Словарь понятий и терминов

Автономный виртуальный образ (автоном) – образ, который может разворачиваться в виртуальную реальность независимо от выполняемой в данный момент деятельности. Если обычный, «связанный», виртуальный образ возникает на выполняемой человеком деятельности и без ее выполнения возникнуть не может (характерно для чеповека-консуетала), то автономный виртуальный образ самодостаточен – он сам внутри себя разворачивается в виртуальную реальность. На первой стадии виртуализированности (на стадии человека-эвентума) автономный образ является ситуационным – разворачивается в определенных ситуациях. На второй стадии виртуализи-рованности (на стадии человека-оператора) автономный образ является операциональным – разворачивается совершенно спонтанно и независимо от ситуации. Автономный виртуальный образ, разворачиваясь в виртуальную реальность, вызывает компульсивное желание совершить соответствующее виртуальному образу действие. Автоном есть родовое наименование для ситуационных и операциональных виртуальных образов.

Реальность автонома становится реальностью обычного, консуетального существования человека на третьей стадии виртуализированности (на стадии человека-виртуала). Здесь человек переходит к существованию в другой относительно исходной, константной реальности. Эта новая реальность становится для него константной реальностью, относительно которой появляются новые уровни гратуала и ингратуала. Категориально, как тип существования, человек-виртуал тождественен человеку-консуеталу; содержательно это разные реальности, а формально они тождественны.

Этапы, или уровни образности – человек-консуетал, человек-эвентум, человек-оператор, человек-виртуал – есть уровни треугольной модели, описывающей процесс порождения новой виртуальной реальности (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Аномия – нарушение синомии (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Антропологический принцип – в русской философии совокупность подходов к проблеме человека в контексте различных философских систем осмысления мира и путей его развития и изменения. В отечественной философской традиции сложилось два основных подхода к данной проблематике. Оба они характерны неприятием утверждения, что единственной целью философского знания является ответ на вопрос, «каково назначение человека в себе, поскольку он мыслится как человек только согласно понятию человека вообще, изолированным и вне всякой связи, которая не содержится необходимым образом в его понятии» (И.Г. Фихте). Наиболее полное выражение один из этих подходов получил у Г. Чернышевского и наследующих ему в той или иной мере П.Л. Лаврова, Н.К. Михайловского. Второй подход развивался в рамках религиозно-мистической традиции русской философии (В.С Соловьев, славянофилы, С.И. Булгаков, П.А. Флоренский, Л.П. Карсавин, H.A Бердяев и др.). Первый подход характерен специфическим соединением «антропологического материализма« (т. е. понимания сущности человека как единства биологических, телесно-природных и культурно-исторических факторов эволюции) и социального редукционизма. Н.Г. Чернышевский, утверждая принцип главенства научного познания в социальном мышлении, фактически вводит понимание человеческой природы в качестве основы научного подхода к социальной проблематике. Коренной вопрос социального знания – вопрос о прогрессе – решается им с позиций утилитаризма: сущность человека есть стремление к максимальному удовольствию и минимальному страданию. В социальной жизни это стремление перерастает в стремление к максимальной пользе. Соответственно, выстраивается иерархия «степеней» ценности человеческих стремлений от индивидуальных до общесоциальных, приобретающих доминирующее значение в силу того, что «общественная польза« позволяет распределить наибольшее «количество« удовольствия среди наибольшего числа людей оптимальным образом. Обоснование индивидуальных стремлений как манифестации природы человека в качестве основы социальной системы приводит к утверждению первенства социальности над индивидуальностью. Возможность противостояния стремлению общества к всесторонней власти, контролю над всеми проявлениями индивидуальности, по мнению Чернышевского, предоставляется «разумным эгоизмом», т. е таким способом удовлетворения личных потребностей, который не противоречил бы обшесоциальным интересам. Тем более что социалистическое общество, возникающее не только естественноисторическим путем, но и посредством разумного планирования и научного целеполагания, предоставляет к этому наиболее благоприятные возможности. Радикальный вариант «разумного эгоизма« выдвинул Д.И. Писарев. П.Л. Лавров рассматривал историю как процесс, происходящий на основании реализации форм человеческих потребностей: основных (биосоциальных – питания, безопасности, нервного возбуждения), временных (государственно-правовых и религиозных форм объединения), потребности развития («историческая жизнь«). Цель исторического процесса – развитие солидарности, в ходе истории приобретающее все более разумные и целенаправленные характеристики. Отсюда – характерный строй социального знания, основанного на единстве материализма, антропологизма и позитивизма. Антропологизм социального знания реализуется в «субъективном методе« как основе научной разработки разумного идеала будущего общественного устройства. «Мысль реальна лишь в личности», следовательно, действительной силой исторического движения является «критически мыслящая» личность. При этом сущность истории – в усилении солидарности, в создании устойчивого и сбалансированного социального целого, общечеловеческой цивилизации. Н.К. Михайловский построил свое обоснование А. п. в социальном познании на основе критики теории «органического общества» Г. Спенсера. Общество не есть функциональная совокупность органов, но живая совокупность организмов. Поэтому фундаментальным принципом социально-исторического знания утверждается «субъективный метод« как осмысление сущности социума и социальных отношений посредством их сопоставления с личностными потребностями и духовными ориентациями. Равноправными понятиями социальной теории становятся понятия «истины» (взамен социально ограниченной «правды»), «блага«, «добра», «красоты», являющиеся фундаментальными критериями личностного миропонимания и основой жизненной ориентации. С т. зр. субъективного метода, социальный прогресс реализуется в создании общества, в котором эти принципы были бы представлены в не меньшей степени, нежели принципы равенства, справедливости, эффективности производства. Фактически, во всех вариантах антропологического и социологического подхода к социально-историческому познанию происходит утверждение объективно-научного характера познания на основе определенного понимания человеческой природы (в рамках материалистического монизма). Социальные параметры истории осмысляются как прогрессивный процесс оптимизации социальной системы, дающей возможность наиболее полного раскрытия сущностных сторон человеческой природы. Логическое следствие этого – отождествление «человеческого» смысла истории с закономерностью развития и смены социальных форм, становящейся доминирующим содержанием социальной теории. Эта черта была воспринята и русским марксизмом, и позитивистскими течениями (например, А.А. Богданов). Можно утверждать, что сам тип осмысления «естественной» человеческой природы формируется на основании предзаданного социального идеала. Т. о., то или иное понимание человеческой природы закладывает телеологический аспект социального знания, реализующийся в социальном редукционизме самого А. п., поскольку его теоретическое осмысление связано непосредственно с утверждением универсальности социального способа исторического раскрытия человеческой сущности. Это значит, что определенное понимание социальности и включенности индивида в социальную систему является базисным для выделения антропологических параметров истории и для антропологических мотивов социального познания. Религиозно-философская традиция также выдвигает тезис о главенстве А. п. в философском знании, но уже (в противовес научно-объективистским и позитивистским течениям) в контексте интуитивно-мистического миросозерцания, опирающегося на христианское вероучение. Здесь антропология как составная часть философского знания оказывается тесно связанной, с одной стороны, с теософским знанием (см. «Христология«) и, с другой стороны, с идеей Богочеловечества, вписанной в мистико-историософскую схематику (см. «Богочеловечество«). Наиболее общий мотив религиозно-философской антропологии – принцип десубстантивации индивидуальности: сущностная сторона человека осмысляется с позиции включенности «я» в первичное целое «мы». Таким исходным фундаментом «я» является троичная божественная личность и социальное целое, отражающее в своей внутренней структуре специфический строй божественного и космического бытия. Порождающая структура личностно-человеческого бытия – соборность как единство индивидуального и сверхиндивидуального. Полное раскрытие этого начала в диалектике исторического и метаисторического является сокровенным смыслом истории. В этом плане социальная история человечества представляет лишь один из аспектов мирового становления, поэтому для религиозной историософии (в традиции всеединства) характерны мотивы «исхода мира», «конца истории». Если социологи-народники видели смысл истории в становлении гармонических форм социальности (солидарности), представленных историческим развитием традиционной крестьянской общины, то для религиозной философии реализация исторических потенций человека выходит за границы социального, экономического и культурного процесса. Более того, утверждение А. п. в русле религиозно-мистической философии предполагает трансцендирование биологической и социальной эволюции человека в становлении Богочеловечества. Во всяком случае, оба варианта антропологии в той или иной мере едины в отрицании фундаментального для классического рационализма принципа субстанциальности индивида, разворачивающегося в абстрактно-метафизическую схематику исторического процесса. В русской философии А. п. означает, прежде всего, включенность человека в мировой процесс, и потому антропология есть не столько знание о «человеке в себе», сколько один из инструментов философского осмысления значимости человека в мировом целом и, с другой стороны, смысла мировых процессов в «человеческом измерении». Хотя утверждение первичности «мы» по отношению к «я» требует разработки специальных методологических концепций, позволяющих избежать теоретического поглощения индивидуальности социальным либо божественно-космическим целым. В социологии народников такую роль играет субъективный метод, в религиозной философии – интуитивно-личностное миросозерцание, заменяющее, с одной стороны, авторитарность конституированного догматического религиозного сознания и, с другой стороны, объективно-безличного научного познания. Т. о., оба варианта разработки А. п. формируют определенную установку на конкретно-личностное, понимающее созерцание действительности, ставшее одной из отличительных черт русской философской традиции. (Е.В. Гутов, БСЭ).

Аретевт – человек, практикующий аретею (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Аретент – человек, по отношению к которому применяется аретея (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Аретея – область практической работы с виртуальными объектами: консуеталами, виртуалами и собью. Специфика аретеи определяется двумя принципиально важными обстоятельствами: а) аретея основывается на виртуальных моделях, т.е. полионтичных, включающих в себя минимум две онтологические реальности, б) аретея основана на вполне определенной онтологии (философии), строится на соответствующих онтологии теоретических моделях и соответствующих теоретическим моделям экспериментальных исследованиях. Таким образом, аретея – тип практики, имеющий философское и научное (теоретическое и экспериментальное) основание.

В виртуалистике на базе единого онтологического представления может быть построено множество частных теоретических (научных) моделей, каждая из которых (будучи экспериментально верифицированной) соответствует определенной сфере практики. Таким образом обеспечивается верифицированность (обоснованность) и фальсифицированность (определение границ применимости) аретеи.

Одна из сложностей понимания того, что такое аретея, заключается в том, что сама категория виртуальности является относительной. Она определяется через сопоставление с категорией константности: то, что является виртуальным, определяется тем, что берется в качестве константной реальности. Аретея не имеет предметной отнесенности, так же как и виртуалистика. Аретея может быть применена во всех сферах жизни человека. Аретея – это не метод, не методика, а тип практики, в рамках которого могут применяться разные способы работы. Аретея − это практическая работа с виртуальными объектами.

