Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
ФИЗИОЛОГИЯ РАСТЕНИЙ.doc
Скачиваний:
24
Добавлен:
01.03.2025
Размер:
4 Мб
Скачать
☆

6.2.2.2. Механизмы транспорта через мембрану.

Поверхностная клеточная мембрана (плазмалемма) – основной барьер для транспорта молекул в клетку и из клетки. Строение и состав мембраны определяют ее универсальные свойства: полупроницаемость и асимметричность. Транспорт растворенных веществ через мембрану практически полностью происходит с участием интегральных белков. Кроме того, свойства мембраны обеспечивают возникновение и поддеражние электрического мембранного потенциала. Изучение процесса поглощения ионов и понимание того, как вещества переносятся через мембрану, включает две основные проблемы: первая – каковы движущие силы, источники энергии для транспорта; вторая – что из себя представляют сами системы переноса через мембраны, и как они действуют и регулируются.

Движущие силы транспорта. Движущая сила переноса ионов на расстояние х - градиент электрохимического потенциала  (или d /dx) (см. главу 2):

Существует два основных типа мембранного транспорта: первый - пассивный, при котором растворенное вещество движется по градиенту электрохимического потенциала без использования дополнительной энергии; второй тип транспорта – активный, сопряженный с тратой энергии (чаще всего за счет гидролиза АТФ), которая используется для перемещения ионов против градиента электрохимического потенциала.

Ион пассивно входит в клетку, если o> i, где индексы «о» (от out) и «i» (от in) указывают на внешнюю и внутреннюю стороны мембраны, соответственно. Когда i> o, то ион движется пассивно из клетки. Движение продолжается до установления равновесия, когда i= o.

Если в равенство i= o поставить уравнение электрохимического потенциала (RTlnC0+zF0) = (RTlnCi+zFi) и преобразовать его, то получим уравнение Нернста:

(0-i) = EN = ln (1)

где разность (0-i) представляет потенциал Нернста (EN). При выражении символами уравнение Нернста аналогично уравнению Доннана (рис. 6.11). EN в уравнении Нернста предсказывает величину электрического потенциала (mV), когда его градиент уравновешивает различия в химическом потенциале. Ионы могут двигаться пассивно в результате действия движущих сил, возникающих из разниц химического потенциала (), обусловленного концентрационной асимметрией, и/или разниц электрического потенциала (-Е). Исходя из принципов термодинамики градиент электрического потенциала энергетически может перекрывать градиент химического и тогда поступление иона внутрь будет идти пассивно, даже если Сi>C0.

Уравнение Нернста можно использовать как критерий оценки характера транспорта некоторых катионов и анионов. У корней гороха, которые поглощали ионы из питательного раствора с известной концентрацией, были измерены мембранный потенциал и концентрация ионов в тканях (табл. 6.1). Подставив значения измеренного Е и концентрации ионов в среде в уравнение Нернста, была вычислена «равновесная» концентрация ионов в тканях.

Из сравнения рассчитанных (равновесных) и действительных (измеренных) концентраций ионов в тканях были сделаны следующие выводы: 1) Распределение К+ между раствором и корнями гороха практически равновесное. 2) Ca2+, Mg2+, Na+ транспортируются пассивно, но их концентрация в тканях значительно ниже (особенно, для Ca2+), чем равновесная, рассчитанная по уравнению Нернста. Это предполагает либо исключительно низкую проницаемость мембраны для этих ионов, что маловероятно, либо активный механизм их выкачивания из клетки. 3) Анионы транспортируются активно, но, так как различия мембранного потенциала отрицательны относительно внутреннего компартмента, а концентрация анионов в корне выше, чем снаружи, их поглощение идет активно против градиентов электрического и химического потенциалов.

Таблица 6.1. Измеренные и предсказанные как равновесные концентрации ионов (мМ л-1) в тканях корней гороха, имеющих мембранный потенциал –110 mV (из Higinbotham et al., 1967 г.).

Ион

Концентрация в растворе, мМ (С0)

Внутренняя концентрация (Сi)

рассчитанная

Измеренная

К+

1

74

75

Na+

1

74

8

Mg2+

0,25

1340

3

Ca2+

1

5360

2

NO3-

2

0,0272

28

Cl-

1

0,0136

7

H2PO4-

1

0,0136

21

SO42-

0,25

0,00005

19

Основной вклад в создание электрического потенциала, существующего на клеточных мембранах (плазмалемме, тонопласте, мембране ЭР), вносят диффузионный потенциал (Еd), который является результатом пассивного транспорта ионов, и электрогенный потенциал (ЕР), возникающий вследствие активного (с использованием энергии) выкачивания протона.

