Вопрос 25

НАЧАЛО I МИРОВОЙ ВОЙНЫ, ЕЕ ПРИЧИНЫ И ХАРАКТЕР

Первая мировая война возникла в результате начавшегося общего кризиса капиталистической системы мирового хозяйства и явилась следствием неравномерного развития капитализма на стадии империализма. Это была захватническая, несправедливая война между двумя крупными империалистическими группировками - австро-германским блоком и Антантой. Боязнь роста революционного движения побудила империалистов ускорить развязывание мировой войны.

В подготовке первой мировой войны повинны империалисты всех стран. Однако главным, ведущим империалистическим противоречием, ускорившим развязывание этой войны, было англо-германское противоречие.

Каждая из империалистических держав, вступая в мировую войну, преследовала свои захватнические цели. Германия стремилась разгромить Англию, лишить её морского могущества и переделить французские, бельгийские и португальские колонии и утвердиться в богатых аравийских провинциях Турции, ослабить Россию, отторгнуть у неё польские губернии, Украину и Прибалтику, лишив её естественных границ по Балтийскому морю.

Австро-Венгрия рассчитывала захватить Сербию и Черногорию установить свою гегемонию на Балканах, отнять у России часть польских губерний, Подолию и Волынь. Турция при поддержке Германии претендовала на территорию русского Закавказья.

Англия стремилась сохранить своё морское и колониальное могущество, разбить Германию как конкурента на мировом рынке и пресечь её притязания на передел колоний. Кроме того, Англия рассчитывала на захват у Турции богатых нефтью Месопотамии и Палестины, на захват которых питала надежду и Германия. Франция хотела вернуть Эльзас и Лотарингию, отнятые у неё Германией в 1871 г., и захватить Самарский бассейн.

Россия вступила в войну с Германией и Австро-Венгрией, добиваясь свободного выхода черноморского флота через Босфор и Дарданеллы в Средиземное море, а также присоединения Галиции и нижнего течения Немана.

Долго колебавшаяся между Тройственным союзом и Антантой Италия в конечном счёте связала свою судьбу с Антантой и воевала на её стороне из-за проникновения на Балканский полуостров.

В течение трёх лет войны Соединённые Штаты Америки занимали нейтральную позицию, наживаясь на военных поставках обеим воюющим коалициям. Когда война была уже на исходе и воюющие стороны до предела истощили себя, США вступили в войну (апрель 1917г.), намеревался продиктовать ослабленным странам условия мира, обеспечивающие мировое господство американского империализма.

Только Сербия, явившаяся объектом австро-германской агрессии, вела справедливую, освободительную войну.

Хотя главными предпосылками войны были экономические противоречия союзов великих держав, политические расхождения и споры между ними, конкретным поводом к ней явилась драма, порождённая национально-освободительным движением славян против австрийского владычества. Возникший конфликт можно было бы урегулировать мирным путём, но Австро-Венгрия считала, что настал удобный момент, чтобы навсегда покончить национальным движением (в том числе и террористическим), базировавшимся на Сербию, а ее мощный покровитель и союзник Германия полагала, что в данный момент она лучше подготовлена к войне, чем Россия и даже её союзники Франция и Англия. В отношении последней кайзер питал иллюзии, что она останется нейтральной. В итоге европейская война, давно и многими ожидавшаяся, разразилась неожиданно и вызвала первый в истории военный конфликт, разросшийся до мирового масштаба.

На конец июня 1914 г. Австро-Венгрия назначила проведение военных манёвров на границе с Сербией. 28 июня на открытие маневров должен был приехать наследник престола эрцгерцог Франц-Фердинанд. Сербская националистическая организация «Народна одбрана» постановила совершить террористический акт против эрцгерцога. Покушение должны были осуществить два серба: Гаврила Принцип, гимназист, и рабочий Неделько Чабринович.

28 июня в центре города Сараево Принцип убил из пистолета эрцгерцога и его жену, ехавших в открытой машине. Сараевские выстрелы положили начало экстренной политической активности. Почти месяц готовили австрийские власти свою ответную меру. И 23(10) июля Австро-Венгрия предъявила Сербии ультиматум, поставив срок в 48 часов для пресечения антиавстрийской пропаганды и деятельности с территории страны. Большинство пунктов ультиматума были приемлемы. Но два из них - допущение австрийских следователей на территорию страны и введение ограниченного контингента войск - задевали суверенитет и национальное достоинство маленького славянского государства.

О предъявлении ультиматума и его примерном содержании в Петербурге узнали в тот же день от советника итальянского посольства Монтереале. 24(11) июля пришла телеграмма из Белграда, а австро-венгерский посол вручил текст ноты официально. В 3 часа дня 24 (11) июля состоялось заседание совета министров, на котором, в частности, было принято решение просить совместно с другими державами Австро-Венгрию продлить срок для ответа Сербии, посоветовать Сербии не принимать боя с австрийскими войсками и обратиться к главным европейским державам с просьбой коллективно рассудить возникший спор. Одновременно было решено о мобилизации четырёх военных округов и Балтийского и Черноморского флотов. Эта мера предпринималась исключительно как демонстрация силы против Австро-Венгрии.

