- •Раздел I введение в землеустройство
- •Глава 1
- •2. Земля как природный ресурс
- •4. Элементы организации территории
- •Глава 3 земельные ресурсы и их использование
- •Глава 4 возникновение и развитие землеустройства
- •1. Объективные причины возникновения
- •Глава 5 понятие землеустройства
- •2. Теории землеустройства
- •4. Определение землеустройства
- •Глава 6
- •10. Землеустройство и религия
- •Контрольные вопросы и задания
- •Глава 8 писцовые межевания (1550—1684 гг.)
- •1. Возникновение государственной
- •Контрольные вопросы и задания
- •Глава 9
- •Глава 10
- •3. Специальное межевание
- •Глава 11 землеустройство во второй половине XIX в.
- •1. Землеустроительные работы в ходе реформы 1861 г.
- •Контрольные вопросы и задания
- •Глава 12
- •1. Организация землеустройства
- •Глава 14
- •Глава 15
- •Глава 16
- •Раздел III научные основы землеустройства
- •Глава 17 закономерности развития землеустройства
- •2. Соответствие содержания, видов и форм
- •5. Соответствие содержания и методов
- •Глава 18 концепция современного землеустройства
- •3. Принципы землеустройства
- •Глава 19
- •4. Участковое землеустройство
- •5. Объекты землеустройства
- •Глава 20
- •2.Землеустройство в городах и других поселениях
- •3.Землеустройство в районах крайнего севера
- •Контрольные вопросы и задания
- •Глава 21
- •1. Свойства земли, учитываемые при землеустройстве
- •2. Пространство и рельеф
- •Глава 22
- •1.Экономические условия
- •2. Социальные условия
- •Контрольные вопросы и задания
- •Глава 23
- •3. Землеустроительный процесс
- •7. Участники землеустройства
- •8. Организация землеустройства
- •10. Государственный контроль за землеустройством
- •11. Задачи землеустройства
- •Глава 24
- •3. Схемы землеустройства административных районов, других муниципальных и административно-территориальных образований
- •Глава 25 землеустроительное образование в россии
- •1. Зарождение землеустроительного образования
- •Контрольные вопросы и задания
- •Глава 26
- •4. Землеустроительные школы
- •Контрольные вопросы и задания
- •Глава 27
- •1. Межгосударственные и российские организации
- •2. Международные и российские
- •3. Институт частных землемеров
- •Глава 28 землеустройство за рубежом
- •Раздел IV
- •Глава 29
- •4. Предмет землеустроительного проектирования
- •5. Методы землеустроительного проектирования
- •Глава 30
- •1. Стадии проектирования
- •2. Классификация проектов землеустройства
- •4. Организация проектирования
Глава 8 писцовые межевания (1550—1684 гг.)
1. Возникновение государственной
ЗЕМЛЕУСТРОИТЕЛЬНОЙ СЛУЖБЫ В РОССИИ.
ПОМЕСТНЫЙ ПРИКАЗ
Наведение порядка в использовании земель потребовало от государства проведения специальных работ, которые получили название «писцовые описания». Поскольку при этом осуществлялся целый комплекс землеустроительных действий по учету земель, установлению границ, оценке качества земель, правовому оформлению участков, указанные действия можно назвать «писцовыми межеваниями». Ведал ими Поместный приказ — специальное учреждение центральной власти, образованное в царствование Ивана IV (первоначально — Поместная изба)1.
Большинство историков сходятся в мнении, что приказы выросли из аппарата дворцового управления, когда единичные пору-
1 Приказ — специализированное подразделение государственного аппарата в России в XVI—XVII вв. (предвосхищающее последующие министерства), ведавшее определенными делами. Основные приказы размещались на территории Кремля. Главными из них были: Посольский, Поместный, Тайный, Аптекарский, Печатного дела и др.
150
чения, дававшиеся княжеским служителям, стали заменяться системой постоянных присутственных мест — «изб» или «приказов». Их деятельность определялась уже не единоличной волей князя, а законоположениями. Со временем стали возникать и развиваться новые приказы общегосударственного значения, что было связано с усложнением роли боярской думы в системе государственного управления (Ключевский В. О. Курс русской истории. Т. 2. — М., 1957.— С. 339; Боярская Дума древней Руси. — М., 1902.— С. 162).