Диффузионный потенциал обусловлен разницей в проницаемости мембраны для катионов и анионов, что приводит к различиям в величине потоков ионов через мембраны. Если по обе стороны мембраны находится раствор с разной концентрацией KCl (рис. 6.12) и мембрана более проницаема для К+, чем для Cl- (PK>PCl), то диффузия К+ из компартмента «А» (концентрация КCl 100мМ) в компартмент «Б» (концентрация 1мМ) будет происходить быстрее, чем Cl-. В течение короткого времени быстрое перемещение К+ и медленное Cl- приведет к небольшому разделению зарядов и накоплению на поверхности мембраны в отсеке «А» слабо диффундирующего аниона, а на поверхности в отсеке «Б» - катиона. Вследствие этого на мембране возникает отрицательный электрический потенциал (-Е). В живой клетке количество заряда, которое должно разделиться для того, чтобы возник Е –100mV (типичная величина для плазмалеммы) ничтожно мало по сравнению с суммой положительных и отрицательных зарядов в цитоплазме: по расчетам достаточно присутствия одного лишнего аниона снаружи на каждые 100000 в клетке. Образование -Е замедляет пермещение К+, и даже приводит к некоторому обратному выходу К+ в отсек А. Когда градиент электрического потенциала достигает некоего постоянного уровня, нетто-перемещение К+ из «А» в «Б» прекратится. Разность концентраций, которая может сохраниться ([КА]>[КБ]), уравновесится градиентом электрического потенциала, названного диффузионным Еd. Поскольку Cl- также перемещается через мембрану, то стационарный градиент концентрации К+ ([К]) и Еd будут ниже, чем в случае, когда диффузии аниона не происходит. Величина Еd может быть рассчитана из уравнения Гольдмана, где Р – коэффициент проницаемости:

(2)

Итак, величина Еd – является функцией концентрации ионов в растворе и проницаемости мембраны, и уравнение Гольдмана позволяет описать вклад пассивных ионных потоков и Еd в общий мембранный потенциал.

Поддержание трансмембранного электрического потенциала обеспечивается также процессом активного переноса через мембрану протона (Н+) (см. главу II). Выкачивание Н+ осуществляют протонные помпы – интегральные белки мембран, проявляющие гидролитическую активность. Работа Н-помпы сопряжена с использованием энергии, которая поставляется, главным образом, за счет гидролиза АТФ. В этом случае выкачивание Н+ и создание электрогенного потенциала (Ер) связано с функционированием Н+-АТФаз (рис. 6.13). Обычно у растений на плазмалемме поддерживается градиент (цитозольапопласт) отрицательного электрического потенциала в пределах от –120 до –160 mV (возможны вариации от –100 до –300 mV) и на внутренней (цитозольной) стороне мембраны потенциал более отрицательный, чем на внешней. На тонопласте Е (вакуольцитозоль) в среднем составляет +30 mV (величина меняется от +10 до +70 mV) и внешняя сторона тонопласта, также как у плазмалеммы, имеет более отрицательный заряд.

Электрогенный потенциал (Ер) вместе с диффузным (Ed) обеспечивают создание на плазмалемме суммарного градиента электрического потенциала (Е). При этом вклад Ер в суммарную величину мембранного потенциала у растений составляет более половины, что гораздо больше, чем у животных, у которых основной вклад в Е плазмалеммы вносит диффузионный потенциал (90-95%).

У всех биологических мембран потенциал регулируется внутри ограниченных пределов, что важно по ряду причин. Обычный цитозоль-отрицательный потенциал плазмалеммы обеспечивает движущую силу для пассивного (электрофоретического) транспорта ионов против их химического потенциала. Мембранный потенциал играет ключевую роль в некоторых системах клеточной сигнализации. Деполяризация мембраны (сдвиг -Е в сторону более положительных значений), вызванная некоторыми воздействиями, приводит, например, к активации Са2+ каналов, являющихся компонентами путей передачи информации (см. раздел 3.4.3). Кроме того, уровень потенциала на мембране должен поддерживаться в пределах, активирующих электрогенную помпу (Н+-АТФазу), которая удаляя из цитозоля метаболически продуцируемый Н+, стабилизирует рН цитозоля и обеспечивает движущую силу для активного поступления ионов. При активации Н+-АТФазы мембрана может гиперполяризоваться, то есть ее потенциал станет еще более отрицательным. Некоторые ионные каналы активируются в этих условиях, выполняя определенные функции в тех или иных физиологических процессах (см. раздел 3.5.3).

