§ 2. Фазиантропос

«В теории информации, как и во многих других областях науки, – пишет Л. Заде, – неточность и неопределённость обычно вводятся с помощью понятий и методов теории вероятностей. Подчёркивание роли теории вероятностей при изучении этих вопросов затемняет то, что во многих ситуациях источником неточности является вовсе не наличие каких-то случайных величин, а появление в рассматриваемой задаче какого-то класса или классов», не имеющих строго определённых и объективно существующих чётких границ⁹⁷¹.

Если говорить о тезисах, отталкиваясь от идей Л. Заде, то наш основной тезис заключается в том, что по своей сути обычные чёткие количественные методы анализа систем непригодны для социальных, экономических, политических, социокультурных и вообще любых систем, сравнимых по сложности с гуманистическими системами – по своей сути нечёткостными. В основе этого тезиса лежит то, что можно было бы назвать принципом несовместимости. Суть этого принципа можно выразить примерно так: чем сложнее система, тем менее мы способны дать точные, чёткие и в то же время имеющие практическое значение суждения о её поведении. «Для систем, сложность которых превосходит некоторый пороговый уровень, точность и практический смысл становятся практически исключающими друг друга характеристиками»⁹⁷². В этом смысле точный и чёткий количественный анализ поведения систем, связанных с человеческой деятельностью, не имеет, по-видимому, большого практического значения в реальных социальных, экономических и политических задачах.

Развивая свой подход к анализу сложных систем и процессов принятия решений Л. Заде опирается «на предпосылку о том, что элементами мышления человека являются не числа, а элементы некоторых нечётких множеств или классов объектов, для которых переход от «принадлежности к классу» к «непринадлежности» не скачкообразен, а непрерывен. И в самом деле, нечёткость, присущая процессу мышления человека, наводит на мысль, что в основе этого процесса лежит не традиционная двузначная или даже многозначная логика, а логика с нечёткой истинностью, нечёткими связями и нечёткими правилами вывода. С нашей точки зрения именно такая нечёткая, ещё недостаточно изученная логика играет основную роль в том, что может оказаться одной из наиболее важных сторон человеческого мышления – способности оценивать информацию…»⁹⁷³ Отсюда можно заключить, что природа оценки является не только приближённой, но и нечёткой, в принципе нечёткой (недаром говорится: «три» ставим «два» в уме).

Человек в принципе нечёткое существо. Традиционно в отечественной философской антропологии человека определяют как биосоциальное существо. Иногда биологическое и социальное в природе человека дополняют психическим, не сводимым ни к биологическому, ни к социальному (психика как особая часть человека) и духовным или культурным, не сводимым к социальному (М.С. Каган и др.). Таким образом, в упрощенном варианте человеческая природа (сущность) представляется двухчастной, в более сложном варианте – четырёхчастной. Со стороны биологического или телесного человек причастен к чёткому макромиру, в котором действуют чёткие классические законы, доминирует жёсткий детерминизм, траекторные закономерные движения и чёткое время (с небольшими погрешностями, которые без труда и серьёзных последствий, как правило, незаметно устраняются календарными системами и периодической корректировкой, юстировкой измерительных приборов). Со стороны психического нечёткость нарастает, становится заметной, существенной. В сознании, в том числе общественном, политическом, религиозном, экономическом, историческом, обыденном, ином, находящемся, условно говоря, в нормальном состоянии, онтологическая чёткость и онтологическая нечёткость, можно сказать, уравновешивают друг друга, их «весовые коэффициенты» примерно равны. К чёткости в нём относятся строгие понятия и категории, социальные нормы, формальная логика, профессиональные каноны и др. К нечёткости относятся нечёткие понятия и категории, неформальная логика, спонтанность, доходящая до абсурда, асоциальность, особенно в пограничных состояниях, изменённых состояниях, сны, эффекты дежавю, видения, пророчества, смутные желания и пр. В культуре, особенно в искусстве, творчестве начинает доминировать нечёткость (сходите в Эрмитаж, Русский музей, на выставку современных художников, в театр, филармонию, на концерт и убедитесь в том, что всё гениальное нечётко!).

Говорят, «сознание находится в суперпозиции» (Менский М.Б.⁹⁷⁴, Гордон А.Г. и др.), на что мы замечаем: сознание по природе своей нечёткое, онтологически нечёткое. Поскольку «чёткое сознание», грубо говоря, работать не будет, застопорится на первом же повороте, с таким сознанием человеку не выжить, особенно в современном мире.

Итак, со стороны телесного (в синхронии) человек причастен к относительно чёткому миру, со стороны сознательного, подсознательного, бессознательного, психического (как в синхронии, так и, тем более, в диахронии) он причастен к мирам, в которых доминирует нечёткость, как в микро- и мегамирах. Действительно, можно вслед за Пико делла Мирандолой воскликнуть: какое счастье быть человеком! «Человек является самым счастливым из всех живых существ и достойным всеобщего восхищения, и какой жребий был уготован ему среди всех прочих судеб, завидный не только для животных, но для звезд и потусторонних душ. Невероятно и удивительно! А как же иначе? Ведь именно поэтому человека по праву называют и считают великим чудом, живым существом, действительно достойным восхищения». Человеку как творению неопределенного образа не дано «ничего собственного», для него «стало общим все то, что было присуще отдельным творениям». Бог сказал: "Не даем мы тебе… ни определенного места, ни собственного образа, ни особой обязанности, чтобы и место, и лицо и обязанность ты имел по собственному желанию, согласно твоей воле и твоему решению. Образ прочих творений определен в пределах установленных нами законов. Ты же, не стесненный никакими пределами, определишь свой образ по своему решению, во власть которого я тебя предоставляю. Я ставлю тебя в центре мира, чтобы оттуда тебе было удобнее обозревать всё, что есть в мире. Я не сделал тебя ни небесным, ни земным, ни смертным, ни бессмертным, чтобы ты сам, свободный и славный мастер, сформировал себя в образе, который ты предпочтешь. Ты можешь переродиться в низшие, неразумные существа, но можешь переродиться по велению своей души и в высшие божественные. О.., высшее и восхитительное счастье человека, которому дано владеть тем, чем пожелает, и быть тем, чем хочет!»⁹⁷⁵

К) Нечёткие идеалы

Тема фазификации и дефазификации идеалов становится сейчас необычайно актуальной. У нас, в современной России, вызревает, формируется новый идеал на базе традиционных ценностей, государственного суверенитета, патриотизма и новой редакции русской идеи. Если раньше говорили о размывании, эрозии идеалов (и связанных с ними ценностей), то в контексте идеалогического фазиверса надо не только говорить, но и работать с фазификацией и дефазификацией конкретных идеалов, применяя соответствующий математический аппарат. Ковать железо пока оно горячо! Квазиколичественными параметрами, характеристиками, признаками могут выступать социологические опросы, индекс поддержки лидера (вождя, государя, как угодно назови того, кто "рядом на каждой стоит баррикаде, ведёт всего восстания ход").