Термин «аретея» имеет два смысла. Первый – тип практики, практическая часть виртуальной психологии, второй – собственно практическое воздействие. Тот человек, который осуществляет аретею, называется «аретевт», тот человек, который подвергается аретее, называется «аретент». Есть три вида аретеи: аттракция, девиртуализация и синомия (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Бытие – категория, фиксирующая основу существования (для мира в целом или для любой разновидности существующего); в структуре философского знания выступает предметом онтологии; в теории познания рассматривается как базисная для любой возможной картины мира и для всех прочих категорий. Первые попытки разрешения проблемы источника существования того, что есть – в мифологиях, религиях, в натурфилософии первых философов. Философия как таковая ставит целью, прежде всего, нахождение подлинного (в отличие от кажимого) Б. и его осмысление (или – участие в нем). Наукообразная философия идет по пути определения понятия Б. и его места в структуре знания, а также выделяет уровни и типы Б. как объективного существования. В наибольшей мере концентрировал различные аспекты понятия Б. Парменид. Он выделяет основные характеристики Б. – целостность, истинность, благость и красоту – и манифестирует единство мысли и Б. (и – немысли и небытия). Разделение (точнее, удвоение) мира у Платона на мир идей (мир истины) и на действительность (мир подобий) является началом европейской метафизики и на ее закате переходит в марксизме в разделение материального (мир) и идеального (связанного с сознанием) Б. Классифицирующий анализ Б. у Аристотеля (в частности, он выделяет уровни – возможное и действительное Б.) по сию пору служит примером для всякого наукообразного подхода к Б. В период средневековья Б. рассматривается с религиозных позиций: истинное Б. – Бог, мир же несамостоятелен, сотворен из ничто и без заботы Бога исчезнет в ничто. Возрождение рассматривает Б. как природу, с одной стороны – самостоятельную (все существующее – творение природы), с другой – нуждающуюся в человеке как творце и хозяине. Новое время акцентирует внимание как раз на подвластности Б. человеку как оформляющему, собирающему из него мир (как в плане познавательном, так и в плане практическом). Это становится причиной «инфляции» понятия Б. – теперь оно воспринимается как внешнее, неуловимое человеком в его познании, а вскоре начинает восприниматься как философская иллюзия. В то же время Энгельс предлагает развернутую классификацию видов Б. с точки зрения науки: механическое, химическое, физическое, биологическое, социальное. Реабилитация понятия Б. в философии XX в. связана с именем Хайдеггера. Он говорит о новом условии усмотрения Б. (отличного от существования) – о поэтическом мышлении. Б. – вечно проясняемое раскрытие присутствия (конкретного единства вещей и человека). Современная философия видит в абсолютизации понятия Б. одну из причин «смерти философии» в современной культуре и акцентирует внимание на альтернативах – понятиях Ничто, Различания, Критики. (Д.В. Майборода, Новейший философский словарь).

Виртолюция – порождение многоуровневой соби в генезисе объекта (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Виртуал – 1) обобщенное название для виртуальных событий, виртуальной реальности, совокупности виртуальных реальностей, фрагмента виртуальной реальности в противопоставлении соби; 2) видовое название для гратуала и ингратуала в противопоставлении консуеталу. Виртуал, в отличие от других психических производных, типа воображения, характеризуется тем, что человек воспринимает и переживает его не как порождение своего собственного ума, а как реальность. Виртуал обладает следующими свойствами: непривыкаемость, спонтанность, фрагментарность, объективированность, измененность статуса телесности, сознания, личности и воли (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Виртуальный подход в истории (социально - историческом познании) – это научный подход, базирующийся на полионтичной парадигме, примененный (адаптированный) к анализу конкретного исторического материала для получения наиболее полной и многогранной картины исторической действительности в рамках полионтичной парадигмы на всех пяти уровнях реальностей, на которых протекает человеческое бытие: путем реконструкции каждой конкретной реальности людей прошлого изнутри, и интерпретации взаимодействия различных реальностей снаружи. Предложенный вариант виртуального подхода рассматривает историю человеческого общества как историю одного сложно устроенного человека (Асадуллин Э.Ф., Виртуальный подход в истории).

Виртуализатор – демиург; творец виртуальных миров (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Виртуалистика – дисциплина, включающая научные и практические знания, занимающаяся виртуальными реальностями. Виртуалистика не является научной дисциплиной, а есть парадигмальный подход, в рамках которого виртуальные реальности рассматриваются как реалии, обладающие онтологическим статусом существования, а не как эпифеномены. Виртуалистика основывается на признании полионтичности виртуальных реальностей. Виртуалистика есть подход, который может быть использован в любой научной дисциплине.

Во второй половине XX века идея виртуальности возникла независимо друг от друга в нескольких сферах науки и техники.

В физике элементарных частиц были обнаружены частицы, возникающие только в акте взаимодействия других частиц. Эти эфемерные частицы были названы виртуальными. Особенность их заключается в том, что, с одной стороны, нельзя сказать, что их нет, поскольку они существуют в процессе физического взаимодействия. И, в то же время, нельзя сказать, что они есть, хотя бы потенциально, в других частицах. Нет, в действительности, их там нет. Они существуют только актуально, т.е. только здесь и теперь – порождаются во время взаимодействия других частиц, выполняют свою функцию в процессе их преобразования и исчезают, как будто их никогда и не было. Виртуальные частицы никогда не фигурируют в начальных и конечных условиях взаимодействия.

В компьютерной технике широко используются понятия виртуальной машины, виртуальной памяти и т.д. В компьютере есть специальные элементы для хранения информации, но, создавая особые функциональные отношения между элементами компьютера с помощью программных средств, можно обеспечить человеку возможность пользоваться большим объемом информации, чем это позволяют физические носители. Эта память, превосходящая емкость физических носителей, и называется виртуальной памятью. Виртуальной памяти не соответствует никакой конкретно физический носитель, и она существует только пока сохраняются построенные пользователем функциональные отношения между элементами компьютера.

В эргономике было обнаружено, что в процессе функционирования системы для выполнения определенной задачи в данный момент времени могут образовываться особые динамические объекты, которые затем исчезают. Например, при выполнении фигуры высшего пилотажа, возникающие перегрузки заставляют летчика воспринимать самолет не целиком, во всей полноте его функций, и даже не с точки зрения выполняемой в данный момент задачи (допустим, преследование противника), а исключительно как определенный аэродинамический объект, который нужно вывести из состояния перегрузки. Создается необычная, напряженная и физически, и психологически ситуация, которая разряжается сразу после выхода из состояния перегрузки. Оказалось, что при проектировании самолетов нельзя абстрагироваться от подоб­ных ситуаций, что необходимо учитывать возникновение таких качественно новых объединений человека и технической системы. Такие временные динамические объекты были названы виртуальными (Зараковский, Павлов, 1987; Голего, 1989).

В психологии был описан особый тип психических состояний, существующих только актуально. Этот тип психологических состояний был назван «виртуальными состояниями» (Носов, Генисаретский, 1986).

Исследования в эргономике по созданию принципиально нового типа средств отображения информации, начавшиеся в военно-воздушных силах США еще в 60-е годы, привели к разработке так называемой «виртуальной кабины самолета». Новизна идеи виртуальной кабины самолета заключалась в создании так называемого головного шлема (head-mount display или head-mounted display). Шлем может дополняться «перчаткой» с датчиками, с помощью которых управляют изображением. Управляющие датчики можно прикрепить к любым частям тела. Существуют тренажеры, где управляющие воздействия осуществляются и речью, и движениями глаз, рук, головы или тела. К разным частям тела можно также прикрепить датчики, передающие человеку ощущения от взаимодействия с виртуальным объектом – тогда человек будет физически чувствовать изменения, происходящие с объектом.

Головной шлем, с одной стороны, оказался идеальным средством для реализации идеи «искусственной реальности», разрабатываемой с б0-х годов М. Крюгером. М. Крюгер с 70-х годов разрабатывал идеологию «искусственной реальности» и пытался создать техническую систему, интегрирующую в едином информационном пространстве изображение, звук и движение. Шлем, с другой стороны, оказался реальным воплощением идеи кибер-пространства, восходящей к работам М. Маклюэна и В. Гибсона.

В результате агрессивной рекламной кампании по продвижению виртуальных компьютеров на рынок, термин «виртуальная реальность» стал в обыденном сознании ассоциироваться исключительно с компьютерами (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Виртуальная психология – отрасль психологии, изучающая психологические виртуальные реальности. Виртуальная психология как научная дисциплина 1) строится на вполне определенном философском базисе (виртуальная философия), 2) имеет специфические теоретические модели (идеальные объекты), 3) адекватную типу теоретических моделей схему эксперимента и 4) собственную сферу практики (аретея). Базовой философской идеей, на которой строится виртуальная психология, является идея полионтичности, что предполагает рассмотрение психики как совокупности онтологически разнородных, не сводимых друг к другу, реальностей.

Реально человек осуществляет свою жизнь на одном из возможных уровней психических реальностей, относительно которой все остальные, в которых он может существовать, имеют статус виртуального существования, и любая из них в любой момент может развернуться в самостоятельную реальность или свернуться в элемент другой, константной реальности. Принятие идеи виртуальности приводит к тому, что психика рассматривается как сложное образование, т.е. включающее в себя разнородные реальности, не сводимые не только к непсихическим реальностям (например, физиологической или социологической), но и к друг другу (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Виртуальная реальность – реальность, независимо от ее природы (физическая, геологическая, психологическая, социальная, техническая и проч.), обладающая следующим рядом свойств: порожденность (виртуальная реальность продуцируется активностью какой-либо другой реальности, внешней по отношению к ней; психологические виртуальные реальности порождаются психикой человека), актуальность (виртуальная реальность су­ществует актуально, только «здесь и теперь», только пока активна порождающая реальность), автономность (в виртуальной реальности свое время, свое пространство и свои законы существования), интерактивность (виртуальная реальность может взаимодействовать со всеми другими реальностями, в том числе и с порождающей, как онтологически независимая от них).

В отличие от виртуальной, порождающая реальность называется константной реальностью. «Виртуальность» и «константность» образуют категориальную оппозицию, т.е. являются философскими категориями. В отличие от схоластики, в виртуалистике виртуальность противопоставляется не субстанциальности, а константности, и отношения между ними относительны: виртуальная реальность может породить виртуальную реальность следующего уровня, став относительно нее константной реальностью. И в обратную сторону – виртуальная реальность может «умереть» в своей константной реальности – свернуться в элемент своей константной реальности, которая имеет статус виртуальной по отношению к своей константной реальности. Относительность отношений категориальной пары «виртуальный-константный» образуют онтологическую модель.

Виртуальных онтологических моделей нет ни в западной, ни в восточной философии.

Онтологически нет ограничений на количество уровней иерархии реальностей, но психологически, т.е. относительно конкретного человека, актуально функционирует только две реальности п-го уровня: одна константная и одна виртуальная. В философской модели человек при этом может положить существование обеих реальностей как предельных, порождая дуализм; может положить существование лишь одной реальности, считая вторую производной от первой. Учитывая, что философствующие субъекты могут находиться на разных иерархических уровнях, из этой парадигмы (иерархический уровень и дуализм – монизм), можно реконструировать все западные типы философий (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Виртуальная реальность психологическая – виртуальная реальность, порожденная психикой человека (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Виртуальная реальность воли – собь человека, способ самоиндивидуации, дающий человеку возможность сделать объектом управления самого себя в целом и осуществлять управление своей жизнью (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Виртуальная реальность личности – собь человека, способ самоиндивидуации, дающий человеку возможность выделять себя через противопоставление позиции другого человека (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Виртуальная реальность сознания – собь человека, способ самоиндивидуации, дающий человеку возмож­ность отделять свою психику (мысли, чувства, пережива­ния) от психики другого человека (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Виртуальная реальность телесности – собь человека, способ самоиндивидуации, дающий человеку возможность выделять свое тело от других материальных объектов (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Виртуальная реальность человека – собь человека, способ самоиндивидуации, дающий человеку возможность сопоставления себя со всем остальным миром (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Виртуальная философия – полионтичная философия, предполагающая сосуществование множества онтологических реальностей с виртуальным типом отношений между ними (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Виртуальная цивилизация – культура, построенная на виртуальной философии в сочетании с научными виртуальными моделями, реализованными посредством виртуальной компьютерной техники (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Виртуальный образ – психический образ, отражающий процессы, происходящие внутри психики и управляющий ими; человек, имеющий виртуальный образ, считает, что репрезентант этого образа объективно существует, вне зависимости от человека (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Виртуальный человек – сумма всех виртуальных реальностей человека.

Абсолют

созерцание

добродетель <> воля

сознание <> психика

организм <> индивид

род <> разумность

 природа

Абсолют

совершенный <> внутренний <>внешний <> родовой <> космический

человек человек человек человек человек

Виртуальный человек

Каждый следующий уровень в иерархии виртуального человека порождается за счет виртуального расслоения верхнего элемента нижележащего уровня. Такой способ порождения реальностей назван нами «принципом матрешки» (Носов, 1994). Например, психика внешнего человека, порождая внутреннего человека, сама не присутствует в реальности внутреннего человека, у которого свои константная и виртуальная реальности: сознание и воля.

