2.9. Спасение как достижение сверхсознания через медитацию

Спасение, согласно Раджнишу, заключается в том, чтобы путем медитации выйти за пределы разума, осознав единство реальности. При этом Раджниш не считает медитацию действием, размышлением, или созерцанием; он называет медитацию состоянием «пребывания»¹⁹⁹. «Это нечто известно как анатта, не-я. Это полная пустота. Будда называет ее шунья, пустота. Это чистое пространство. Оно не содержит ничего, кроме себя, это сознание, в котором ничего не содержится»²⁰⁰.

«Это учение о внутренней пустоте (шунья) и неожиданном просветлении Раджниш вывел, изучая дзен-буддизм, в особенности труды Д. Т. Сузуки»²⁰¹. По словам уполномоченного биографа Раджниша — Рамачандры Прасада, дзен-буддизм является «неистощимым источником, откуда Раджниш черпал многие из тех историй и притч, которые передавал своей аудитории»²⁰².

«Хотя Раджниш и не считал медитацию действием, он все же предлагал многочисленные искусственные приемы, направленные на высвобождение разума за пределы мышления. В качестве таких приемов он предлагал психологические упражнения по самовнушению, либо долгие физические упражнения с целью освободить человека от мыслей. Когда посредством медитаций человек выходит за пределы мышления и убивает, тем самым, свой разум, тогда, по мнению Раджниша, на человека снисходит просветление. Только в этом состоянии человек может познать свое истинное «я».

Смерть, согласно Раджнишу, не является итогом жизни человека, но переходным этапом: «Смерть не означает конец; смерть — это кульминация, пик жизни человека. Он не погибает, он переходит в другое тело. Это и есть то, что на Востоке называют "колесом". Оно крутится и крутится. Да, его можно остановить, но только тогда, когда ты умираешь»²⁰³.

Безмолвие является одним из ключевых понятий христианской аскезы, в первую очередь монашеской аскезы. Однако достигается оно диаметрально противоположным по отношению к взглядам Раджниша методом. В первую очередь – это воздержание и борьба со страстями, с которыми не мирится духовная практика Раджниша. Кроме того, христианское духовное делание подразумевает практику непрестанной молитвы, сопряженной с покаянием. Ни то ни другое даже не предполагается в его духовной практике. Во-первых, от того, что личное обращение к Богу исключается самим мировоззрением Раджниша – Бог или пустота – безличностное начало, реализующее себя в человеке. Т.е. человек, по Раджнишу, сам является Богом, а значит в молитвенной практике не нуждается, и если христианство говорит о достижении безмолвия через очищение себя от страстей, достигаемое при помощи аскезы, то, по Раджнишу, безмолвие приходит в результате полного самораскрытия всего, что заложено в нем, без различия.

Глава 3. Медитативные практики движения раджниша

Религиозная практика движения Раджниша основана на синкретической религи­озно-философской системе. Кроме элементов восточных учений: индуистских, буддистских и суфийских, дви­жение Раджниша сочетает в себе сильно выраженную психоте­рапевтическую компоненту, психоаналитический подход, близкий к воззрениям ученика Фрейда — Вильгельма Райха²⁰⁴.

Определяющей чертой учения Раджниша является призыв к отказу от привычного для человека осмысления реальности и вкладывания смысла в мир вещей. В этой связи какая-либо осмыслен­ность объявляется Раджнишем главным злом. Смысл, которым чело­век наделяет жизненные явления, признается вымыслом, «ментальным му­сором», мешающим воспринимать красоту жизни. «В чем смысл розы или облака, проплывающего в небесах? Смысла нет, но какая потрясающая красота! Смысла нет. Река все время течет, и она дает так много радости, что смысла не нужно. И если бы человек мог жить, не спрашивая о смысле, жить от мгновения к мгновению, прекрасно, блаженно, без всякого объяснения... Достаточно просто дышать. Зачем вы спрашиваете, для чего жить? Зачем вы делаете жизнь такой деловой?»²⁰⁵.

