Глава VI.

Языкъ и раса.

/ Усвоеніе и утрата языка. — Языкъ предковъ. — Семейства языковъ. — Арій- ское,—Семитическое.—Египетское, берберійское и т. д. — Татарское или ту- ранское.Юго-восточно-азіатское. — Малайско-Полинезійское. — Дравидій- ское — Африканское, банту, готтентотское. — Американское.—Ранніе языки

и расы.

Слѣдуюіцішъ вопросомъ является: что можно узнать изъ язы- ковъ относительно исторіи говорящихъ на нихъ народовъ и расъ, къ которымъ нринадлежатъ эти народы?

Въ предшествовавшихъ главахъ, дри раздѣленіи человѣчества. на яороды или расы по формѣ череяа, по цвѣту кожи и по дру- гимъ тѣлееяымъ яризнакамъ, мьг не лринималя въ разсчетъ языка_г какъ примѣты расы. Дѣйствительно, языкъ, которымъ говоритъ че~ ловѣкъ, не представляетъ доляаго и вѣрнаго доказательетва его происхожденія. Существуютъ даже случаи, гдѣ онъ можетъ ввести въ лолное заблужденіе; такъ, каждый изъ насъ видалъ людей, ко торые говорятъ только яо-англійски, но имѣютъ китайскія или африканскія черты лида, и которыя, по наведеніи справокъ, ока- зываются вывезенными въ раннемъ дѣтствѣ язъ ихъ родной етраны. Каждому изъ насъ также хорошо извѣстны случаи, гдѣ при скре- щиваніи языкъ одного изъ родителей исчезаетъ, и люди, носящіе фамилію Буало или Мюллерь, представляются наетоящими англи- чанами яо языку, несмотря на своихъ французскихъ и нѣмецкихъ яредковъ. He только отдѣльныя особи, но цѣлые народы могутъ утрачивать свой родной языкъ такимъ путемъ. Негры, ввезенные въ Америку, какъ рабы, были взяты изъ различныхъ племенъ и

ЯЗЫКЪ И PACA.

151

не имѣли "ншеакого общаго языка; вслѣдствіе этого они стали го- ворить между собою на языкѣ своихъ бѣлокожихъ хозяевъ, и въ настоящее время можно наблюдать курьезное зрѣляще чершжожихъ семей съ шерстистыми волосами, бесѣдующихъ другъ съ другомъ на ломаномъ англійскомъ, французскомъ или исданскомъ языкѣ. Въ нашей собственной странѣ, въ Корнуэльсѣ, недавно вышелъ изъ употребленія кельтскій языкъ древнихъ бриттовъ; совремеяемъ то же произойдетъ ж въ Уэльсѣ. Тѣмъ не менѣе, въ смѣшанномъ населеніи Корнуэльса—все равяо, говоритъ ли оно на кельтскомъ языкѣ или нѣтъ—-остается кельтская кровь, и относить современ- ныхъ корнуэльцевъ къ чистой англійской расѣ только потому, что ояи говорятъ по - англійски, было бы неправильнымъ употребле- ніемъ данныхъ, доставляемыхъ языкомъ. Подобное небрежное со- поставленіе языка и расы, какъ будто бы они всегда идутъ рука объ руку, уже не разъ приводило къ неправильнымъ антрополо- гическимъ выводамъ. Тѣмъ не менѣе они идутъ рука объ руку ъъ значительной мѣрѣ. Хотя языкъ человѣка въ дѣйствительности свидѣтельствуетъ не о его происхожденіи, но о его воспитаніи, все-таки большинство дѣтей фактически восяитываются родите- лями и наслѣдуютъ ихъ языкъ, наравнѣ съ ихъ чертами лица. ІІока люди одной расы и одного языка живутъ вмѣстѣ среди своего народа, ихъ языкъ остается расовымъ признакомъ, общимъ имъ всѣмъ. И хотя отъ времени до времени въ дѣло вмѣшиваготся пе- реселенія и с-крещиванія, покореніе и рабство, такъ что націоналъ- ный языкъ народа не можетъ разсказать всю исторію предковъ послѣдняго,—все-таки онъ можетъ разсказать нѣкоторую часть ея, и именно самую важную часть. Такъ, въ Корнуэльсѣ англійскій языкъ представляетъ настоящее историческое свидѣтельство о по- селеніи англичанъ въ этой странѣ, хотя онъ к не въ состояніж разсказать намъ о кельтской расѣ, которая жила въ странѣ до англичанъ, ж съ которою яослѣдніе смѣшались. Словомъ, указанія, даваемыя языкомъ извѣстной націи относительно ея расы, нѣ- скольео похожи на указанія, доставляемыя фамиліею человѣЕа от- носительно его семьи, то-есть ояи даютъ далево не всю исторію но одну важную черту ея.

Затѣмъ слѣдуетъ посмотрѣть, что могутъ свидѣтельствовать намъ языеи міра относительно ранней исторіи народовъ. Ііри раз-

лнтропологія.

смотрѣніи доказательствъ въ лользу связи между языками необхо- дио соблюденіе крайней осторожности. Мало пользы можно ожи- дать отъ простого сравненія между двумя языками, какое склонны были дѣлать старомодные филологя, которые, найдя съ полдюжины сходныхъ словъ, рѣшали, безъ дальнѣйшихъ хлопотъ, что изслѣ- дуемые два языка представляют.ъ остатки одного первобытнаго, давшаго происхожденіе имъ обоимъ. ІІри болѣе тщательныхъ фи- лологическихъ сравненіяхъ нашего времени, многія сходства словъ приходится отбросить, нризнавая ихъ недоказывающими никакой связи. Въ любыхъ двухъ языкахъ навѣрное возможно отыскать по нѢсеольео словъ, которыя сходны между собою по чистой елучай- ности; такъ, нанр., tiputa языка жителей Острововъ Товарище- ства, означающее „шгащъ", похоже на наше англійское слово tippet, означающее „мѣховой воротииЕъ". Слова должны быть срав- ниваемы между собою только тогда, когда, на ряду со сходствомъ въ звукахъ, существуетъ ж соотвѣтственность въ значеніи, иначе откроется широкій путь для различныхъ фантазій, въ родѣ соображе- ній того автора, который связываетъ извѣстное полинезійское слово tabu, „священный", съ tabut, арабскимъ названіемъ ковчега за- вѣта, повидимому, только 'нотому, что послѣдній представлялъ со- бою весьма священный предметъ. Равнымъ образоаіъ ничего не до- казываютъ въ этомъ отношеніи ж звукоподражательныя слова; напр., какъ индусы, такъ и дикари Ванкуверова острова называютъ во- рону Jcaha, но это не потому, что ихъ языеи стоятъ въ какой-ни- будь связи между собою, a просто потому, что таковъ крикъэтой птиды. Важнѣе всего увѣриться, что сравниваемыя слова дѣйстви- тельно лринадлежатъ еъ древнему заяасу словъ языка, въ кото- ромъ они найдены. Недавно одинъ авторъ доказалъ къ своему удовольствію, что турецкій, арабскій и яерсядскій языки состав- ляютъвѣтви одного яервобытнаго; доказательство его заключалось въ томъ, что турки называютъ человѣка adam — какъ называютъ дерваго человѣка арабы—и отца—pader, чтб сходно съ перс-ид- сеимъ словомъ для того же понятія. Правда, самый фактъ вѣренъ, но авторъ упустялъ изъ виду, что турЕи въ теченіе вѢеовъ обога- ідали свой варварсЕІй языеъ заимствованіемъ словъ изъ культур- ныхъ арабсЕаго н яерсидсЕаго языеовъ, и что adam ж pader при- надлежитъ именно еъ подобнымъ словамъ, заимствованнымъ въ