Н+-помпы мембран растительной клетки. У растений наиболее весомый вклад в энергизацию мембран вносят три типа помп: Н+-АТФаза плазмалеммы (ПМН+-АТФаза), выкачивающая Н+ из клетки, и на тонопласт - Н+-АТФаза (VН+-АТФаза) и пирофосфатаза (Н+-ПФаза), которые вытесняют Н+ из цитозоля в вакуоль (рис. 6.14).

Н+-помпы могут быть идентифицированы по их гидролитической активности, связанной с использованием АТФ или пирофосфата (ФФн). Белок Н+-помп составляет 1-5% от очищенного белка мембран, что выше, чем для каких-либо других транспортных белков. Возможно, их обилие в мембранах компенсирует низкую скорость транспорта протонов, которая составляет около 100 ионов в секунду или менее (котранспортеры переносят 300-1000 ионов/с, а через каналы могут переносится 106-108 ионов/с).

Н+-АТФаза плазмалеммы. Этот комплекс (ПМН+-АТФаза) представлен единственным полипептидом с молекулярной массой 100 кД и относится к «Р-типу» АТФаз, образующих в ходе реакции промежуточный фосфорилированный продукт (аспаратил фосфат). Субстратом для ПМН+-АТФазы служит MgАТФ и Km варьирует у растений от 0,3 до 14 мМ; оптимум рН около 6,6. Мономер образует 10 интегрированных в мембране доменов, а с цитозольной стороны между 4-м и 5-м доменами гидролитическую петлю, на которой находится АТФ-связывающий участок (рис. 6.14). Стехиометрия удаления Н+ и гидролиза АТФ (Н+/АТФ) равна единице.

Механизм протонного транспорта с участием этой помпы еще окончательно не выяснен. Каталитический цикл, обеспечивающий выкачивание Н+, предполагает следующую ступенчатую последовательность: связывание Н+ и MgАТФ (на участке D), затем образование высокоэнергетического продукта (аспартил фосфата) и высвобождение АДФ; как следствие этих реакций происходят конформационные изменения фермента, которые приводят к высвобождению Н+ с наружной стороны плазмалеммы; возвращение фермента после высвобождения Фн, в исходное состояние. Ингибитором работы этой помпы является ванадат. Предполагают, что он имитирует Фн, и связывание ванадата в активном центре блокирует переход фермента в исходное активное состояние.

На пост-трансляционном уровне ПМН+-АТФаза регулируется с участием протеинкиназы /протеинфосфатазы и 14-3-3 белка (рис. 6.14-I). В состоянии низкой активности реакционный центр фермента блокирован автоингибиторным доменом, расположенным на С-конце полипептида. Активация Н+АТФазы осуществляется при последовательных реакциях фосфорилирования и присоединения 14-3-3 белка на автоингибиторном участке. В результате происходят конформационные перестройки, вызывающие перемещение С-конца, и реакционный центр становится доступным для присоединения Mg АТФ и протона. Давно известен эффект активации ПМН+АТФазы фузикокцином (токсическое соединение, продуцируемое Fusicoccum amigdali). Оказалось, что и в этом случае полная активация Н+АТФазы достигается, если к С- автоингибиторному домену присоединяются фузикокцин и 14-3-3 белок.

Н+-АТФазы плазмалеммы растительных клеток кодируются мультигенным семейством: идентифицировано 10 генов у Arabidopsis, 9 у Nicotiana, 7 генов у Lycopersicon и 5 у 6cia faba. В ряде случаев разные гены кодируют отдельные изоформы и высокий уровень их экспрессии коррелирует с накоплением Н+АТФаз в специфических типах клеток, например, корневого волоска (aha2), или флоэмы (aha3), где Н-помпы включены в выполнение специфических физиологических функций (поглощение ионов, транспорт сахаров). Но другие Н+-АТФазные гены экспрессируются в клетках многих тканей. Например, ген pma4 табака экспрессируется в клетках эпидермиса корня, в сопровождающих клетках флоэмы и замыкающих клетках устьиц. При действии факторов среды (солевой стресс, низкий Н2О, темнота) уровень экспрессии генов ПМН+-АТФаз также может меняться.

