине ху11 в. Раскол рпц.

Будущий патриарх Никон - Никита Минов родился в 1605 г. в крестьянской семье в Нижегородской губернии. В возрасте 20 лет женился, стал сначала дьяконом, а затем священником. Московские купцы, прослышавшие о Никите как замечательном пастыре, уговорили его переехать в столицу. Здесь он служил в течение 10 лет. После неожиданной смерти всех троих сыновей, которую он воспринял как перст Божий, Никита убеждает жену постричься в монахини, а сам отправляется на Соловки. Здесь на 31-м году жизни он принял монашество с именем Никон. В 1648 г. Никон прибыл в Москву по делам монастыря и был представлен царю Алексею Михайловичу. Очарованный красноречием, эрудицией и энергией игумена, молодой царь распоряжается оставить его в Москве. Никон становится настоятелем Новоспасского монастыря, а в 1649 г. он, по инициативе царя, уже митрополит Новгородский и Псковский.

Никон был избран Патриархом Московским и всея Руси в июле 1652 г. в возрасте 47 лет. Согласие стать патриархом он дал лишь после того, как духовенство, бояре и даже царь клятвенно обещали ему верность и послушание.

На первых порах Никон восстал против попыток государства ограничить имущественные и судебно-правовые прерогативы Церкви. Не будучи в состоянии отменить установления Земского собора 1648-1649 гг., патриарх попросту их игнорировал. Он считал Соборное уложение 1649 г. бесовской, беззаконной книгой. Еще более решительно патриарх отвергал вмешательство светской власти во внутрицерковные дела. Если прежде епископов ставили лишь по царскому указу, то теперь он стал делать это самостоятельно, как и вершить суд над ними.

Никон стремился утвердить представление о Русской церкви как средоточии мирового православия. Недалеко от Москвы, на берегу реки Истры, он построил Воскресенский монастырь и дал ему претенциозное название – «Новый Иерусалим». В монастыре был воздвигнут храм, представляющий собой копию храма Гроба Господня в Иерусалиме. В алтаре храма установили пять престолов - для пяти православных патриархов (Константинопольского, Александрийского, Антиохийского, Иерусалимского и Русского). При этом престол патриарха Русской церкви занимал среди них центральное место. В состав монашеской братии монастыря принимали лиц разных национальностей.

Не допуская вмешательства государства в дела Церкви, Никон, в соответствии со своими теократическими убеждениями, сам активно вмешивался в государственные дела. В отсутствие царя он становился фактическим главой правительства, решал текущие гражданские и военные дела. Комиссия Боярской думы, следившая за деятельностью приказов, оказалась сама под контролем патриарха. В приговорах (резолюциях) по делам была принята формула: «…святейший патриарх указал, и бояре приговорили». Благоволивший к Никону царь Алексей дал ему титул Великого государя, который носил в свое время лишь патриарх Филарет.

Патриарх Никон действительно активно (если не сказать круто) принялся за обрядовые реформы. Патриарх рассматривал их как часть более грандиозного плана - создания Греко-Российской православной империи, новой вселенской теократии. Если в свое время старец Филофей и его последователи ведущую роль в подобном проекте отводили московскому великому князю (позднее -царю), то Никон исходил из идеи приоритета духовной власти над светской.

В 1654 г. был созван церковный собор. Выступивший на нем патриарх Никон развил свою идею о необходимости полного согласия Русской церкви с Греческой. Необходимо отметить, что существующие в XVI в. обряды русской церкви являлись обрядами и чинами, которые РПЦ заимствовала у Константинопольской церкви IX-Х вв. С течением времени греческие обряды в результате догматической и обрядовой эволюции в Европе изменились. Русская же Церковь, в действительности сохранила эту практику вплоть до XVII в. Отсюда и расхождения в обрядовой практике (например, двуперситие или троеперстие, двугубая или тригубая аллилуйя и др.), и споры, какая Церковь православная, а какая нет. Восточные патриархи, приезжавшие в Россию, «зазирали» русский епископат, указывая на неправославность Русской церкви. Движимой своей теократической идеей, патриарх Никон решил провести обрядовую реформу именно в смысле исправления по греческому образцу.

На Соборе 1654 г. встал вопрос о методе издания богослужебных книг. Было решено исправлять русские богослужебные книги по новопечатным греческим. Такое необдуманное и радикальное решение привело к широкой оппозиции среди духовенства, а также в народе. Правка книг была привычна, а вот реформа обряда переживалась как гром среди ясного неба. Чтобы русские обряды были повреждены по сравнению с греческими, этого никак не могла объяснить церковные власти. Это шло вразрез с уже вековым убеждением, что именно Москва, русские сохранили подлинную православную старину.

Никон сурово расправлялся со своими бывшими «содружебниками» по кружку «ревнителей благочестия» - протопопами Аввакумом, Григорием, Иваном Нероновым и др. Ссылка Аввакума в Тобольск в 1654 г. привела к тому, что раскол вышел за рамки столицы и стал общероссийским явлением.