Отсутствие же чёткой идеологии делает систему не только труднопредсказуемой, но и более устойчивой, особенно к деструктивным воздействиям – как чётким, так и нечётким.

Л) Нечёткие ценности

В обобщенном понимании, ценность есть «важность, значимость, польза, полезность чего-либо. Внешне ценность выступает как свойство предмета или явления. Однако значимость и полезность присущи им не от природы, не просто в силу внутренней структуры объекта самого по себе, а являются субъективными оценками конкретных свойств, которые вовлечены в сферу общественного бытия человека, человек в них заинтересован или испытывает потребность. Система ценностей играет роль повседневных ориентиров в предметной и социальной действительности человека, обозначений его различных практических отношений к окружающим предметам и явлениям».⁹⁷⁶ В философском же понимании ценность – это указание на личностную, социально-культурную значимость определённых объектов и явлений⁹⁷⁷. А коль скоро «личностную», коль скоро «субъективными оценками» то, с учётом определённой нами нечёткостности человека, и эта категория становится нечёткой, по природе своей нечёткостна: следует говорить о нечётких ценностях.

М) Нечёткие принципы

Принципы (начало – лат. principium, греч. αρχή) в широком понимании (с отбрасыванием «технической» трактовки как особенности устройства – механизма, прибора и т.д., а также название тяжеловооруженного воина Римской империи) – это⁹⁷⁸:

1. Основополагающая истина, закон, положение или движущая сила, лежащая (лежащий) в основе других истин, законов, положений или движущих сил;

2. Руководящее положение, основное правило, установка для какой-либо деятельности;

3. Внутренняя убеждённость в чем-либо, точка зрения на что-либо, ведущее к тому или иному поведению, которое, как предполагается, не будет изменено в ближайшее время.

В теоретической философии это «то, чем объединяется в мысли и в действительности известная совокупность фактов»⁹⁷⁹. В теории познания – это рационально не доказуемое и не опровергаемое положение, аксиома (например, принципы научного познания⁹⁸⁰).

Поиск принципа, содержащего в себе основание для всего существующего, составлял, составляет и будет продолжать составлять задачу философских систем. Так, милетская школа древнегреческой философии в качестве принципа выдвигала воду, у Анаксимандра это «беспредельное», у Анаксимена – «неопределённый воздух».

Норма метафизического принципа такова: наличие максимальных внутреннего единства и полноты содержания, а также причинно-следственная связь с тем, что из него объясняется, при этом должна иметь место наиболее ясная и внутренняя обязательность.

Термин употребляется и для обозначения известных особых точек зрения на ту или другую сторону мышления и бытия⁹⁸¹, например: принцип достаточного основания, принцип индивидуации и многие др.

В практической философии, этике, принцип как норма или правило поведения, может быть всеобщей (моральной) и частной. Общеизвестные примеры моральных принципов – библейские заповеди и «моральный кодекс строителя коммунизма», максима «поступай так, как ты хотел бы, чтобы поступили с тобой», известная как «золотое правило нравственности». Из специальных (философских) знаний – категорический императив Канта⁹⁸², принципы научной этики и др.

Могут быть и частные, как моральные, так и не моральные принципы, согласно которым, индивид корректирует своё частное поведение. Например: «падающего – подтолкни» (Ницше и др.), «если драка неизбежна – бей первым», «не останавливайся ни перед чем, сметай всё на своём пути» и др.

В современном понимании понятие принципа часто отождествляется с понятиями каприза, упрямства, самодурства. Человек может поступить «из принципа» не так, как поступили все, неожиданно для окружающих, иррационально.

Вернемся к тексту подраздела «Н» и «высветим» (разумеется, не отрываясь от контекста) основные значения, смыслы понятия «принцип»: «руководящее, рационально не доказуемое положение», «основное правило», «установка, внутренняя убежденность», «наиболее ясная обязательность особых точек зрения, объединённых в мысли (в совокупности мыслей)», «норма»… Могут ли быть эти смыслы, значения – а значит и звенья категориального каркаса – чëткими? Вопрос риторический.

Контуры всех принципов, границы, сферы их применимости размыты и порой весьма существенно. Поэтому мы и относим их к нечётким структурам, нечётким регулятивам.

Н) Нечёткие ориентации

К примеру, сексуальную ориентацию (что по понятным объективным причинам возбуждает наибольший интерес среди всех возможных «ориентаций», за исключением, может быть, мировоззренческой, о которой в последнее время предпочитают не говорить) представляют (если открыть и эту «матрёшку») одной из четырёх компонентов сексуальности: сексуальная ориентация, биологический пол, гендерная идентичность и социальная гендерная роль⁹⁸³. Еë определяют как «более или менее постоянное эмоциональное, романтическое, сексуальное или эротическое (чувственное) влечение индивида к другим индивидам определённого пола»⁹⁸⁴.

Только в одной науке – современной сексологии – общепринятыми (тоже, кстати сказать, нечёткое, размытое понятие!) рассматривают четыре типичные сексуальные ориентации⁹⁸⁵:

• гетеросексуальность – влечение только и исключительно к индивидам противоположного пола (гетеросексуал);

• гомосексуальность – влечение только и исключительно к индивидам своего пола (гей и лесбиянка);

• бисексуальность – влечение к индивидам как своего, так и противоположного пола, необязательно в равной степени и необязательно одновременно (бисексуал, см. также пансексуальность и полисексуальность);

• асексуальность – отсутствие влечения к индивидам как своего, так и противоположного пола (асексуал).

При всем этом следует, безусловно, отличать сексуальную ориентацию от сексуального поведения. Первую субъект (далее назовем его фазивидуумом) может проявлять или не проявлять во втором. Или поддерживать или имитировать сексуальное поведение, не соответствующее реальной сексуальной ориентации. А также от сексуальной идентичности (самоидентификации). К тому же сексуальная ориентация может сознаваться или отрицаться таким многострадальным индивидом. Она зависит и от его сексуальных предпочтений (фантазий, желаний, фетишей в рамках поведения).