Вакуолярная Н+АТФаза (VН+-АТФаза) присутствует не только в тонопласте, но и в мембранах эндоплазматического ретикулума (ЭР), аппарата Гольджи, везикулах. VН+-АТФаза отличается от Н+-помпы плазмалеммы по всем основным параметрам, характеризующим свойства и структуру. Прежде всего, это не мономерная полипептидная цепь, а самый большой многосубъединичный белковый комплекс тонопласта с молекулярной массой по разным источникам от 650 до 750 кДа. Величина Кm для MgАТФ у VН+-АТФазы составляет от 0,1 до 0,2 мМ, то есть ниже, чем у ПМН+-АТФазы, а соотношение Н+/АТФ, наоборот, выше (от 2 до 3), что свидетельствует о различии их кинетических параметров. Специфические ингибиторы VН+-АТФазы - бафиломицин А, конканамицин С и нитрат. При связывании АТФ и выкачивании протона в вакуоль не образуется промежуточного фосфорилированного интермедиата и, таким образом, VН+-АТФаза не относится к АТФазам «Р-типа». По своей четвертичной структуре VН+-АТФаза сходна с АТФ-синтазой «F-типа» митохондрий и хлоропластов (см. раздел «Биоэнергетика») и представлена двумя функциональными частями: цитозольной (V1) и мембранной (V0) (рис. 6.15-II). Ансамбль V1, где происходит гидролиз АТФ, состоит из 5-8 типов субъединиц, а интегральная часть (V0) представлена 3-5 типами субъединиц и функционирует как Н+- канал.

У разных видов растений выявлено разное количество типов субъединиц и некоторые субъединицы V1 и V0 частей присутствуют в нескольких копиях.

V1 комплекс включает по 3 повторности субъединиц А и В, которые соответствуют  и  субъединицам F-АТФаз и осуществляют каталитическое (А) и некаталитическое (В) связывание АТФ (рис. 6.14-II). Субъединица D, соответствующая  субъединице F-АТФазы, выполняет роль связующего стержня между переферийной (V1) и мембранной (V0) частями. Остальные субъединицы V1 комплекса (от С до Н) выполняют функции стабилизации, поддержания активности, обеспечения контакта и сопряжения работы V1 и V0 частей. Точное пространственное расположение субъединиц С - Н в общем мультигетерогенном ансамбле VН+-АТФазы пока не установлено.

Интегральный V0 комплекс содержит большую (100 кД) субъединицу а, 6 или более субъединиц с (их молекулярная масса 16 кД вдвое выше, чем у с субъединиц F-АТФазы) и субъединицу d (32-36 кД) (рис. 6.14-II). Как установлено на дрожжах, взаимодейстиве между а и с субъединицами обеспечивает путь для транспорта протона через мембрану. О связи субъединицы а с V1 - V0 комплексом и ее функциях данные противоречивы. Возможно, ее роль связана с агрегацией комплекса, а не с транслокацией Н+, или а субъединица функционирует как статор в относительно слабой ассоциации с гексамером из с субъединиц.

Хотя, VН+-АТФаза растений, как и других организмов, ингибируется специфическим токсином бафиломицином А1, субъединица, которая его связывает, не выявлена (у бычьего фермента это субъединица а). Так что, модели структуры растительной VН+-АТФазы, которые имеются в настоящее время, в значительной мере гипотетичны (рис. 6.14-II), а функции отдельных субъединиц часто предположительные. К настоящему времени большая часть субъединиц VН+-АТФазы Arabidopsis (кроме F-13 кД, Н-51 кД, а-100 кД и d45 кД) клонированы.

Предположено, что механизм превращения одной формы энергии в другую (АТФН) у VН+-АТФазы и F-АТФ синтазы сходен, но реакции, связанные с АТФ, идут в противоположных направлениях. Ротационный механизм катализа сопрягает проводимость протона через V0 (или F0) с гидролизом АТФ в V1 комплексе и с синтезом в F1.

Пирофосфатаза (Н+-ПФаза) – помпа, альтернативная к VН+-АТФазе, перекачивающая протон из цитозоля в вакуоль (рис. 6.14-III). Источником энергии для Н+-ПФазы служит пирофосфат (ФФн) – простейшее высокоэнергетическое соединение, и стехиометрия реакции Н+/ФФн равна 1, а скорость транспорта протона ниже, чем у двух других Н+ помп. Н+-ПФаза имеет молекулярную массу 80-81 кД и представлена единственной полипептидной цепью из 14-ти мембранных доменов, нескольких гидрофильных петель (на рис. 6.14-III представлены не все домены и только одна петля). N- и С- концы находятся на вакуолярной стороне тонопласта. Функциональный участок находится на цитозольной петле между 5-м и 6-м доменами и включает один из консервативных мотивов (указан, как консервативный сегмент CS1), где происходит связывание и гидролиз MgФФн, а также транспорт Н+. Механизм сопряжения этих реакций неясен, но установлено, что важную роль в связывании и гидролизе играют кислые остатки аминокислотной последовательности участка CS1. Активность фермента ингибируется Са2+ и стимулируется К+ и Mg2+, для которых имеются сайты связывания. Предполагается, что Са2+ блокирует реакцию гидролиза MgФФн, заменяя его на СаФФн. Н+-ПФазы клонированы из многих организмов (высших наземных растений, водорослей, фотосинтезирующих бактерий и простейших), но в клетках млекопитающих и дрожжей они отсутствуют.