Следует сделать замечание относительно нашего словоупотребления. Иногда одно и тоже слово употребляется в разных смыслах, например, воля юноши и воля внутреннего человека. Это не ошибка. Мы действительно в одно и тоже слово можем вкладывать разный смысл. Это обусловлено тем, что смысл слова определяется тем контекстом, той реальностью, по отношению к которой применяется данное слово. Надо только все время указывать и отслеживать переходы между реальностями.

Подчеркнем, что понятие «человек» в рамках данной схемы не субстанциально, т.е. может применяться к разным элементам схемы, и поэтому каждый раз надо указывать на контекст употребления этого понятия (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Внешний человек – человек, имеющий очевидную морфологическую составляющую; внешний человек является структурным элементом виртуального человека.

Реальность новорожденного порождает реальность телесности, реальность телесности – реальность сознания и т.д. Относительно новой виртуальной реальности все предыдущие приобретают статус единой константной реальности. Например, когда появляется реальность личности, все, что было до сих пор в человеке – реальность телесности и реальность сознания – выступают для него как единое образование, данное природой, хотя онтоло­гически эти реальности различаются и в определенные моменты каждая из них может актуализироваться. При освоении реальности воли объектом организации человека становится вся его жизнь целиком, он сам в целом, и по отношению к самому себе он становится объектом преобразования. Это, собственно, и есть удвоение реальности человека. Человеку теперь приходится различать самого себя как принадлежащего и константной реальности собственной жизни, и трансцендентной реальности. Для обозначения этих типов существования человека в европейской традиции употребляются термины «внешний человек» и «внутренний человек».

трансцендентность

юноша <> воля

подросток <> личность

дошкольник <> сознание

младенец <> телесность

новорож­денный <> тело

род

внешний <> юноша <> подросток <> дошкольник <> младенец <> новорожденный

человек

Внешний человек

Внешний человек – это человек, имеющий в качестве константной реальности юношу и в качестве виртуальной реальности психику (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Внутренний человек – обобщенное название для виртуальных уровней человека, располагающихся между внешним человеком и совершенным человеком (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Возможность и действительность – модальные характеристики бытия, выражающие, с одной стороны, тенденцию становления, с другой – ставшую реальность. Если понятие В. выражает объективно существующую тенденцию изменения предмета, возникающую на основе определенной закономерности его развития, то Д. – объективно сущее, наличное состояние предмета, конституированное в качестве фрагмента бытия. В широком смысле слова Д., таким образом, есть совокупность всех реализовавшихся В. и предметно совпадает с феноменом наличного бытия. Выступая в качестве парных категорий, В. и Д. могут быть охарактеризованы с точки зрения взаимоперехода: В. возникает в рамках Д. как одна из тенденций и потенциальных перспектив ее эволюции, презентируя будущее в настоящем, воплощая тем самым эволюционный потенциал Д. (как, по примеру Аристотеля, статуя Гермеса в мраморной глыбе), а превращение В. в Д. (актуализация) порождает новые В. Однако претворение в жизнь одной из В., ее превращение в Д., означает в то же время и неосуществленность всех других, альтернативных В. (их сохранение в качестве В. или превращение в невозможность). Таким образом, в контексте взаимодействия В. и Д. конституируется категория невозможности как того, что не может быть артикулировано в качестве Д. ни при каких условиях и не может быть помыслено без нарушения логического закона непротиворечивости суждения. Наряду с этим, противостоя невозможности, В. противостоит и необходимости, т.е. тому, что не может не стать Д., в отличие от которой В. соизмеряет свой статус потенциальности с вариативной перспективой. (В связи с сопоставленностью Д. с необходимостью, В. – из соображений симметрии – ставится в соответствие со случайностью, которая характеризует В. или невозможности тех условий развития предмета, при которых В. – с необходимостью – превратится в Д.) Различные виды В. могут быть систематизированы с помощью следующих типологических оппозиций: 1) формальная В., т.е. все то, что не исключено сущностными законами развития предмета и может быть помыслено в непротиворечивой форме в качестве потенциальных версий его развития (см. гегелевский пример о формальной возможности того, что турецкий султан станет папой Римским), и В. реальная, т.е. такая, которая не только может быть помыслена без нарушения законов формальной логики, но и сохраняет потенциал актуализации при ее сопоставлении с другими В. (в этом контексте конституируется понятие вероятности как количественной меры В.: «максимальная вероятность» означает акт превращения В. в Д.); 2) абстрактная В., т.е. такая, условия реализации которой, в свою очередь, выступают в качестве возможных, и конкретная В., превращение которой в Д. может быть осуществлено на наличном уровне развития предмета; 3) обратимая В., превращение которой в Д. симметрично трансформирует статус прежней Д. в возможный (фигура маятникообразного взаимопревращения), и необратимая В., превращение которой в Д. придает прежней Д. статус невозможности. Термины В. (dinamis) и Д. (energeia) были введены впервые в «Метафизике» Аристотеля, однако объективно дифференциация актуального и потенциального существования обнаруживает себя уже в рамках натурфилософии, начиная со старших физиков: так, у Анаксимандра, Анаксагора, Демокрита Д. (т.е. наличный, эмпирически данный Космос) представляет собою лишь один из возможных вариантов организации исходного субстанциального начала как неограниченности В., причем эта В. обратима (см., например, ритмические пульсации космизации и апейронизации мира у Анаксимандра, гераклитовский огонь, «мерами разгорающийся и мерами погасающий» и т.п.). Наряду с этим, в философии элеатов оформляется апория о невозможности В., ибо сущее не может возникнуть ни из сущего (ибо в этом случае отсутствует реальное возникновение), ни из несущего (что невозможно). Аналогично – в рамках мегарской школы оформляется идея о том, что возможной является только Д., ибо вне Д. не может быть В. («возможностью можно обладать только в акте»). На базе критики означенной аргументации («такие утверждения упраздняют всякое движение и возникновение») выстраивается концепция В. и Д. Аристотеля. В. связывается у Аристотеля с материальным, а Д. – с формальным началами. Под Д., таким образом, понимается то, что обрело форму, вид, эйдос. Аристотель интерпретирует взаимодействие В. и Д. в контексте процессуального изменения бытия («осуществление того, что существует в В., есть движение») при безусловном примате Д. («существующее актуально возникает из существующего потенциально под действием существующего актуально»). Понятия В. и Д. лежат у Аристотеля в основе логической теории модальности, детерминируя классификацию суждений – по критерию модальности – на «ассерторические» («суждения Д.»), «проблематические» («суждения В.») и «аподиктические» («суждения необходимости»). В средневековой схоластике energeia и dinamis были переведены на латынь как actus (акт) и potentia (потенция), что обрисовывает основные векторы интерпретации их соотношения в рамках аристотелевской парадигмы. Однако многочисленные неортодоксальные ответвления и вариации схоластических концепций, задающие радикально новые ракурсы видения проблемы В. и Д., выходят далеко за границы этой схемы. В этом контексте наиболее плодотворна доктрина Иоанна Дунса Скота, интерпретирующего понятия В. и Д. в контексте модальной онтологии: В. рассматривается им как сфера концептуальной непротиворечивости, логическая В. иного мироустройства как альтернатива Д. В новоевропейской философии механицизм и радикальная ориентация на естествознание обусловили отрицание объективного существования В. как случайной (в связи с трактовкой случайности как проявления незнания): «случайным и возможным называется вообще то, необходимую причину чего нельзя разглядеть» (Гоббс). У Лейбница положение о всеобщей необходимости, исключающей какую бы то ни было В., фундирует известный тезис о сущем мире как единственно возможном и, следовательно, наилучшем. Наряду с этим в качестве гипотетической модели в философии Лейбница была выдвинута идея о «конкуренции» между различными В. как вариантами мира, в контексте которой была сформулирована мысль о своего рода шкале вероятностей реализации той или иной версии бытия. Критическая философия Канта трактует В. и Д. в качестве априорных категорий модальности: «что согласуется с формальными условиями опыта (что касается наглядных представлений и понятий), то это возможно... Что согласно с материальными условиями опыта (ощущение), то действительно... То, связь чего с действительностью определяется согласно общим условиям опыта, существует необходимо». В рамках гегелевской концепции осуществлено синтетическое рассмотрение В. и Д.: В. выступает как абстрактный момент Д.: «В. есть то, что существенно для Д., но она существенна таким образом, что она, вместе с тем, есть только В. Реализованная В., конституировавшаяся в качестве Д., обретает все параметры существования: Д. есть ставшее непосредственным единство сущности и существования, или внутреннего и внешнего; Д. есть конкретное единство сущности и явления». Высказанные в рамках классической философской традиции версии отношения В. и Д. (в частности, идеи Иоанна Дунса Скота, Лейбница, немецкой трансцендентально-критической философии) сыграли значительную роль в становлении модальных концепций семантического анализа в рамках неклассической философской парадигмы (Карнап, С. Кангер, Р. Монтегю, Хинтикка, С. Крипке, А. Прайор, А. Мередит, И. Томас и др.). Проблема взаимоотношения В. и Д. артикулируется в неклассической философии как проблема возможных миров. Проблема В. и Д. актуальна и для социального вектора философствования, ибо принципиально статистическая природа социальных закономерностей имеет своим следствием шлейф нереализованных В., тянущийся за реализованной и свершившейся Д., и если для историка предметом изучения является только имевшее место быть (Д. истории), то для философа в качестве предмета выступают именно те веера канувших в Лету В., которые открывались каждым поворотным событием прошлого (М.А. Можейко, Новейший философский словарь).

Вторая степень гратуала – см. Интенсивность виртуала (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Вторая степень ингратуала – см. Интенсивность виртуала (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Гратуал – ощущение пребывания в виртуальной реальности более высокого уровня, чем константная реальность (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Девиртуализация – лишение статуса виртуального, т.е. придание статуса консуетального (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Дошкольник – это человек, имеющий в качестве константной реальности младенца и в качестве виртуальной реальности сознание (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

История – движение общества во времени, предмет изучения историографии и философии И. Непосредственно И. предстает как прошлое человеческого общества, ретроспективное освоение которого (признание его как своей собственной И.) открывает человеку исторический характер современности. Современность непрерывно вырастает из прошлого и, выполняя свою историческую миссию, сама уходит в прошлое.

Динамическое единство прошлого и настоящего раскрывает И. как свершение или осуществление некоторой цели («прогресса цивилизации», «социальной справедливости», «освобождения человека» и т.п.). И. образует наполняющий время смысл; от абстрактного календарного времени, служащего средством датирования или измерения длительности процессов, историческое время отличается содержательной определенностью. Оно может быть то более, то менее насыщенным историческими событиями, может течь то медленнее, то быстрее – в зависимости от темпа исторических трансформаций оно может быть временем героев, временем несбывшихся надежд или вовсе историческим безвременьем. Индивид погружен в И. и реализует себя как человека, соотнося свое социальное поведение с глубинным течением И. Сравнительный анализ различных культур обнаруживает разнообразие представлений об И. В частности, если в обществах, заряженных на прогресс, историческое время понимается как текущее из прошлого через настоящее в будущее, то в историческом сознании традиционных обществ прошлое находится впереди настоящего – как образец, к которому надлежит максимально приблизиться. Более того, обнаруживается, что сама идея И. свойственна лишь цивилизованным обществам, появившимся впервые в 4 тысячелетии до н.э.; в архаических (первобытных) обществах господствует мифологическое, а не историческое сознание. Поэтому архаические общества могут быть в известном смысле определены как доисторические – не имеющие реального опыта И.