Уже сами по себе не утихающие споры в мировом сообществе на тему «нетрадиционных» ориентаций, вывод темы в юридическую плоскость⁹⁸⁶ и в другие, свидетельствует о нечёткости ситуации с категорией «ориентация». Для теоретического осмысления происходящего может пригодиться введённое авторами настоящей монографии понятие «фазиверс» и связанные с ним понятия: «фазивидуум», «фазисубъект», «фазиантропос» (нечёткий человек), «фазисвойство» (нечёткое свойство), «фазиотношение» (нечёткое отношение), «фазисуществование» (нечёткое существование), «фазиизменчивость» (нечёткая изменчивость), «фазиустойчивость» (нечёткая устойчивость), «фазипространство» (нечёткое пространство), «фазивремя» (нечёткое время), «фазипричинность» (нечёткая причинность) и др.

И тогда корректнее и конкретнее будет звучать, скажем, такие понятия и словоформы, как: фазигетеросексуал, фазигей, фазилесбиянка, фазибисексуал, фазиасексуал и т.д. (см. стихотворения «Фазигей» и «Фазилесбиянки» в Приложении 4).

О) Нечёткие формы социальности

К современным нечётким формам социальности следует отнести также нечёткие семьи (в которых, как мы понимаем, люди живут и воспроизводят эту самую социальность), нечёткие национальности и другие нечёткие формы этнокультурной идентичности, нечёткие нации, нечёткие культуры, субкультуры и многое другое, интуитивно ясное или нуждающееся в дальнейших соответствующих исследованиях.

П) Нечёткие мотивы

Мотива́ция (от лат. movere, термин впервые ввёден Шопенгауэром) есть «побуждение к действию; психофизиологический процесс, управляющий поведением человека, задающий его направленность, организацию, активность и устойчивость; способность человека деятельно удовлетворять свои потребности»⁹⁸⁷. Соответственно, мотив (лат. moveo – «двигаю») – это «обобщенный образ (видение) материальных или идеальных предметов, представляющих ценность для человека, определяющий направление его деятельности, достижение которых выступает смыслом деятельности»⁹⁸⁸.

В наше время разные учёные понимают этот термин по-своему. Так, мотивация по В.К. Вилюнасу есть «совокупная система процессов, отвечающих за побуждение и деятельность»; по К.К. Платонову – «мотивация как явление психическое есть совокупность мотивов».

Во всяком случае, мотив – одно из ключевых понятий психологической теории деятельности, разрабатывавшейся советскими психологами А.Н. Леонтьевым и С.Л. Рубинштейном. Наиболее простое определение мотива в рамках этой теории: «Мотив – это опредмеченная потребность»⁹⁸⁹. Однако мотив не следует путать с потребностью и целью, ибо потребность – это неосознаваемое желание устранить дискомфорт, а цель – результат сознательного целеполагания, выбора предмета (объекта), который удовлетворяет требованиям мотива.

Виды мотивации: внешняя (экстринсивная) (не связана с содержанием определённой деятельности, но обусловленная внешними по отношению к субъекту обстоятельствами); внутренняя (интринсивная), которая связана не с внешними обстоятельствами, а с самим содержанием деятельности; положительная и отрицательная (основанная на положительных стимулах называется положительной, на отрицательных – отрицательной); устойчивая и неустойчивая (устойчивая – основанная на нуждах человека, поскольку не требует дополнительного подкрепления).

Входящие в определение «мотивов» понятия образ (видение) и ценность для человека (читай «каждого отдельно взятого индивидуума», если только его можно «отдельно взять» и рассмотреть как более или менее чёткое множество, чёткий процесс?.. – авт.) уже достаточны, чтобы и категорию «мотив» «направить» в формирующуюся «компанию» нечётких категорий.

Р) Нечёткие смыслы

Смысл жи́зни, смысл «бытия́» – проблема философская и духовная, имеющая отношение к определению «конечной цели» существования, «предназначения» человечества, человека, одно из основных мировоззренческих понятий, имеющее огромное значение для становления духовно-нравственного облика личности. Смысл жизни рассматривается как субъективная оценка прожитой, проживаемой жизни и соответствия достигнутых результатов первоначальным намерениям, как понимание человеком направленности и содержания своего места, роли и значения в мире, как проблема воздействия человека на окружающую действительность и постановки человеком целей, выходящих за рамки его жизни.

Вопрос о смысле жизни – один из традиционных в философии⁹⁹⁰, теологии и художественной литературе, где он рассматривается, как правило, с точки зрения определения, в чём состоит объективно существующий, независимый от случайных точек зрения и оценок, наиболее достойный для человека смысл жизни, смысл существования общества, народа и государства, каждого конкретно и всех в совокупности – человечества.

«Представления о смысле жизни складываются в процессе деятельности людей и зависят от их социального положения, содержания решаемых проблем, образа жизни, миропонимания, конкретной исторической ситуации. В благоприятных условиях человек может видеть смысл своей жизни в достижении счастья и благополучия; во враждебной среде существования жизнь может утратить для него свою ценность и смысл».

Понятие смысла жизни есть в любой развитой мировоззренческой системе, оправдывая и истолковывая свойственные этой системе моральные нормы и ценности, демонстрируя цели, оправдывающие предписываемую ими деятельность⁹⁹¹.

Содержание массовых представлений о смысле жизни, которые при каждом общественном строе специфичны (хотя и обнаруживают моменты повторяемости) определяется социальным положением индивидов, групп, классов, их потребности и интересы, стремления и ожидания, принципы и нормы поведения. В теоретическом анализе представления массового сознания о смысле жизни, многие философы (Платон, Диоген, Декарт, Спиноза и многие другие в последующие столетия) «исходили из признания некой неизменной «человеческой природы», конструируя на этой основе некий идеал человека, в достижении которого и усматривался общезначимый смысл жизни, основное назначение человеческой деятельности⁹⁹².

Такие великие философы, как Сократ, «обладали чёткими (курсив наш, четкими ли?.. Вспомним его знаменитое: «Я знаю, что ничего не знаю» и автоэпитафию в виде диалога, приписываемую ему: «Умер ли ты Сократ? – Не знаю…» Действительно, в каком смысле «Сократ умер», если мы до сих пор вспоминаем и обсуждаем его!?. – авт.) представлениями о том, какая жизнь «лучше всего» (а, следовательно, и более всего осмысленна) и, как правило, ассоциировали смысл жизни с понятием блага⁹⁹³.

Позволим себе кратко взглянуть на трактовку категории «смысл жизни» в Православии, как важнейшем компоненте культуры авторов данной монографии.