Функции Н+-помп в растительной клетке. Электрогенные помпы, благодаря поддержанию и регуляции электрохимического протонного градиента, обеспечивают движущую силу для перемещения веществ через мембрану. Выкачивание Н+ (иначе, первичный транспорт) и генерация Н ведет к образованию альтернативной к АТФ форме энергии (см. главу II), которая может быть использована на активный вторичный транспорт других ионов. Возвращение Н+ через мембрану по градиенту Н, сопряженное с перемещением через мембрану других веществ (минеральных, органических ионов и нейтральных молекул), обеспечивает их транспорт против градиента электрохимического потенциала (рис. 6.15).

С участием Н+-помп поддерживается гомеостаз рН в цитозоле, подкисляются вакуолярный сок и среда в клеточной стенке (рис. 6.13 и 6.15), что необходимо для протекания целого ряда процессов, активности ферментов и функционирования транспортных систем. Реализуя свои функции, Н+-АТФазы участвуют в таких физиологических процессах, как устьичные движения, осморегуляция, устойчивость к солевому стрессу и низким значениям рН среды, поступление сахаров и аминокислот из апопласта в клетки, загрузка флоэмы, клеточный рост и др..

Общая характеристика белков, транспортирующих минеральные вещества. Своеобразный по количеству и качеству состав минеральных элементов в растительных клетках – результат активности специфических интегральных белков мембран, транспортирующих ионы, исходным источником которых является окружающая среда. По своим биохимическим, термодинамическим и молекулярным характеристикам, а также механизмам регуляции системы транспорта ионов могут быть разделены на несколько основных групп: АТФазы, переносчики или котранспортеры и каналы (рис. 6.15).

Особую группу АТФаз Р-типа представляют Са2+АТФазы, которые присутствуют в плазмалемме, тонопласте и других мембранах растительной клетки (рис. 6.15). Основная функция Са2+-АТФаз - поддержание низкой концентрации Са2+ в цитозоле, что необходимо для реализации его роли вторичного мессенжера (см. раздел 3.4.2). Кальциевые помпы плазмалеммы включены в радиальный транспорт Са2+ в корнях (см. раздел 2.3.1).

У животных в создании и регуляции электропотенциала на клеточной мембране большая роль принадлежит Na+/К+ АТФазе. У фотосинтезирующих одноклеточных водорослей (но не у высших растений) обнаружена Na+АТФаза, которая удаляет Na+ из клетки (см. раздел «Солеустойчивость») и, также как Са2+АТФаза, не вносит существенного вклада в поддержание Е на плазмалемме.

Таким образом, для активного перемещения Са2+ и Na+ из цитозоля против их градиентов электрохимического потенциала энергия АТФ используется непосредственно при работе Са2+ и Na+ АТФаз.

Переносчики или транспортеры. Концепция переносчиков (carrier) была разработана в 1960-е годы на основании ставших классическими исследований Эпштейна с соавторами и других научных групп (Epstein, 1979; Laties G.G., 1967, 1975) по кинетике поглощения ионов клетками водорослей и отсеченными, так называемыми «обессоленными» корнями растений, выращенных на воде или временно перенесенных на воду. Поглощение «обессоленными» корнями рассматривается как поглощение клеткой, при этом проводится аналогия между механизмами поддержания ионного баланса клеткой и целым корнем, в котором апопласт уподобляется стенке клетки, симпласт –цитозолю, а вакуом корня вакуоли одиночной клетки. Результаты таких исследований были использованы для разработки клеточной модели корня (разд. 2.4.2). Позднее исследование кинетики поглощения проводили также на выделенных протопластах и сконструированных мембранных везикулах. Значительная часть работ проводилась с калием.