Идея линейной И. впервые оформляется в античной культуре. Важнейшей предпосылкой привычных для нас представлений об И. явилось христианство, в центре внимания которого находятся не природные процессы, а определенным образом понятая человеческая И. – И. спасения. Структурируя историческое время последовательностью уникальных событий (сотворение мира и человека, грехопадение первых людей, первое пришествие Христа и его искупительная жертва, открывшая человеку возможность спасения, грядущие конец света и Страшный суд), христианство сформировало представление о линейной направленности и необратимости И., преодолев тем самым циклизм в восприятии времени, свойственный язычеству. Христианство, являясь мировой религией, обращенной к «человеку вообще», заложило основы трактовки И. как единого в своей сущности всемирно-исторического процесса. В новоевропейской культуре историческое сознание получило интенсивное развитие в конце XVIII-XIX в. XIX в. – «столетие историков» – характеризуется настоящим культом И. В условиях падения влияния традиционных форм религии было осуществлено своеобразное обожествление И. Предполагалось, что ход И. обладает высшей целесообразностью, «в конечном счете» окупает все жертвы и каждому воздает по заслугам. Единственное, о чем должен заботится человек, коль скоро он претендует на участие в И., это – «не отстать от прогресса». Катастрофизм реального исторического опыта сильно подорвал наивно прогрессистскую веру в гарантированность и провиденциальную разумность И. Разбожествление И. совершалось по-разному. Наиболее раннюю версию, восходящую еще к середине XIX в., представляет собой марксизм: И. не есть некое богосоразмерное разумное начало, преследующее «высшие» цели, И. создает сам человек, занятый удовлетворением своих материальных потребностей. Историческое событие образуется пересечением множества индивидуальных действий, столкновением частных интересов, и это случайность, которая служит проявлением исторической необходимости, – объективной эволюции общественного производства. Акцент на анализе материально-экономических процессов демистифицировал идею И., однако вера в непреложную историческую необходимость обернулась мессианством и небывалой жестокостью людей, якобы познавших «объективные законы общественного развития» и выступивших вершителями «суда И.». Другой вариант реакции на разбожествление И. представляет собой весьма популярный в XX в. неомифологизм. Историческое время, утратившее высшую целесообразность, становится бессмысленно-мучительным для человека. Неомифологизм пытается преодолеть «кошмар И.» посредством актуализации опыта мировосприятия, свойственного архаическим культурам, снимающим линейность исторического времени мифом о вечном возвращении. Однако бегство от идеи И. не приводит к прекращению реальных ее кошмаров и означает фактически уклонение от ответственности за происходящее. Сохранение тезиса об исторической ответственности человека стало возможным, как оказалось, посредством антропологизации И. Исторический процесс лишается какого бы то ни было надчеловеческого смысла, единственный смысл И. – это самореализация человека как свободного существа. Ткань И. образуется творческими ответами человека на безвыходные, с точки зрения прежнего опыта, ситуации. И. не гарантирована человеку, и ход ее не предопределен, И. держится постоянным усилием человека реализовать себя как свободное существо, независимое от внешней обусловленности. Саморазвитие и самоценность человека становятся мерой прогресса как сквозного смысла И. Однако в XX в. в историческое мышление проникают идеи прерывности и множественности, вообще подрывающие основополагающий тезис о смысловом единстве И.

Освоение обширного неевропейского материала выявило скрытый европоцентризм привычного представления об И. как едином всемирно-историческом процессе: смысл И. (неограниченный прогресс) и ее периодизация (Древний мир – Средние века – Новое время) были определены на основе западного исторического сознания и представляют собой его неправомерную универсализацию. Концептуальная модель всемирной И. унифицирует изучаемые общества, тогда как реальный исторический материал свидетельствует в пользу их уникальности и открывает И. как многообразие типов исторического развития. Однако оборотной стороной тезиса об уникальности каждой цивилизации является признание их эквивалентности – они равноценны в силу отсутствия общей шкалы, позволяющей произвести их сравнительную оценку; единый поток И. распадается на множество разнородных локальных историй. Тем самым историческое мышление оказывается перед дилеммой: остаться в плену культурного империализма или вообще лишить И. общей смысловой направленности. Выходом из тупика является, по-видимому, переосмысление сущности исторической реальности. Привычная идеология прогресса как смысла И. основана на противопоставлении природы и И., природная среда здесь трактуется как пьедестал социально-исторического развития, средство удовлетворения человеческих потребностей. Глобальный экологический кризис, демонстрируя невозможность безграничного прогресса, выявляет глубокую укорененность человеческой И. в динамике биосферы Земли и по-новому открывает нам единство судьбы всего человечества (перед лицом возможного самоуничтожения).

По-видимому, на смену теории «всемирной И.» может прийти концепция «глобальной И.», основанная на расширенном понимании исторической реальности и сочетании идеи планетарного единства человечества с признанием самобытности локальных социо-природных систем. Причем глобальная И. – это не столько теоретическая, сколько практическая проблема: человечество должно обрести новый тип историчности, решив две взаимосвязанные задачи: выработать стратегию коэволюции общества и природы и обрести прочное глобальное единство посредством диалогического взаимодействия различных культурных традиций. Пока это не произошло, идея И. остается одним из самых загадочных и противоречивых продуктов человеческого разума. В трактовке современной философии концепт «И.» неуклонно уступает место теории «постистории». (В.Н. Фурс, Энциклопедия социогогии).

Измененность статуса воли – измененность в виртуале роли воли в деятельности человека. В гратуале деятельность совершается без волевых усилий со стороны человека, как бы самопроизвольно, кажется текущей сама собой, деятельность становится самодействующей силой. В ингратуале, напротив, осуществление деятельности возможно только с помощью напряжения волевых усилий, деятельность «не идет», «сопротивляется», тело человека «не слушается» его и т.п. (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Измененность статуса личности – измененность в виртуале самооценки. В гратуале при сверхэффективной и чрезвычайно легко текущей деятельности у человека появляется чувство своего могущества: возможность преодолеть все препятствия, свернуть горы, ощущение окрыленности. В ингратуале же при очень трудно текущей деятельности у человека появляется чувство своего бессилия, ощущение подавленности (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Измененность статуса сознания – измененность в виртуале характера функционирования сознания. В гратуале сфера деятельности человека расширяется – человек легко схватывает и перерабатывает весь необходимый объем информации. В ингратуале сфера деятельности уменьшается – информация схватывается и перерабатывается с трудом. Находясь в гратуале, говорят о предельной ясности сознания, об обострении чувства прогнозирования и т.п. Находясь в ингратуале, говорят о сознании сузившемся, темном, мышление становится при этом вязким, внимание – рассеянным и т.п. (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Измененность статуса телесности – измененность в виртуале статуса телесности – меняется ощущение собственного тела и ощущение внешнего пространства. В гратуале тело человека становится легким и приятным, а пространство, в котором человек действует, расширяется и переживается как привлекательное, аттрактивное. В ингратуале тело становится чужим, неподвластным, человек замыкается на каком-то отдельном фрагменте соб­ственного тела, а пространство, в котором он действует, становится вязким, тяжелым и переживается как непри­влекательное (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Ингратуал – ощущение пребывания в виртуальной реальности более низкого уровня, чем константная ре­альность (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Интенсивность виртуала – интенсивность проявления виртуальных качеств, характеристика энергетической насыщенности виртуала. Если взять консуетал за нулевой; уровень, нулевую степень, то можно выделить три степени интенсивности гратуала (+1, +2, +3) и три степени интенсивности ингратуала (-1, -2, -3).

Небольшая (первая) степень интенсивности гратуала (+1) есть показатель высокой эффективности протекания психических процессов. В авиации это состояние назы­вается «чувством самолета», в спорте – «чувством мяча», «чувством воды» и т.д.

Интенсивный гратуал (вторая степень, +2) весьма коварная вещь, так как увлекает человека, ему кажется все легким и доступным. Поэтому здесь главное – распознать это событие, определить, что сила чувства легкости, могущества является избыточной, неадекватной.

Крайняя (третья) степень гратуала (+3) опасна тем, что у человека появляется ощущение избытка сил, которое приводит либо к отвлечению внимания от исходной деятельности, либо к выполнению незапланированных, несанкционированных действий. «Подобное чувство возникало после длительного тренировочного полета по дублирующим приборам с имитацией отказа основных пило-тажно-навигационных приборов, – говорит один летчик. – После «включения» инструктором основных пилотажно-на-вигационных приборов создается впечатление удивительной простоты определения положения самолета и его пилотирования. «Освобожденное» внимание посвящал в этих случаях вещам далеким от полета, например, мечтам о предстоящем отпуске».

Небольшая (первая) степень интенсивности ингра-туала (-1) должна восприниматься человеком как сигнал начала разбалансировки психических процессов. В таких случаях следует встряхнуться, сосредоточиться, рассла­биться, переключиться, если есть время, на другие действия.

Интенсивный ингратуал (вторая степень, -2) опасен тем, что характеризуется появлением ощущения бесси­лия, трудности и даже невозможности выполнения зада­ния. В этом плане основная психологическая задача – преодолеть это чувство. Для это есть два способа. Первый – если есть возможность – выйти из трудной ситуации, прекратить выполнение деятельности, успокоиться, прийти в себя и снова вернуться к выполнению задания. Второй – усилием воли заставить себя делать то, что нужно. Как советует один из летчиков: «Главное – не дать ситуации развиться. Необходимо волевым импульсом «взять себя в руки». И помнить, что твоя наземная подготовка, твой летный опыт помогут тебе»

Крайняя (третья) степень ингратуала (-3) есть показатель развала деятельности. «Большие изменения – говорит летчик, – по высоте при полете на малой высоте, и никак невозможно установить горизонтальный полет. Ручка управления самолетом зажата так, что побелели пальцы, не хватает внимания посмотреть на скорость. Пот заливает глаза. Внутри возникает какой-то ужас. Все это выливается в энергичный отход от земли, где успокаиваешься и входишь в нормальное состояние» (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Ковиртуальность – пребывание в единой виртуальной реальности при взаимодействии людей друг с другом (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Константная реальность – понятие, вводимое в сопоставлении с виртуальной реальностью. Константная реальность – привычная реальность, в которой происходит обычный, привычный ряд событий, переживаемый человеком привычным образом.

Первичные эпизодические переходы в реальность более высокого уровня переживаются человеком гратуально – как необычные, непривычные, экстатические события. Но после того, как человек достаточно хорошо овладеет этой реальностью, переживания, происходящие в ней, становятся привычными, т.е. консуетальными, сама реальность становится константной, а гратуалы он переживает от переходов в новую, более высокую реальность. В качестве примера такого перехода можно привести процесс профессионального роста. Ингратуалы возникают при переходе в виртуальную реальность более низкого уровня, например, когда человек вынужден выполнять деятельность значительно более простую, чем та, на которую он способен (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Консуетал – 1) ощущение в самообразе субъективной нормальности протекания осуществляемой человеком деятельности; Консуетал переживается, ощущается человеком как обычное событие, относящееся к тому типу психологической реальности, в которой «в норме» живет человек. В отличие от консуетала, виртуал переживается как необычное психологическое событие. Консуетал – это нормальное, естественное, нерефлексируемое состояние человека, такое же нормальное как и ощущение давления атмосферного столба. Следует подчеркнуть, что консуетал – это не обязательно спокойное состояние. Консуетальным может быть любое психическое переживание, каким бы сильным или важным самим по себе оно ни было. Дело не в интенсивности, а в том, что виртуал всегда переживается как выход за рамки обычной жизни, а все, что не выходит за эти рамки, является консуетальным, даже если переживания ввергли человека в обморок (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Континуум – (от лат. continuum – непрерывное) – непрерывность, неразрывность явлений, процессов.

Метод актуальной аттракции – способ привлечения внимания человека к совершаемой в данный момент процедуре (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Метод аттракции – аретическая работа с консуеталами, заключающаяся в привлечении внимания (аттракции) человека, неосознанно совершающего неадекватное действие, к этому действию. Метод аттракции разработан для борьбы с ошибками в нормативной профессиональной деятельности (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Метод восполнения соби – способ аретеи нарушений психического развития детей, заключающийся в «мгновенной» синомии неадекватно сформированных в онтогенезе виртуальных реальностей; разработан Т.В. Носовой, может применяться к широкому кругу аномий (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Метод иконического консуетала – способ аретеи посттравматического стрессового расстройства, заключающийся в девиртуализации анемичного зрительного образа; разработан А.Н. Михайловым, может применяться к широкому кругу аномий (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Метод консуетального дыхания – способ аретеи бронхиальной астмы, заключающийся в девиртуализации аномичных образов дыхания и обеспечении консуетальности эти образов: разработан А.Н. Михайловым, может применяться к широкому кругу аномий (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Метод ретроспективной аттракции – способ привлечения внимания к уже совершенной процедуре (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Метод «форсаж» – акупунктурный способ аретеи алкоголизма, заключающийся в девиртуализации алкогольных виртуальных образов и синомии телесной соби; разработан Ю.Т. Яценко, может применяться к широкому кругу аномичных образов (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Методика абстрактных фигур – методика моделирования и изучения феноменов выполненности и невыполненности (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Методика «авиагоризонт» – методика моделирования виртуалов, в основе которой лежит необходимость мгновенной актуализации самообраза (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Методика «быстрочтение» – методика исследования виртуального времени, в основе которой лежит необходимость работать одновременно на двух психических уровнях (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Методика «виртуальный лабиринт» – методика, предназначенная для определения степени девиртуализации виртуальной реальности телесности, для определения возникновения феномена удвоения телесности. Методика разработана Т.В. Носовой.