153

позднѣйшія времена, и, слѣдовательно, въ фжлологическомъ отно- піеніи вовсе не яринадлежатъ туредкому языку. Подобныя заим- ствованія еловъ дѣйствительно представляютъ весьма цѣнное сви- дѣтельство, но оно доказываетъ не общность происхожденія язы- ковъ, a толъко существованіе сношеній между народами, говоря- щими на этихъ языкахъ. Они часто даютъ указанія относительно страны, изъ которой было лолучено какое-ннбудь новое произве- деніе, y которой лереняли какое-нибудь новое орудіе, или идею, или учрежденіе. Такимъ образомъ, уже сами слова въ англійскомъ языкѣ яоказываютъ намъ, что Италія снабдила насъ донятіями, обозначаемыми словами: opera, sonata, chiaroscuro, между тѣмъ какъ Испанія дала даШпа („курица") и mulatto; что отъ евреевъ мы получили sabbath и jubilee, отъ арабовъ—шо и magazine, въ то время какъ Мехика доставила намъ chocolate и tomato, Гаи- ти—hammok („койка") и hurricane („ураганъ"), ІІеру — диапо и quinine („хннинъ"), и даже языки острововъ Тихаго океана пред- ставлены словамк taboo („запрещеніе") и tatoo („татуированіе"). Но во всемъ этомъ нѣтъ ни капли доказательства, что какой-ни- будъ изъ этихъ языковъ произошелъ нзъ одного семейства съ ка- кимъ-нибудъ другимъ.

Еогда два языка имѣютъ подобное общее происхожденіе, то для удостовѣреяія этого филологъ не довольствуется простымъ лодыскиваніемъ нѣсколькихъ словъ со сходяыми звуками. На са- момъ дѣлѣ онъ ожидаетъ найти, что слова общаго пра-языка не только измѣншшсь въ лроисходящихъ отъ него языкахъ, но что они измѣнились согласно различнымъ лравиламъ. Такъ, онъ знаетъ, что, согласно такъ называемому Гриммову закону, англійскіи ten (десять) n'tarne (смирный, лрирученный) должны явиться въ нѣ- мецкомъ съ другою начальною буквою, въ видѣ zehn, zahm, ыежду тѣмъ какъ въ латинскомъ онл должны быть представлены въ видѣ decern, domare. Съ тою же самою правильностыо измѣненія, звукъ к нѣкоторыхъ полинезійскихъ языковъ превращается въ другихъ въ t\ такъ, слово „человѣкъ", на Сандвичевыхъ островахъ kanaka (откуда наши матросы называютъ всякаго обитателя острововъ Ти- хаго Океана капакег), на Новой Зеландія обращается въ tangata. Переходя отъ звуковъ словъ къ кхъ строенію, сравнительный фи- лологъ предполагаетъ, что если два языка родственны между со-

лнтропологія.

бою, то они должны обнаруживать такое сходство въ корняхъ и въ составленіи словъ, что ихъ подобіе не можетъ быть объяснено ни случайностью, ни заимствованіемъ. Въ первой главѣ, въ виду иной цѣли, мы привели примѣры языковъ, ггродолжаюіцихъ обна- руживать свою тѣсную связь при отклоненіи отъ первоначальныхъ общихъ коренныхъ языковъ. Читатель можетъ найти полезнымъ взглянуть еще разъ на эти примѣры (стр. 12), прежде, чѣмъ пе- рейти къ нижеслѣдующему очерку семействъ языковъ, принадле- жащихъ различнымъ расамъ людей.

Языки бѣлыхъ людей большею частію принадлежатъ къ двумъ болыпимъ семействамъ, къ арійскому и семитическому. Начнемъ съ арійскаго семейства, на£ываемагчг также ~ йндоеврЬпейскимъ и включающаго языки части южной и западной Азіи и почтя всей Европы. Первоначальный языкъ, отъ котораго они всѣ произошли, можетъ быть названъ іщівобытнымъ арьйскимъ. Каковы были корни этого древняго языка и какимъ образомъ они слагались въ слова, изслѣдователъ можетъ составить себѣ нѣкоторое лонятіе изъ греческаго и латинскаго, но еще лучше изъ санскритскаго, гдѣ какъ корни, такъ и словоизмѣненіе сохранились въ болѣе совер- шенномъ и правильномъ состояніи. Въ видѣ грубой иллюстраціи того, какимъ образомъ могутъ быть различаемы въ санскритѣ слова общеизвѣстныхъ европейскихъ языковъ, можно привести одну строку изъ перваго гимна Веды, гдѣ вѣруюіціе умоляютъ Агни, божественный огонь, чтобы онъ сдѣлался доступнымъ для насъ, какъ отецъ для сына, и находился близъ насъ ради нашего счастія:

Sa nah pitâ іѵа sûnave Agne su-upâyanah bhava: sac-hasva nah

svastaye.