Скорость поглощения К+ отсеченными корнями ячменя меняется при изменении концентрации KCl в растворе, и изотерма поглощения имеет вид гиперболической кривой подобной кривой кинетики насыщения для реакции, катализируемой ферментом (рис. 6.16-А). Поэтому, как и кинетика ферментативной реакции, зависимость скорости поглощения от концентрации иона соответствует уравнению Михаэлиса-Ментен:

, где: (3)

V - наблюдаемая скорость поглощения при концентрации иона [С]out в растворе; Vmax – скорость, достигаемая при выходе на плато, когда увеличение [C]out не приводит к увеличению скорости поглощения (при насыщении связующих мест переносчика); Кm – кажущаяся константа Михаэлиса-Ментен, соответствующая [C] out, когда V достигает ½ Vmax.

По аналогии с ферментной реакцией Кm характеризует сродство транспортера к иону, и чем ниже Кmкаж, тем эффективнее работает переносчик при низких концентрациях ионов в растворе. Vmax отражает (условно) число мест переноса (количество фермента в ферментативной реакции), и определяет возможности системы транспортировать ион при высоких концентрациях иона.

Переносчики перемещают растворенные вещества либо против, либо по градиенту электрохимического потенциала со скоростями 102-104 ионов в секунду. Однако, в зависимости от условий, при которых они исследуются, транспортеры иногда ведут себя как каналы, или, наоборот, каналы ведут себя подобно транспортерам (особенно это касается К+), поэтому различия между ними в настоящее время не совсем ясны. Активное перемещение или вторичный транспорт ионов и других веществ происходит одновременно (или в котранспорте) с Н+ и обеспечивается конформационными изменениями транспортирующего белкового комплекса. Котранспорт протона и иона может идти в одном (симпорт) или в противоположном (антипорт) направлениях (рис. 6.15). В симпорте с протоном через плазмалемму транспортируются анионы, К+ (при низких концентрациях), а также сахара и аминокислоты. В антипорте с Н+ переносятся Na+ через плазмалемму и тонопласт, а Са2+, сахароза и гексоза через тонопласт. Некоторые переносчики функционируют на плазмалемме в системе унипорта.

При исследовании кинетики поступления были получены двухфазные и даже многофазные кривые, на основании которых были постулированы, а затем и выявлены системы транспорта, достигающие насыщения в разных диапазонах внешних концентраций, и с разным сродством к иону (рис. 6.16): механизм I – с небольшой Vmax и высоким сродством (низкая Кm) к иону (высокоафинные переносчики) и механизм II – с низким сродством (высокой Кm) и высокой Vmax (рис. 6.16-А), а в ряде случаев (рис. 6.16-Б) с несколькими точками насыщения.

Исследование кинетики поглощения К+ отрезанными корнями ячменя из раствора KCl в широком диапазоне концентрации (Epstein et al, 1963) выявило, что при поступление К+ как в области низких концентраций (< 1мМ), так и высоких (>1мМ) изменение скорости следует кинетике Михаэлиса-Ментен (рис. 6.16). При низкой концентрации поглощение происходит активно (механизм I) и, видимо, в симпорте с Н+ (рис. 6.15), а при высокой (механизм II) - пассивно. Первый высокоафинный К+-транспортер НКТ1 (High-affinity K+ Transporters 1) был идентифицирован в корнях пшеницы. Другой транспортер К+ из корней AtKUР1 (Arabidopsis taliana K+ uptake) функционирует в зависимости от предшествующих условий выращивания растений (голодание или обеспечение К+) как переносчик с высоким (Кm 44 мкМ) и низким (Кm 11мМ) сродством к К+ (см. раздел 3.5).

Цинк переносится через мембрану по градиенту электрохимического потенциала в системе унипорта (рис. 6.15). Его транспортер идентифицирован у Arabidopsis (ZIP 1-4). Экспрессия ZIP1 и ZIP3 в корнях растений, голодающих по цинку дает основание считать, что эти транспортеры участвуют в поглощении Zn2+ из почвы.

Анионы транспортируются против градиента химического потенциала и концентрация NO3- и PO43- в тканях в десятки и даже сотни раз превышает равновесную, предсказанную из уравнения Нернста (табл. 6.1). Особенность, отличающая поглощение анионов – это то, что не только низкоафинные, но и высокоафинные переносчики электрогенны, то есть функционируют в сопряжении с Н+-помпой.

Поглощение NO3- осуществляется транспортерами высокого и низкого сродства и в обоих случаях происходит симпорт 2Н+/ NO3-. При низкой концентрации скорость поглощения NO3- проявляет кинетику Михаэлиса-Ментон, достигая насыщения при 0,1-0,5 мМ (рис. 6.16-В). При дальнейшем увеличении концентрации скорость опять возрастает. Но у дикого типа Arabidopsis зависимость V как функции от [NO3-] в среде гиперболическая, а у мутанта che1 – линейная, что является ярким примером генетического контроля транспортных систем.