По мнению А. К. Леонтьева, невозможно указать точную дату создания не только Дворца, но и таких первых приказов, как Казенный, Большой Разрядный, Разбойный, Поместный и др. (Леонтьев А. К. Образование приказной системы управления в Русском государстве: Из истории создания централизованного государственного аппарата в конце XV — первой половине XVI в. — М.: Изд-во МГУ, 1961. - С. 58-59).
Тем не менее исследования С. А. Шумакова, занимавшегося историей Поместного приказа, указывают на то, что это ведомство выделилось из Государственной казны и что «Поместный приказ даже по выделении поместного ведомства в 7064 г. (1555—1556 гг.) в особую Поместную избу, по крайней мере до 7076 г. (1568 г.), то есть за годы правления... первых начальников, продолжает сохранять связь с Казенным двором, и именно потому, вероятно, два первых дьяка этой избы одновременно... продолжали по старой памяти оставаться дьяками Казенного двора» (Там же. — С. 118). В доказательство С. А. Шумаков ссылается на вкладную грамоту В. Г. Слизнева на деревню Белкино и пустошь Климкову, отданные Саввину Сторожевскому монастырю (1567 г.). Слизнев обязался вкладную грамоту предъявить казначеям, а затем вписать ее в книги у дьяков, сидевших в Поместной избе.
С. А. Шумаков считал, что уже с конца XV в. выделяются особые дьяки, ведавшие поместными делами до выделения особой Поместной избы из ведомства казначеев. Такими дьяками, по его мнению, были Никифор Кобелев (конец XV в.), Труфан Ильин (1523—1524 гг.), Василий Амирев (1529—1530 гг.), Третьяк Левон-тьев (1546—1547 гг.), Василий Нелюбов (1550—1551 гг.). Как признавал С. А. Шумаков, этот список «поместных» дьяков конца XV — первой половины XVI в. далеко не полон и основывается на весьма скудных сведениях немногочисленных источников.
Список этот может быть значительно пополнен, если в него иключить дьяков, которые «специализировались» главным образом на делах, связанных с феодальным землевладением. Во второй половине 80-х годов XV в. ими занимался дьяк Василий Третьяк Долматов. В конце 80-х — начале 90-х годов он был дьяком в боярском суде, в котором рассматривались земельные тяжбы между феодалами, тогда же он вместе с Ф. Ф. Алабышевым описывал Бе-лоозерский уезд. Его подпись имеется на подтверждениях жало-
151
ванных грамот, на докладных купчих грамотах, на подтверждении несудимой грамоты, выданной вотчиннику. Одновременно с Василием Долматовым и позднее (до начала XYI в.) вопросами землевладения занимался Никифор Кобелев, дьяк Дворца. Имеется прямое указание, что в 90-х годах он хранил у себя документацию, касающуюся феодального землевладения.
В начале XVI в. к вопросам, связанным с управлением феодальным землевладением, ближайшее отношение имели дьяки Боль-дырь Паюсов и Лука Семенов. Оба они одновременно были видными деятелями в области внешней политики. Б. Паюсов в 1504 г. подписал ряд жалованных грамот Ивана III своим сыновьям на села и города, а также межевые отводные грамоты на эти земли. В 1506 г. он же подписал ряд подтверждений ранее выданных митрополичьей кафедре жалованных тарханно-несудимых грамот. В эти годы Б. Паюсов, видимо, был дьяком Дворца. Другой дьяк из Дворца Лука Семенов в 1509—1512 гг. подписал подтверждения нескольких жалованных несудимых грамот (причем три из этих грамот были подтверждены подписью Б. Паюсова всего за несколько лет до этого — в 1506 г.). Но если Н. Кобелев и Б. Паюсов имели дело прежде всего с привилегированным монастырским землевладением, то Лука Семенов был первым из известных нам дьяков начала XVI в., чья подпись была поставлена на имму-нитетных грамотах, выданных светским феодалам (Там же. — С. 123).
Необходимость в создании Поместного приказа стала ощущаться с того момента, когда условное поместное землевладение было использовано государством в качестве основы для создания дворянского ополчения с одновременным распространением на вотчинников обязанности военной службы. Создание поместного войска было шагом вперед в развитии вооруженных сил России и скоро доказало свое преимущество перед старой системой организации вооруженных сил, представлявшей из себя механическое соединение великокняжеского «двора» с «дворами» вассалов и ополчением из горожан и крестьян.
