3. Экономическая и социальная политика в первой чет­верти XVIII века.

На экономическую политику начала XVIII в. оказали решающее влияние два основных фактора: концепция меркантилизма и неудачное начало Северной войны. Со­гласно идеям меркантилизма, первой буржуазной школы политэкономии, основой богатства государства является накопление денег за счет активного баланса торговли, вы­воза товара на чужие рынки и препятствия ввоза ино­странных товаров на свой рынок. Это предполагало вме­шательство государства в сферу экономики: поощрение одних видов производства и ограничение других. В усло­виях России петровского времени роль государства в ре­гулировании экономики становилась гипертрофированной.

Другим важным стимулятором активного государственно­го вмешательства в экономику стали поражения русских войск на начальном этапе войны со Швецией. Россия лиши­лась основного источника поставок скандинавского высокока­чественного железа. Владея большими по тому времени фи­нансовыми и материальными ресурсами, землей, недрами и даже людьми, государство взяло на себя регулирование про­мышленного строительства. При его непосредственном уча­стии и на его деньги стали создаваться казенные мануфак­туры, прежде всего по производству военной продукции.

Государство захватило и торговлю — путем введения монополии на заготовку и сбыт определенных товаров. В 1705 г. была введена монополия на соль и табак. При­быль на первую возросла вдвое, на табак — в 8 раз. Вводилась монополия на продажу товаров за границу: на хлеб, сало, лен, пеньку, смолу, икру, мачтовое дерево, воск, же­лезо и др. Установление монополии сопровождалось волюн­таристским повышением цен на эти товары, регламента­цией торговой деятельности русских купцов. Следствием этого стала дезорганизация свободного, основанного на ры­ночной конъюнктуре, предпринимательства. Государство добилось своей цели: поступления в казну резко возрос­ли. Но насилие над предпринимательством систематически разоряло наиболее зажиточную часть купечества.

К концу Северной войны, когда победа была очевидна, в торгово-промышленной политике правительства про­изошли определенные изменения. Были приняты меры по поощрению частного предпринимательства. «Берг-привилегия» (1719 г.) разрешила искать полезные ископаемые и строить заводы всем без исключения жителям страны и иностранцам. Получила распространение практика пе­редачи государственных предприятий (в первую очередь убыточных) частным владельцам или компаниям. Новые владельцы получали от казны различные льготы: беспро­центные ссуды, право беспошлинной продажи товаров и т.п. Государство отказалось от своей монополии на про­дажу ряда товаров на внешнем рынке.

Однако реальной экономической свободы предпринима­тели не получили. В 1715 г. был принят указ о создании промышленных и торговых компаний, члены которых, от­дав свои капиталы в общий котел, были связаны круговой порукой и несли общую ответственность перед государст­вом. Компания фактически не обладала правом частной собственности. Это была своего рода аренда, условия кото­рой определялись государством, имевшим право в случае их нарушения конфисковать предприятие. Выполнение ка­зенных заказов стало главной обязанностью владельца за­вода. И только излишки он мог реализовать на рынке. Это снижало значение конкуренции как главного стимула раз­вития бизнеса. Отсутствие конкуренции, кроме того, тормо­зило совершенствование производства.

Контроль за отечественной промышленностью осуще­ствляла Берг-Мануфактур-коллегия, обладавшая исклю­чительными правами: она давала разрешение на откры­тие заводов, устанавливала цены на продукцию, имела монопольное право на покупку товаров у мануфактур, осуществляла административную и судебную власть над владельцами и работниками.

Активное вмешательство государства в сферу эконо­мики деформировало социальные отношения. Прежде всего, это проявилось в характере использования рабочей силы. Во время Северной войны государство и владельцы мануфактур использовали как вольнонаемную рабочую силу, «беглых и гулящих», так и приписных крестьян, отрабатывающих на заводах государственные налоги. Од­нако в начале 20-х гг. XVIII в. проблема рабочей силы обострилась: усилилась борьба с побегами крестьян, нача­лось массовое возвращение беглых прежним владельцам, была проведена ревизия населения с последующей фик­сацией социального статуса каждого человека путем за­крепления навечно к месту записи в налоговый кадастр. Вне закона были поставлены «вольные и гулящие», кото­рых приравняли к беглым преступникам.

В 1718 – 1724 гг. была проведена подушная перепись. Единицей налогообложения вместо крестьянского двора ста­ла «душа мужского пола», которой мог быть и грудной младенец, и дряхлый старик Умершие числились в спи­сках («сказках») вплоть до проведения следующей очередной ревизии. Подушную подать платили крепостные и казенные кресть­яне, посадские люди. От уплаты подушной подати освобож­дались дворяне и духовенство. Введение подушной подати затрудняло социальную мобильность населения. В 1724 г. была учреждена паспортная система. Без паспорта кресть­янам запрещалось удаляться от места жительства далее 30 верст. В 1721 г. Петр подписал указ, разрешавший поку­пать к заводам крепостных. Такие крестьяне стали назы­ваться посессионными (владельческими).

Особенностью развития русской промышленности в пер­вой половине XVIII в. стало широкое применение подне­вольного труда. Это означало превращение промышленных предприятий, на которых мог зародиться капиталистический уклад, в предприятия крепостнической экономики. Преобла­дание на мануфактурах труда посессионных и приписных крестьян в конечном итоге предопределило отставание Рос­сии от Европы. Но эта тенденция отставания проявилась не­сколько позже. А в первой четверти XVIII в. была создана сравнительно мощная экономическая база — около 100 ману­фактурных предприятий. Однако создание экономического потенциала сопровождалось деформацией тенденций разви­тия страны. Государственное вмешательство в экономику, от­сутствие рынка рабочей силы тормозили вступление России на путь, по которому уже шли многие европейские страны.