Фосфор транспортируется активно, в виде иона Н2РО4- в симпорте с Н+. Концентрация Р в почвенном растворе чрезвычайно низкая (табл. 6.2), но может сильно возрастать, например, после внесения удобрений. Растения приспособились использовать фосфор как при низкой, так и при его высокой концентрации. Функционируют две системы поглощения Н2РО4-: система I с высоким сродством (Кm 3-7 мкМ), которая экспрессируется или деэкспрессируется при голодании по фосфору, и система II, представленная конститутивными переносчиками с низким сродством (Кm изменяется от 50 до 350 мкМ), проявляющими многофазность кинетики насыщения в зависимости от концентрации (рис. 6.16-Г).

Ионные каналы – большая и разнообразная группа интегральных белковых комплексов, которые присутствуют в всех клеточных мембранах (рис. 6.15). Одна из основных функциональных характеристик каналов – их способность распознавать и селективно с высокой скоростью (106-108 ион/с) транспортировать ионы. Перемещение ионов по каналу происходит по градиенту , то есть пассивно, и основной составляющей движущей силы часто является разность концентраций иона по обе стороны мембраны. Другая особенность каналов – регуляция их пропускной способности в ответ на специфические стимулы. Активность каналов модулируется мембранным потенциалом, рН, концентрацией ионов, внутриклеточными сигнальными молекулами и рядом других эндогенных и экзогенных факторов.

Большой прогресс в исследовании функциональной активности и регуляции ионных каналов был достигнут благодаря разработке метода пэтч-кламп (patch clamp). Метод основан на локальной фиксации потенциала на мембране и измерении проводимости тока, которая отражает проницаемость иона, через одиночные ионные каналы, используя протопласты клеток, изолированные вакуоли или везикулы выделенных мембран. По признаку ионной специфичности каналы классифицируются по видам переносимых катионов (калиевые, кальциевые) и анионов (хлоридные, малатные) (рис. 6.15). При более детальной функциональной систематизации каналов учитываются проводимость и селективность каналов, направление транспорта иона, принадлежность к разным мембранам, способы регуляции, электрические и фармакологические характеристики. При этом основные характеристики, используемые для классификации каналов, транспортирующих тот или иной ион, могут быть разными. Калиевые каналы плазмалеммы делятся на входные (inward) и выходные (outward), а калиевые каналы тонопласта на быстрые (fast) и медленные (slow) в зависимости от скорости их активации (рис. 6.15). Кальциевые каналы, участвующие в передаче информации и определяющие специфику кальциевого сигнала (см. раздел 3.4), делятся на потенциал- и рецептор- управляемые и классифицируются по местоположению в мембранах (плазмалемма, тонопласт, эндоплазматический ретикулум) и характеру регуляции. Важные характеристики анионных каналов (исследованы, главным образом, хлорные каналы) – их селективность, направление движения ионов (in, out) и кинетика (быстрые, медленные), а также локализация в мембранах. Свойство селективности, как правило, не является абсолютным, а отражает преимущественную проводимость определенного иона (при физиологических концентрациях часто близкую к абсолютной). В настоящее время выявлена целая группа неселективных катионных каналов (НСКК; английская абривиатура NSCC). Среди них наибольший интерес представляет К+/Са2+ «макси» катионный канал замыкающих клеток устьиц 6cia faba (рис. 6.15), потенциал нечувствительный К+/NH4+ канал корней A. taliana и К+/Nа+ канал корней пшеницы. Вакуолярный анионный входной канал пропускает Cl-, NO3- и малат2+. Сложность при классификации каналов связана также с необходимостью совмещать известные электрофизиологические и биохимические характеристики с результатами их идентификации на молекулярном уровне. Например, К+ каналы, согласно их молекулярно-структурным характеристикам (число доменов и гидрофильных петель и др.) (рис. 6.18), разделены на четыре типа (семейства). К так называемому «шейкерному» семейству (Shaker family) относят идентифицированные у A. taliana К+ каналы с разными функциями: АКТ1 (Arabidopsis thaliana K+ Transporters) экспрессируется в эпидермисе и коре корня и связан с поступлением К+ из среды; КАТ1 (K+ Arabidopsis Transporters) переносит К+ в замыкающие клетки устьица, a SKOR (stellar K+ outward rectifier) осуществляет загрузку ксилемы (см. раздел 2.3.2; 3.5.1).