А. А. Ткачева классифицирует движение Раджниша как движение люмпен-интеллигенции, или духовных люмпенов, поскольку его участники — не только (и, пожалуй, не столько) деклассированные интеллектуалы, но и те, кто остро ощутил собственное отчуждение от общественного, идеологического и культурного, те, для кого духовная сфера их деятельности — превратилась в противостоящую им и враждебную силу²⁰⁶. Метафорически А. А. Ткачева называет адептов Раджниша «луддитами от культуры» или «духовными анархистами»²⁰⁷.

По мнению исследователя в области социологии религии Б. Кнорре, «раджнишизм представляет собой своеобразную философию витализма «чистой жизненности», провозглашающую приоритет первичных жизненных ощущений по отношению к каким-либо социальным нормам. Раджнишизм предлагает человеку отказаться от привычного для него ощущения реальности, вернуться к некоему «чистому чувству», не отягощенному социокультурными цивилизационными стереотипами. Иными словами, последователи Раджниша предлагают радоваться жизни, не обременяя себя мыслями на тему «зачем» и «почему»»²⁰⁸.

Раджниш предлагал преодолевать «зем­ные страсти» путем их интенсивного переживания. В своих лекциях он призывал тысячи людей вырваться из обусловленного про­шлого и жить свободно, воспринимая жизнь как поток, как игру, проживаемую полно и осознанно. Раджниш утверждал, что пре­одоление жизненных страстей чело­века не может быть достигнуто пу­тем их отрицания или подавления, их можно превзойти только посредством переживания и осоз­нания: «Что бы вы не подавляли, все остается внутри, вы не можете избавиться от этого. Подавленное остается, и лишь выраженное исчезает. Выраженное испаряется, подавленное остается – и не только остается, но становится все более и более сильным»²⁰⁹.

Одной из основополагающих особенностей учения Раджниша является идея полной свободы, которую он предлагал своим ученикам²¹⁰. Такая свобода, особенно в сексе, явилась главной при­чиной оппозиции к Раджнишу мировой общественности. «Мое указание очень простое: живите настолько раскованно, насколько это возможно. Живите интенсивно, страстно, потому что нет иного Бога кроме жизни. Фридрих Ницше говорит: "Бог умер". Это неверно, потому что Бога никогда не было с самого начала. Как может он умереть? Жизнь есть, всегда была, всегда будет. Позвольте себе... я повторяю снова: позвольте себе быть одержимыми жизнью»²¹¹.

«Предлагая противовес социокультурной обусловленности, сложившейся в системе норм и социальных шаблонов современного человека, раджнишизм объявляет виновником человеческих бед разум, обращенный вниманием на себя и создающий искусственный ментальный мир, сковывающий человека в его образе мышления»²¹².

Так, популярная среди российских ошовцев Ма Захира, ученица, по­священная в «санньясу» самим Ошо Раджнишем, подчеркивает, что «больше всего людей страдает от ума, потому что машина ума создает мир, который не существует»²¹³. Поэтому ошовцы, вслед за Раджнишем, резко выступая против отождествления человека с сознательным, «сфокусированным умом» — проповедуют некое бессознательное состояние, названное ими состоянием «не-ума». Они призывают человечество вернуться к своему «истинному Я» путем высвобождения бессоз­нательного, которое должно уравняться с сознательным в своих правах. «Ум — это нечто неестественное, он никогда не станет ва­шим естественным состоянием. Но медитация — это естест­венное состояние, которое мы утратили. Это — утраченный рай, но рай можно возвратить»²¹⁴.

Таким образом, религиозная практика раджнишизма представляет собой медитационные техники, направленные на освобождение «истинного я». По Раджнишу, это особый подходом к медитации, учитывающий перманентно растущую скорость современной жизни.

Декларируется, что его «Активные медитации» направлены на то, чтобы высвободить стрессы, накопившиеся в теле и уме, для того, чтобы легче пережить состояние «не-ума»: «Медитация – это нечто большее, чем ум. Она не есть нечто, происходящее в уме. Медитация – это нечто, что происходит с умом, но не в уме, иначе ум был бы способен дать ей определение, он был бы способен знать ее и понимать. Медитация – это нечто, происходящее не в уме, а с умом. Она случается, как смерть случается с жизнью. Смерть никогда не случается в жизни, она случается с жизнью. Медитация для ума – это тоже самое, что смерть для жизни. Можно сказать, что медитация – это более глубокая смерть; не физическая, а психическая»²¹⁵, - говорит Раджниш. Медитацию он считал сутью своего учения: «Это именно то лоно, из которого должна родиться новая религиозность. Но описать медитацию словами очень трудно. Медитация и слова несовместимы по определению. Медитация – это нечто, что вы можете иметь, чем вы можете быть, но в силу самой ее природы вы не можете сказать, что это такое»²¹⁶; «Медитация – это жизнь. Не быть в медитации – значит не жить»²¹⁷.