Образование Поместного приказа происходит именно в то время (середина XVI в.), когда перед правительством со всей остротой встал вопрос о ликвидации разрыва между окладом и дачей, и находится в общем ряду с другими мероприятиями, проведенными в связи с реформами 50-х годов по укреплению армии. Например, приговор 1556 г. об отмене кормлений и о службе предписывал:
установить минимальный размер поместья (100 четвертей в одном поле), с которого должен был выставляться один человек на коне и в полном вооружении, а в дальний поход — с двумя конями ;
преобразовать «кормления» наместников в специальный государственный налог — «кормленый окуп» и передавать его в спе-
152
циально созданные финансовые приказы — «четверти»; это позволило правительству частично восполнить недостаток земли у помещиков выплатой им за службу постоянного денежного жалованья.
Ко второй половине XVII в. Поместный приказ по числу своих дел, составу служащих и размерам принадлежащих ему помещений стал весьма обширным учреждением. Заведуя в качестве высшего судебно-административного места почти всеми делами о земельных владениях в государстве, он имел в своем составе несколько сот служащих, помещавшихся в особом здании Кремля в 15 саженей длины и 11 саженей ширины (рис. 12).
Через Поместный приказ предоставлялись земли служилым людям в поместное владение. Он вел даточные (земельные) книги, в которых записывалось, кому, где и за какую службу даны земли. Здесь же осуществлялась регистрация перехода землевладений от одного лица к другому, разрешались в высшей инстанции земельные споры. В архиве Приказа сосредоточивались дела и документы писцовых описаний.
Деятельность Поместного приказа распространялась не на всю
153
территорию государства, а лишь на центральную его часть. К концу своего существования (начало XVIII в.) Приказ ведал 95 городами (уездами). Ему не были подчинены дворцовые земли (они описывались из Приказа большого дворца) и крестьянские (черные) земли, которые описывались писцами финансовых приказов (четей).
В 30-е годы XVII в. Приказ провел большую работу по описанию земель с целью восстановления прав дворянства на владение землями, нарушенных в Смутное время. В 1646—1648 гг. Приказ участвовал в переписи всего тяглого населения. Составленные им переписные книги стали основой закрепощения крестьян. В течение XVII в. Приказ приобрел и судебные функции (в частности, занялся сыском беглых крестьян). Он также участвовал в переписи 1677—1678 гг. и в неудавшейся попытке нового описания земель в 80-х годах XVII в.
В начале XVIII в. деятельность Поместного приказа значительно расширилась. Он был привлечен к сбору даточных людей в армию (рекрутов) и денег (вместо них) на территории всего государства; ему был поручен набор работных людей на постройку Петербурга и на другие строительные работы; Приказ стал ведать продажей соли на всей территории государства, кроме Сибири.
Руководил работой Поместного приказа «боярин со товарищем» (заместителем) в чине «окольничего». Наличие бояр во главе Приказа было необходимо при проведении каких-либо обширных работ (переписи населения, описаниях земли). Так, в 1621 — 1629 гг. во время описания земель страны Приказ возглавляли боярин князь Иван Борисович Черкасский, а затем боярин князь Андрей Васильевич Сицкий. В 1647—1648 гг. во время проведения переписи населения Приказ был временно подчинен боярину князю Никите Ивановичу Одоевскому. В 1676 г. для руководства очередной переписью судьей Поместного приказа был назначен боярин князь Иван Борисович Репнин. В 1682 г. во главе Приказа стал боярин князь Иван Борисович Троекуров, а в 1689 г. его сменил боярин граф Петр Васильевич Шереметьев.
Канцелярией Приказа заведовали дьяки; некоторые из них имели звание думных. Наиболее известные среди них: Новокще-нов (1617—1620 гг.), Данилов (1635—1643 гг.), Елизаров (1646— 1664 гг.), Караулов (1665—1670 гг.), Дохтуров (1670—1676 гг.), Иванов (1688-1709 гг.).
Самой многочисленной группой служащих в Приказе были подьячие, которые делились на три разряда: старших, средних и младших. В разное время их насчитывалось от 80 до 442 человек.
Все чины Приказа на общих основаниях могли иметь поместные оклады. Кроме того, в зависимости от своих заслуг, звания и продолжительности службы они получали денежное жалованье.