Ионная специфичность, пропускная способность, характер регуляции и другие свойства канала определяются его структурой. По модели, разработанной, главным образом, на базе исследования Na+/K+- и K+-каналов животных, ионы перемещаются по специальной структуре – поре, которая имеет полость, заполненную водой, и множество мест связывания (рис. 6.17). Пора формируется отдельными участками полипептидных цепей гомологичных -субъединиц. Часть поры канала, находящаяся на внешней стороне плазмалеммы, достаточно широкая (не менее 1 нм в диаметре) названа «устьем». Центральная часть гидрофильной поры имеет меньший диаметр (0,7 нм), величина которого варьирует в разных местах. Зона, где находится, так называемый, селективный фильтр, - самая узкая часть поры (0,4-0,5 нм). Благодаря селективному фильтру пропускная способность калиевого канала для К+ в 100 раз и более выше, чем для Na+. Механизм, который контролирует активность канала, был объяснен с помощью английского слова «gate», для которого в русском варианте был выбран термин «ворота». Управление активностью осуществляется благодаря переходу канала в состояния «открытый – закрытый» (через открывание / закрывание или отпирание / запирание канала) при помощи воротного механизма (рис. 6.17). Регуляция активности потенциал-зависимых каналов обеспечивается, по крайней мере, двумя системами: сенсором потенциала, индуцирующего открывание ворот канала, и системой, которая инактивирует воротный механизм, приводя к закрыванию канала. В обоих случаях происходит обратимое изменение конформации субъединиц на участках поры, составляющих структуру ворот и обеспечивающих функционирование воротного механизма (рис. 6.17).

Исследования К+ каналов Shaker типа (Drosophila, Arabidopsis taliana) стали базой для моделирования механизма активации канала в зависимости от изменения мембранного потенциала и для выяснения взаимосвязи между структурой и функцией. К+-канал Shaker типа растений (AKT1, KAT1, SKOR) является гомотетрамером (рис. 6.18-В), у которого полипептидная цепь каждой из четырех -субъединицы имеет шесть трансмембранных участков (segmens) S1-S6 (рис. 6.18-А). S4 сегмент отвечает за восприятие потенциала и контролирует активность канала. Его сенсорные свойства связаны с семью положительно заряженными остатками аминокислот. В субъединице этот домен (S4), чувствующий изменения мембранного потенциала, окружен другими трансмембранными участками, которые изолируют положительный заряд (рис. 6.18-Б). Между 5-м и 6-м сегментами расположен особый домен, обозначаемый как Н5 (helix) или Р (pore). Эта петля формирует часть водной поры и отвечает за проницаемость канала. Но мутации, затрагивающие структуру S6 и S4-S5 петель, показали, что эти участки цепи полипептида тоже связаны с К+-проницаемостью и/или чувствительностью канала к блокирующим ионам. Функциональные участки находятся также на цитозольных N- и С-концах полипептидной цепи (рис. 6.18-А). Одна из моделей регуляции активности Shaker-канала предполагает наличие на N-конце домена («мяча»), осуществляющего открывание/закрывание канала (Рис. 6.18-Г). Модель названа «мяч на привязи» и исходит из существования трех состояний канала: покой – R (rest); открытое – О (open) и инактивированное - I. При изменении потенциала в положительную сторону канал открывается (RO), что сопряжено с конформационными перестройками, а затем инактивируется, вследствие того, что NH3-терминальная группа «мяча» перемещается в пору между S5 и S6 сегментами субъединиц. На С-конце полипептида имеются домен цНМФ (cNMP), связывающий циклический нуклеотид (монофосфат) (цГМФ – возможный вторичный мессенжер, регулирующий активность канала), и домен взаимодействия КНА, обогащенный гидрофобными (hydrophobic) и кислыми (acidic) остатками. КНА домены  субъединиц отдельного канала или двух соседних каналов могут взаимодействовать, что будет стабилизировать тетрамер (рис. 6.18-В) или приводить к образованию на мембране кластеров из тетрамеров калиевых каналов.

Каналы вносят большой вклад в поступление ряда минеральных веществ, радиальный и дальний транспорт ионов в корне и распределение минеральных элементов в клеточных структурах, тканях и органах. Кроме того, каналы – неотъемлемые участники многих комплексных физиологических процессов, таких, как поддержание и регуляция потенциала на мембране, осморегуляция и солеустойчивость, устьичные движения, а также передача сигнала и ответные реакции на разные внешние воздействия и др..