Разработанные Раджнишем религиозные упражнения включают в себя «динамическую медитацию» (медитацию в движении), «кундалини медитацию» (на основе кундалини йоги), «медитацию натарадж» (вариант шиваитской йоги), «медитацию гуришанкар» и другие.

В своих лекциях и книгах Раджниш довольно подробно объясняет теоретические аспекты каждого этапа медитации. Самой сильной по воздействию является «динамическая» или «хаотическая» медитация. По мнению Раджниша, «хаотическая медитация» является единственным универсальным средством духовного освобождения личности.

Все современные учителя медитации, — считает Раджниш, — говорят человеку «успокойся», и в этом заключается их главная ошибка. Расслабляясь, человек начинает подавлять свою активность, и его личность остается разделенной на две части, одна из которых подавляет другую. Даже если одной части удастся подавить другую должным образом, человек все равно не достигнет освобождения, но будет просто оглушен и подавлен. Это может успокоить человека и в какой-то степени облегчить его жизнь, но подобное взаимодействие, по мнению Раджниша, будет чисто поверхностным. «И, в определенной степени, это поверхностное спокойствие опасно, потому что раньше или позже вы снова вернетесь. Ничего не изменилось в глубине. Вы просто натренировали свой сознательный ум быть в более спокойном состоянии… Это примирительные методы. Они могут помочь очень немногим. А тем, кому они могут помочь, можно помочь и без всякой техники»²¹⁸.

Изучая различные медитативные практики прошлого, Раджниш пришел к выводу, что все они носят статичный характер, поскольку человек в них остается неподвижным. Раджниш считал, что такой вид медитаций является малоэффективным для современного человека, т. к. для получения результата их необходимо делать по 12-20 часов в сутки. Если в прошлые столетия большую часть суток в жизни людей занимало активное движение, тяжелый физический труд, то, в настоящее время, человечество живет по-другому. Большое внимание Раджниш акцентировал на том, чтобы превратить медитацию в стиль жизни, замечая при этом, что в противном случае медитация может превратиться в своеобразное бегство от действительности.

Таким образом, Раджниш создал свои «динамические медитации», опираясь на существовавшие прежде практики, связанные с динамикой и движением.

Последователи Раджниша воспринимают этот метод как революцию в обучении, и в настоящее время лидеры групп динамических медитаций проводят тематические собрания, рассчитанные на освоение астрологии или таро. Иногда цель ограничивается более простыми задачами, например — научиться естественно и красиво танцевать, рисовать, играть роль в театре и т. п. Кроме того, предлагается научиться делать то, что плохо получается делать в обыденной жизни, например — общаться со своими близкими.

Декларируется, что идея динамической медитации открывает многообещающие возможности: якобы научиться всему, что составляет жизнь человека.

Согласно Раджнишу, динамическая медитация предполагает снятие последствий предыдущего жизненного опыта и обретение некой энергии. Каждый сеанс медитации начинается с ударов барабана, под которые человеку следует хаотично дышать. За счет этого происходит гипервентиляция легких, и, в следствие избытка кислорода, человек пьянеет. При этом рекомендуется совершать любые непроизвольные движения, кричать, кататься по полу и т. п. Особое состояние, которое при этом переживает человек, объясняется как тайна, не поддающаяся рациональному осмыслению.

Остановимся более подробно на технике Динамической медитации.

«Динамическая» (или «хаотическая») медитация состоит из пяти стадий общей продолжительностью 65 минут. Ее технология такова:

«1-я стадия: 10 минут глубокого, быстрого хаотичного дыхания через нос, с концентрацией на выдохе. Пусть ваше тело будет настолько расслабленным, насколько возможно. Тогда начинайте глубокое, быстрое, беспорядочное дыхание — настолько глубокое и быстрое, насколько возможно. Дышите так интенсивно в течение десяти минут. Не прекращайте, будьте полностью в этом. Если тело хочет двигаться во время этого дыхания, позвольте ему, содействуйте ему полностью.