Ребенку дают карандаш. В присутствии ребенка на листе бумаги рисуется лабиринт (см. рисунок). Инструкция: «Это (указывая на линию) – очень высокие стены, через которые невозможно перелезть и сквозь которые нельзя пройти. Стены все поворачиваются и поворачиваются, образуя длинный, извилистый коридор. Здесь стоит девочка (в центре, в месте начала линии рисуется девочка), а здесь – воздушный шарик (вне лабиринта рисуется воздушный шарик). Девочке нужно взять шарик.

Помоги ей, пожалуйста, добраться до шарика. Проведи дорожку для девочки по этому лабиринту».

Есть три типа выполнения задания: 1) дорожка рисуется внутри лабиринта, не пересекая стены, доводится до шарика; 2) дорожка рисуется хаотичными кругами, пересекающими стены, и не доводится до шарика, иногда возвращается к девочке; 3) дорожка рисуется от девочки к шарику, напрямую, пересекая стены (см. рисунок).

Различимость реальностей (наличие феномена удвоения реальности телесности) ведет к выполнению задания по первому типу. Если к шести годам ребенок выполняет тест по второму или по третьему типу, то это свидетельствует о проблемах психического развития, о затруднении процесса девиртуализации реальности телесности.

Для ребенка, из собственного опыта знающего о невозможности прохождения сквозь стены, при обращении к мыслимому, представляемому процессу, т.е. осуществляемому в реальности сознания, невозможно соотнести две реальности – телесности и сознания. И в плане воображения, «мышления» все становится возможным, законы существования там иные, нежели в реальном мире. Соотношение реальностей для ребенка невозможно.

В процессе освоения реальности сознания ребенок все более уверенно начинает различать реальность сознания и реальность телесности, реальность мыслимого и физического, что и ведет к сознаванию «условностей», к возможности оперировать с реальными предметами на мыслимом уровне, с сохранением всех свойств реальных предметов (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Методика переключении – методика моделирования и изучения феномена неразличения (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Методика «полирефлексивное интервью» – методика опроса, направленная на получение описаний вир-туалов в профессиональной деятельности, заключающаяся в последовательном многократном опросе участников инцидента с интерпретацией каждым респондентом мнений предыдущих респондентов (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Методика прямоугольников – методика изучения освоения дошкольником соби сознания, а также – способ снятия феноменов Пиаже (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Методика «рефлексивная игра» – методика исследования виртуалов в условиях образования общего для двух испытуемых психического поля (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Младенец – человек, имеющий в качестве константной реальности новорожденного и в качестве виртуальной реальности – телесность (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Непривыкаемость виртуала – сколько бы раз виртуал ни возникал, каждый раз он переживается как необычное и непривычное событие (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Неразвитость соби – невозникновение в полной мере уровня соби, соответствующего возрасту человека (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Новорожденный – человек, имеющий в качестве константой реальности тело рода (матери, семьи, в пределе – всего человечества) и в качестве виртуальной реальности – собственный организм, тело (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Объективная реальность – весь материальный мир, существующий независимо от человеческого сознания и первичный по отношению к нему (Словарь по общественным наукам).

Объективированность виртуала – способ выражения своих виртуальных переживаний. О чем бы человек ни говорил – об изменениях в протекании деятельности, о наплыве чувств, о затемнении сознания и т.п. – он говорит о себе не как об активном начале, от которого исходят эти события, эти мысли, эти действия, а как об объекте, которого охватывают мысли, переживания, действия. Рассказ идет о том, что происходит с человеком, о том, чему он оказывается подвластным (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Онтогенез [греч. on (ontos) – сущее + genesis – происхождение] – процесс развития индивидуального организма. В психологии О. – формирование основных структур психики индивида в течение его детства; изучение О. – главная задача психологии развития. С позиций отечественной психологии основное содержание О. составляет предметная деятельность и общение ребенка (прежде всего совместная деятельность – общение со взрослым). В ходе интериоризации ребенок «вращивает», «присваивает» социальные, знаково-символические структуры и средства этой деятельности и общения, на основе чего и формируются его сознание и личность. Общим для отечественных психологов является также понимание формирования психики, сознания, личности в О. как процессов социальных, осуществляющихся в условиях активного, целенаправленного воздействия со стороны общества (Л.А. Радзиховский, Е.О. Смирнова).

Онтология – учение о бытии; раздел философии, изучающий фундаментальные принципы бытия, наиболее общие категории сущего. греч.Ontos – бытие + Logos – учение (Словарь по общественным наукам).

Операциональный виртуал – автономный виртуальный образ, разворачивающийся совершенно спонтанно и независимо от ситуации; характеризует вторую стадию виртуализированности человека. Человек, находящийся на этой стадии называется «человек-оператор» (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Овладение собью – включение в пользование элементов новой, возникающей соби (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Освоение соби – после возникновения соби и овладения некоторой ее частью в достаточной степени происходит расширение сферы этой соби, собственно ее освоение, уже без возникновения принципиально новых элементов психики (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Ошибка – один из видов отклонений от нормативной деятельности. Чтобы неверное действие можно было считать ошибкой, нужно чтобы человек, совершивший это действие, обладал свободой воли, личности, сознания и телесности (иначе это действие является вынужденным, пробующим, спонтанным или недействием), при этом (при наличии свободы воли, личности, сознания и телесности) человек должен иметь достаточную силу воли выполнить действие правильно (иначе это будет слабоволием), иметь личное намерение выполнить действие правильно (иначе это будет преступлением), иметь знания о том (осознавать), что является правильным действием (иначе это будет заблуждением) и физически уметь выполнять действие правильно (иначе это будет неумением)

Такое определение ошибки делает природу ошибки виртуальной, поскольку переводит механизм ошибки в иную реальность, виртуальную реальность, где относительно константной реальности нет проблемы свободы и несвободы совершения действия (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Парадигма (греч. paradeigma – пример, образец) – 1) понятие античной и средневековой философии, характеризующее сферу вечных идей как первообраз, образец, в соответствии с которым бог-демиург создает мир сущего; 2) в современной философии науки – система теоретических, методологических и аксиологических установок, принятых в качестве образца решения научных задач и разделяемых всеми членами научного сообщества. Термин «П.» в философию науки впервые вводится позитивистом Г. Бергманом, однако подлинный приоритет в его использовании и распространении принадлежит Куну. В своей книге «Структура научных революций» (1962) Кун говорит о возможности выделения двух основных аспектов П.: эпистемического и социального. В эпистемическом плане П. представляет собой совокупность фундаментальных знаний, ценностей, убеждений и технических приемов, выступающих в качестве образца научной деятельности, в социальном – характеризуется через разделяющее ее конкретное научное сообщество, целостность и границы которого она определяет. Существование П., по мнению Куна, связано с периодами нормальной науки, в рамках которых они выполняют проективно-программирующую и селективно-запретительную функции. Смена П. осуществляется посредством научных революций, что связано со своеобразным гештальт-переключением научного сообщества на новую систему мировидения и ценностей. Критика чрезмерного социологизма и психологизма в понимании П. побудила Куна конкретизировать свою позицию посредством введения понятия «дисциплинарной матрицы», синонимичного эпистемическому контексту П. В структуру дисциплинарной матрицы входят: 1) символические обобщения, составляющие формальный аппарат и язык, характерный для конкретной научной дисциплины; 2) метафизические компоненты, определяющие наиболее фундаментальные теоретические и методологические принципы миропонимания; 3) ценности, задающие господствующие идеалы и нормы построения и обоснования научного знания. Понятие П. в поздних работах Куна связано в большей степени с характеристикой интегральных социально-психологических аспектов научного сообщества. Вместе с тем в рамках современной философии науки понятие П. оказалось более продуктивным при описании эталонных теоретико-методологических оснований научного поиска (Е.В. Хомич, Новейший философский словарь).

Первая степень гратуала – см. Интенсивность виртуала (Н.А.Носов, Словарь виртуальных терминов).

Первая степень ингратуала – см Интенсивность виртуала (Н.А.Носов, Словарь виртуальных терминов).

Подросток – человек, имеющий в качестве константной реальности дошкольника и в качестве виртуальной реальности личность (Н.А.Носов, Словарь виртуальных терминов).

Принцип матрешки – возможность свертывания и развертывания виртуальных и константных реальностей друг в друга (Н.А.Носов, Словарь виртуальных терминов).

Принцип меланжевой нити – постепенность замены одной соби другой собью в генезисе виртуального человека (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Псевдодействие – действие, переживаемое человеком как целостное (т.е. ожидаемое – актуализируемое, достигнутое) действие, но являющееся результатом сопряжения взаимно-дополнительных фрагментов из разных смежных действий; несмотря на то, что псевдодействие является аномальным – совокупностью двух фрагментов разных действий, в самообразе оно переживается консуетально, как нормально протекающая деятельность (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Род – группа кровных родственников: 1) ведущих происхождение от общего предка по одной линии (материнской или отцовской); 2)носящих общее родовое имя (Словарь по общественным наукам).

Реальность (лат. realis – вещественный, действительный) – все существующее в действительности. Как философская категория «Р.» обозначает все сущее. Вместе с тем, в различных философских учениях Р. понимается и трактуется неоднозначно. Стартовые философские представления Р. были созданы в философии Древнего мира (Платон, Аристотель и др.), в которой Р., как правило, отождествлялась с различными невещественными и вещественными формами бытия. Категория «Р.» была введена в эпоху Средневековья, когда в результате исследования проблемы степеней бытия в схоластической философии XIII в. понятием «Р.» стали обозначать вещи, обладающие «значительной степенью» бытия. При этом наивысшая степень бытия приписывалась Богу, как воплощенной «полноте бытия». В дальнейшем подлинное содержание понятия «Р.» было предметом дискуссии между лидерами номинализма и реализма, которая повлияла на понимание и трактовку Р. в философии Средневековья и Нового времени. Декарт и Спиноза полагали, что высшей степенью Р. обладают субстанции. Лейбниц считал, что наибольшая Р. присуща монадам. Локк считал, что первичные качества вещей (протяженность, величина, фигура, сцепление, взаиморасположение, непроницаемость, положение, количественные характеристики, толчок, механическое движение, покой, длительность) обладают большей Р., чем вторичные (цвет, звук, вкус, запах и др.). Беркли утверждал иерархию степеней Р. от высшей (присущей Богу) до низшей («живых» идей, т.е. ощущений). Юм и Спенсер полагали, что наибольшей Р. обладают впечатления. Кант осуществил важное подразделение Р. на «эмпирическую Р.» явлений и категориальную Р. как «трансцендентальную материю всех предметов» познания. Фихте считал, что Р. совпадает с активностью. Гегель утвердил статус Р. как онтологической и логической категории. В философии Новейшего времени проблема «Р.» получила различные трактовки. В лингвистическом позитивизме (Витгенштейн, Остин и др.) понятие «Р.» приобретает набор различных значений («обычный», «естественный», «живой» и прочее). В реизме утверждается, что подлинная Р. присуща только вещам (Брентано, Т. Котарбиньский и др.). Принципиально важным этапом понимания и трактовки Р. стала материалистическая традиция (Маркс, Энгельс и др.), утверждающая наличие объективной Р. (т.е. материальной реальности, всего материального мира в целом) и субъективной Р. (т.е. духовной реальности), которая, как правило, отождествляется с сознанием и его деятельностью. В современной теории и практике роль категории «Р.» и концепций Р. существенно возрастает. По В.И. Овчаренко и А.Е. Иванову, подразделение Р. только на объективную и субъективную является необходимым, но недостаточным. Потребности теории и практики (выступающей в качестве критерия Р.) предполагают как минимум подразделение ее на естественную Р. (т.е. Р., порожденную природой) и искусственную Р. (т.е. Р., созданную в результате творческой производительной деятельности людей). При этом особое значение приобретает вопрос об их соотношении, взаимодействии и построении соответствующих моделей. Большой интерес представляет исследование и классификация различных видов искусственной Р. Одной из наиболее важных разновидностей искусственной Р. является «виртуальная Р.», место, роль и значение которой в жизнедеятельности человечества стремительно возрастают. (А.Е. Иванов, Энциклопедия «История философии»).