Здѣсь можно съ большею или меньшею ясностью разлпчить слова, стоящія въ связи съ латинскими, греческими и англійскими, nos, pater, son, ignis, up, be, sequi, cuesto и др. Хотя первобытный арійскій представляетъ утратившійся языкъ, филологи пытаются возстановить его ігутеагъ сравненія его древнѣйшихъ производныхъ, каковы санскритскій, древне-персидскій, греческій, латинекій, древ- не-русскій, готскій, древне-ирландекій и др. Разъ нризнано, что нѣкогда существовалъ яервобытный арійскій языкъ, долженъ былъ

ЯЗЫКЪ И PACA.

155

существовать и народъ, который говорилъ на немъ, и лотомки котораго сохранили его до позднѣйшихъ вѣковъ. Трудно нарисо- вать съ какою нибудь вѣрдостыо изображеніе самихъ яервобыт- ныхъ арійцевъ (см. стр.107), ибо въ яродолженіе своихъ переселе- ній и завоеваній они такъ смѣшались съ другими расами, что въ настоящее время народы, объединяемые арійскою рѣчью, вклю- чаютъ крайнія разновидности бѣлокожихъ людей, начиная отъ исландда до индуса. Полагаютъ, что раннимъ мѣстомъ жительства\ арійцевъ была внутренняя Азія, можетъ быть, нынѣшній Турке-і станъ, область Окса и Яксарта, дотому что отсюда открывается удобный яуть для лереселенія кочевниковъ, съ ихъ стадами ита-Л бунами, съ одной стороны, въ Персію, съ другой—въ Индію. Такъ\ какъ Индія и Персія въ языкахъ своихъ священныхъ кяигъ со- ^f хранили арійскій языкъ въ менѣе измѣненномъ видѣ, нежели это ^х представляется въ другихъ мѣстахъ, то можно заключить, что страна, изъ которой пришли вторгнувшіеся арійцы, находилась гдѣ нибудь неподалеку. Но она могла быть и далѣе къ востоку, въ Центральной Азіи, или, по мнѣнію одной современной діколы антродологовъ, въ областяхъ сѣверной Евролы, гдѣ сосредоточены бѣлолицые арійскіе народы. На этой родинѣ, гдѣ бы она ни на- ходилась, арійцьг жили въ видѣ варварскихъ, яо не дикихъ кла- новъ, воздѣлывая почву и пася свои стада и табуны; они были воинс-твенны и свѣдущи во многихъ житейс-кихъ ремеслахъ; были способны составлять законы и держаться ихъ; имѣли религію и ревностно поклонялись солнцу, небу, огню и водѣ и благочестиво вѣровали въ божественныхъ духовъ своихъ предковъ. Неся съ собою свой языкъ, законы и религію, эти основатели надіональ- ностей, разселяясь яо лучеобразно-расходядщмся лутямъ, распро- странились до юго-заладной Азіи и всей Европѣ. ІІри этомъ пере- селеніи они нашли страну населенной дравидійцами, татарами и, безъ сомнѣнія, еще многими другими лородами, имѣвшими нѣ- когда обдшрное раслространеніе, въ родѣ басковъ, языкъ которыхъ л до сихъ доръ еще держится въ Пиренеяхъ. Тамъ, гдѣ древніе языки исчезли, свидѣтельство о лрежнемъ населеніи Европы можно получить толысо отъ ихъ могилъ и дрочесть въ чертахъ нынѣш- нихъ націй, дотому что эти черты часто могутъ лринадлежать болѣе дервоначальному народу, нежеля вторгнувіяимся арійдамъ.

аятропологія.

Самыми ранними арійскими ордами, двинувшимися на заяадъ, могли быть предш кельтійскихъ народовъ, такъ какъ языкъ по- слѣцнихъ яодвергся наибольшей леремѣнѣ, и они встрѣчаются на далекомъ западѣ Евроды, какъ будто они были тѣснямы слѣдо- вавптими за ними тевтоио-скандияавскими ллеменами—своіши да- лекими родичами, но не друзьями. Предки греко-италійскихъ на- родностей лошля на заяадъ, лока не достягли Средиземяаго моря; лослѣднимя яришли славянскіе народы, занимающіе въ настоящее время восточную Еврояу. Таковы свѣдѣнія о начальномъ леріодѣ арійскихъ націй, которыя можно извлечь изъ ихъ языковъ и изъ ихъ географическаго размѣщенія. Появленіе ихъ на всемірной сценѣ, гдѣ уже давно играли главныя роля египтяне и вавило- ияне, относится не къ салгамъ раннимъ періодамъ исторіи. Арійды выступаютъ въ лродолженіе нослѣдняго.тысячелѣтія лередъ христі- анской эрой, когда среди нихъ возникаетъ религія Будды, насчи- тывающая теперь наибольшее число лослѣдователея въ мірѣ; когда достигаютъ госяодства мидяне я яерсы, и яоявляется Киръ со сво- имъ яобѣдоноснымъ войскомъ; когда греки начинаютъ вліять своею удивителъною силою мысли на искусство, науку и философію; и когда римляне устанавливаютъ свою военную и юридяческую си- стему, сдѣлавшую ихъ державнымъ народомъ. Въ нозднѣйшіе пе- ріоды двигателями цивилизаціи становятся наши тевтонскія народ- ности, сначала выстунившія ея разрунштеляші. Арійскіе народы удержаля за собою и въ современномъ мірѣ ноприще завоеваяія и объединенія съ другими народами, на которое они встунили въ доисторическія времена. За лредѣлами міра, бывшаго извѣстнымъ древнимъ, на арійскихъ языкахъ говорятъ телерь на далекихъ материкахъ и островахъ: въ однихъ случаяхъ это нотомки бѣло- кожихъ колонистовъ язъ Еврояы, истребившихъ, или изгнавпіихъ нрежнихъ обитателей страны; въ другихъ—яотомки тѣхъ же евро- яейцевъ, атившихся съ туземными народностями, какъ въ Мехико или ІІеру.\^і....--'V

Перейдйіъ теперь къ языкамъ сдѣдукщаго семейства — семи- тическаго* Всего легче составить себѣ нонятіе о .нихъ на осно- ваніи древне-еврейскаго. Всякій серьезный изслѣдователь языко- знанія долженъ ознакомиться съ еврейскимъ но крайней мѣрѣ на столько, чтобы разобрать нѣсколько гд^въ изъ книги Бытія, ибо,