Заседания в Поместном приказе проводились ежедневно, за исключением праздников, по два раза в день: утром 5 ч и вечером
154
5 ч. За неявку на службу, ошибки в делах, а в особенности за взят ки и пристрастные решения дел виновные служащие подвергались строгим наказаниям: от денежного штрафа до битья кнутом перед зданием Приказа.
Канцелярия Приказа, управляемая дьяками, делилась на столы (отделы), а столы —на повытья (подотделы). Приказный стол предназначался для внутреннего управления самим Приказом. В Вотчинном столе велись дела о вотчинах. Имелось четыре поместных стола, где велись дела поместные. Кроме того, имелся стол для дел о выморочных имениях. Поместные столы назывались: Московский, Псковский, Владимирский и Рязанский. К каждому повытью стола приписывались дела по нескольким городам. Всего к каждому столу было приписано от 15 до 38 городов.
Первая специальная землемерная школа в России возникла при Поместном приказе. К началу XVIII в. она насчитывала уже до 400 подьячих. Школа существовала с 70-х годов XVII в.; в разные годы в ней обучалось от 35 до 100 человек. Учащиеся были разделены между столами (отделами) Приказа и прикреплены к стоявшим во главе их опытным подьячим. Обучение продолжалось от 2 до 3 лет в зависимости от уровня предыдущей подготовки.
В школе изучались математика, грамматика, сошное письмо (включавшее землемерное дело, технику оценки качества земель, расчет площадей), черчение, картография. Имеются также данные
06 открытии в 1698 г. в Москве при Пушкарском приказе школы «цифири и землемерия», где также изучалось землемерное дело [Никонов А. А. Спираль многовековой драмы: аграрная наука и политика России (XVIII—XX вв.). — М.: Энциклопедия россий ских деревень, 1995].
Порядок организации работ в Поместном приказе был следующим. На поступавших в Приказ прошениях по земельным делам дьяки немедленно делали надпись о том, что надлежало исполнить подьячим, чтобы подготовить дело к слушанию. Подьячие также немедленно должны были выписать и подклеить к прошению все справки по делу, включающие все сведения о землях и владениях из межевых, писцовых, отказных и других документов архива Приказа, а также все относящиеся к делу статьи Уложения и указов, все показания просителей, донесения по делу местных воевод и вообще все то, что относилось к делу, разъясняло и определяло его.
Затем дело слушалось присутствием (по типу современной коллегии) Приказа, и по нему принималось решение (приговор), излагаемое по склейкам бумаг дела, которое имело вид так называемого «столбца», иногда в несколько аршин длины. Исполнение по приговорам Приказа обыкновенно поручалось местным воеводам, которые о своих действиях по исполнению приговора доносили в Приказ.
Подготовка дел к слушанию и постановление по ним пригово-
155
ров производились в Приказе необычайно быстро. Задержки случались лишь в тех случаях, когда нужно было осветить дело дознанием на месте, что при тогдашних путях сообщений не могло делаться скоро.
По законам Уложения 1649 г. на межевание спорных земель от Поместного приказа надо было направлять нарочных (командируемых) межевщиков из дворян или давать указания о таких межеваниях местным воеводам или старостам.
Однако в то время воеводы чаще всего посылали на эти работы своих подчиненных «служилых» людей из числа городовых дворян, пушкарей, подьячих и других грамотных людей. По Указу 1682 г. на межевание всяких земель было велено посылать от Поместного приказа исключительно стольников, дворян московских и стряпчих, но вскоре по Указу 1688 г. вновь было разрешено кроме нарочных межевщиков Поместного приказа отправлять на межевание местных воевод и губных старост. Выдвигалось лишь одно непременное условие — чтобы воеводы сами ездили на место, а не посылали от себя городовых дворян и подьячих, как это практиковалось ими ранее.
Таким образом, во второй половине XVII в. в составе государственных землемеров были лица преимущественно из средних чинов — стольников и дворян московских, имевших права почти на одинаковый поместный оклад, а именно: «в Московском уезде на 100 четв., да в диких полях стольники на 350 четв., а дворяне московские на 300 четв.». Денежное жалованье этих лиц также было почти одинаковым.