По православному «Закону Божьему» существование человека на Земле имеет глубокий смысл, великое назначение и высокую цель. Они определяются природой человека, включающей в себя чувственно воспринимаемое, относительно чёткое, бренное тело, наделённое органами чувств, невидимую, чувственно не воспринимаемую бессмертную душу, божественный разум и непосредственно не воспринимаемую, нечёткую по преимуществу свободную волю. Бог сотворил человека из «праха земного по образу и подобию своему». Отсюда, природа человека в принципе становится нечёткой (и воспринимается в качестве таковой): в ней сочетаются «неслиянно и нераздельно» земное и небесное, относительное и абсолютное, конечное и бесконечное, бренное, преходящее и непреходящее, вечное⁹⁹⁴.

Но и природа Спасителя, в соответствии с христологическим учением, тоже нечёткая, по сути и по определению Символа веры, а именно: богочеловеческая.

Сравнивая природы человека и Бога, можно сказать, что и та, и другая в принципе нечёткие. Однако, степень, богочеловеческой, разумеется, более высокого порядка…

Соответственно вышесказанному, «смысл человеческой жизни состоит в уподоблении Богу, назначение – в наследовании вечной блаженной жизни с Богом, цель – в познании Бога»⁹⁹⁵.

Согласно учению православных святых Афанасия Великого, Григория Богослова, Григория Нисского, Максима Исповедника, Серафима Саровского и др., «смысл жизни православного христианина заключается в обожении – приобщении человека к воплощённому Богу, уподоблении Богу посредством стяжания Св. Духа»⁹⁹⁶.

Для христиан это возможно благодаря боговоплощению, которое, как отмечает св. Афанасий Великий, «привело к обновлению людей: возвращению их к познанию Бога и возвращению им надежды на вечную жизнь с Богом»⁹⁹⁷. Это выражено в формуле: «Бог стал Человеком, чтобы человек стал богом». В связи с этим в Православии важное значение придаётся Преображению и Вознесению Иисуса Христа, как событиям, демонстрирующим обожение человеческой природы и обещающим воссоединение людей с Богом⁹⁹⁸.

Как отмечает православный богослов Георгий (Капсанис), большое значение для реализации смысла жизни православных христиан имеет церковь как место обожения. Совершаемые в ней таинства, молитвы, литургия, чтения Евангелия, проповеди имеют своей целью обожение и подготовку к будущей, вечной жизни с Богом⁹⁹⁹ (см. рис. 3.1).

Рис. 3.1.

Иероним Босх. «Вознесение праведников» ¹⁰⁰⁰

Если же делать акцент на природе человека в момент его «грехопадения» и нахождения его в падшем состоянии, то смысл жизни может быть определён в православном богословии как «восстановление благодатного союза с Богом» (по иеромонаху Тихону (Иршенко) и др.)¹⁰⁰¹.

Такая формулировка сближает в этом теологическом вопросе православное представление о смысле жизни с католическим и протестантским. Тем ни менее, патриарх Сергий (Страгородский) в магистерской диссертации утверждает, что католическое и протестантское богословие дают смыслу жизни юридическое (правовое) толкование, в то время как православное – стоит на позициях нравственного. Первое акцентирует своё внимание на акте искупления человека Иисусом Христом (то есть на справедливости Бога), второе – на соучастии («дерзновении») человека, следующего за Христом, в процессе спасения (то есть на любви и милости Бога)¹⁰⁰².

Патриарх Кирилл в декабре 2013 года в рамках проекта газеты «Аргументы и факты» «100 главных вопросов России» сформулировал свой вариант ответа на вопрос о смысле жизни следующим образом: «Бог предопределил мир к безграничному развитию и совершенствованию. Каждый из нас должен быть соработником Богу в этом великом деле… Соработничество Богу – вот смысл жизни. В первую очередь это совершенствование самого себя – умственное, духовное, физическое»¹⁰⁰³.

К этому можно (и нужно, особенно сейчас) добавить: совершенствование не только «самого себя», но и общества, в котором ты находишься, живёшь, и государства, гражданином которого ты являешься – нашей любимой Великой России!

Однако возникает впечатление, что многие верующие у нас всё-таки нечёткие¹⁰⁰⁴. В их сознании благополучно уживаются представления о рае, аде, Адаме, Еве, грехопадении и пр., а с другой стороны – об эволюции, естественном происхождении животных и человека, нашей планеты, Солнца, других звёзд, Вселенной в целом. При этом, уповая на милость Бога и загробную «вечную жизнь», они могут размышлять о космическом техногенном будущем человечества и стремиться не только быть богатыми (в отличие от других), здоровыми и красивыми, успешными и «продвинутыми» в современной жизни (какая бы она ни была), но и немало иметь…¹⁰⁰⁵ (не говоря уже о многочисленных суевериях, инопланетянах и пр., также присутствующих в сознании – и ещё в большей степени в подсознании, в бессознательном). Такую веру скорее можно назвать «нечёткой верой», а таких верующих (в том числе сомневающихся) – нечёткими верующими. Разумеется, всё это можно было бы отнести к слабостям и несовершенству человеческой природы, но ведь «такая вера» продолжается в истории веками и даже тысячелетиями!.. Другой истории и другого человека в ней, мы не знаем (за исключением, может быть, выдающихся подвигов и свершений, так называемых «звёздных часов рода человеческого», в том числе – «деяний в Земле Русской просиявших», скорее всё-таки подтверждающих данную мысль, чем её опровергающих). А если взять, к примеру, русские народные песни, то в них неизменно прославляется родная природа, родные просторы…

Экскурс в историю философии, теологии, психологии можно было бы продолжить¹⁰⁰⁶. Но здесь перед нами стоит другая, аналогичная предыдущим задача – насколько определенна, «контрастна» категория «смысл» («смысл жизни»).

Даже из приведенного нами материала такие понятия в определении смысла жизни, как "субъективная оценка прожитой жизни и соответствия…», как «понимание человеком направленности и содержания…», как «проблема воздействия человека на окружающую действительность и постановки человеком целей…», не говоря уже о субъективно-объективной цепочке «человек – церковь – Бог», со всей очевидностью вытекает нечёткостный характер философской категории «смысл» («смысл жизни»).

И вместе с тем актуализируется призыв не зацикливаться на старых, хорошо известных, когда-то проверенных, более или менее чётких, но порядком подзатёртых и, откровенно скажем, «отработавших своё» и поднадоевших уже смыслах, а искать и находить новые, иные…¹⁰⁰⁷

С) Нечëткая вера

Вернемся к уже затронутой косвенно теме «вера».

