37 Воспитание как человеческий способ бытия

Еще со времен И. Канта воспитание рассматривается как син­кретический процесс, в который включен человек любого возра­ста и уровня развития. Для педагогической антропологии тради­ционно отношение к воспитанию и как к прирожденному долгу человека, и как к специфически человеческому способу бытия, и как специальной деятельности, имеющей чрезвычайную ценность. Исходя из этого, современная педагогическая антропология ут­верждает следующее.

Во-первых, воспитание возможно потому, что оно соот­ветствует природе человека, его основным видовым особенностям.

Как существо социальное человек не свободен от заботы о том, одобряют, порицают или безразличны к нему хотя бы значимые для него люди, принят ли он своим сообществом, соответствует ли принятым в этом социуме нормам, требованиям, ценностям. Как существо незавер­шенное человек объективно всегда готов к изменениям и самоиз­менениям, а одним из основных условий его продуктивного су­ществования является самосовершенствование, провоцируемое и поддерживаемое воспитанием.

Для фило- и онтогенеза человека решающее значение имеет историческая преемственность, во многом обеспечиваемая вос­питанием.

В силу названных обстоятельств человек имеет потребность и возможность не только вырабатывать у себя, у других, у подраста­ющих поколений нравственность, вкус и добрую волю, но и ос­мысливать этот процесс с теоретической точки зрения. Таким об­разом, человек (и только человек] имеет нужду и способность к. воспитанию (И. Кант), и поэтому воспитание — органическая со­ставляющая человеческого образа жизни.

Однако потребность в воспитании удовлетворяется, а способ­ность к воспитанию развивается в течение всей жизни. Если до­школьник стремится быть воспитанником, а способность к само­воспитанию развита у него недостаточно, то школьник все меньше стремится быть воспитанником и все больше и успешнее занима­ется самовоспитанием. Наиболее осознанно самовоспитание осу­ществляется в зрелом возрасте. В старости способность воспиты­ваться и самовоспитываться, как правило, угасает.

В любом возрасте у всякого человека есть, условно говоря, «референтный воспитатель». Он может быть как сверстником «вос­питанника», так и старшим или младшим по возрасту. Воспита­телем может быть как отдельный человек, так и группа людей. Люди эти могут реально существовать рядом с воспитывающим­ся человеком либо быть отделены от него во времени и про­странстве, или же вообще являться вымышленными персонажа­ми. Функцию референтного воспитателя может выполнять по отношению к себе и сам человек, причем с достаточно раннего возраста.

По тому, кто является для конкретного чело­века воспитателем, можно судить о его истинной зрелости. Так, маленький ребенок в силу своей эмоциональности, неопытно­сти, некритичности, физически и психологически зависит от взрослых, доверяет им, идеализирует их. Он готов воспринимать в качестве воспитателя практически любого взрослого, независимо от нравственного и умственного развития последнего. Чем старше становится ребенок, тем самостоятельней он оказывается во мно­гих сферах жизни, тем избирательней относится к людям, тем требовательней относится к взрослым. Воспитателем подростка, юноши становится тот, кто может стать другом, кто непохож на окружающих, кто добивается успеха и признания окружающих и т. п. В зрелые годы человек не осознает себя в качестве воспитан­ника. И все же выдающиеся, наиболее авторитетные в обществе, в микросреде люди, наиболее популярные вымышленные герои реально являются «властителями дум», образцами для подража­ния, стимулами для самосовершенствования взрослых, т. е. их вос­питателями. В качестве воспитателя взрослого человека может вы­ступать и ребенок, особенно свой собственный. Старый человек из-за сужения и обеднения пространства и времени своего бы­тия, из-за отягощенности своим жизненным опытом, из-за воз­растания некритичности и безапелляционности претендует быть воспитателем всех, а сам ориентирован, как правило, лишь НЕ себя в прошлом. Эффективность его как воспитателя чаще всегс невысока.

Во-вторых, воспитание —целост­но и противоречиво. Одно из проявлений этого состоит в следую­щем. Воспитание направлено на отдельного человека, оказывает­ся значимым фактом его индивидуальной жизни, но представляет по сути своей общественное явление. В его основе всегда лежит социальное действие, предусматривающее ответное действие парт­нера (М. Вебер). Воспитание удовлетворяет не только видовые по­требности каждого человека — воспитываться и быть воспитан­ным. Оно удовлетворяет и потребности человеческого общества — иметь воспитанных граждан.

Содержание представлений о воспитанности зависит от типа культуры конкретного общества, его устройства, экономического состояния.

Воспитание — это мастерство, и искусство, оно не просто содержит как творчес­кий, импровизационный, так и рутинный, алгоритмизирован­ный компоненты — эти компоненты взаимосвязаны, взаимно оп­ределяют друг друга.