Однако период крутого восхождения Никона был недолгим и завершился весьма драматически. Своим высокомерием, властностью и жесткостью он оттолкнул от себя очень многих как в Церкви, так и в государственных структурах. Царь Алексей постепенно также начал тяготиться напористостью и властолюбием «собинного друга». Неудача шведской военной кампании (1656 г.), к которой его склонил Никон, добавила негативных чувств в отношении к нему. В июле 1658 г. произошел открытый конфликт.

В праздник Положения ризы Господней Алексей не пришел на утреню в Успенский собор, а по ее окончании прислал к патриарху боярина Юрия Ромодановского, который заявил: «Царское величество на тебя гневен, потому и к заутрени не пришел, не велел его ждать и к литургии. Ты пренебрег царское величество и пишешься Великим государем, а у нас один Великий государь - царь. И ныне царское величество повелел сказать тебе, чтобы впредь ты не писался и не назывался Великим государем, и почитать тебя впредь не будет».

Никон был человеком неполовинчатым. После литургии он прямо в алтаре написал письмо царю, затем в сильном волнении и слезах обратился к присутствующим: «От сего времени не буду вам патриархом...» - и покинул собор. Через Спасские ворота с клюкой в руке он вышел из Кремля и пешком направился в свое подворье. Трое суток Никон ждал от царя сигнала к примирению, но напрасно. На четвертый день он уехал в Новоиерусалимский монастырь.

Начался долгий, растянувшийся на восемь лет период неопределенности. Дело реформы царь сам взял в свои руки, проводя ее твердо, но без резкостей свергнутого патриарха.

Никон делами церковного управления не занимался, однако номинально оставался патриархом. В 1660 г. церковный Собор признал его виновным в самовольном оставлении патриаршества, невыполнении пастырского долга и постановил избрать нового патриарха. Однако согласно каноническим правилам, Собор русских епископов не был правомочен решать вопрос о лишении Никона патриаршества, поскольку его избрание было одобрено всеми восточными патриархами.

Организовать новый Собор с участием патриархов Александрийского Паисия и Антиохийского Макария удалось лишь в конце 1666 г. До их приезда русские иерархи рассмотрели и вопрос о сторонниках старого обряда, и о патриархе Никоне. Царю удалось заручиться поддержкой русских архиереев. Принятый на Соборе 1666 г. документ призывал при богослужении придерживаться новых обрядов. При этом приверженцы старых обрядов назывались всего лишь «ослушниками» и «бесчинниками», заслуживающими духовного, или, в крайнем случае, «телесного озлобления», что оставляло возможность примирения сторон. Однако прибывшие на Собор восточные патриархи резко изменили отношение к старой вере и ее носителям. При попустительстве царя и русского епископата старые обряды были названы ересью, старообрядцы преданы анафеме, к ним как еретикам должны по постановлению Собора применяться «градские, (т.е. гражданские) казни. Тем самым основные положения Стоглавого собора отвергались резко и безапелляционно – его постановления были признаны недействительными. По словам А.В. Карташева, на колени была поставлена вся предыдущая история русского православия.

С этого времени возникает массовое движение сторонников старой веры - церковный раскол. Раскол в стране приобретает не только церковное, но и социальное звучание. В условиях усиления эксплуатации и закрепощения крестьян он становится особой формой социального протеста против действий властей.

На Соборе с обвинениями против Никона выступил сам царь. Ему вменялось самовольное оставление кафедры, оскорбление царской власти, Русской церкви и всей паствы. 12 декабря 1666 г. был объявлен приговор: Никона лишили сана патриарха. Как простого монаха, под стражей его отправили в Ферапонтов монастырь.

После смерти Алексея Михайловича его сын Федор ходатайствовал перед восточными патриархами о прощении Никона. Не дождавшись решения, он своей волей приказывает привести Никона в Москву. Но по дороге в августе 1681 г. Никон скончался. Отпет был Никон - по приказу царя – как патриарх. Только в следующем году восточные патриархи прислали разрешительную грамоту.

Обсуждался на Соборе 1666-67 гг. и принципиальный вопрос – о соотношении власти и Церкви. Греки предложили компромиссную формулировку: «царь имеет преимущества в делах гражданских, а патриарх в церковных…». Тем самым было признано, что церковь имеет собственный источник власти и жизни, независимый от государственной власти. Русские архиереи добились того, за что боролся Никон, пожертвовав Никоном, - власть пошла на демонстративную отмену Монастырского приказа.

Пережив внутренние потрясения, связанные с богослужебно-обрядовыми реформами и конфликтом Никона с царем Алексеем Михайловичем, Церковь вошла в последнюю треть XVII в. относительно умиротворенной и консолидированной. Патриаршество преемников Никона - Иоасафа (1667-1672) и Питирима (1672-1673) - ничем значительным отмечено не было. Иоасаф, бывший архимандрит Троице-Сергиева монастыря, человек престарелый и тихий, стремился лишь исполнить постановления Собора 1666-1667 гг. Питирим, который в годы опалы Никона вел лишь текущие дела патриаршества, сам на патриаршем престоле пробыл всего несколько месяцев. Его сменил Иоаким (1674-1690).