Под «верой» понимают «признание чего-либо истинным без предварительной фактической или логической проверки, единственно в силу внутреннего, субъективного (курсив наш) непреложного убеждения, которое не нуждается для своего обоснования в доказательствах, хотя иногда и подыскивает их»¹⁰⁰⁸.

Уже в самом определении мы «спотыкаемся» об этот «вездесущий субъективизм» и понимаем, что здесь и далее в рамках подраздела «С» нам не судьба видеть категорию «вера» в списке чëтких категорий.

Вера формируется при безусловном влиянии психики человека, точнее – индивидуальных ее особенностей. Безоговорочно принятая информация (сведения, тексты, явления, события) или собственные представления и умозаключения могут в дальнейшем выступать основой самоидентификации такого человека, определять не все, но некоторые из его поступков, суждений, норм поведения и отношений¹⁰⁰⁹.

Другой смысл слова «вера» («вероучение») – «религия», «религиозное учение»¹⁰¹⁰. Верующий – религиозный человек¹⁰¹¹. То есть представитель определенной религии, адепт, носитель конкретной религиозной концепции мироздания.

Специфическая наука «социологии религии» классифицирует верующих, выделяя три типа:

- глубоко верующие (когда религиозная вера играет определяющую роль в их жизни и поведении);

- верующие (когда религиозная вера занимает второстепенное место в их жизни и не существенно мотивирует их поведение);

- колеблющиеся (когда отсутствует прочная религиозная вера и проявляются колебания в выборе между религией и атеизмом, что также отражается и в их поведении соответствующим образом¹⁰¹².

По способам оправдания веры различают рациональную веру, (при наличии оснований для своего принятия) и нерациональную (самодостаточную, называемую иногда «слепой») веру (при якобы достаточности самого факта веры для ее оправдания).

Приведенные «ветвистые» классификации понятия «вера» также делают очевидным его неоднозначность, «размытость».

Предположительно, вера есть некий универсум человеческой природы, важнейшая составляющая мировоззрения верующего, которая «пронизывает» его жизнь. Причем, будучи явно «индивидуальной», одновременно является, как правило, «зеркалом» коллективного представления о мироздании¹⁰¹³.

Например, в близкой авторам христианской традиции, вера – это ожидание того, на что надеются (см. далее по тексту «Нечëткие ожидания и надежды»), «уверенность в невидимом, как бы в видимом, в желаемом и ожидаемом, как бы в настоящем»¹⁰¹⁴.

Апологеты материализма и атеизма (Тит Лукреций¹⁰¹⁵ Карл Маркс¹⁰¹⁶, Фридрих Энгельс¹⁰¹⁷, В.И. Ленин¹⁰¹⁸ и др.) объясняют религиозную веру как порождённую специфическими условиями существования общества, конкретно – «бессилием людей в процессе их взаимодействия с природной и социальной средами, потребностью в компенсации этого бессилия, в восполнении их отчуждённого бытия иллюзорным потусторонним миром, соответствующим их ценностным установкам»¹⁰¹⁹. По выражению древнеримского поэта Стация, «рrimus in orbe deos fecit timor» – «страх – вот кто первым богов сотворил»¹⁰²⁰.

Фейербах к этому добавил: религию и богов породила могила (неизбежная перспектива существования для каждого отдельно взятого человека)! Религию, как и всё остальное в человеческой деятельности, порождают потребности, и «Бог есть то, чем человек хочет стать»¹⁰²¹, то есть выступает как его идеал, атрибуты которого: всемогущий, бессмертный, всеблагой, вечный…

В советское время религию трактовали не иначе как «опиум для народа», придуманный и существующий для того, чтобы этому самому народу легче было перенести невзгоды и тяготы реальной, земной жизни («Бог терпел и нам велел», «чем больше пострадаешь здесь, тем лучше тебе будет там, на небесах, в загробной жизни будешь ближе к Богу»). И вместе с тем – отвлечь от классовой борьбы, от борьбы за социальную справедливость, за переустройство общества на справедливых началах, скрыть корни существующего общественно-политического строя и социальной несправедливости в нём. «Всякая власть от Бога», – учили проповедники (и учат до сих пор)¹⁰²².

Таковы основные социально-политические функции религии.

Если же коснуться такой удивительной (для европейцев) религии-мировосприятия, как индуизм, то сразу бросается в глаза его фундаментальная нечёткость¹⁰²³, которая в сочетании с гибкостью, открытостью, незавершённостью, обновляемостью, пополняемостью новыми знаниями (в том числе научными, философскими) придаёт ему необычайную устойчивость и вместе с тем историческую перспективу, стремление заполнить собой весь мир.

Теология признаёт религиозную веру неотъемлемым свойством человеческой души («благодатью, даруемой Богом»). В этом смысле вера, безусловно, отличается от разума и/или знания.

Принятие индивидуумом или социальной группой тех или иных представлений, положений есть функция и разума, и веры, всей духовной деятельности человека. Отсюда – чрезвычайная сложность и (как крайность) противоречивость принятия (зачастую с детской наивностью) идей и религиозных представлений, чересчур примитивных для современного образованного человека.

Противоположностью веры выступает неверие (опять категорийный диполь, причем, как правило, с нечëткой, размытой «границей»!). Однако вера «может быть не только первым шагом на пути к обоснованному знанию, но и шагом, уводящим от знания и препятствующим его достижению»¹⁰²⁴.

По Б. Расселу, «веру можно определить как твердое убеждение в чем-то при отсутствии доказательств. Когда доказательства есть, никто не говорит о вере. Мы не говорим о вере, когда речь идет о том, что дважды два четыре или что земля круглая. О вере мы говорим лишь в том случае, когда хотим подменить доказательство чувством»¹⁰²⁵.

Нечëткие по своей сути объекты веры обычно не даны нечëткостному (опять же по своей сути) субъекту (или некоемому множеству таковых – «социальной группе» или целому обществу) чувственно. Это лишь потенциальная возможность! При этом объект веры представляется существующим в действительности. Представляется образно и эмоционально.

Вера отражает не только и, возможно, не столько объект, но, безусловно, отношение к нему субъекта (читай «фазисубъекта!).

А следовательно – и общественное бытие субъекта, его потребности и интересы. Что, в свою очередь, определяет выраженную нечëткость и самого этого «общественного бытия».

