25. Работа редактора с пунктуационными ошибками в тексте.

Правила расстановки знаков препинания менее строгие, чем орфографические. Здесь больше вариантов, больше выбора, особенно в экспрессивных текстах. Даже возможны индивидуальные особенности в расстановке знаков препинания. Вспомним хотя бы известное при­страстие М. Горького к тире.

Вообще тире в наше время превратилось в агрессивный знак, вытесняющий другие знаки, прежде всего двоеточие, частота которого уменьшилась. Редко встречается в современной печати и точка с запя­той. Вместо точки с запятой авторы предпочитают ставить просто точку и, тем самым, делить длинное предложение на два коротких. В этом от­ражается особенность газетного синтаксиса.

Индивидуальные знаки препинания встречаются не только в ху­дожественной литературе, но и в публицистике. У Анатолия Аграновского таким любимым знаком было двоеточие. Два коротких примера из очерка «Обтекатели»:

– «Место происшествия: авиаремонтный завод»;

–  «Капаницына... лишили звания. Его и еще одного: алкоголи­ка.»

В обоих случаях на месте двоеточия по правилам необходимо тире. Что делать редактору? Очень непростая ситуация. Ее нельзя ре­шать формально, ибо ситуация эта не в информационном тексте, а в ху­дожественно-публицистическом.

Если же мы перейдем к поэзии, то пунктуационные проблемы возрастут неизмеримо и надо будет признать, что, во-первых, расста­новка знаков препинания в стихотворных произведениях наполовину субъективна, а во-вторых, многие поэты просто не в ладах с пунктуаци­ей и полагаются на грамотность редактора. Рекордсменом среди них, пожалуй, является Джордж Байрон. Литературоведы часто цитируют его признание: «Я знаю, что такое запятая, но не знаю, куда ее ставить». За него это делала его кузина. В некоторых стихотворениях  Байрона нет ни одной запятой. Из русских поэтов можно указать высокообразован­ного Федора Тютчева. Одновременные небрежность и оригинальность его пунктуации попортили много нервов его издателям. Отклонения поэтической пунктуации от нормативной – это не каприз поэтов, а объ­ективная особенность поэзии. И поэтому работа редактора с поэтом над изданием его стихотворений даже с точки зрения только знаков препи­нания превращается в серьезный экзамен профессиональной компетен­ции редактора.

В истории мировой поэзии есть случаи полного отказа поэтов от знаков препинания. Советскими редакторами это пересекалось без­жалостно. Андрей Вознесенский вспомнил об этом недавно в газетном интервью: «...Стихи без запятых – это в застойные времена было пострашнее, чем стихи против Советской власти...» (Комсомольская прав­да. 24 ноября 1994 г.).

26. Работа редактора с нарушениями коммуникативных норм в тексте.

Нарушения коммуникативных норм многообразны. Это может быть как этикетная избыточность - приторно вежливое, переходящее в угодничество общение, так и нарушение норм речевого этикета: грубость, злословие, неуважение к собеседнику, оппоненту, намеренное введение его в заблуждение и т. п. Неуважение к аудитории и оппонентам проявляется по-разному. Это могут быть ярлыки, прозвища, неуместное обыгрывание имен собственных и просто оскорбление тех, с кем автор не согласен: Грач прилетел (Л. Грач), Лебедь раскрыл клюв (А. Лебедь), Степаша (С. Степашин) заменит Барсушу (М. Барсукова), маршал Чепчиков (маршал Е. Шапошников), Придавленный Шпалой (министр МПС Н. Аксененко), Ястреб Женский (С. Ястржембский). Также не иначе как оскорбление аудитории расцениваются случаи, когда, например, журналисты, следуя моде или потакая низменным человеческим инстинктам, позволяют себе ругательства, уголовный жаргон, грубое просторечие, ерничество, намеренное опошление общепринятых культурных ценностей. Употребление грубой лексики настолько очевидно противоречит нормам общественной морали, что в Уголовном кодексе РФ рассматривается как мелкое хулиганство и по идее подлежит наказанию. Тем более таких слов не должно быть в массовой коммуникации и в устной речи. И не важно, в каком виде - целиком, с точками или в виде намека. Оскорбление аудитории может иметь внешне пристойные формы, не содержать ни одного грубого слова: В Амстердаме во время праздников проблема общественных туалетов решена. Прямо на людных улицах устанавливаются писсуары. Подходи, вставай спиной к публике, расстегивай ширинку и делай свое дело, ни на кого не обращая внимания. Нарушение коммуникативных норм - проблема не только культуры речи, но и эффективности общения: таким образом лелеют примитивизм одних и вызывают протест и отвращение других, но поставленной цели не достигают.