Редукционизм – осознаваемая или неосознаваемая методологическая установка, направленная на сведение явлений одного порядка к явлениям качественно иного порядка (например, психического к физиологическому, биохимическому, биофизическому). Р. игнорирует или прямо отрицает наличие собственно психологических закономерностей и механизмов, лишая тем самым психологию статуса самостоятельной науки. Психика трактуется при этом как некое побочное явление, эпифеномен. Р. обезоруживает психологию перед лицом задач, предъявляемых ей социальной практикой, в частности связанных с разработкой основ формирования личности, ее сознания и поведения (М.Г. Ярошевский).

Самообраз – динамический образ, в котором отражается процесс актуализации образа. Самообраз, в отличие от образа (и близких ему понятий, таких как: план, функциональный орган, когнитивная карта, паттерн, энграмма и т.д.) отражает в психике ее же текущие, актуальные состояния. В самообразе, в отличие от образа самого себя, представлено не все содержание психики (мировоззрение, самооценка и т.д.), а только выполняемый акт деятельности, независимо от того является ли этот акт внешним или чисто психическим. Самообраз – это табло, на котором отражено текущее, актуальное состояние разворачивающегося образа. Если «образ» и близкие ему понятия вводились в психологический оборот для описания свойств психического отражения внешнего мира, то понятие самообраза важно, прежде всего, с точки зрения идеи отражения в психике состояний психических же образований. Ощущения характера протекания, актуализации психических процессов в самообразе и есть виртуальные переживания, и эти переживания образуют виртуальную реальность (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Сверхразвитость соби – владение способами поведения, относящимися к более высокому уровню соби, чем тот, на котором человек находится (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Связанный виртуальный образ – это образ, возникающий на выполняемой человеком деятельности и без ее выполнения возникнуть не может (см. автоном). (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Синомия – 1) взаимосогласованность виртуалов; 2) процедура аретеи, заключающаяся во взаимосогласовании виртуальных реальностей разного уровня или фрагментов одной виртуальной реальности (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Ситуационный виртуал – автономный виртуальный образ, разворачивающийся только в определенных ситуациях; характеризует первую стадию виртуализирован-ности человека. Человек, находящийся на этой стадии, называется «человек-эвентум» (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Собь – виртуальная реальность, посредством которой человек самоидентифицируется.

Виртуал порождается как разворачивание одного образа в целую реальность, собь образуется совокупностью имеющихся у человека виртуалов, ставших консуеталами, а поэтому не переживаемых как особые реалии. Примером соби являются виртуальная реальность телесности, виртуальная реальность сознания и проч. Виртуалы переживаются как события на фоне консуетальных состояний, собь – как естественное качество человека: тело, сознание, личность и т.п. Понятие виртуала фиксирует акт необычного функционирования образа, понятие соби – результат генезиса реальности.

Рассмотрим пример образования соби. Обучаясь печатанию на машинке, человек сначала овладевает движениями каждого пальца – первоначально правильное отработанное движение пальца доставляет гратуальные переживания, затем вся совокупность движений пальцев становится консуетальной – образуется «машинописная» собь человека. После этого человека начинает получать гратуалы уже не от каждого пальца в отдельности, а от работы этой соби. Моделью образования виртуалов является перевернутая «елочка», означающая разворачивание одного элемента константной реальности в самостоятельную виртуальную реальность.

Моделью образования соби является «слоеный пирог», означающий, что совокупность объектов виртуальной реальности образуется как совокупность виртуалов.

Данная модель образования виртуальной реальности называется «треугольной моделью», поскольку принципом появления и существования виртуальной реальности является разворачивание элемента константной реальности в полноценную реальность. В случае виртуала разворачивается один элемент константной реальности в виртуальную реальность, в случае соби много элементов константной реальности разворачиваются в виртуальные реальности, совокупность которых образует собь.

Эта модель является не теоретической, а онтологической, т.е. определяющей то, что существует. Аналогично тому, как атомизм задает существование атомов, энергетизм – существование энергий и т.п. Онтологические схемы применимы для любых дисциплин. Например, атом в физике – это предельно неделимый элемент материи, атом в биологии – это клетка, атом в психологии – это ассоциация. В качестве онтологической ученый может выбирать любую схему, например, психолог может быть атомистом (ассоциативная психология), холистом (гештальт-психология), функционалистом (функциональная психология). На основе одной и той же онтологической модели могут строиться разные теоретические модели как в рамках разных дисциплин, так и в рамках одной и той же, например, в качестве атомов в психологии могут браться разные объекты: в ассоцианизме – это ассоциации, в бихевиоризме – комплекс «стимул-реакция», в психологии творчества – способности.

На основании «треугольной модели» могут быть построены различные теоретические модели.

Термин «собь», на наш взгляд, очень удачно обозначает способ самоиндивидуации человека. Приведем справку из Этимологического словаря М.Фасмера.

Собственный – производное от др-русск., цслав. собьство «свойство», своеобразие, сущность», собие «существо», собина «собственность, имущество», собственность, особа, собь «собственность, сущность», соби-ти «присваивать, приобретать». Образовано от др.-русск. собе.

Особа – ст.-слав. особь, др.-русск. особе. Из о-себе или о-себе, особа – особенный; руск.-цслав. собь «своеобразие, особенность, свойство, собъство «особенность»; др инд. sabha «собрание сельской общины».

Собъство – цслав. свобство, праслав. sveboda, свобода, слобода (свободное поселение) где svobb от свой (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Совершенный человек – обобщенное название для виртуальных уровней человека, располагающихся между внутренним человеком и абсолютом, предельной реальностью (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Социальная философия – раздел философии, определенным образом описывающий качественное своеобразие общества, его законы, социальные идеалы, генезис и развитие, судьбы и перспективы, логику социальных процессов. Доминантной характеристикой С.Ф. как совокупности социально-нормативных учений можно считать установление норм общественной жизни, а не рассмотрение ее в конкретной действительности. В качестве пограничной дисциплины С.Ф. анализирует общественные проблемы в контексте категориально-понятийных рядов теоретической социологии, с одной стороны, и сопряженных дисциплин (политической экономии, антропологии, культурологии, психологии и др.), – с другой. Родоначальниками этой традиции в XIX в. выступили Сен-Симон, Конт, Маркс и Энгельс, Спенсер, а также представители социологического психологизма. Неомарксизм 20 ст. соединил социологическую парадигму теоретической реконструкции общества с философско-антропологическим и психологическим подходами. (Согласно Хоркхаймеру, С.Ф. – это рефлексия общественной теорией своей собственной социальной обусловленности, что и делает данную теорию «истинно критической».) В современном обществе С.Ф. становится рефлексирующим выражением динамики развития современного обществознания, «в границах» которого она оказывается. С.Ф. продолжает линию классической философии истории, занимаясь проблемами социальной эволюции и направленности общественных процессов. Не постулируя схем исторического процесса, систем его ценностей и смыслов, С.Ф. опирается (прямо или косвенно) на опыт повседневной деятельности людей и результаты исследований социально-гуманитарного плана. Между философией истории и современной С.Ф. отсутствует непосредственная связь: «лакуна» была почти на столетие заполнена позитивистскими схемами исследования и социологией, которая стремилась элиминировать вопрос о философском осмыслении социального бытия и его познания. В середине XX в. социология была вынуждена отступить перед проблемой «человеческого измерения» процессов трансформации социальных систем и признать вопрос о «возвращении людей в теорию» (Хоманс). С.Ф. оказалась перед необходимостью формировать мировоззрение, опирающееся на проблемность социального бытия и познания и дающее некую систему ориентиров человеческой деятельности. В плане динамики и циклического представления социальных процессов мировоззренческая и методологическая функции С.Ф. оказываются взаимообусловленными, а сама С.Ф. предстает особой формой рационального знания, осознающей прерывность социального процесса и обеспечиаающей эвристическое понимание его континуальности. В последней четверти XX в. С.Ф. находит новые импульсы саморазвития в границах радикальной социологии (Гоулднер и др.) и в постструктурализме (Фуко и др.). (А.А. Грицанов, Новейший философский словарь).

Социогенез – процесс исторического и эволюционного формирования общества. Социогенез – учение о происхождении общества (лат. Societas – общество + греч.Genesis – происхождение).

Стратификация – расположение индивидов и групп сверху вниз по горизонтальным слоям (стратам) по признаку неравенства в доходах, уровне образования, объеме власти, профессиональном престиже. Стратификация отражает социальную неоднородность, расслоение общества, неодинаковость социального положения его членов и социальных групп, их социальное неравенство (лат. Stratum – слой + Facio – делаю).

Спонтанность виртуала – неожиданность и ненамеренность возникновения виртуала. Никто в своих описаниях не говорит о точном моменте возникновения данного события. Нет временной границы довиртуального и виртуального режима, как, впрочем, и нет грани виртуального и послевиртуального режима. Всегда идет речь о себе уже в новом режиме. Возникновение виртуала не контролируется сознанием и не зависит от воли (намерений и желаний) человека. Другими словами, человек никогда не говорит о том, как возник у него данный режим, и фиксирует лишь то, что он в нем уже находится, т.е. переход из консуетала в виртуал и обратно не фиксируется человеком – он всегда либо «здесь», либо уже «там» (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Степень виртуализированности образа – степень выделенности виртуала из константной реальности. Исходная (нулевая) степень виртуализированности образа – связанный виртуал, первая степень – ситуационный виртуал, вторая – операциональный виртуал, третья – новая виртуальная реальность (виртуальный образ разворачивается в виртуальную реальность, в которую человек переходит и которая становится для него константой реальностью). У конкретного человека разные образы могут иметь разную степень виртуализированности (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Стадия виртуализированности человека – степень вовлеченности человека в виртуальные переживания. Стадия виртуализированности человека соответствует степени виртуализированности образа. Есть три стадии виртуализированности человека: исходная (нулевая) – человек-консуетал, первая – человек-эвентум, вторая -человек-оператор, третья – человек-виртуал (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Третья степень гратуала – см. Интенсивность виртуала (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Третья степень ингратуала – см. Интенсивность виртуала (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Треугольная модель – принцип порождения (разворачивания) виртуальной реальности из фрагмента константной реальности (см. собь) (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Филогенез [греч. phylō – род, племя, вид + genesis – происхождение] – историческое формирование группы организмов. В психологии Ф. понимается как процесс возникновения и исторического развития психики и поведения животных; возникновения и эволюции форм сознания в ходе истории человечества. Ф. изучают зоопсихология, этнопсихология, историческая психология, а также антропология, этнография, история, другие социальные дисциплины. Основными проблемами при изучении Ф. считаются: выделение главных этапов эволюции психики животных (в связи с особенностями среды обитания, строения нервной системы и т. д.; одной из наиболее известных остается схема К. Бюлера: инстинкт – навык – интеллект); выявление условий перехода от этапа к этапу, общих факторов эволюции; выделение главных этапов эволюции форм сознания (в связи с особенностями производственной деятельности, социальных отношений, культуры, языка и т. д.); установление соотношения основных этапов Ф. (в частности, человеческой психики) и онтогенеза (Л.А. Радзиховский).