В указах о жалованьи стольники и дворяне московские всегда помещались в одну статью. Так, например, в 1660 г. им было дано по 20 руб., в 1661 г. — по 30 руб., в 1664 г. — по 15 руб., в 1667 г. они получили одинаковую добавку по 12 руб. к прежнему жалованью. Надо заметить, что придачи к окладам тогда давались служилым людям весьма часто и нередко значительными для того времени суммами.
По данным И. Е. Германа, кроме поместных и денежных окладов, получаемых по чинам государственной службы, писцы во время своих межевых командировок получали еще с владельцев устраиваемых земель подводы (не менее 8), по гривне со 100 четв. обмежеванных земель на канцелярские принадлежности, кормовые деньги. В 1680, 1681, 1684 и в последующие годы давали по одной деньге (0,5 коп.) с 1 четв., а в 1683 г.— по гривне в день. Ранее писцы взимали с владельцев корм натурой по особому расчету и при производстве межевания квартировали бесплатно у землевладельцев.
Помощниками писцов были «старые» подьячие Поместного и иных приказов, а иногда и подьячие городовые. Поместный оклад их был 60 четв. в диких полях, а денежное жалованье весьма различным; так, подьячие Поместного приказа могли получать
156
от 1 до 45 руб. в год, а городовые получали 10, 7 или 5 руб. в год. Однако те из них, которые посылались на межевание, принадлежащие «старым» подьячим, получали: городовые — 10 руб., а приказные — не менее 12 руб. в год.
Во время межевых командировок они получали 2 подводы и кормовые деньги (по 1 деньге с 1 четв. межуемых земель), но на всю писцовую партию (включая стрельцов). В 1683 г. подьячим и прочим низшим служащим писцовой партии было указано давать суточное содержание по 10 денег в день на всех, но эта система продержалась только один год.
Наиболее употребительным наказанием для подьячих за преступления и проступки по службе был кнут (Герман И. Е. История русского межевания. — 3-е изд. — М., 1914. — С. 118).
Если отследить фамилии постоянно работавших писцов и подьячих по уцелевшим писцовым книгам второй половины XVII в., можно сделать вывод, что многие из них работали в одном и том же уезде, иногда переезжали из одного города в другой, но, как правило, продолжали заниматься межевым делом.
Содержание писцовых межеваний в разные годы определялось специально утверждаемыми государством наказами (своего рода инструкциями по производству межевых работ).
2. СОДЕРЖАНИЕ И РОЛЬ ПИСЦОВЫХ МЕЖЕВАНИЙ
Основным видом землеустроительных работ, проводившихся государством через Поместный приказ, стали писцовые межевания. Работы начались с 1551 г., когда Иван Грозный в послании к Стоглавому Собору (общецерковному собранию Московского государства) писал о том, что он «приговорил семи писцов посла™ во всю свою землю писати и сметити...». А позже, в 1556 г., в специальном положении о государственной службе повелел «в поместьях землемерием уверстати и учинити коемуждо что достойно...» (История земельных отношений и землеустройства/ Под ред. Н. В. Бочкова. — М.: Сельхозгиз, 1956. — С. 14).
Работы велись на основе «писцовых наказов» — специальных документов о порядке проведения описаний. В них предписывалось:
осуществить записи о землях поместных и вотчинных, сел и деревень по видам и землевладениям (бояр, окольничих, стряпчих, дворян, иноземцев, монастырских, церковных и др.), одновременно описать население и его занятия (количество дворов в каждом селе, поименно людей в них, наличие заброшенных дворов, занятость людей);
сверить наличие земель по ранее выданным документам на право владения (государевым грамотам, выпискам из писцовых книг, купчим, отдельщиковым или отказным записям и др.) с
157
фактическим использованием земель на основании описаний и обмеров, показаний свидетелей из местных людей; установить законность землевладения и изъять в пользу государя с последующий раздачей сокрытые или незаконно используемые участки (при отсутствии документов или при опустении деревень определять принадлежность земель владельцу путем опроса людей, проживающих поблизости);
описать земли с подразделением по видам угодий (пашня, покосы, леса и т. д.), по качественному (лучшие, средние, худшие) и культуртехническому состоянию (пашня, заросшая лесом и кустарником; пятилетние и более давние перелоги; чистые перелоги), а также по видам хозяйственного использования (указывать, например, «где, под какой деревней имеется рек, озер, прудов, мельниц, рыбных ловель, бобровых гонов, всяких угодий», сколько и на каких покосах, на скольких десятинах и по скольку копен с десятины сена ставится и т. д.);
разрешать земельные споры на меже.