2-я стадия: 10 минут катарсиса, полного содействия любой энергии, которую породило дыхание. Делайте акцент на катарсисе и совершенном «будь что будет». Просто позвольте случиться тому, что случится. Не подавляйте ничего. Если вам хочется плакать — плачьте, если хочется танцевать — танцуйте. Смейтесь, кричите, вопите, прыгайте, дергайтесь — все, что вам хочется делать, делайте.

3-я стадия: 10 минут выкрикивания «Ху-Ху-Ху». Поднимите руки над головой и подпрыгивайте вверх и вниз, продолжая выкрикивать «Ху-Ху-Ху». Прыгая, твердо приземляйтесь на ступни ног, чтобы этот звук проник глубоко в половой центр. Истощите себя совершенно.

4-я стадия: 10 минут остановки, застывшего пребывания в той позе, в какой вы есть. Не распоряжайтесь телом никак. Будьте свидетелем всему, что с вами происходит. Дыханием была пробуждена энергия, очищена катарсисом и поднята суфийской мантрой «ХУ». И теперь позвольте ей действовать глубоко внутри вас. Энергия — значит движение. Если вы больше не выбрасываете ее вовне, она начинает работать внутри.

5-я стадия: от 10 до 15 минут танца, празднования, благодарения за глубокое блаженство, которое вы испытали»²¹⁹.

Попытаемся проанализировать суть этой медитативной техники.

Хаотическая деятельность первых стадий медитации призвана исчерпать все резервы человеческой активности, доведя «деятеля», управляющего сознательным умом, до полного изнеможения. Только тогда сознательный ум способен отключиться, открывая дорогу бессознательному.

Здесь справедливо возникает вопрос: не слишком ли Раджниш идеализирует бессознательное? Не случится ли так, что, всецело погрузившись в бессознательное, человек просто сойдет с ума и не обретет при этом никакой духовной свободы? Но Раджниш уверен, что этого не произойдет, поскольку истинное сумасшествие – это не погруженность в бессознательное, а раздвоение сознания на неравные и взаимно враждебные половины. Преодолеть сумасшествие – значит преодолеть эту раздвоенность и обрести цельность, в которой сознание и бессознательное уже не будут подавлять друг друга. «Человек болен неврозом. Не только отдельные люди невротичны — невротично все человечество. Это не вопрос исправления нескольких человек, это вопрос излечения человечества как такового. Невроз – «нормальное» состояние человека, потому что каждый человек проходит через испытания. Ему не позволено быть просто тем, что он есть. Он должен быть отлит в определенную форму. Эта форма порождает невроз»²²⁰.

Раджниш утверждает, что общество отливает людей в определенную заданную форму. Оно культивирует человека, чтобы он соответствовал данной форме. Поэтому человек имеет возможность выразить только часть своего существа, в то время как большая его часть подавляется, что вызывает разделение, шизофрению. «Человек как таковой — шизофреник. Он не может быть спокойным, не может молчать, не способен на блаженство. Ад всегда рядом. И до тех пор, пока вы не станете целым, вы не исцелитесь, не освободитесь от него»²²¹.

«Вот почему я делаю акцент на том, чтобы сначала снять вашу внутреннюю двойственность, сделать вас одним целым — единством. Пока вы не едины — ничего нельзя сделать. Так что первое, что нужно сделать, — это излечить ваш невроз… Вы есть безумец, и нужно что-то с этим делать. Старые традиции говорят: "Подави свое безумие. Не позволяй ему выйти наружу, иначе твои действия станут безумными". Но я говорю: "Позволь своему безумию выйти наружу, сознавай его. Это единственный путь к здоровью". Высвободите его! Внутри оно станет ядовитым. Выбросьте его, полностью освободите от него всю вашу систему. Но к этому катарсису нужно подходить систематически, методично, потому что это значит методически сойти с ума, стать сознательно сумасшедшим»²²².

Третья стадия хаотической медитации, по мнению Раджниша, должна в корне изменить энергетику человека. Здесь Раджниш принимает индусское учение о чакрах, однако, с одной, весьма существенной, оговоркой. Раджниш считает, что ощущение чакр возможно только в случае их загрязнения. В случае, если чакры чисты, энергия протекает по всему каналу.