Не забудем отметить, что ближе к вере стоит убеждение, которое всегда подкрепляется чувствами индивидуума. При этом «знание, убеждение и вера существенно переплетены, могут взаимно поддерживать друг друга, и разделение их и отнесение к разным сторонам единой человеческой духовной жизни может быть только временным и условным»¹⁰²⁶.

Поскольку данная монография по определению имеет научный характер, сопоставим понятия «вера» и «наука». «Технологическая цепочка» здесь такова: некий «пассионарий от науки» (о таких выдающихся ученых мы говорили в первых двух главах) с убеждением высказывает перед научным сообществом (конгресс, форум, конференция, семинар, круглый стол, СМИ) или в студенческой аудиторией, буквально заставляя своей очевидной убежденностью в сочетании с эмоциональностью, риторикой и артистизмом (столь характерными для талантов и тем более гениев) в них поверить (причем вера может стоять как за отдельными положениями, так и за целостными теориями и научными концепциями!), в результате чего предположения становятся частью науки, в свою очередь «размывая» научной верой и скрытыми метафизическими основаниями казалось бы чëткие контуры последней. Архиважно, что это свойственно даже таким «точным» естественным наукам, как математика и физика. Отсюда «вытанцовываются» объективные основания и науку цинично назвать «фазинаукой»!

Проблемы сравнения и выбора между верой и «чистой» наукой вызваны, в большинстве случаев, стоящими за «их спинами» неодинаковыми верованиями. Ибо «разные системы веры используют понятия, между которыми невозможно установить обычные логические отношения; такие системы заставляют своих сторонников («фазисубъектов», «фазивидуумов» – авт.) видеть вещи по-разному и предполагают разные методы обоснования и оценки выдвигаемых положений»¹⁰²⁷. Та или иная система верований «задает предпосылки научного теоретизирования и определяет то, что отличает научное мышление от идеологического, утопического или художественного мышления. Наука соответствует предметной противопоставленности всего присутствующего»¹⁰²⁸. М. Хайдеггер объясняет это тем, что она, собственно, со своей стороны (в качестве теории) и доводит действительное до предметного противостояния.

Когда доводы и/или рассуждения в такой аудитории или публикационной среде оказываются бессильны, выражение твердой, неотступной, научно обоснованной веры, авторитетной убеждëнности в своей правоте, как показывает история науки и техники, зачастую эффективно срабатывает. Особенно в периоды ее кризисов, к которым относится и кризис науки и техники XX века – предвестник перехода к шестому технологическому укладу¹⁰²⁹. Такое явление неизбежно при обсуждении, например, таких глобальных проблем науки, как вопросов о предпосылках научного мышления, о будущем (чего мелочиться!) Человечества.

Как справедливо замечают прямо «в тему» нашего научного исследования наши коллеги-философы, «совокупность мыслительных предпосылок науки размыта, значительная их часть носит характер неявного знания. Этим, прежде всего, объясняется то, что науку трудно сколь-нибудь однозначно (в цитате курсив наш) отграничить от того, что наукой не является, и определить научный метод исчерпывающим перечнем правил»¹⁰³⁰.

Т) Нечëткие ожидания и надежды

Ожиданием называют действие по значению глагола «ожидать»; пребывание в каком-либо состоянии с расчётом на наступление какого-либо события¹⁰³¹.

Согласно Философскому словарю Спонвиля, ожидание – «то, что отделяет нас от будущего. Следовательно, это настоящее, но как бы опустошенное изнутри, и эта пустота – наши желания или наши страхи … Ждем мы всегда в настоящем, но ждем будущего, и только его. Ожидание и есть отсутствие будущего в настоящем, пережитое и прочувствованное как присутствие в душе этой «дыры», этой нехватки. Оно же есть главная преграда на пути к мудрости, то есть к реальности, к настоящему и ко всему сущему. Лекарством против ожидания является действие. Его противоположностью – внимание»¹⁰³².

Этот же источник относит к синонимам ожидания понятия надежда, предвидение, предвкушение, предположение, предчувствие, упование, чаяние. Тем ни менее, мы сочли не лишним в подразделе «Т» несущественно отделить союзом «и» «надежду» от «ожидания».

Очевидно, и эти понятия, «привязанные» к психике фазисубъекта (фазивидуума), весьма и весьма субъективны, а значит – нечëтки.

У) Нечёткая деятельность

Деятельность – это «специфически человеческая активность, регулируемая сознанием, порождаемая потребностями и направленная на познание и преобразование внешнего мира и самого человека»¹⁰³³.

Если вдуматься, это определение, не смотря на внешнюю чёткость, состоит из нечётких и многозначных понятий, имеющих множество относительно чётких значений и абсолютно нечётких смыслов. Стало быть, категория «деятельность» уже нечётка по определению. Не говоря уже о том, что человеческая деятельность имеет нечёткую структуру: субъект, объект, мотив, цель, средства (достижения цели), акты, результат – все эти элементы имеют нечёткую природу.

Важнейшая особенность деятельности: её содержание не определяется исключительно потребностью, хотя таковая её и породила. Да, потребность есть мотив (см. выше «нечёткие мотивы»), побуждение к деятельности, но сами формы и содержание деятельности определяются общественными целями, требованиями и опытом.

В философии и социологии выделяют три основных вида деятельности: 1) игра (цель игры – процесс, иногда – результат); 2) учение (цель учения – приобретение знаний, умений и навыков (по понятиям новой чиновничьей генерации от системы образования РФ – «реформаторов» известного типа) – все это должно быть заменено «компетенциями»); 3) труд (цель труда – производство общественно необходимых продуктов).

Нечёткостность деятельности человека объясняется нечёткостностью социальной реальности и самого индивидуума, нечёткостью сформированной и продолжающей формироваться личности (как обучаемых, так и обучающих), нечёткостью постановки целей и задач обществом и государством, другими фазисубъектами, участниками нечёткостного процесса.

Ф) Нечёткость структуры деятельности

Рассматривая любой из видов деятельности, специалисты выделяют три общих структурных компонента – цели, мотивы и действия.

Цель выступает в качестве образа конечного результата деятельности. Мотив побуждает человека к деятельности и придаёт его деятельности осмысленность. Действие – относительно завершенный элемент деятельности, направленный на достижение определенной промежуточной осознаваемой цели.

По мере развития человека «деятельность становится более сложной (рис. 3.2), самостоятельная деятельность может превращаться в действие, а отдельные действия могут превращаться в самостоятельную деятельность»¹⁰³⁴.

Таким образом, в отношении даже одного и того же индивидуума структура деятельности этого индивидуума, а следовательно, в той или иной степени влияния, общества в целом «плывет», приобретает нечёткий, «размытый» характер.

