Тема 18. Церковная политика советской власти в годы гражданской войны. 1918-1921 гг.

Период гражданской – одна из самых трагичных страниц в истории нашего государства. В условиях братоубийственной войны Церковь оказалась в сложнейшем положении. Согласно своим каноническим обязанностям духовенство должно было окормлять духовно всех людей, независимо от их политических взглядов и на территории, которую занимали и красные, и белые, и зеленые… Однако большевики, объявив «красный террор», однозначно зачислили духовенство в стан контрреволюции. Это предопределило открытую политическую конфронтацию власти с Церковью, духовенством, верующими. Для советской власти в условиях гражданской войны Церковь стала одним из политических противников, по отношению к которому дозволены все меры и средства воздействия военного времени. Репрессии носили массовый характер. Священно- и церковнослужителей арестовывали не только по подозрению в контрреволюционных действиях, но и для того, чтобы ослабить «реакционное поповское влияние» на массы, по анонимным доносам, кляузам, как заложников и т.д. Точных данных о погибших нет, исследователи приводят противоречивые данные. А Яковлев приводит следующие цифры - в 1918 г. расстреляно 827 священнослужителей, в 1919 г. – 19 и заключено в тюрьму шестьдесят девять. По мнению Вл. Цыпина в годы гражданской войны в целом было расстреляно 3 тысячи, а подверглось репрессиям полторы тысячи человек. Некоторые исследователи говорят о более чем 8 тыс. репрессированных в эти годы служителей Церкви. Руководство РПЦ пыталось восполнить потерю духовенства, особенно высшего. В 1918 г. состоялось 4 хиротонии во епископа, в 1919 г. -14, 1920 г. – 30, в 1921 г. – 39.

Власть целенаправленно проводила линию на разрушение организационной структуры РПЦ. Руководящие органы, сформированные Собором – Церковный Совет и Синод - фактически прекратили свою работу за убылью своих членов. Некоторые из них были арестованы, многие бежали на Юг, влились в Белое движение, возглавили работу сформированных там церковных органов.

Сама ситуация войны разрушила церковную структуру – она делала невозможным общение центральных органов с епархиальными управлениями. Епархии юга России, Сибири переходили на самоуправление. Так, в 1918 г. В Томске было организовано Временное Высшее церковное управление (ВВЦУ) во главе с Омским архиепископом Сильвестром (Ольшанским). В мае 1919 г. В Ставрополе состоялся Юго-Восточный церковный русский собор, на котором также было создано (ВВЦУ) сначала во главе с архиепископом Митрофаном, затем с митрополитом Антонием (Храповицким). Сепаратистские настроения среди духовенства на Украине привели к организации разного рода соборов, на которых провозглашалась автокефалия украинской православной церкви (так называемые липковщина, самосвяты и др.). Патриарх Тихон отверг требования независимости украинских епархий, но статус экзархата они получили.

В ноябре 1920 г. было подписано Постановление Патриарха и Священного Синода о самоуправлении епархий при невозможности поддерживать связь с каноническим центром, а также в случае прекращения деятельности высших органов управления. Опасения по поводу ареста патриарха и стремления оставить Церковь без возглавления действительно были серьезными. Патриарх оказался в чрезвычайно сложной ситуации. На территориях, где власть принадлежала «белым», иерархия и духовенство в своем подавляющем большинстве поддерживали их. Там повсеместно был отменен Декрет об отделении церкви от государства, а властные структуры активно использовали религию и религиозные организации в своих политических целях. Открытую антисоветскую позицию заняли и созданные в тех регионах церковные управленческие структуры - Временные высшие церковные управления в Томске и в Ставрополе. Но эти ВВЦУ одновременно заявляли о своей «верности» и «подотчетности» патриарху Тихону. Это давало формальный повод большевикам видеть в этом «контрреволюционность» и «антисоветскую политику» патриарха. Гражданская война ребром поставила вопрос о политической позиции Церкви. Патриарх Тихон он не мог встать ни на сторону «красных», ни реально повлиять на курс той части Церкви, что оказалась на «белой» территории. Но он никогда не отвергал своих контактов с духовенством, несшим службу на приходах, находившихся под контролем «белых». «Две силы, - говорил патриарх, - борются в стране, приалекая на свою сторону православный люд. Но Церковь у них одна. И верховный пастыреначальник – по воле господа Бога – Мы - у них тоже один. Поэтому мой долг и обязанность – окормлять духовно и тех и других». В этих условиях Церковь заявляет о верности курсу «аполитичности и нейтральности». Но нет сомнения в том, что уже начиная с осени 1919 г. патриарх и его советники признали, что советская власть не есть нечто преходящее, не есть только «меньшинственная группа фанатических идеологов», а что она уже превратилась в государство, правящее страной. А ко всякому государству, даже безбожному, даже языческому, Церковь относится лояльно. Патриарх Тихон в обращениях к В.И.Ленину и М.И.Калинину (август 1920 г.) признает, что и Декрет, и Конституция РСФСР провозглашают и обеспечивают полную свободу совести. Не вызывает у него возражений и сам принцип отделения Церкви от государства, на котором должны строиться их отношения. Не возражает он и против специального отдела, ведающего «церковными проблемами», хотя и оставляет за собой право критиковать деятельность последнего. Однако власть не доверяет патриарху, он находится под постоянным контролем, ограничен в передвижениях не только по своей Московской епархии, но по самой столице.