Основная задача мантры «Ху», которую Раджниш перенял у суфиев, — высвобождении энергии кундалини. Он считает, что просветление возможно лишь в том случае, когда кундалини, направляясь по энергетическому каналу вверх, открывает все остальные чакры. Говоря об этом методе, Раджниш предупреждал, что он «очень опасен для физического тела, и что многие йоги, практиковавшие этот метод, умерли, не дожив до старости, от тяжких и мучительных болезней. Однако, в то же время он считал, что использование кундалини – наиболее эффективный метод раскрытия чакр, и что дальнейшая помощь гуру способна уменьшить его негативные последствия. Главное же благо, которое приносит восходящее движение кундалини, по его мнению, заключается в том, что оно позволяет космической энергии низойти в человека и циркулировать во всех телах, включая физическое»²²³.

Очевидно, что такая медитативная техника оказывает сильное и весьма радикальное воздействие на весь человеческий организм, но благотворно ли это воздействие, ведь «лечение от безумия», предлагаемое Раджнишем, сродни шоковой терапии? Однако, Раджниш рекомендует динамическую медитацию всем, кто ищет духовного освобождения, в том числе невротикам, психопатам, алкоголикам и наркоманам. Множество подобных людей и съезжалось к нему со всех концов Соединенных Штатов, начиная с 1981 г., когда, приехав из Индии, он обосновался в Орегоне.

«На приезжавших участие в медитациях производило сильнейшее впечатление. Огромное количество людей вдруг начинало как бы сходить с ума: они срывали с себя одежду, кричали, танцевали, катались по земле. Люди попадали под власть лектора, заставлявшего каждого из слушателей настроить свое сознание на полное самораскрепощение и освобождение от стереотипов мировосприятия, накопленных за годы жизни. Через некоторое время участники медитации, напоминавшей внешне безудержную вакханалию, прекращали хаотические телодвижения и замирали с блаженными выражениями на лицах. По окончании занятия все его участники неизменно говорили об удивительном преображении, которое претерпела их личность, о духовном очищении, приливе жизненных и творческих сил. Применение подобных древних методик в современном обществе, по Раджнишу, было необходимым условием становления «нового человека»»²²⁴.

По мнению современных последователей Ошо²²⁵, динамические медитации объединяют в себе два аспекта: поток и присутствие.

Поток – это динамическое эмоционально-энергетическое качество движения, приводящее человека к переживанию значимых ресурсных состояний. Примером может служить игра или свободный танец, когда радость приносит не результат, а сам процесс совершения действий.

Присутствие — определяется наличием осознания и объемлет пространственно-временное единство различных аспектов психики, физиологии и полевых структур человека.

Именно благодаря присутствию, — утверждают современные последователи Раджниша, — динамические медитации перестают быть только физической активностью и становятся трансформирующим процессом.

В настоящее время исследования телесно-ориентированной психотерапии, биоэнергетики и биосинтеза говорят о норме психического и физического здоровья как о равнозначном распределении внимания человека к трём своим сферам – телесной, эмоциональной и ментальной. Раджниш ещё 40 лет назад говорил о своих технологиях так: «…все мои медитации идут таким путем. Они начинаются с тела, идут через сердце, достигают ума, а потом выходят за их пределы»²²⁶.

В настоящее время «медики, психологи и тренеры, желающие получить дополнительную подготовку, приглашаются Ошо-центрами на 2-х годичную обучающую программу «Инструктор Динамических медитаций Ошо»»²²⁷.

Рассмотрим еще один вид медитации Раджниша — медитацию кундалини. Эта медитация основана на тантрическом учении о чакрах. Она направлена на пробуждение энергии кундалини. Раджниш считал кундалини проекцией божественной энергии, которая поддерживает все мироздание. Согласно Раджнишу, энергия кундалини, которая находится в нижней чакре у основания позвоночника, вследствие медитации поднимается вверх, выходя через верхнюю чакру и соединяясь тем самым с энергией Абсолюта. При этом космическая энергия проникает в человека, начиная циркулировать во всех его телах. Медитация кундалини состоит из нескольких этапов. В начале медитации члены групп сильно трясутся, разгоняя тем самым зажимы тела, а затем танцуют, с тем, чтобы проявилась вновь обретенная жизненная энергия. В целях большей эффективности, Раджниш советовал заниматься этими упражнениями ежедневно на протяжении 21-го дня, совмещая их с дыхательными упражнениями.