25 (12) июля Россия опубликовала правительственное сообщение о том, что она зорко следит за развитием сербско-австрийского столкновения и не может остаться к нему равнодушной. Совет министров предложил ввести с 26(13) июля на всей территории страны «положение о подготовительном к войне периоде». Австро-Венгрия заявила, что отказывается пролить срок для ответа Сербии. Последняя же в своём ответе по совету России выражала готовность удовлетворить австрийские требования на 90% (отвергался только въезд чиновников и военных но территорию страны). Сербия готова была также к передаче дела в Гаагский международный трибунал или на рассмотрение великих держав.

Утром 26(13) июля кризис вступил в ещё более острую фазу. В утренних телеграммах российского МИД в Рим, Париж и Лондон указывалось, что Россия не может не прийти на помощь Сербии, и выражалась надежда, чтобы Италия подействовала на свою союзницу в умеряющем смысле. В своих дипломатических шагах Австро -Венгрия и Германия утверждали, что Австрия не ищет территориальных приобретений в Сербии и не угрожает её целостности. Ее главная цель - обеспечить собственное спокойствие и общественную безопасность. Англия выступила с предложением созвать конференцию совместно с Францией, Германией и Италией, чтобы вчетвером обсудить возможные выходы из положения 27(14) июля Россия соглашалась на это, одновременно были начаты прямые переговоры с австрийским посланником в Петербурге.

Утром 28(15) июля надежды на переговоры еще оставались, но спустя несколько часов сербский посланник М.Спалайкович принёс российскому министру иностранных дел Сазонову телеграмму от своего министра иностранных дел: «В полдень австро-венгерское правительство прямой телеграммой объявило войну сербскому правительству».

Николай II отправил 28(15) июля личную телеграмму германскому императору Вильгельму II. В ней он просил умерить Австрию, объявившую «гнусную войну» маленькой стране. Тогда же французский посол Морис Палеолог уведомил Сазонова, что в случае необходимости Франция выполнит свои союзнические обязательства по отношению к России. В Англии в тот день произошёл резкий поворот в общественном мнении от нейтралитета к поддержке Сербии, России и Франции, против Австрии и Германии.

Вильгельм II в ответной телеграмме Николаю II отводил в сторону все упрёки по адресу Австро-Венгрии и обвинял Сербию в антиавстрийской политике. Австрия мобилизовала уже половину всей своей армии, а также часть флота.

Утром 30(17) июля Сазонов, поддержанный военным министром Сухолиновым и начальником Генерального штаба генералом Н.Н.Янушкевичем, пытался убедить Николая II в необходимости объявления общей мобилизации. Николай отказывался - царь не хотел войны и всячески старался не допустить ее начала.

Николай II послал в Берлин личное письмо кайзеру с генералом В.С. Татищевым, в котором просил о посредничестве в деле мира. Сазонов попытался переломить эти настроения Николая II. Германия вполне могла бы образумить Австрию, если бы уже не решилась на войну, говорил министр, поэтому нужно встретить войну во всеоружии. Несколько часов царь сопротивлялся и только к вечеру уступил и дал разрешение приступить сразу к общей мобилизации.

С утра 31(18) июля в Петербурге появились напечатанные на красной бумаге объявления, призывавшие к мобилизации. В свою очередь Германия вводит положение «кригсгефар» (военной опасности) - России был дан 12-часовой срок для отмены мобилизации. В противном случае, Германия объявляет свою мобилизацию. Накануне Николай II принимал германского посла. Он честно убеждал его, что мобилизация не означает угрозы для Германии и тем более враждебных по отношению к ней намерений. Ввиду огромных размеров страны мобилизацию за один час остановить невозможно. Посол немедленно сообщил содержание беседы в Берлин. Но там расценили это как отказ от германских условий - это послужило сигналом к принятию решения о войне. Так в ходе предоставленного России срока для отмены мобилизации германская сторона подменила вопрос о начале мобилизации вопросом о прямом объявлении войны. Так началась война.

1 августа Италия объявила о своём нейтралитете в начавшемся конфликте, поскольку он начался из-за агрессивных действий Австрии против Сербии и не представляет "казус фёдерис" (случай исполнения союзных обязательств) для Италии. 2-3 августа Франция заявила о поддержке России, а Англия о поддержке Франции. Война стала европейской, а вскоре и мировой. Первым днём французской мобилизации стало 2 августа. Вечером 3 августа (21 июля) Германия объявила войну Франции. Германские войска нарушили нейтралитет Бельгии и Люксембурга. Бельгия обратилась к Франции, Англии и России, как к державам-поручительницам, с призывом к сотрудничеству в защите её территории. Вечером 4 августа служащим германского посольства в Лондоне были вручены паспорта с требованием выезда, а английский флот получил приказ открыть огонь.

В ночь на 5 августа (23 июля) толпа "патриотических манифестантов" ворвалась в здание германского посольства на Исаакиевской площади в Петербурге. Она разгромила внутренние помещения посольства и сбросила с фронтона здания огромную бронзовую конную группу. 5 августа австрийское правительство в Вене потребовало выезда российского посла, а 6 августа в Петербурге австрийский посол Сапари заявил Сазонову об объявлении войны.