Разрушая организационную структуру Церкви, большевики одновременно вели линию на ликвидацию ее материальной базы. В первую очередь это касалось православных монастырей.

В годы гражданской войны началось массовое закрытие монастырей. На местах многие должностные лица руководствовались указанием 8-го Отдела Наркомюста о том, что в соответствии с Декретом СНК от 23 января 1918 г. все имущество Церкви становится общенародным, значит и имущество монастырей переходит в ведение местных советов депутатов, а сами монастыри прекращают свою деятельность. В калужской губернии, например, Губернский комитет принял решение закрыть разом все 18 монастырей, находящихся в губернии, включая и знаменитую Оптину пустынь. Монашествующих было решено выселить в течение трех дней, а .то более 4 тысяч человек, в большинстве своем старых и немощных. Тульский Губком принял аналогичное Калужскому решение о закрытии всех монастыре. Несмотря на письма, жалобы, просьбы верующих, духовенства, патриарха, ВЦИК утвердил это решение. Возглавлявший Отдел Наркомюста П.А. Красиков с гордостью заявлял о том, что Отдел поставил перед собой задачу полного уничтожения монастырей «как рассадников паразитизма». В годы гражданской войны прекратили свою деятельность 673 православных монастыря. К 1939 г. на территории СССР не осталось ни одного действующего монастыря. Их помещения использовались под жилье, приюты, склады, тюрьмы, концентрационные лагеря. В годы войны резко сократилось и численность православных храмов. Они были разграблены и опустошены. Тот же Калужский Губком принял также решение и о закрытии всех действующих церквей в губернии.

Но самой сомнительной акцией большевистской власти в годы гражданской войны была кампания по вскрытию мощей святых Русской православной церкви. Она формально преследовала цель дискредитировать религию и церковь в глазах верующего населения. П. Красиков объяснял это пропагандистcкими задачами: «мощи – это обман людей церковниками для привлечения их в церковь и монастыри, и необходимо всячески вскрывать этот обман, не останавливаясь перед применением силы.

Кампания эта началась в 1918 г. в связи с реквизицией имущества Свирского монастыря в Олонецкой губернии. Вскрытие мощей святых Русской церкви вызвало наибольший протест верующих, кампания обострила отношения власти и духовенства. Когда духовенство призывало верующих защитить святыни, власть рассматривала это как контрреволюционное деяние, как подстрекательство к сопротивлению власти и соответствующим образом реагировала. Конфликт между духовенством, верующими и властями Сергиева Посада вышел за пределы города и неоднократно рассматривался на заседаниях Совнаркома. Ведь речь шла о вскрытии мощей одного из самых известны и чтимых мощей – святого Сергия Радонежского. Но даже просьбы патриарха не увенчались успехом. Троицкий монастырь был закрыт, мощи Сергия вскрыты и переданы во вновь образованный музей атеизма. Результатом обсуждения на заседаниях правительства этого вопроса было Постановление Совнаркома «О ликвидации мощей во Всероссийском масштабе» от 30 июля 1920 г. После этого кампания приобрела широкомасштабный характер по всей стране. Справедливости ради необходимо отметить, что на местах не везде так безоглядно спешили выполнить это постановление. Например, президиум Кашинского исполкома уездного Совета Московской области постановил не вскрывать мощи святой Анны Кашинской «так как в этом нет никакой необходимости» Но в целом по стране было вскрыто 64 раки мощей святых РПЦ. Пройдет время, и власть сама признает незаконность изъятия мощей святых. Уже в годы Великой Отечественной войны государство пойдет на частичную передачу Церкви мощей ее святых, а в годы перестройки все обретенные, т.е. найденные, будут возвращены.

К концу 1920 г. политическая обстановка в Советской России существенно изменилась. В европейской части страны гражданская война закончилась победой Советов, а остающиеся еще фронты все далее и далее откатывались за Урал - в Сибирь и на Дальний Восток.

Большая часть иерархии и духовенства, находившихся на территории, контролируемой «белыми», после их поражения эмигрировала. В 1921 г. их представители, собравшись в югославском городке Сремски Карловцы, создали новую церковную структуру, получившую впоследствии название Русская православная церковь за границей (РПЦЗ). Ее руководство во главе с митрополитом Антонием (Храповицким) заняло непримиримую антисоветскую позицию. Так было положено начало одному из наиболее серьезных расколов в Русской православной церкви в XX в.

Оставшееся в стране духовенство во главе с патриархом Тихоном выполняя свой пастырский долг делало все для того, чтобы сохранить церковные структуры и выжить в условиях непрекращающихся гонений.

В целом итоги церковной политики советской власти в период гражданской войны оказались неутешительными для нее. Несмотря на то, что Православной церкви был нанесен серьезный урон, линия на ликвидацию Церкви как института методом «кавалерийского наскока» потерпела крушение. Оказалось, что Церковь остается востребованной населением, что само население советской страны нуждается в религии и замена религиозного мировоззрения материалистическим требует и времени, и кропотливой просветительской работы. Эти итоги были учтены большевиками в послевоенный период.

Контрольные вопросы.

1. Как вы понимаете метод «кавалерийского наскока» в борьбе с Церковью?

2. Какую позицию по отношению к ситуации гражданской войны занял патриарх Тихон?

3. В чем заключался смысл кампании по вскрытию мощей святых РПЦ?

4. Как можно охарактеризовать положение РПЦ в России к концу гражданской войны?