Несмотря на отказ Раджниша от систем и теорий, тантра-йога представляет из себя не что иное, как очередную систему, сочетающую в себе элементы, взятые из джайнизма, буддизма, тантризма, даосизма, а также идеи, заимствованные у западных философов: Сартра, Камю, Фрейда и в особенности Ницше.

Раджниш, как и большинство восточных гуру, утверждал, что жизнь представляет собой не более, чем великую космическую шутку. Поэтому он и призывал следовать по пути свободы и наслаждений.

«Тому, кто привык связывать духов­ность с тихим созерцанием, по­добная медитация может показать­ся омерзительной и безумной. Раджниш, однако, ни­мало не беспокоился о том, что мо­гут подумать люди, связанные, по его мнению, бес­смысленной традицией»²²⁸, - пишет исследователь восточных религий Вишал Мангалвади. Согласно мнению Раджниша, истину можно найти лишь в «непосредствен­ности», «естественности» и свободе, понимаемыми в соответствии с его учением.

Какие особенности медитативных техник Раджниша являются характерными? Согласно отзывам практикующих медитацию ошовцев, это следующие особенности.

Началом любой медитации является концентрация ума, отрешённость от любых посторонних мыслей и переживаний. Практикующий должен полностью сконцентрировать свое внимание на объекте медитации, пропустить его через себя и слиться с ним. Характер объекта может ограничивать глубину концентрации. Объект должен стать абсолютным центром внимания. При этом медитирующий может испытывать чувство энтузиазма или некие странные ощущения в виде видений. По мере продвижения в процессе медитации посторонние мысли полностью рассеиваются, и человек может испытывать чувство восторга от осознания погружения в бесконечность.

Таким образом, практикующие медитацию учатся управлять своим умом, что, по их мнению, ведет к чувству глубинного спокойствия, психической релаксации. Но главная черта медитативных практик заключается все же в идее о том, чтобы медитация стала для практикующих образом жизни.

Несмотря на то что ошовцы выступают против любой институ­циональной религиозности, предлагая каждому черпать из разных религиозных традиций на свое усмотрение, все же можно вычленить в их учении индуистские концепции: кармы, сансары и мокши.

Различные представители движения Ошо в России придают большое значение кармическим последствиям прошлых реинкар­наций, считая, что человек в процессе перевоплощений эволюционирует. Считается, что с помощью особых методов, открытых Раджнишем, можно достичь просветления в нынешней инкарна­ции. По этому поводу ошовцы предлагают и своеобразные «та­натологические услуги» — работу с теми состояниями, в которых сознание человека якобы пребывает по смерти физического тела и до следующего воплощения. Для этого по приглашению отечественных последователей Раджниша в апреле 2004 г. в Россию из Гер­мании приезжала команда тибетских пульсаторов во главе с ма­стером Ранвой для проведения специального медитационного ритрита тибетских пульсаций «Бардо». Утверждалось, что такой тренинг поможет, с одной стороны, депрограммировать то, что было в промежутках между прошлыми воплощениями и достой­но пройти следующую «гробную черту», получив идеальную «нео­бусловленную» реинкарнацию. Однако в движении Ошо извес­тен и отечественный танатотерапевт Владимир Баскаков, которо­го пропагандирует центр «Аромат Ошо»²²⁹. Баскаков проводит в России «практикумы по танатотерапии», обучая проходить «сбор­ку-инициацию естественной смерти». Она заключатеся в моделировании характеристик тела естественным образом умершего человека.

Нужно сказать, что «танатологические практики» считаются у ошовцев далеко небезопасными — «высшим пилотажем» духовно­го тренинга. Последователи Раджниша предупреждают, что вспо­минать предыдущие рождения допустимо только в том случае, если человек сможет оставаться невозмутимым, находясь в центре самых тяжелых вос­поминаний этой жизни. В противном случае, когда откроются воспоми­нания прошлых рождений, будет очень трудно, поскольку, если воспоми­нания этой жизни приходят поочередно, то воспоминания прошлых жизней открываются целиком.