Описания проводились писцовыми партиями (комиссиями), которые направлялись Поместным приказом из Москвы в отдельные города и округа. Они состояли из старшего писца (дьяка) и его помощников (подьячих). Местный воевода выделял в распоряжение партии отряд стрельцов от 5 до 15 человек.
Из истории известны также названия «дозорщиков» и «мерщиков», участвовавших в писцовых описаниях. Первые занимались проверкой, исправлением и дополнением уже произведенных ранее описаний, вторые обмеряли земли.
Одной из главных задач писцовых описаний был раздел земель, то есть установление границ (меж) между землевладельцами и их описание. В одном из наказов писцам, относящемся к середине XVII в. (ст. 29 Писцового наказа 1622 г.), указано: «А которые бортные леса и деревни, и починки, и пустоши, и селища, и займища сошлись с поместными землями, с пашнями и с покосами и со всякими угодьями, хотя будет в которых ныне и спору нет, те бортные земли с поместными и вотчинными землями размежевать и межу чинить и на межах велети ямы покопати и грани потесати и в книге имянно межи их велеть писать по межам, чтоб впредь меж их в землях споров не было» (Шулейкин И. Д. Истории земельных отношений и землеустройства. — М.; Л.: Изд-во колх. и сов. лит., 1933.-С. 113).
Если межевание, и особенно его юридическая сторона, долгое время не слишком интересовало правительство, то к концу XVII в. межевание вместе с поземельно-устроительными задачами становится главным элементом писцовых описаний.
Раньше размежевания производились по инициативе землевладельцев и без участия властей. Но в случаях споров между владельцами, при разделах имений, выделах и отводах новых земель помещикам или вотчинникам размежевание, а также установление
158
или восстановление границ происходили при участии писцов. Эти последние либо сами производили нужные действия, либо записывали в соответствующие книги соглашения владельцев. Постепенно случайные и разрозненные действия по межеванию превратились в важнейшую задачу писцовых описаний. Так, в Наказе 1622 г. уже имеется целый ряд статей, посвященных этому: «А тем помещикам и вотчинникам... кому у кого доведется выделять пашни... и отделять новым помещикам... и они б однолишно те поля меж себя поделили сами по четвертям на колько четвертей в котором поле пашни, к которому полю доведется и межи меж себя сами ж учинили и ямы докопали и грани поклали, чтоб впредь меж их споров в землях не было, да те межи написать на список и руки свои к тому списку приложить» (ст. 20).
В Наказе явно указывается, что писцовые описания — это важная задача, которую государство через Поместный приказ и писцов этого ведомства берет на себя: «А которые дети боярские писцам скажут, что им меж себя самим делить и размеживать немоч-но, и писцом... те поместья размежевать и на списки межи писать, да те списки межевые велеть присылать к себе, а писцом по тем спискам межи писать в книги письма своего» (ст. 21).
Обязательное размежевание и установление границ предписывались в случаях наделения поместий вспомогательными угодьями, когда этим создавались разбросанность и чересполосность, а также в случаях разверстания чересполосных дач: «И кому через чьи земли к которым селам и деревням и от чьих сел и деревень сколько десятин лесу и сел придадут и писцам то все написать в книги подлинно порознь, да разъезды и межи в тех землях, в которых местах, у которых угодий убавят и к которым местам которые угодья прибавят чинить межи, а на межах велети ямы копати и грани потесати и в книги писать подлинно, чтобы впредь в лесах и в покосах и во всяких угодьях и в бортных угодьях ни у кого, ни с кем споров не было» (ст. 17).
Уже во время писцовых межеваний описания стали впервые дополняться графическими изображениями местности, выполняемыми (в связи с отсутствием геодезических инструментов) очень схематично. Так, в 1556 г. был составлен Писцовый наказ с приложением «земельных начертаний». В первой половине XVI в. в России были проведены первые картографические работы: составлена первая карта, изображающая Московию, а также карта Московского государства с частью Сибири и Татарии. Чуть позже была написана первая русская «геометрия» (геодезия), имевшая название «Книга, именуемая геометрия, или землемерие радиксом и циркулем, глубокомудрая, дающая легкий способ измерять места самые недоступные, плоскости, дебри» (Варламов А. А., Хисма-туловО. Т., Левин Б. Г. Земельный кадастр субъекта Федерации. — Пермь: Денор, 1997. — С. 31).