157

такъ какъ всѣ другіе языеи, обыкновенно изучаемые въ Англіи, принадлежатъ къ арійскому еемейству, это послужитъ къ выведенію его ума изъ обычной колеи путемъ ознакомленія съ рѣчыо, со- ставленною изъ другого матеріала. Весьма умѣренное число кор- яей, по большей части состоящихъ изъ трехъ согласныхъ, измѣ- няя свои гласныя и приставки, образуютъ ббльягую часть языка съ такою правильностыо, что древне-еврейскіе словари повсюду располагаются по корнямъ. Такъ, отъ корня m l-ch дроизводятъ глагольныя и существительныя формы со значеніемъ „царствовать", какъ, напр., mâlach = „онъ царствовалъ", mâlchû=„они царство- вали", уітіосіі—»ояъ будетъ царствовать", timloch = .,ты будешь царствовать", melech= „царь" (всѣмъ извѣстное по имени царя Жельхи - зедека = „царь праведвости"), melâchim = „цари" , маі- chenû = „нашъ в;арь ", malcMh = „ царица ", mamlâchâh = „ царство" и т. д. Главнѣйшіе языки, принадлежащіе къ сетитическому се- мейству, суть ассирійскій, древне-еврейскій и финикійскій, сирій- скій, арабскій и эфіопскій. Первоначальный языеъ, отъ котораго они всѣ произошли, лучше всего представленъ ассирійскимъ язы* комъ ниневійсЕихъ надписей и арабсЕИмъ языеомъ, на которомъ говорятъ между собою бедуины пустыня. Древніе или новѣйшіе народы, говорящіе на семитичесЕНхъ язъшахъ, принадлежатъ глав- нымъ образомъ еъ черноволосой бѣл0Е0жей расѣ; тилъ, въ еото- ромъ всѣ они сходны между еобою, теперь самымъ яенымъ обра- зомъ выражается въ еврейскомъ лицѣ съ его орлинымъ носомъ, долными губами и черными Еудрявыми волосами. Тѣмъ не менѣе, до однѣмъ чертамъ лица было бы невозможно различить евреевъ, ассирійцевъ и арабовъ среди всей массы темноволосыхъ бѣлыхъ народовъ. Здѣсь именно СЕазывается значеяіе язижа, свидѣтель- ствующаго, что извѣстная груяпа народностей связана между со- бою общимъ происхожденіемъ отъ одного древняго народа, еото- рый говорилъ на утраченномъ языеѢ, давшемъ начало арабсЕОму и еврейсЕОму, Еоторый жилъ вначалѣ историчееЕаго періода въ юго-зададной Азіи и высылалъ свои переселяющіяся ллемена осно- вывать новыя народиости, дѣянія Еоторыхъ составляютъ однѵ изъ велнЕИхъ главъ исторіи. Ассирійскіе завоеватели дриняли болѣе древнюю халдейсЕую дивилизацію и дали ей дальнѣйшее развитіе. ФиниЕІяне сдѣлались великимъ ЕуяечесЕимъ народомъ древняго

АНТРОПОЛОГІЯ.

[гл.

міра, разсѣяли свои торговыя колоніи по берегамъ Средиземнаго моря и пронесли свою торговлю на дальній востокъ, яри чемъ они не только развозили яовсюду ткани и пряности, но ж расяроетра- няли въ новыя страны искусства я идеи, и въ ихъ рукахъ неуклю- жія гіеороглифическія письмена сдѣлались азбукою. Израильтяне, хотя, какъ нація, они никогда не достигали такого могущества или такой степени культуры, совершили свои завоеванія въ обла- оти религіи, и въ то время, какъ исчезли толпы божествъ, кото- рымъ лоелонялись въ ассирійскомъ и финикійскомъ храмахъ, по- Елоненіе Іеговѣ перешло въ христіанство и распространилось по всему міру. Позднѣе другихъ, воинственныя племена Аравік по- несли знамя своего пророка въ среду окружавшихъ ихъ народ- ностей и основалл вѣру Ислама, которая представляла цивили- зующую силу въ средніе вѣка ж даже теперь, въ дни своего упадка, обнаруживаетъ вліяніе на міръ отъ западной Африки до острововъ на далекомъ востоеѢ.

Языеъ древнихъ егидтянъ, хотя и не можеть быть помѣщенъ въ семнтическое семейство на ряду съ древне-еврейскимъ, все-таки яредставляетъ аналогію ему въ нѣкоторыхъ важныхъ пунктахъ, •отчего бы это ни зависѣло,—отъ долгаго ли сношенія между двумя расами въ Егяптѣ, или отъ какой-нибудь болѣе глубокой связи по яроисхожденію; яодобныя аналогіи открываются также я въ берберійскихъ языкахъ Сѣверной Африки. Эти трудные во- просы здѣсь могутъ быть только упомянуты. Были сдѣланы по- нытеи, хотя и не увѣнчавшіяся особеннымъ усяѣхомъ, доказать что арійскіи и семитическій языеи сами произошли отъ одного общаго лра-язьіЕа. Если это такъ, то вѣЕа измѣненій настолько изгладили слѣды общаго нроисхожденія, что филологичесЕое сравне- ніе не въ еостояніи доЕазать его. Говоря объ арійсЕомъ и свхчи- тичесЕОмъ семействахъ языеовъ, слѣдуетъ упомянуть, что многіе филологи соединяютъ ихъ, относя еъ одному Елассу въ силу того, что оба они соетоятъ изъ „с|)лектирующихъ" языеовъ, или таЕихъ, Еоторые настольЕО сливаютъ свои Еорни и лріставЕи и настольЕО язмѣняютъ самые Еорни, что часто бываетъ не легко уловить, гдѣ кончается Еорень и гдѣ начинается яриставЕа—каЕъ это хоропго извѣстно всяЕОму новичеѵ въ гречесЕой грамматикѣ. Конечно, флеЕтирующія семейства обладаютъ снособностш Еомяактнаго

языкъ ii paca.

159

еамообразованія* придавшею весьма много выразительности и точ- ности такимъ поэтическимъ ж философскимъ языкамъ, каковы гре- ческій ж арабскій. Но различія въ строеніи между подобными флек- тирующими языками ж связуіощимиДІРглютинируіощими) другихъ народностей, напримѣръ татаръ, ^овее не ясны. Если бы ока- залось возможныжъ прослѣдить иринадлежность арійскаго и семи- тическаго семействъ къ одному первоначальному семейству, это все-таки не доказало бы, что вся бѣлая раса нмѣла одинъ перво- начальный языкъ, ибо грузинскій языкъ Кавказа, баскскій Пире- неевъ и многіе другіе все-таки оставались бы внѣ этого семейства, бѵдучи, повидимому, не связаны ни съ какимъ-либо лзъ великихъ семействъ, ни между собою.

