Можно ли говорить о разрушении традиции изображения «маленького человека» в рассказе а.П. Чехова «Смерть чиновника»?

Тема «маленького человека» традиционна для русской литерату­ры, и А.П. Чехов продолжает развивать классическую ситуацию — столкновение бесправного чиновника с генералом, представителем власти. Как правило, предшественники Чехова — А.С. Пушкин, Н.В. Гоголь, Ф.М. Достоевский — сочувствовали униженному герою, это всегда было характерно для гуманистической позиции русского писателя. Чехов раскрывает эту тему по-новому. Его герой, чиновник с «говорящей» фамилией Червяков, почему-то не вызывает у нас со­чувствия. В театре он, чихнув, обрызгал генерала и хотел за это изви­ниться. Казалось бы, что особенного? Но герой так настойчив в своем чинопочитании, так мнителен и угодлив, что переходит все допусти­мые границы приличий. Пять раз он подходит к генералу со словами извинения, он готов унижаться, хотя никто его об этом не просит. И такое добровольное пресмыкательство страшно — оно говорит о пол­ном отсутствии в человеке внутренней свободы, о его самоуничиже­нии. Человек, не осознавший необходимости «по капле выдавливать из себя раба», не заслуживает авторских симпатий. Финал рассказа анекдотичен — чиновник, которого обругал генерал, пришел домой, «лег на диван и помер», не сумев преодолеть внутреннего рабства, страха в душе перед вышестоящими. И «маленький человек» здесь не только смешон и жалок — он страшен тем, что так незыблемы в нем основы этого добровольного самоуничижения, которое делает невоз­можным свободное развитие личности.

Кто, по-вашему, доктор Старцев, «белая ворона» среди обывателей или такой же, как они? (по рассказу А.П. Чехова «Ионыч»)

Доктор Старцев — герой рассказа А.П. Чехова «Ионыч». Он, в принципе, обыватель: работает земским врачом, ходит пешком, в об­щем, обычный человек. Но когда он был молод, он хотел жить, лю­бить, творить. И это его отличает от простого обывателя.

Семья Туркиных была своеобразной отдушиной для него — эта се­мья стремилась жить, творить. Поэтому он и находит с ней так много общего, часто к ним ездит. В сущности, Туркины — такие же обывате­ли, как и Старцев, как и все, но они к чему-то стремятся, к чему-то вы­сокому, светлому. Ионыч влюбляется в Катю, но она не отвечает ему взаимностью. У нее другие идеалы: слава, известность. С этого момен­та Ионыч опускается до земли. Начинает любить деньги мало-помалу. Кстати, доказательством обывательства Ионыча может служить фраза: «А приданого, видать, немало дадут...» Уже тогда деньги для него иг­рали немаловажную роль. Когда Катя уехала, у Старцева не осталось любви, она исчезла вместе с Катей. Ему вдруг стало нравиться пере­считывать по вечерам деньги, наслаждаться их хрустом. Появилась тройка лошадей, дома в городе. Жизнь стала ограниченной. «Вы спра­шиваете. .. как мы поживаем тут?.. Старимся, полнеем, опускаемся.

Днем нажива, а вечером клуб, общество картежников, алкоголи­ков, хрипунов, которых я терпеть не могу...». Вспомним эпизод с приездом Кати. Вспомним, как его все раздра­жало. А теперь вспомним его же с Катей наедине, в саду: «...ему вдруг стало грустно и жаль прошлого. В душе затеплился огонек...». Ему за­хотелось жаловаться на жизнь, говорить с ней. Но тут вдруг Ионыч вспоминает, как он вынимает по вечерам бумажки из карманов, и ого­нек в его душе гаснет. После этого он уже не виделся с Катей.

В нем происходила борьба: то он хотел жить, любить, говорить, то опять возвращался в обывательство. И победили деньги, карты, а не любовь и труд. Редко вспоминая былые времена, он говорил: «Сколько хлопот, однако...»

И в конце рассказа Старцев уже ожиревший, пухлый и красный, ему живется скучно, его ничто не интересует. Когда-то желание люб­ви и жизни выделяло его из среды обывателей, теперь он стал таким же, как и они.