Для того чтобы иметь достоверные сведения о всей земле, осу-
159
ществлялись сплошные описания писцами территории государства в целом. Эти работы назывались валовыми описаниями или валовыми межеваниями; они были проведены в XVII в. До этого времени были известны лишь валовые писцовые описания 1592 г.; по царскому указу от 1597 г. землевладения, записанные в писцовых книгах 1592 г., признавались бесспорными.
В начале XVII в. из-за неурядиц Смутного времени произошли большие изменения в землепользованиях; многие земли незаконно приобретались и расхищались. В 1622 г. был издан указ о сыске поместных окладов (земель), полученных в Смутное время, по которому были произведены описания большей части земель России, однако в 1626 г. здание Поместного приказа сгорело со всеми документами и архивами. Поэтому к середине XVII в. писцовые описания были начаты вновь. Большое значение при этом имело Соборное уложение 1649 г. — первый свод законов России, где межевание признается как самостоятельное юридическое действие. В этом документе были названы два основных вида межевания:
спорное и бесспорное межевание земель, еще не межеванных писцами;
спорное и бесспорное восстановление межевых знаков.
В уложении устанавливались меры взыскания за порчу межевых знаков, нарушение границ землепользования и незаконное пользование землей, неправильные действия межевщиков при спорных межеваниях. Определялся порядок отвода и раздела поместий, разрешения земельных споров (земельного суда), установления и восстановления границ.
Для межевания поместий, еще не межеванных писцами, предписывалось «...давать Государевы межевые грамоты и с писцовых книг выписи и велеть по тем выписям те их поместья и вотчинные земли межевать с окольными людьми и согорожильцами, и на межах велеть ямы копать и столбы ставить, и грани тесать, и всякие признаки чинить, чтобы впредь ни у кого ни с кем в поместных и вотчинных землях спору не было».
Взыскания за порчу меж, насильственное завладение землями и неправильные действия межевщиков определены в уложении так: «...кто писцовую межу испортит и столбы вымечет или грани высечет, или ямы заровняет, или землю перепашет, а по суду и сыску про то сыщется допряма, и тех людей на спорных межах бить кнутом нещадно, вкинуть в тюрьму на неделю, а истцу на нем взять за каждую грань по пяти рублев. А буде кто послан будет межевать спорную землю и разведет не по правде, для своей корысти, и в том на него будут челобитчики и сыщатся про то допряма, что он в том деле учинил неправду и ему за то воровство учинить жестокое наказание, велеть ему бить кнутом по торгам, а спорную землю велеть развести иному кому, чтобы в той земле у смежных помещиков и у вотчинников впредь спору не
160
было» (Герман И. Е. История русского межевания. — М., 1902. — С. 85).
Межевые работы, проведенные в России в соответствии с Соборным уложением 1649 г., навели определенный порядок в землевладениях и землепользованиях, однако окончательно не дали ясности в использовании земель и не закрепили всех прав помещиков на землю. Для решения этих задач в период с 1680 по 1686 г. по наказам писцам 1680, 1683, 1684 гг. было осуществлено новое валовое писцовое описание земель России.
Межевание велось от уездных городов, постепенно распространяясь по волостям; границы землевладений устанавливались в натуре (на местности). Для обозначения границ (меж) применялись столбы, деревья с тесаными гранями, рылись ямы, вырубались просеки, использовались также межники и границы живых урочищ.
Длина граничных линий выражалась в саженях. Площадь пашни измерялась в десятинах во всех трех полях (имевшихся при трехпольной системе хозяйства) и пересчитывалась потом в четверти для раскладки поземельного налога. При измерении больших лесов достаточно было определить длину и ширину их в верстах и саженях.
Инструментами для измерения земель служили трехаршинная сажень (2,13 м) и мерная веревка.
Записи осуществлялись в писцовых книгах. С технической точки зрения производилось только описание земель без изображения на бумаге землевладений и землепользовании в виде чертежей или планов. Это объяснялось тем, что в то время в России практически не было лиц, знакомых с правильными геометрическими приемами и сложными землемерными инструментами (рис. 13).
Во второй половине XVII в. в разные годы на места выезжало различное число межевых (писцовых) партий.