Въ серединѣ и на сѣверѣ Азіи, въ степяхъ или среди тундръ ж лѣсовъ унылаго сѣвера, кочующія орды охотниковъ или пасту- ховъ обнаруживаютъ кореяастый смугло-желтый татарскій или мон- гольскій типъ и говорятъ на языкахъ, лринадлежащихъ къ одлому семейству, каковы манджурскій ж монгольскій. Хотя эти татарскіе или тѵранскіе язьши яринадлежатъ главяымъ образомъ Азіи, они утвердшйсь и въ Европѣ. Въ болѣе отдаленный леріодъ грубыя татарекія племена распространились по сѣверной Европѣ, но за ними лослѣдовали вторгавшіеся арійды, которые и вытѣсняли ихъ, такъ что, наконецъ, въ настоящее время дродолжаютъ говоритъ на татарскихъ языкахъ только сильно смѣжанные остатки на окраинахъ, каковы эсты, финны и лапландцы. Въ болѣе поздній леріодъ исторія разсказываетъ, какъ въ Европу вторглись пол- чища татарской расы, гунны и турки, которые, въ свою оче- редь, покорили арійскіе народы; воспоминаніемъ объ этихъ вол- нахъ вторженія изъ дентральной Азіи въ настоящее время остаются венгерскій ж туредкій языки. Въ началѣ татарскія орды лоявляются въ исторіи какъ варвары, какими остаются ж теперь еще многія племена, но ихъ главлыя народности, сдѣлавшись буддистами, му- сульманами ж христіанами, приняли дивилизадіи, свойственныя каждой изъ этихъ религій. Татарскіе языки лринадлежатъ къ свя- зующимъ, они образуютъ слова, ставя сначала корень, выражаю- щій смыслъ, и затѣмъ прибавляютъ еъ нему суффиксы, рядъ ко- торыхъ видоизмѣняетъ это значеніе. Такъ, отъ турецкаго корня 5вѵ=_ялюбить^к производится слово sevisMirilm diler, которое озна-

антропологія.

[гл.

чаетъ: „ихъ нельзя было заставить полюбить другъ друга". Въ нѣкоторыхъ языкахъ этого отдѣла замѣчательный законъ созвучія гласныхъ заставляетъ суффиксъ сообразовать свою гласную съ гласной корня, къ которому онъ прибавляется; это какъ бы для того, чтобы сдѣлать слушателю яснымъ, что данный суффиксъ при- надлежитъ данному корню; такъ, до-венгерски, Мг=„домъ^к обра- зуетъ hdmm=_Vjмой домъ", но szêh=„cтулъ" образуетъ szëkem— „мой стулъ".

Густое населеніе юго-восточной Азіи, включающее бирманцевъ, сіамцевъ и особенио китайцевъ, обнаруживаетъ типъ цвѣта кояги я чертъ лица, явственно родственный татарскому или монгольскому; но общій характеръ нхъ языка различенъ. Кнтайскій языкъ со- ставленъ изъ односложныхъ словъ, каждое изъ которыхъ имѣетъ свой настоящій или грамматическій смыслъ, такъ что нанш искон- ныя книги для маленькихъ дѣтей, написанныя односложными сло- вами, могутъ дать нѣкоторое нредставленіе о китайскихъ фразахъ. Это свойство употребленія односложныхъ словъ раздѣляютъ и дру- гіе, сосѣдніе Еитаю, языки, и такъ какъ оно ограничиваетъ за- яасъ ихъ словъ до неудобно-малаго чиела, то они прибѣгли къ епособу измѣненія значенія слова помощью измѣненія его музы- кальнаго тона или ннтонадіи; такъ y сіамцевъ слогъ ha, смотря но измѣненію тона, можетъ означать „чуму", шги число „ггять"; или глаголъ „искать". Такимъ образомъ, интонированіе, служащее въ Англіи для выраженія душевнаго волненія или для отличенія вопроса отъ отвѣта, на далекомъ востокѣ съ успѣхомъ примѣ- няется къ созданію совсѣмъ различныхъ словъ, представляя при- мѣръ, какъ языкъ хватается за всякій годный пріемъ, когда тре- буется какое-нибудь средство для выражеяія мысли. Если мы но- смотримъ на карту Азіи, на область, занимаемую этою юго-вое- точною группою народностей, то намъ станетъ очевидно, что на- роды столь близко прилегающихъ одна къ другой областей начали говорить односложными словамн не по какой-нибудь случайности, но что это свойство, повидимому, произотло изъ одного общаго родового источника и придаетъ всему ряду этихъ языковъ общій семейный характеръ. Этими односложными языками нерѣдко додь- зуются для того, чтобы уяснить, на что могли походить нростыя дѣтскія доетроенія нервобытной человѣческой рѣчн. Но необходимо

161

упомянуть, что какъ ни просты китайскій или сіамскій языки, нельзя быть увѣреннымъ, что они—языеи первобытные. Дѣтскія китайскія фразы могутъ быть вовсе не первобытны, но могли про- изойти вслѣдствіе отживанія болѣе древней сложной грамматиЕН, на подобіе того, . какъ нашъ англійскій языкъ стремится усѣкать длинныя слова и отбрасывать флексіи, уяотреблявшіяся нашими предками. Еитайская простота грамматики никоимъ образомъ не идетъ рука объ руку съ простотою мысли и жизни. Китайская на- дія, подобно египетской и вавилонсЕой, допгла до крайне искус- ственной цивилизаціи задолго до того времени, когда фяникіяне и греки вышли изъ варварскаго состоянія. До сихъ доръ еще не ясно, еъ какой расѣ принадлеадли древніе вавилоняне, говорив- шіе на аккадійскомъ языкѣ, однако послѣдній представляетъ нѣ- которыя аналогіи, которыя, можетъ быть, связываютъ его съ та- тарскими и монгольскими языками.