Рис. 3.2. Структура деятельности¹⁰³⁵

Исследуя механизмы планирования, контроля и регулирования действий, П.К. Анохин, Б.Г. Ананьев, Э.А. Асратяп, Н.А. Бернштейн и др. установили, что цель всякого действия представлена в сознании в виде психического образа, базирующегося на своеобразной нейропсихической модели. Обратная связь – информация о результатах совершаемого действия и сравнения их с заданной моделью – обеспечивает корректировку действия по ходу его выполнения (так называемый акцептор действий, также относимый нами к фазиявлениям).

Обобщая вышесказанное, мы замечаем, что вся человеческая деятельность выступает для нас теперь в новом свете, а именно как фазидеятельность. Отсюда возникает представление о нечётком деянии (нечётком действии или бездействии) и, в частности – нечётком подвиге (Павлик Морозов, многие герои Лермонтова и др.). И, соответственно, о нечёткой свободе в деятельности и нечёткой ответственности.

Х) Нечёткая ответственность

Не претендуя на научную (философскую или иную) новизну в определении базовых понятий на тему и этого (равно как и прочих в общем «пакете» главы 3) кратко отразим суть вопроса.

Согласно одному из авторитеных и общедоступных источников¹⁰³⁶, «отве́тственность – это особое отношение (курсив наш) между поступками человека (людей, институтов), намерениями, а также оценками этих действий другими людьми или обществом».

Взятое относительно человека как рационального агента действия, это отношение относят к сознательной интеллектуальной и физической готовности субъекта (под углм зрения темы нашей монографии читай – «фазисубъекта» – авт.) к реализации или воздержанию от совокупности действий, могущих потребоваться вследствие выполнения или, наоборот, невыполнения данным субъектом некоторых других действий.

Во многих европейских языках слово «ответственность» восходит к латинскому глаголу «respondere», означающему буквально «обещать» или «давать взамен», а в более широком смысле — «отвечать»¹⁰³⁷.

Ответственность в научной литературе в большинстве случаев трактуют лишь как подотчетность (accountability) и вменяемость (immutability). В юридической науке феномен ответственности изучается, главным образом, в плане наказуемости (punishability). В зарубежной теории и практике, наряду с отмеченными смыслами, феномен ответственности (responsibility) включает в себя значительно больше значений – положенность к ответу (liability), отвечаемость (answerability), разумность (reasonability), точность, определенность (precision), зависимость (dependability) и др.¹⁰³⁸.

Если говорить о классификации, то по субъекту ответственность делят на индивидуальную и коллективную, граждан и юридических лиц и т.д.

В философском аспекте¹⁰³⁹ (с учетом неоднозначности отнесения философии к наукам), объектом(ами) ответственности могут быть (наряду с законом в праве) другие люди, в т.ч. будущие поколения, общности, а также животные, окружающая среда, материальные, социальные и духовные ценности и т.д. Ответственность может быть обусловлена:

- ненамеренно (естественно или случайно) обретенным человеком статусом (напр., ответственность родителей);

- сознательно принятым им социальным статусом (напр., ответственность должностного лица) или заключенными соглашениями (напр., ответственность перед контрагентом, ответственность наемного работника).

Соответственно различают ответственность естественную и контрактную. Ответственность обусловленная статусом, осознается человеком как призвание, обусловленная соглашением – как обязанность. Ответственность может быть двоякой:

- накладываемой групповыми, корпоративными, служебными или какими-то иными локальными обязанностями, и это, скорее, подотчетность;

- самостоятельно принимаемой личностью в качестве личного и универсализуемого долга, но и в этом случае сохраняется измерение ответственности, фиксируемое в модальности «ответственность перед» в отличие от модальности «ответственность за».

В истории философии идея отчетности развивается в связи с темами свободы (см. следующий подраздел – «Ц») – свободы воли, принятия решения, свободы действия), вменения и вины. В классической философии она и затрагивалась только в этом контексте и далеко не всегда была терминологически оформлена. Понимание ответственности зависит от понимания свободы. При детерминистском взгляде на человеческую деятельность (см. выше подразделы «У» и «Ф») возможность ответственности отрицают (напр., в бихевиоризме Б. Скиннера). Вынужденно забегая вперед, отметим, что свобода есть условие ответственности (но не единственное!). В то время как ответственность – одно из проявлений свободы, в частности как автономии: человек вправе принимать решения и совершать действия согласно своим мнениям и предпочтениям, но он должен отвечать за их последствия и не может перекладывать вину за негативные результаты своих решений и действий на др. Еще Аристотель, подчеркивая, что произвольное (свободное) действие, но совершенное в неведении, свидетельствует о порочности действия, а то и испорченности самого деятеля.

Как выражение моральности и основа действий (см. в качестве поэтической иллюстрации действия в отношении фазигея со стороны остальных героев фазистихотворения «Фазигей» в Приложении 4), ответственность отлична от убежденности. Выделение «этики убеждения» и «этики ответственности» позволило, в частности, М. Веберу разграничить два типа поведенческой ориентации. Этику ответственности он относит к этике практической, сориентированной на объективные результаты деятельности (см. подраздел «У» Нечëткая деятельность»); она требует непременно учитывать возможные результаты предпринимаемых усилий и отвечать за них. Поэтому этика ответственности чрезвычайно актуальна в рамках политической или экономической (хозяйственной) деятельности.

С известными натяжками можно утверждать, что понятие «ответственность» к настоящему времени широко и глубоко изучено¹⁰⁴⁰. И все-таки недостаточно: от внимания философской мысли как-то ускользала столь важная особенность категории «ответственность», как ее «размытость», нечëткость. В отличие от частного ее проявления в юриспруденции и отношения социума («народа») к правовым нормам, которые как нигде более чëтко не характеризуются, как во фразе « Закон – что дышло: как повернул, так и вышло» (в чем, собственно, и состоит профессиональное искусство Законодателя и лоббирующих свои интересы «сильных мира сего»!).

Если же говорить о моральной ответственности, то её нечёткость, как правило, становится интуитивно ясной (особенно в современной общественно-политической практике).

Ц) Нечëткая свобода

Под свободой понимают «состояние субъекта, в котором он является определяющей причиной своих действий, то есть они не обусловлены непосредственно иными факторами, в том числе природными, социальными, межличностно-коммуникативными и индивидуально-родовыми»¹⁰⁴¹.

Соответственно, ни о какой свободе не может быть речи при отсутствии возможности выбора, отсутствии вариантов исхода события.