В 1650 г. в 12 городах работали 13 партий, в 1665 г. в 3 городах межевали 3 партии (последний год войны с Польшей), в 1675 г. в 11 городах — 15 партий, в 1685 г. в 52 городах — 62 партии (валовое межевание), в 1695 г. в 9 городах — 9 партий, в 1700 г. в 8 городах работали 8 партий.
В Московском уезде, наиболее часто межевавшемся, число межевых партий составило: в 1680 г.— 37 (валовое межевание), в 1681 г. — 9, в остальные годы — от 1 до 7 партий, за исключением 1654—1658 и 1695 гг., за которые (по уцелевшим писцовым книгам Московского уезда) данные по межеванию отсутствуют.
О продолжительности валовых межеваний городов можно судить по следующим примерам.
Валовое межевание Новгорода продолжалось с 1683 по 1686 г., то есть 4 года, и производилось 9 различными партиями. В 1683 г. работали две партии: одна — в Бежецкой пятине на землях Ивер-
161
ского и Юрьева монастырей, а другая — в Шелонской пятине на ее поместных и вотчинных землях. В 1684 г. работали три партии: одна — в Обонежской пятине в вотчинах Тихвинского монастыря, другая — в Шелонской пятине на землях дворцовых и оборочных сел, деревень и пустошей, а третья — в Деревской пятине на ямских и монастырских землях. В 1685 г. также работали три партии: одна — в Вотцкой пятине на ямских, митрополичьих, монастырских, церковных, поместных и вотчинных землях, другая — в Шелонской пятине в посадских, ямских, монастырских и архиерейских землях, третья — в Деревской пятине в митрополичьих, монастырских, поместных, вотчинных и пустых землях. В 1686 г. работали две партии: одна домежевывала Деревскую пятину, а другая — Бежецкую в ее церковных, государевых, монастырских, поместных и вотчинных землях. Писцовые партии ежегодно менялись, за исключением одной — стольника князя Белосельского, который межевал здесь в 1685 и 1686 гг.
Валовое межевание Коломны велось в 1684, 1685 и 1686 гг. од-
162
ной и той же писцовой партией стольника Е. Н. Хрущева с подьячим И. Барановым. Были обмежеваны поместные, вотчинные и посадские земли в Б. Викулинском стане, дворы и усадьбы пушкарей в городе, дворы Коломенских пушкарей, воротников, приставов и казенных кузнецов и т. д.
По свидетельству В. Н. Татищева (1686—1750), опубликовавшего первый научный труд по отечественной истории, некоторые писцы не знали грамоты, а многие из них небрежно выполняли свои обязанности. В своей работе «О скудности и богатстве» И. Т. Посошков говорил о писцовых межеваниях: «А сие весьма неправо деется: писцы и переписчики и дозорщики пустоши и жилыя деревни как коя слывет именно, пишут, и колико в коем урочище четвертая пашня и сенные покосы, пишут же и пяшучи, не то-б, чтобы ее смерять, но и глазами не видав, пишут все по крестьянским сказкам, и в иной пустоши напишут четвертей 50 в поле, а в дву потомуж. И егда кто станет сеять, ажио во всех трех полях толико не высеет. А в иной пустоши, видел я, написано 6 четвертей, а высевается ржи в одном поле по 20 четвертей, а лесу будет больше трех верст. И в таком расположении только одна смута. И всякой деревне и пустошам мера, да прозвание, и при какой признаке та земля, или с какою землей смежная, ничего того не пишут, и разделения межам совершенно не чинят. И от того многое множество ссор и убийств чинятся. И иные, забыв страх божий, взяв в руки святую икону, и на голову свою положа дерницу, до отводят землю, и в таковом отводе смертне грешат; и много и того случается, еже отводя землю и неправдою межу полагая, и умирали на меже» [Шулейкин И. Д. История русского землеустройства (в материалах и документах). — М.; Л.: Сельхозгиз, 1930. — С. 64].
Тем не менее писцовые описания принесли большую пользу государству и имели все признаки землеустройства. При их составлении писцы старались уничтожить чересполосицу, не устанавливать новых въездов в чужие леса, а озера и места для рыбной ловли, еще не отданные никому в дачу (пользование), передавать только тем владельцам, внутри земель которых они находятся. Существовали также правила отвода и размежевания земель, размещения новых дорог, которых они старались придерживаться.