Мы уже видѣли (см. стр. 98), что малайцы, микронезійцы, по- линезійды и малагассы—разнообразное и смѣшанное населеніе, частью монгольской расы — объединяются въ своей громадной океанійской области, охватывающей половину земяого шара, при помощи языеовъ, принадлежащихъ еъ одному семейетву, носящему названіе малайско-полинезійскаго. Возможно, что коренной языеъ, отъ Еотораго произошло это семейство, принадлежалъ Азіи, таЕъ еаеъ въ МалайсЕ0й области грамматика болѣе сложна, и въ языеѢ встрѣчаются слова, вродѣ tasik=„море" и langit= „яебо*, въ то время, еяеъ на отдаленныхъ островахъ Новой Зеландіи и Гавай- сеихъ эти слова превратились въ tai и lai—,—словно языеъ стано- вился болѣе соЕращеннымъ и безформеннымъ по мѣрѣ того, ЕаЕъ раса переселялась далѣе отъ родины и погружалась въ варвар- СЕую жизнь оЕеанійсЕихъ островитянъ.

Индійсеій материЕъ не утратилъ языеовъ ялеменъ, населяв- шихъ страну передъ тѣмъ, кшъ арійсЕое вторженіе положило на- чало индуссЕОму населенію. Особенно на югѣ, дѣлыя народноети— хотя и усвоившія индуссЕую дивилизацію—говорятъ на язьіЕахъ, принадлежащихъ къ дравидійсЕОму семейству, каЕОвы языіш та- мильсеій, техугузсЕІй и каяарійсЕІй. Важность этого элемента на- селенія Индіи видна изъ того, что эти не-арійсЕіе языеи все еще распространены въ наибольшей части большого индійсЕаго треу-

11

антропологія.

[гл.

гольника къ югу отъ Нербудды, кромѣ остатковъ ихъ въ обла- стяхъ ближе еъ сѣверу. Тѣмъ не менѣе на арійсЕихъ нарѣчіяхъ въ Индіи говорятъ многія смѣпганныя племена, въ жилахъ кото- рыхъ течетъ, можетъ быть, весьма мало арійской крови. Въ лѣ- сахъ Цейлона можно найтя единственный народъ въ мірѣ, веду- щій дикую жизнь и говорящій при этомъ на арійскомъ родствен ножъ нашему, языкѣ. Это Ведды или „охотниеи", боязливые ди- кіе люди, строящіе шалаши изъ вѣтвей и питающіеся дичью и дикимъ медомъ; какъ кажется, они представляютъ смѣсь лѣсныхъ туземцевъ съ сингалезскіши низшими кастами, ломанымъ языкомъ которыхъ они говорятъ.

У иегроидныхъ народовъ—связаны ли Андаманцы и Папуасы по расѣ съ африканшши неграми или нѣтъ, все равно— языки ихъ во всякомъ случаѣ не обнаруживаютъ родства. Равнымъ обра- зомъ, и африканскіе негры не всѣ говорятъ на языкахъ, принад- лежащихъ одному и тому же семейству; напротивъ, иныя нарѣчія, какъ, напр., языкъ мандинго, какъ кажется, обособлены отъ вели- каго семейства языковъ централъной и южной Африки, называе- маго банту по племенамъ, прозывающимъ себя просто „людьми" (ba-ntu). Одну изъ главныхъ особенностей языковъ банту состав- ляетъ помѣщеніе приставокъ въ началѣ слова (что совершенно лротивололожно татарскимъ языкамъ). Такъ, африканскій волшеб- никъ называется тдапда, множзственное же отъ него будетъ гоа- дапда—„волшебники". Еафры одной области носятъ хорошо из- вѣстное имя basuto, представляя множественную форму; отдѣльный туземецъ называется mosuto, между тѣмъ какъ его страна есть lesuto, его языкъ sesuto и его характеръ или качество bosido. Въ южной Африкѣ существуетъ весъма отличное отъ другихъ семей- ство языковъ, которое называется готтентотско-бѵлшенскимъ и за- мѣчательно до „щелкаяіямъ (clicks)", играющимъ ролъ согласныхъ въ словахъ и весьма похожимъ на щелканіе языкомъ, дѣлаемое нашими няньками для дѣтей и кучеразіи для лошадей. Наконецъ, если мы обратимся къ Америкѣ, мы найдемъ, что туземные языкн ея распадаготся на множество семействъ. йные изъ нихъ извѣстны англійскимъ читателямъ до одному-двумъ словамъ; такъ эсеимос- сеій языеъ береговъ полярыаго моря извѣстенъ по слову ЫуаЬ= лодка для одного человѣка, по образцѵ которой изготовляются

языеъ и paca.

163

.лодеи на нашихъ гонкахъ; альгонквинскій языеъ, во время первыхъ колонистовъ господствовавшій отъ Новой Англіи до Виргиніи, далъ намъ mocassin (обувь y индѣйдевъ) и tomahawk (особенный то- лоръ); ацтекскій языкъ Мехико извѣстенъ no ocelot (туземнаяди- Еая кошка) и бобамъ сасао\ тупикараибскій есть языеъ Вестъ-Индіи и бразильскихъ лѣсовъ—гдѣ живетъ toucan (ятлца яерцеядедъ) Е jaguar, накоыедъ, квичуа или перувіанскій извѣстенъ, какъ языеъ династіи іпса.

Въ заключеніе этого краткаго обзора главнѣйшихъ семействъ языеовъ слѣдуетъ замѣтить, что существуютъ еще многія другія -семейства, изъ которыхъ иныя состоятъ изъ небольшого числа на- рѣчій или даже изъ одного. Въ цѣломъ, можно было бы, ложа- луй, составить списокъ изъ пятидесяти или ста семействъ, связь жежду которыми до сихъ поръ не была еще показана сколько ни- •будь удовлетворительно. Правда, можно ожидать, что два или три изъ нихъ, которыя телерь кажутся совертенно отдѣльными, впо- •слѣдствіи, при болѣе внимательномъ изслѣдованіи, могутъ оказаться вѣтвями одного семейства, но, какъ кажется, нѣтъ никакихъ ви- довъ на то, чтобы всѣ семейства могли яодобнымъ путемъ сойтись вмѣстѣ, какъ отпрыски одного яервоначальнаго языка. Вопросъ о томъ, суіцествовала ли одна первобытная рѣчь, или ихъ было много въ пропглыя времена, оказался крайне долезнымъ для яобужденія еъ научному сравненію языковъ. Обѣ теоріи заявляютъ притязанія на объясненіе настояідаго состоянія языеовъ въ мірѣ. Съ одной €тороны, можно доказывать, что всѣ языки произошли отъ одного первобытнаго, отъ котораго ихъ развѣтвленія разошлись настолъко далеко другъ отъ друга, что часто невозможяо обнаружить суще- •ствованія какой либо связи между отдѣльными вѣтвями; съ дру- гой сторояы, къ тому же яоложенію дѣла прилгло бы все и въ томъ случаѣ, если бы вначалѣ существовало нѣсколько перво- бытныхъ языковъ, изъ которыхъ пережившіе дали бы начало се- .мействамъ. Но если—какъ это намъ кажется вѣроятнымъ—перво- иачальное образованіе языка произошло не сразу, но представляло постеяенный продессъ, распространявшійся ла длинные періоды и даже не прекратившійся вполлѣ въ настоящее время, то всѣ вообіде лоисеи за первобытными язьшіми становятся совершенно безяолез- ными (см. стр. 129). При настоящемъ улучшившемся состояніи