О нечëткости этой категории говорит уже тот факт, что существует множество различных ее определений и толкований.

В связи с архиважностью этой категории для каждого человека и общества в целом, народа, можно «отослать» читателя ознакомиться к приведенному в сноске перечню литературы на тему «свобода»¹⁰⁴².

Так, в этике понимание свободы соотносится со свободой воли человека. В социальной и политической философии дается привязка к отсутствию насилия в отношении каждого действующего в событиях лица со стороны воли других лиц. В праве это – законодательно закреплённая (прежде всего – в Конституции) возможность определённого поведения гражданина. Категория «свобода» близка к понятию права в субъективном смысле, однако непременно при наличии юридического механизма реализации и обязанности государства или др. субъекта совершить какое-либо действие. В то время как, напротив, юридическая свобода не имеет четкого механизма реализации, но обществом (Государством, Законодателем) предписывается обязанность воздерживаться от правонарушений, работает институт профилактики правонарушениий, в том числе через правовую грамотность¹⁰⁴³.

В «Декларации прав человека и гражданина» (1789, Франция) свобода человека трактуется как возможность «делать всё, что не наносит вреда другому: таким образом, осуществление естественных прав каждого человека ограничено лишь теми пределами, которые обеспечивают другим членам общества пользование теми же правами. Пределы эти могут быть определены только законом»¹⁰⁴⁴. В России в свободном изложении это звучит так: «Твои права (твоя свобода) заканчиваются(ется) там, где начинаются(ется) права (свобода) других».

Могут ли быть чëткими в принципе границы, области применения и распространения нечëтких прав и свобод (фазиправ и фазисвобод) нечëтких (нечëткостных) индивидуумов (фазииндивидуумов), субъектов, фазисубъектов?..

Ч) Нечеткие жизнь и смерть

Нечёткая жизнь и нечёткая смерть всегда где-то рядом. Более того, нечеткость – внутри нас, внутри нашей жизни и нашей смерти, их плоть и кровь. Но что это такое «жизнь»? С чего, где, когда она начинается? Вирус – это жизнь или представитель её, «живое вещество»? С философской точки зрения эти вопросы восходят к проблеме «первоначал» и «последних концов», «исходов» в существовании сущего. Вместе с тем мы определяем их как моменты нечёткого существования. В самом деле, когда начинается наша жизнь? В момент зачатия или уже при знакомстве родителей? Но и в самом знакомстве – причём в каждом знакомстве – сколько нечётких, зыбких, неопределённых, ускользающих куда-то в тень моментов, сбывающихся или не сбывающихся условий и обстоятельств! Или когда они только появились на свет?..

Когда человек уже умер, его волосы и ногти продолжают расти… Но, главное, он продолжает жить в генофонде своего народа, его исторической памяти, социальной группы, в памяти родных и близких, в многочисленных «добрых и долгих делах» (но и в недобрых тоже)…

«Смерти боишься, мечтаешь о жизни бессмертной? В целом живи, вечно пребудет оно!..» (Шиллер). В этой классической стихотворной форме улавливается мысль о том, что человек только отчасти смертен (нечётко смертен, как индивид), но и отчасти бессмертен (нечётко бессмертен, как Род). Поэтому, когда уничтожают народ или растворяют его в аморфной социальной реальности – по сути, убивают родовое бессмертие всех причастных к этому народу и его культуре, всех «живущих» в этом «целом»!

В результате этих (и подобных им рассуждений) мы приходим к парадоксальному, но весьма обоснованному выводу: как мы приходим в этот мир без чёткого, определённого начала, так и уходим из него без чёткого, определённого конца, вольно или невольно участвуя в нечётком, неопределённом существовании…

Ш) Фазивидуум

Фазивидуум – это нечёткий субъект самоопределения и действия в фазиверсе – «сущий фазивидуум» с коэффициентом принадлежности к вездесущности от 1 до 1/n , где n – натуральное число. Коэффициент принадлежности к вездесущности может колебаться от 1 до сколь угодно малой величины (при n → ∞).

Онтологический статус субъекта с коэффициентом принадлежности к вездесущности 1 – «вездесущий фазивидуум». Минимальный онтологический статус субъекта с коэффициентом принадлежности к вездесущности при n → ∞ не определён; но он отличен от нуля. Поэтому любой существующий субъект самоопределения и действия в фазиверсе, в принципе, имеет коэффициент принадлежности к вездесущности отличный от нуля (отсюда проистекают его естественные права на вездесущность и связанную с ней всевозможность). Этот коэффициент не является раз и навсегда данным, неизменным, абсолютным. Его можно повышать и уменьшать, здесь возникает своего рода мобильность.

Спрашивается, какой коэффициент принадлежности к вездесущности и всевозможности и, соответственно, онтологический статус, у современного человека и человечества?

У каждого он свой, это своего рода онтологический index sui – уникальный индекс, который может отличаться существенно или, наоборот, незначительно, на сколь угодно малую величину – как отпечатки пальцев или набор генов, или уникальность личности, её внутреннего мира (или уникальность цивилизации и её культуры, если иметь в виду коллективного исторического субъекта самоопределения и действия). Он зависит от многих, разных факторов. От уровня образования и воспитания субъекта, от технической оснащённости цивилизации, к которой он причастен, от его здоровья и «здоровья» его цивилизации и культуры – на каком этапе своего существования они находятся: восходящем, акме или, наоборот, упадка и деградации. Безусловно, с учётом овладения атомной энергией, выходом в космос, развитием генной инженерии, информационных, компьютерных технологий, нанотехнологий и др. коэффициент принадлежности человечества в целом к вездесущности и всевозможности резко возрос. Однако, это нелинейный процесс, возникают нечёткие государственно-политические структуры, глобальные вызовы и проблемы, угрозы, существует реальная возможность обрывных цивилизационных траекторий...

В целом этот вопрос относится к предмету самоопределения каждого субъекта и человечества в целом, если признаки такой субъектности (уже или ещё?) существуют.

В соответствии с концепцией диполя мироздания, теоретически можно полагать существование субъекта самоопределения и действия применительно ко всему фазиверсу в целом. Его можно было бы назвать «вездесущий фазивидуум» или во множественном числе, как коллективного субъекта – «сообщество вездесущих фазивидуумов», что на данном этапе развития цивилизации и мысли представляется более вероятным.

«Текущий» фазивидуум обладает нечётким телом (особенно это становится заметным и существенным в диахроническом плане), нечётким сознанием, подсознанием, бессознательным, социальными нормами и пр.