Философия истории – концепция в составе философского знания, нацеленная на осмысление исторического процесса в целом и анализ методологических проблем исторического познания. Строя модель исторического процесса, Ф.И. разрабатывает определенную трактовку специфики исторической реальности, смысла и цели истории, основных движущих сил истории и механизмов их действия, соотношения исторической необходимости и человеческой свободы, единства и многообразия истории и т.п. Исторический процесс развития общества всегда являлся предметом размышлений философов; яркие образцы философско-исторической мысли представлены в античной (Полибий), древнекитайской (Сыма Цянь), средневековой (Августин) культурах, однако классические формы Ф.И. были созданы в европейской философии XVIII – первой половины XIX в. Сам термин «Ф.И.» был введен Вольтером для обозначения суммативно-обобщенного представления об истории. Деятелями позднего Просвещения Тюрго и Кондорсе была создана концепция прогресса как смысла истории. Гердер, утверждая единство принципов исторического развития всего человечества, разработал трактовку всемирной истории как единого процесса. Концепция Гегеля – высшее достижение классической Ф.И. – представляет исторический процесс как обладающий провиденциальной разумностью. История, разворачивающаяся исключительно в духовной сфере, совершается как необходимое движение за спиной индивидуумов: энергия сталкивающихся между собой частных интересов используется историей для достижения своих собственных высших целей; разум истории, скрытый за внешним хаосом и неразумием, открывается лишь философскому взгляду. Подчеркнуто умозрительный характер гегелевской концепции истории, ее оторванность от конкретного исторического материала и реальной практики исторического познания уже в середине XIX в. стали предметом критики. Альтернативной крайностью является марксизм, предпринявший попытку радикального «заземления» истории: согласно социальной концепции марксизма, история образуется практической деятельностью человека, удовлетворяющего свои материальные потребности; в основе истории лежит эмпирически наблюдаемое развитие общественных производительных сил. Бурный рост исторического знания в XIX в. в значительной степени обесценивал философско-умозрительный подход к постижению истории, Ф.И. все чаще предстает как философия исторической науки. В частности, в конце XIX – начале XX в. широкое распространение получила неокантианская Ф.И. (Винделъбанд, Риккерт), анализирующая методологическое своеобразие исторического познания и усматривающая его в индивидуализациях – в противовес генерализирующей направленности наук о природе. Проблемы логической организации исторического знания вышли на передний план в аналитической Ф.И. (Поппер, Гемпель). Потребность в прояснении смысла истории перед лицом масштабных исторических катастроф реактивировала в первой половине XX в. онтологическую составляющую Ф.И. – появились «морфология культуры» Шпенглера, концепция «осевого времени» Ясперса, грандиозный исторический синтез Тойнби. Однако от классической Ф.И. эти концепции отличаются ощущением негарантированности и возможной иррациональности истории. Для второй половины XX в. характерно вытеснение истории из исторического сознания: во-первых, конкретный материал, накопленный современной исторической наукой, стал столь обширен и разнороден, что его уже невозможно вписать в некую единую модель исторического процесса; во-вторых, современная историческая наука весьма эффективно осуществляет анализ методологических проблем собственными силами – без обращения к философии; в-третьих, в определении ведущих тенденций исторического развития на передний план выходит интенсивно развивающаяся футурология (В.Н. Фурс, Новейший философский словарь).

Феномен выполненности – явление уверенности в выполненности на самом деле не совершенной процедуры (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Феномен множественности талантов – есть много типов способностей (талантов), на каждом из которых можно строить траекторию развития ребенка. Для каждого из этапов виртолюции человека характерен свой набор свойств таланта: телесные таланты, сознаниевые, личностные и т.д. (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Феномен невыполненности – явление уверенности в невыполненности на самом деле совершенной процедуры (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Феномен неразличения – явление уверенности в выполнении одной процедуры при совершении другой процедуры (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Феномен перескакивания ступени развития – возможность построения синомичной соби при несиномичной развитости базовой соби (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Феномен смены типа развития – с изменением типа соби кардинально изменяется тип психического развития человека (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Феномен соположения реальностей – расположение событий разных реальностей в единый ряд событий как однородных (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Феномен удвоения реальности воли – возникновение различения человеком своего и чужого волевого действия.

Примерно в 16-17 лет возникает новая виртуальная реальность: реальность воли, собь воли, воля, понимаемая в виртуальном смысле. Благодаря возникновению феномена удвоения реальности воли, человек теперь может сам ставить себе экзистенциальные, жизненные задачи, выступая как существо, которое может само управлять своей жизнью, выполнять поставленные перед собой как личностью задачи. До 16-17 лет ребенок не ставил перед собой жизненных задач. У человека до 16-17 лет нет задач своего жизнеустройства, он пассивно участвует в строительстве: либо по жизни его ведут взрослые, либо делает выбор из представляемого ему набора ситуаций. А в 16-17 лет возникает способность самому ставить и выполнять жизненные задачи, возможность выбирать сами наборы жизненных ситуаций. Возможность самому реализовывать поставленные задачи, прилагать волевые усилия для решения поставленной задачи и есть свидетельство возникновения реальности воли. Примерно к 21 году человек полностью осваивает реальность воли, к этому времени возникает феномен удвоения реальности воли. Теперь человек хорошо отличает свою собственную волю от чужой воли и может к чужой воле соответствующим образом относиться.

Как и в случае с другими виртуальными реальностями, собь воли может оказаться неразвитой или сверхразвитой. Неразвитость заключается в том, что человек не овладевает полностью реальностью воли и, оставаясь на уровне развития более ранних виртуальных реальностей, оказывается неспособным не только к самостоятельному принятию волевых решений, но и к подчинению воли другого человека, т.е. неспособным к реализации каких-либо волевых решений. Например, человек на всю жизнь так и остается мечтателем и прожектером. Сверхразвитость заключается в том, что кто-то другой (например, волевая мама) берет на себя функцию принятия волевых решений. В этом случае человек более-менее добросовестно и последовательно выполняет решения, принятые другим человеком, но самостоятельно не способен их вырабатывать (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Феномен удвоения реальности личности – возникновение различения человеком своей уникальности в отличие от уникальности другого человека.

У ребенка 10-11 лет уже явственно возникают элементы реальности личности, т.е. с этого возраста он может переживать некоторые события как личностно значимые. По отношению к ребенку до 10 лет можно совершить резкое поведение (наказать, накричать и т.п.) и тут же перейти к душевному контакту. Он тут же «забывает» про ваше резкое поведение, даже если оно нанесло ему ущерб (отняли игрушку, книжку). Он душевно реагирует на взрослого в данный момент времени, для него нет человека в будущем и прошлом. Его легко обманывать, поскольку для него нет вненастоящего времени, т.е. постоянства или сохранности личности. Он, конечно, помнит, что вы его вчера обманули, но готов обманываться и сегодня.

Ребенок с 13-14 лет воспринимает негативное поведение взрослого как личное оскорбление: долго его переживает либо игнорирует взрослого, чтобы не воспринимать поведение взрослого как личностное. Другими словами, подросток может игнорировать взрослого, даже собственного родителя, и, более того, может отказывать взрослому в статусе его (взрослого) личностного существования. Такого, конечно, до сих пор, до возникновения феномена удвоения реальности личности, не было.

Но есть еще одна внутренняя причина противоречивости, и в том числе негативизма, поведения подростка:

подросток узнает сферу личности в процессе столкновения с нею. Через столкновение с действительностью происходило освоение реальностей телесности и сознания. Ребенок до трех лет (до возникновения феномена удвоения реальности телесности) осваивает действительность через собственные синяки и слезы, а после трех лет – через относительно безболезненный контакт с нею; он уже не падает с лестницы, не берет горячий утюг. Ребенок до 7 лет осваивает (до возникновения феномена удвоения реальности сознания) действительность через усилия по овладению взрослыми типами поведения: столкновение с сознанием взрослого, воспитывающего и учащего ребенка, и через собственные травмы при изучении конструкции машины, магнитофона и т.д.

Подросток осваивает реальность личности так же: через опыт употребления личностного поведения. Он еще не знает, что такое нанести обиду, оскорбить, не выполнить собственное обещание и проч. И через совершение такого рода поступков ищет границы собственной личности. В этом смысле значительная часть поступков подростков начальной стадии подросткового периода является не собственно личностной, а пробующей. И в контакте с действительностью, через собственные травмы, подросток находит себя, собь личности. Конечно, в этот период взрослому нужно быть особенно чутким к подростку, чтобы различить пробующее поведение от целенаправленного.

Но подросток осуществляет пробующее поведение не только по отношению к другим людям, но и по отношению к себе. И по отношению к себе подросток тоже иногда бывает излишне беспощаден, а иногда слишком снисходителен.

Основания поведения подростка 13-15 лет совершенно иные, чем людей другого возраста, даже если внешне это одинаковое поведение. Ребенок до трех лет может проявлять жестокость к детям и животным потому, что невыделенность психической реальности телесности не позволяет хорошо различать живое и неживое. Поэтому он может общаться с другим ребенком как с куклой, невольно причиняя боль. Ребенок до 7 лет может проявлять жестокость в силу невыделенности реальности сознания еще плохо различая свое и чужое сознание. Семилетка, ударяя другого ребенка и не чувствуя при этом боли, вполне естественно полагает, что боль и не возникает. Такой ребенок, нанося удар, не подозревает, что удар сопровождается болью другого ребенка. Подросток, особенно после возникновения феномена удвоения личности, хорошо понимает, что причиняет боль другому человеку или животному, но ему важно почувствовать границу допустимости: момент возникновения боли или момент возникновения невыносимой боли, или недопустимость поведения, приносящего боль.

Конечно, в своих поисках подросток может перейти все границы как в отношении к другим людям, так и в отношении к самому себе. И здесь очень важно чтобы девиантное, отклоняющееся поведение не стало приносить удовольствие, чтобы то же причинение боли не превратилось в самоцель. Хотя, для превращения девиантного поведения в регулярное, есть много оснований: получение чувства власти, получение поддержки такого поведения от других подростков и взрослого, реализация или сублимация чувства мести и т.д.

Собственно, с подросткового периода у человека появляется возможность строить собственный виртуальный мир. Подростковая аутизация, уход в свой виртуальный мир, может проявляться самым разным образом: в уходе в себя, в избыточно развитом воображении, несговорчивости, упрямстве, пренебрежении окружающими и т.д.

Неразвитость соби личности заключается в задержке человека на уровне личности, проявляющейся в культивировании внутреннего мира, в избегании ситуаций требующих принятия волевых решений, в стремлении законсервировать тип жизненной ситуации, в которой человек находится. Сверхразвитость заключается в излишне раннем овладении взрослыми формами поведения (выражающееся чаще всего в демонстрации негативных аспектов жизни взрослых: курение, распитие алкогольных напитков и т.п.) и/или переходу к самостоятельной жизни (зарабатыванию денег, противоправному поведению и т.п.) (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Феномен удвоения реальности сознания – возникновение различения человеком своего и чужого сознания.

Примерно с трех лет у ребенка начинает формироваться собственное сознание и примерно к семи годам возникает феномен удвоения реальности сознания. Это означает, что ребенок способен отделить собственное сознание от сознания другого человека. Если до сих пор ребенок воспринимал чужие мысли, чужие состояния как свои собственные и, соответственно, свои мысли и состояния переносил на внешние предметы, то теперь он хорошо различает, где собственные мысли и состояния, а где – не его. Возникновение феномена удвоения реальности сознания, т.е. возникновение соби сознания, сознания, означает готовность ребенка к школьному обучению, поскольку ребенок способен различать свое сознание от сознания другого человека. Наличие собственного сознания и собственной телесности дает возможность ребенку строить общие модели мирозданья, общества, семьи и проч.

Примерно в 7 лет возникает феномен удвоения реальности сознания, являющийся итогом развития элементов сознания в предыдущие годы. С 7 лет ребенок – уже сознательное существо, и со временем лишь совершенствует свое владение сознанием, что происходит примерно до 11-13 лет.