11*

АНТРОПОЛОГІЯ.

филологіи, болѣе цѣлесообразнымъ представляется восходить отъ извѣстныхъ языковъ къ утраченнымъ кореннымъ языкамъ, отъ ко- торыхъ первые должны были произойти. Мы уже видѣли, что та- кое изученіе даетъ превосходные результаты по отношенію къ исто- ріи не только еамихъ языковъ, но и говоряящхъ на нихъ народ- ностей, давая, напримѣръ, ключъ къ заселенію острововъ Тихаго Океана или доказывая нѣкоторую отдаленную связь по происхож- денію древнихъ бриттовъ съ англичанами и датчанами, приягед- пгами въ нашу страну послѣ нихъ. Тѣмъ не менѣе, хотя языкъ и весьма важенъ, какъ пособіе и руководство при изученіи исторіи народа, все-таки не должно разсчитывать, что онъ въ состояніи намъ вполнѣ разъяснить возникновеніе какой нибудь расы или воз- вести насъ къ самому началу ея. Негры не говорятъ всѣ на язы- кахъ одного семейства; не говорятъ и желтые, и темнокожіе, и бѣлые люди. При изслѣдованіи первыхъ періодовъ жизни народ- ностей, ихъ языки могутъ вести насъ далеко назадъ, часто гораздо- далѣе всякихъ историческихъ свидѣтельствъ, но они врядъ ли мо- гутъ довести насъ, хоть приблизительно, до начала великихъ чело- вѣческихъ расъ, и еще менѣе до начала всего человѣчества.

Письменность.

Идеографическое письмо.—Фонетическія письмена.—Китайское письмо.—Кли- яообразное письмо.—Египетское письмо.—Азбучное письмо.—Правописаніе.—

Книгопечатаніе.

Насъ учатъ читать и писать въ раннемъ дѣтствѣ, и потому мы врядъ ли можемъ ясно представить себѣ то мѣсто, которое занимаетъ это удивительное двойное исйусство въ цивилизованной жизни, дока намъ не удастся увидѣть, какъ оно поражаетъ ка- кого-дибудь варвара, не имѣющаго даже никакого понятія о са- мой возможности иодобной вещи. Даконъ _ Уил^ островахъ Южнаго океана, разсказываетъ, какъ, однажды, заня- •тый ялотничаніемъ, онъ, позабывъ дома свой наугольникъ, нали- €алъ кускомъ угля на щелкѣ просьбу о присылкѣ его и отпра- вилъ эту имдровизированную записку къ своей женѣ съ однимъ изъ туземныхъ вождей; посдѣдній, изумленный открытіемъ, что щепка можетъ говорить, не имѣя рта, въ тёченіе долгаго времени послѣ того носилъ ее на веревкѣ на шеѣ и разсказывалъ своимъ дивящимся землякамъ о томъ, что случилось на его глазахъ. По- , добнымъ же образомъ въ южной Афрккѣ одинъ чepнoкoжit,-ДD-

€ыльный^. .отжося яисъмо и отдравляясь по лути ротозѣйничать, /

дряталъ лисьмо на это время додъ камень, чтобы оно потомъ не ¹ вздумало доразсказать о томъ, чт0 онъ дѣлалъ, додобно тому, какъ > разсказывало о другихъ событіяхъ. Тѣмъ не менѣе, искусство ли- сать^ какимъ бы загадочнымъ оно ни казалось этимъ грубымъ лю- дямъ, развивалось рядомъ немногихъ ступеней, пройти которыя, можетъ быть, и не было легко, но лонять которыя, разъ онѣ

антропологія.

пройдены, не трудно. Даже нецивилизованныя расы сдѣлали пер~ вый шагъ, состоящій въ идеографическомъ письмѣ. Если бы натъ миссіонеръ нарисовалъ на щепкѣ изображеніе своего наугольника. L, to оно вьтолнило бы его порученіе, и туземецъ понялъ бы все дѣло, какъ нѣчто само собою разумѣющееся. Если начать съ этого первобытнаго шага, можно будетъ прослѣдить отсюда весі, ходъ исторіи развитія письма и книгопечатанія.

Фиг. 47 представляетъ образецъ идеографическаго письма, упо- требительнаго y охотничьихъ племенъ Сѣверной Америки. Здѣсь одисывается экспедиція черезъ Верхнее озеро, предводительствуе- мая вождемъ, который изображенъ верхомъ на лошади со своею магическою барабанною палкою въ рѵкѣ. Всего было пятьдесятъ

Фиг. 47. Идеографическое письмо на скалѣ близъ Верхняго озера (по Скуль-

крафту).

одинъ человѣкъ въ пяти лодкахъ; на первой изъ нихъ находился союзннкъ вождя, имя котораго — KisMcemimazee, то-еетъ „Зимо- родокъ", изображено рисункомъ этой птйцы. Ихъ прибытіе надру- гую сторону озера, ловидимому, изображается сухопутною черепа- хою, извѣстною эмблемою земли, между тѣмъ какъ рисунокъ трехъ солнцъ подъ небеснымъ сводомъ обозначаетъ, что переправа за- няла три дня. Болыная часть этого дѣтскаго, по своей простотѣ_у способа дередачи мысли состоитъ въ начертаніи рисунковъ тѣхъ самыхъ предметовъ, о которыхъ предполагаютъ говорить. Но тутъ же видны пріемы, идущіе далѣе простого подражанія. Такъ, черепаха, нарисованная для изображенія земли, уже не представ- ляетъ такого простого подражанія, но сдѣлалась эмблемою или сямволомъ. И когда птида рисуется для того, чтобы изобразить

еисьменность.