Широкое распространение среди российских представителей движения Раджниша получил тренинг под названием «Мистическая Роза». В пер­вую неделю ее исполнения предписывается смеяться каждый день по три часа, пытаясь высмеять весь навязчивый смысл жизни, во вторую неделю — плачут по три часа, стараясь выплакать все жизненные трудности, а в третью – «свидетельствуют», стара­ются в тишине понять, что с ними за эти две недели произошло. Часто «Мистическую Розу» начинают 1 марта и закан­чивают 21 марта — в «день просветления» Раджниша, но мо­гут проводить и в другое время. Проводятся такие тренинги, в частности, в Центре медитаций Ошо «Ветры».

В России пользуется популярностью также психотехника «девавани», выражающаяся в произнесении слов из «незнакомых» языков. Ошовцы уподобля­ют «девавани» глоссолалии. Практика «девавани» имеет много общего с той глоссолалией, которая практикуется харизматическими пятидесятническими общинами. Ошовцы начинают «девавани» с прослушивания «мягкой музыки», на которую участвующие должны «настроиться как дети», а затем начать произносить звуки, которые не относятся ни к какому языку²³⁰. «Медитируете и начинаете двигать­ся, мычать, петь, выговорить все, что из вас пойдет», — рекоменду­ют руководители группы российских Ошо-центров, отмечая, что «де­вавани» также рассчитана на то, чтобы освободить тело, разум и в, конце концов — вникнуть в то, что произошло.

Не меньшей популярностью в раджнишизме пользуются тре­нинги, предполагающие «работу с сексуальной энергией», кото­рые, по сути, смыкаются с современными неотантристскими прак­тическими семинарами. Ошовские секс-тренинги могут проходить под такими названиями, как: «Практические тибетские пульса­ции», «Через секс к познанию личности» и т. п²³¹. Однако другие курсы также не исключают возможности работы с сексуальной энер­гией. В частности, приглашая на выездной семинар «Мистичес­кая Роза», пермский центр «Авис»²³² среди требований к участни­кам указывал на необходимость медицинской справки об отсут­ствии ВИЧ-инфекции.

Характерной особенностью российского раджнишизма является то, что его представители начинают испытывать все большую тягу к шаманиз­му — разрабатывают авторские шаманские практики, приглашают шаманов из Сибири. В частности, с большой гордостью российс­кие ошовцы говорят о своей встрече с сибирской шаманкой Ай-Чурек, которая приезжала к раджнишистам летом 2003 г. «Работу с энергиями в шаманском стиле» россиянам предлагает непосредственная ученица Раджниша Ма Прем Амарга. Ее пропа­гандистами в Москве выступают: Шантам и Анама, ведущие отдель­ную ошовскую группу и организующие для особо преуспевших поездки в ашрам в Пуну²³³.

В арсенале ошовцев есть специальная социально-политичес­кая программа, разработанная Ошо, который предлагал сформи­ровать единое мировое правительство, упразднить нации и учре­дить единую на весь мир национально незаинтересованную Академию наук. Вспо­миная утопические проекты античных философов, идеальной фор­мой государственного правления Раджниш считал власть интел­лектуальных олигархов, которые, однако, должны были пройти курс депрограммирования и окончить институт медитации по «ошовской программе».

Российские представители раджнишизма практически не уде­ляют внимания политическому учению Ошо, однако отдельные по­читатели гуру осознают потенциал деидеологизации, который со­держит его учение. Российские последователи Раджниша пред­ставляют из себя определенный социальный андеграунд. Все ее члены имеют свои имена, причем либо сан­скритские, либо суфийские, означающие те или иные поня­тия, несмотря на их космополитизм. Они постоянно обмениваются опы­том, приглашают иностранных санньясинов и сами ездят в другие страны для проведения и участия в тренингах²³⁴.

Особо значимое место в культовой прак­тике движения Раджниша занимают психотерапевтические разработки, ориентированные на работу с соматическим бессозна­тельным. Их конечная цель — достижение просветления, что, согласно Раджнишу, означает вобрать в себя целое, стать цельным, единым со всем бытием, высвобо­див при этом все бессознательные импульсы и приведя их в гар­монию с целым²³⁵.