За предшествующие десятилетия Русская православная церковь обогатилась новыми храмами и монастырями. В 80-х гг. в стране имелось около 15 тыс. церквей и около 1200 монастырей. В конце века духовенство насчитывало до 100 тыс. человек.

Однако потребности социального и культурного развития вступали в противоречие с традиционным патриархальным строем жизни России того времени. Церковное руководство резко отрицательно относилось к проникновению западных культурных влияний, а вместе с ними и чуждых православию католических и протестантских «еретических» воззрений. Пожалуй, впервые в отечественной истории столь явно обнаружилось принципиальное различие устремлений светского общества и Церкви.

В середине XVII в. все очевиднее и нетерпимее становилась культурная отсталость страны. Остро вставали вопросы организации нормального школьного образования, модернизации армии, освоения передовых достижений в металлургии, строительстве, медицине и т.д. XVII век, можно сказать, был переломным в истории духовной жизни России, в ее мировосприятии и самооценке.

Воссоединение Левобережной Украины (Малороссии) с Россией в 1654-1655 гг. открыло возможность для достаточно широких контактов Московского царства с носителями западного просвещения.

В 1649 г. по приглашению царя из Киева в Москву прибыли ученые монахи Арсений Сатановский, Епифаний Славинецкий и Дамаскин Птицкий. Перед ними были поставлены две задачи: наладить книжно-издательское дело и организовать обучение греческой и латинской грамоте. С разрешения царя и патриарха боярин Ф.М.Ртищев на свои средства учреждает близ Воробьевых гор Андреевско-Преображенский монастырь, где тридцать иноков под руководством киевских учителей обучаются славянскому, греческому и латинскому языкам, риторике и философии. В кремлевском Чудовом монастыре открылась греко-латинская школа, которую возглавил Епифаний Славинецкий. Позднее в Москве появился иеромонах Симеон Полоцкий, воспитанник Киево-Могилянской академии. В Новоспасском монастыре он обучал латыни посольских переводчиков. Одновременно ему доверили обучение детей царя Алексея Михайловича - Федора, Софьи, Ивана и Петра.

Под влиянием Симеона Полоцкого у царя Федора (1676-1682) созрел план открытия в Москве Академии с преподаванием широкого круга дисциплин. Предполагалось, что учиться в ней будут не только русские (причем без ограничения сословий), но и посланцы со всего православного Востока. Об этом просили иерархи восточных церквей, вынужденные отправлять кандидатов в священнослужители за богословским образованием в Рим. В 1682 г., за несколько месяцев до смерти, Федор подписал указ об открытии Академии. Однако, патриарх Иоаким не торопился давать ход делу.

Но сознавая, что Церковь не меньше, чем светское общество, нуждается в образованных людях, священноначалие, однако, в решении этой проблемы склонно было ориентироваться не на «латинизированный» Киев, а на православные церкви Востока, прежде всего Греческую. После смерти Федора, когда позиция сторонников польско-латинской ориентации при дворе ослабла, Иоаким обратился к восточным патриархам с просьбой прислать учителей «в греческих и латинских диалектах и во всех свободных науках искусны». В 1685 г. в Москву прибыли греческие ученые монахи - братья Иоанникий и Софроний Лихуды, обладавшие испытанным антилатинским закалом. В следующем году Академия начала работу. Среди учеников были священники, монахи и люди «всякого чина». Под руководством Лихудов они изучали грамматику, пиитику, риторику, логику и физику. Преподавание велось на греческом и латинском языках. Весь курс обучения длился три года. Так было положено начало Славяно-греко-латинской академии - первому в России высшему учебному заведению, из которого впоследствии выделились Московская духовная академия и Московский университет.

Греко-православная ориентация патриарха Иоакима брала верх. В конце лета 1689 г. была свергнута царевна Софья. В суматохе дворцовой междоусобицы патриарх Иоаким оказался в стане Петра, что в дальнейшем благоприятствовало его антилатинской кампании. Однако последующие события - уже при преемнике Иоакима патриархе Адриане (1690-1700) - показали, что молодой царь вовсе не является сторонником ни консервативно-патриархальной ориентации большей части клира Русской церкви, ни глубоко присущей ей национальной автаркии. Еще более важно то, что Петр никак не мог примириться с теократическими убеждениями, которые, начиная с Никона, открыто исповедовали первоиерархи Русской церкви. Не составлял исключения в этом и Адриан, утверждавший, что «патриарх бо есть образ Христов, и все православные - цари, князья, вельможи, воины и простецы - суть его духовные сыны». Это никак не вписывалось в представления царя Петра о должном государственном устройстве России, об абсолютной власти императора. Образец, определяющий место Церкви в обществе, ее взаимоотношения со светской властью, он нашел в протестантских странах Европы.

Контрольные вопросы.

1. Какую роль отводил патриарх Никон Церкви в ее отношениях со светской властью?

2. Как относился царь Алексей Михайлович к церковным реформам патриарха Никона?

3. Каковы решения Церковного собора до и после приезда восточных патриархов? В чем заключалась суть компромисса между властью и церковью?

4. Как происходило формирование системы светского и богословского образования в России во второй половине XVII в.?