Неразвитость соби сознания заключается в слабом освоении этой реальности, что проявляется в нечеткости различения своего и чужого сознания, в неспособности к полноценному школьному обучению, в асоциальности поведения, связанном со спонтанной реализацией своих внутренних образов, в отсутствии способности управлять своими образами и т.п. Сверхразвитость соби сознания заключается в преждевременном освоении взрослого личностного типа поведения: отношений между людьми, отношения к быту, отношения к школьному обучению как уже не важному и не интересному и т.п. (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Феномен удвоения реальности телесности – возникновение различения человеком своего тела и других материальных тел.

С виртуальной точки зрения, генезис человека можно представить как порождение новых видов соби. Новорожденный обладает совершенно виртуализированной психикой. Примерно до трех лет генезис ребенка заключается в овладении собственной телесностью. Ребенок овладевает своим телом и окружающим его миром в пространственно-телесном отношении. К трем годам ребенок настолько хорошо овладевает пространственно-телесными отношениями (научается говорить, ходить, управлять своим телом), что они перестают быть для него проблемой. С трех лет уже возможна отработка специальных телесных навыков (лепка, рисование, игра в конструктор и т.п.), и генезис ребенка теперь заключается в освоении реальности телесности (телесной соби) и в овладении элементами порождающейся реальности сознания (соби сознания). Собственное индивидуальное сознание появляется у ребенка примерно к семи годам.

С виртуальной точки зрения, для младенца его телом, его собственностью является весь мир.

Поскольку ребенок не отличает себя от внешней и внутренней среды, то он вместе с этими средами является одним целым. Ребенка как отдельного существа еще нет (это только взрослый знает, что вот это тельце есть нечто особое, нежели все остальное в мире). Сам ребенок не знает, где кончается его тело и сфера восприятия и где начинается «не он».

К трем годам ребенок уже четко различает, где его тело, а где «не он». При этом, там где «не он» – это не только внешняя среда, но и внутренняя. Ребенок после трех лет может а) реагировать на раздражители внутри организма как на локальные раздражители, а не генерализованные, в том числе различать телесные ощущения от психических и б) может отличить раздражители вне его тела от раздражителей, возникающих внутри его тела. В этом смысле можно говорить о явлении удвоения телесности – ребенок выделяет собственное тело из всех других предметов.

Генезис ребенка до трех лет заключается в овладении собственной телесностью и девиртуализации единой (физическо-психически-родовой реальности). С психологической точки зрения здесь происходит возникновение представления о телесности (вещах, предметах, их отношениях, в том числе – о собственном теле), в отличие от предшествующего времени, когда была одна единая телесность (реальность). Появление новой психической реальности – реальности собственной телесности (телесной соби) – в отличие от единой – названо нами «феноменом удвоения реальности телесности». Речь идет именно о психической реальности, а не только о явлении выделения собственного физического тела из окружающей среды, поскольку ребенок начинает отличать события в собственной телесности от событий, происходящих на уровне смыслов, а не только физических явлений.

Появление первых элементов новой соби, в соответствии с принципом меланжевой нити, практически не заметно, но постепенно она становится ведущей, вытесняя предыдущую. Процесс «ухода» из сферы виртуальности предыдущей соби есть ее девиртуализация, т.е. переход в статус константной реальности.

Генезис человека относительно процесса девиртуализации отдельной соби заключается в том, что до возникновения феномена ее удвоения, т.е. до ее девиртуализации, человек овладевает этой собью как новой для себя, а после ее девиртуализации он ее осваивает как уже привычную, лишь расширяет сферу владения этой реальностью, уже без качественного сдвига во взаимоотношениях с этой реальностью. Новая собь, точнее, ее элементы появляются тогда, когда человек еще продолжает процесс активного овладения предыдущей реальностью. В принципе, процесс овладения любой реальностью может продолжаться всю жизнь.

Каждая следующая виртуальная реальность порождается предыдущей виртуальной реальностью, ставшей константной, после возникновения феномена удвоения предыдущей виртуальной реальности. Первые проявления новой виртуальной реальности мы называем в дальнейшем появлением элементов новой виртуальной реальности, чтобы различить процесс появления новой реальности и ее полноценное существование.

Феномен удвоения реальности телесности, т.е. появление телесной соби, в полной мере возникает примерно к трем годам. До трех лет идет постепенное овладение телесностью. У разных детей процесс удвоения реальности телесности происходит по-разному: у одних детей быстрее, у других медленнее, у одних детей в основном через эмоционально-двигательный контакт с взрослым (когда ребенка, тискают, нянчатся с ним, носят на руках), у других детей – через операционально-двигательный контакт (когда ребенка усиленно учат сидеть, стоять, ходить) и т.д. Способ овладения реальностью телесности в значительной мере определяется взрослым.

Телесная собь может оказаться неразвитой или сверхразвитой.

Неразвитость соби телесности приводит к появлению в той или иной мере задержки психического развития, а в крайних случаях – к остановке психического развития ребенка. Одним из проявлений неразвитости телесности является так называемый госпитальный синдром.

Сверхразвитость соби телесности возникает при слишком активном отношении взрослого к ребенку (часто считающегося проявлением любви к нему), ограничивающим собственную активность ребенка. Прежде всего, это проявляется в том, что ребенка слишком много носят на руках, слишком оберегают от столкновений с действительностью, в том числе – и с другими детьми, которые, не дай Бог, могут причинить неудобства любимому чаду. В таком случае взрослый принимает на себя функцию детской телесности, становится как бы специальным познавательным органом ребенка, и поскольку взрослый уже все знает в отношении телесности, то он является как бы сверхразвитым органом телесности, обладающим сознанием, личностью и волей. Ребенок, имея такой сверхразвитый орган (телесность с элементами сознания, личности и воли), не имеет нужды в развитии, его собственное развитие приостанавливается.

Дело в том, что благодаря взрослому, выполняющему все желания ребенка и охраняющему от столкновений с действительностью, у ребенка не появляется чувства размеров пространства, поскольку взрослый, как волшебник, тут же выполняет желания ребенка, и нет ощущения разнесенности предметов в пространстве, а тем самым нет выделенное в полной мере себя из пространства. Когда такому ребенку нужно нечто сделать, он ожидает, что его желание само реализуется и желаемый предмет появится в руках. Такие дети интеллектуально развиты, но капризны, несговорчивы, спонтанны, плохо управляемы. У них способность желания и способность оперирования с предметами развита хорошо, а способность к достижению цели развита плохо. Если такого ребенка попросить что-нибудь сделать, он сделать это может, только если его заинтересовали это сделать, иначе он будет капризничать и сопротивляться, что является плохой основой для дальнейшего его обучения и развития.

Взрослый в определенный момент, считая, что ребенок уже вырос, отказывается от такой своей функции, и ребенок отбрасывается в своем развитии назад. И беда здесь не только в упущенном времени, а в том, что ко времени отказа взрослого от того, чтобы быть частью ребенка, последний переходит на следующий уровень своего развития, когда основной развивающейся реальностью является уже не телесность, а сознание. Собственная телесность ребенка тем самым остается неразвитой и недостаточно подготовленной к обеспечению возникновения реальности сознания.

С точки зрения теории психологических виртуальных реальностей, негативизм в поведении детей трехлетнего возраста есть следствие неадекватных требований взрослых к ребенку. У ребенка уже произошел феномен удвоения реальности телесности и он перешел к новому типу отношений с миром, в том числе и с родителями, имея собственную телесность, ребенок осуществляет уже в определенной степени и собственное поведение. Если взрослый сохраняет свое старое отношение к ребенку как младенцу, возникают конфликты.

На самом деле, кризис в жизни ребенка взрослый своими действиями может создать в любое время, а не только в три, пять, семь и т.д. лет, как это считается в детской психологии. Для создания кризиса достаточно не учитывать особенности генезиса ребенка (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Феномен удвоения реальности человека – возникновение различения человеком в себе внутреннего и внешнего человека.

Примерно в 28 лет возникает феномен удвоения реальности человека. Примерно к 25 годам все реальности нижележащего уровня (телесности, сознания и т.д.) в их сочетании хорошо осваиваются человеком, и он становится собственно взрослым человеком. Но развитие человека идет дальше, и примерно с 25-26 лет начинает возникать ощущение себя как принадлежащего какому-то объемлющему целому: профессии, своему роду, чему-то трансцендентному и т.д. К сожалению, в научной психологии вопрос развития человека в возрасте после 17 лет очень плохо проработан, но в религиозной традиции есть специальное понятие для обозначения той реальности, которая возникает лет в 25-26 и к 28 годам полностью формируется. Это понятие внутреннего человека. Возникновение внутреннего человека и есть с виртуальной точки зрения феномен удвоения реальности человека, есть появление соби внутреннего человека. С 28 до примерно 33 лет человек осваивает реальность внутреннего человека, относящегося уже к уровню духовного бытия, и переходит к развитию в этой духовной реальности. Человек, существующий в духовной сфере, большинством окружающих людей, не перешедших в духовную реальность, воспринимается как человек не от мира сего. Таковыми обычно являются ученые, поэты, музыканты, хотя никаких профессиональных ограничений не существует – человек любой профессии может стать таковым.

Неразвитость соби внутреннего человека проявляется в том, что он никогда так и не почувствует нечто не от мира сего, а сверхразвитость – в том, что человека слишком рано приобщают к трансцендентным реальностям: мистике, йоге, профессиональным таинствам (художественным, научным и т.д.). Как правило, сверхразвитость соби внутреннего человека приводит к психическому слому человека, если не включить его в социальные организованности, обеспечивающие функционирование сверхразвитости человека (например, в религиозную общину).

Дальнейшее развитие человека уже совершенно не связано с возрастными особенностями. Виртуальные реальности следующих уровней возникают не имманентно, т.е. вследствие природных законов, как это было до сих пор, а являются результатом целенаправленной работы человека над собой и в этом плане не зависят от возраста человека (Н.А.Носов, Словарь виртуальных терминов).

Фрагментарность виртуала – фрагментарность основы построения виртуального образа. У человека, находящегося в виртуале, появляется ощущение какой-то отделенности, отдельности частей своего тела от себя (в таком случае говорят, например, о том, что руки не слушаются или же, наоборот, руки все делают сами). Поскольку виртуал есть отражение характера актуализации лишь данного актуализирующегося образа, а не всей жизни, то человек в объективных терминах описывает не всего себя в целом (как в эмоции или стрессе – «я испугался», «я обрадовался» и т.п.), а лишь те части самого себя, которые участвуют в выполнении этого акта («жар» в голове, а не жар, например, лихорадочный, не «я свеж и бодр», а «руки опережают мысль» и т.п.), хотя само переживание захватывает всего человека целиком. Иначе говоря, виртуал порождается фрагментом человеческой деятельности, а переживается всем человеческим существом (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Человек-виртуал – человек, один из образов которого развернулся в виртуальную реальность, в которую он полностью перешел (т.е. человек ушедший в свою виртуальную реальность) и которая стала для него константной реальностью, т.е. человек, находящийся на третьей стадии виртуализированности образа. Человек-виртуал становится человеком-консуеталом относительно новой реальности его существования (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Человек-консуетал – человек, у которого нет автономных виртуальных образов (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Человек-оператор (от лат. operator – творец) – человек, внутри себя спонтанно творящий свой виртуальный мир; человек, находящийся на второй стадии виртуализированности образа относительно образов его константной реальности, консуетальных образов. Для человека-оператора характерно наличие в психике операциональных виртуалов (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Человек-эвентум (от лат. eventum – событие, происшествие; внешнее свойство, случайный признак обстоятельства) – человек, у которого автономный виртуальный образ разворачивается в виртуальную реальность только в определенных ситуациях, обстоятельствах; человек, находящийся на первой стадии виртуализированности образа относительно образов его константной реальности, консуетальных образов. Для человека-эвентума характерно наличие в психике ситуационных виртуалов (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Эклектика – направление в античной философии, характеризующееся соединением элементов разных философских систем и стиранием различий между ними. От греч. Eklektikos – способный выбирать.

Эффект бинокля – эффект восприятия фрагмента реальности как полноценной реальности (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Эффект гравитации – ощущение тяжести и неприятности нахождения в константной реальности после нахождения в гратуале (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).

Юноша – человек, имеющий в качестве константной реальности подростка и в качестве виртуальной реальности волю (Н.А. Носов, Словарь виртуальных терминов).