На достижение подобного «целостного» восприятия мира направ­лены все традиционные для движения Раджниша психотехники: «Динами­ческая медитация», «Мистическая Роза», практики тибетских пуль­саций, «центрирования Ошо», ребалансинга, нейрохианской тера­пии, НЛП, аюрведического массажа, практика «No mind», терапия Рейки, различные игровые танцы и прочее.

Но просветление в раджнишизме также сопряжено с выработ­кой своей индивидуальной религиозной истины, не зависящей от каких-либо религиозных традиций. Утверждая некий принцип чис­той жизненности, последователи Раджниша подчеркивают, что истинная духовность не сочетаема ни с религиозным догматизмом, ни с какой-либо на­думанностью, поэтому они, вслед за Раджнишем, выступают против любой институциональной религиозности, в особенности, обвиняя авраамические религии за их морализаторство и стрем­ление навязать смысл жизни.

Религиозность определяется ими как «любовь человека к бытию, к целому космосу», «цветение сердца». По сути, такая религиозность означает очищенную от подсознательных наслоений чистую чув­ственность, которая состоит в активном, чувственном переживании мира. Религиозность в раджнишизме исключительно индивидуаль­на и предполагает, что каждый индивидуум свободно ведет неза­висимый религиозный поиск. Поэтому допускается, что полезны священные книги, что можно наслаждаться чтением Упанишад, Евангелий, по большей части апокрифических, в особенности Еван­гелия от Фомы, которому Раджниш посвятил отдельную книгу «Горчичное зерно».

Но если последователи Раджниша и видят пользу в Писаниях, то воспринима­ют их как иррациональное чтение, пригодное для мистических спе­куляций, которое нужно уметь прочитывать «внерассудочно». Ошовцы, вслед за Раджнишем, считают, что духовного просветления можно достичь и без помощи Писаний. Путем к просветлению может быть прак­тически любой вид занятий, если он не сопровождаются морализаторством. Спорт, шахматы, музыка, работа дворником — через все это можно учиться лю­бить жизнь, познавать Вселенную.

Среди представителей движения, как правило, распростране­ны антиклерикальные настроения, обвинения традиционных миро­вых религий в том, что они подавляют «истинную духовность» и вынуждают верить вопреки интеллекту.

Многие российские последователи Раджниша воспринимают свою духовную систему как своеобразный метод разотождествления от какой-либо религии, нации, социального статуса, а религиозность — как «науку депрограммирования», указывая, что в свое время Раджниш предлагал даже создать особый институт, в котором было бы возможно депрограммировать человека как христианина, как индуса, как немца, американца, коммуниста, мусульманина, еврея и т. п. В этой связи, направленность многих психосоматических техник ошовцев как раз и состоит в депрограммировании человека — снятии не толь­ко любой социальной, но и национальной, религиозной самоиден­тификации.

Яркой особенностью последователей Раджниша являются их антикультовые декларации. Ошовцы подчеркивают то, что у них, в отли­чие от обычных религий, нет культового объекта поклонения, так как любое поклонение, по их представлениям, связано с «порабо­щением авторитетом». Однако непревзойденным кумиром остает­ся сам Бхагаван Шри Раджниш. Его растиражированные фотогра­фии в разных видах висят не только в каждом Ошо-центре, но и в ньюэйджерских общинах, питающих симпатии к Раджнишу. Кроме того, сами ошовцы носят у себя на шее медальоны с изображением Раджниша, а иногда и светло-оран­жевые одеяния, введенные еще самим Раджнишем. В Пуне — международном центре дви­жения хранится пепел Раджниша в качестве священной релик­вии.

«Буддхам Шаранам Гаччхами (Я припадаю к ногам Пробужденного).

Сангхам Шаранам Гаччхами (Я припадаю к ногам общины Пробужденного).

Дхаммам Шаранам Гаччхами (Я припадаю к ногам высшей истины Пробужденного)» - каждое утро и каждый вечер в общинах по всему миру ученики преклоняют колени в молитве и с благоговением распевают эти санскритские слова в честь Бхагавана Шри Раджниша, провозгласившего себя просветленным учителем» ²³⁶.