167

не настоящаго зимородка, a человѣка, носящаго это имя, мы ви- димъ первый шагъ къ фонетическому лли звуковому письму, лрин- ципъ котораго состоитъ въ замѣнѣ звука произносимаго слова ри- сункомъ. Какимъ образомъ люди сдѣлали слѣдующій шагъ къ искусству писать, можно видѣть изъ обыквовенной дѣтской игры въ ребусы, то-есть яисаніе словъ „въ видѣ яредметовъ". Эта игра, лодобно многимъ другимъ, еохраняетъ въ формѣ дѣтской забавы то, что въ болѣе ранніе леріоды представляло серьезное дѣло для взрослаго человѣка. Такимъ образомъ, если кто-нибудь передаетъ слово „waterman" („прислужникъ лри водопроводѣ и водопоѣ"; составлено изъ water=вода ж тап=человѣкъ), рисуя изображенія кружки для воды ж человѣка, то здѣсь значеніе слова лередается такимъ способомъ, который врядъ ли идетъ да- лѣе сдѣланнаго американскимъ иядѣйцемъ рисунка зимородка. Со- вершенно икое, когда въ дѣтской книгѣ загадокъ мы находимъ

Фиг. 48 Pater noster (Отче нашъ), изображеяное мехиканскими письменамд- рисунками (но Обэну).

рисунки кружки для воды, убитаго человѣка и финиковый ллодъ, всѣ вмѣстѣ изображающіе ребусъ на слово „кандидатъ" (can-di- date: сап=кружка; йі=(1іе=умирать; сЫе—финикъ). Въ этомъ случаѣ рисунокъ уже изображаетъ не смыслъ слова, a только его звуки. Здѣсь мы имѣемъ настоящее, -хотя ж грубое, фонетичеекое лисьмо ж видимъ, какъ было въ дѣйствительности изобрѣтено ярак- тическое искусство лисьма. Какъ кажется, это изобрѣтеніе сдѣ- лало не разъ, ж лритомъ нѣсколько различными лутями. Древніе мехиканды еще до лрибытія лспандевъ дошли уже до того, что могли передавать, при домощи рисунковъ на манеръ ребусовъ, имена лицъ и названія мѣстъ. Даже когда ихъ начали обращать въ христіанство, они старались лримѣнять свое письмо рисунками къ латинскимъ словамъ своей новой религіи. Такъ они рисовали флагъ (pan), камень (te) ж колючую грушу (noch) (фиг. 48), что все вмѣстѣ произносилось pa-te-noch-te и служило для яередачи pater noster—довольно точнымъ образомъ для мехиканцевъ, не

ра- te noch- te

АНТРОПОЛОГІЯ.

[гл.

имѣвшихъ звука г въ своемъ языкѣ. Подобнымъ же образомъ они оканчивали эту молитвѵ изображеніемъ воды (а) и алоэ (me), что вмѣстѣ должно было составлять атш.

Это приводитъ насъ еъ болѣе важной системѣ письменъ. Если взглянуть на обычныя китайскія письмена яа чайныхъ ящикахъ и сосудахъ, то врядъ ли кто можетъ подумать, что эти письмена когда-либо имѣли что-нибудь общее съ рисунками предвіетовъ. Къ счастію, однако, сохранились нѣкоторыя раянія ближайшія письмена, извѣстныя подъ именемъ „древнихъ рисунковъ^:;, еото- рыя показываютъ, каішмъ образомъ то, что вначалѣ представ- ляло отчетляво набросанные очерки предметовъ, стали затѣмъ вы- черчивать нѣсколышми взмахами еисточеи изъ кроличьяго волоса, пока, наконецъ, рисунки не перетли въ нынѣ употребительныя скорописныя формы, не обнаруживающія никакого смысла no своему виду, какъ это можно усмотрѣть изъ фиг. 49.

Соднце. Луна. Гора. Дерево. Собака.

Древніе © |) ^ $ fr

^Н-^ые В Я (1 )|ѵ ^

Фиг 49. Китайскіе древніе рисуяки и позднѣшшя скорописныя вхъ формы

(по Эндлихерѵ)

Китайды не остановились на этой простой передачѣ предме- товъ ихъ рисунками, передачѣ, еіде далекой отъ настоящей пись- ненности. Изобрѣтатели нынѣшняго способа китайс-каго письма пожелали изображать произносимые звуки, но здѣсь они были по- етавлены въ затрудненіе, вслѣдствіе того, что ихъ языкъ состоитъ изъ односложныхъ словъ, и каждое слово, поэтому, имѣетъ нѣ- околько различныхъ значеній. Чтобы преодолѣть это затрѵдненіе, они придумали остроуагный планъ составленія сложныхъ знаковъ, или „рисунковъ, сопутствуемыхъ звуковыми знаками" („pictures and sounds"), одна часть которыхъ показываетъ звукъ, другая же— значеніе слова. Чтобы дать читателю нѣкоторое дредставленіе объ этомъ, предположимъ, что риеункомъ ящика условлено замѣщать англійскій звукъ для язцика=Ьо#. Такъ какъ, однако, этотъ звукъ имѣетъ въ англійскомъ языеѢ нѢсеольео значеній, то для указанія, какое именно изъ нихъ предполагается въ данномъ случаѣ, должно

еисьменность.

169

ярибавить къ дервому какой-нибудь отличительный знакъ. Такъ рядомъ съ ящикомъ можно нарисовать елючъ, Еоторый локая^етъ, что это ящшъ=Ъох, въ который кладутъ вещи; или листъ, если дѣло идетъ о растеніи lox = 6jесъ: или руку, если говорится о Ьо#=боксированіи; или бичъ, который нокажетъ, что требовалось изобразить Ъох= довозеи или кучерскія козла. Все это было бы крайне неуклюжими пріемами для насъ, но это было великимъ шагомъ впередъ отъ простыхъ рисунковъ, такъ какъ этотъ сдо- собъ опредѣляетъ одновременно и звукъ слова, и его значеиіе. Такъ, по-китайски, звукъ chow имѣетъ различныя значенія, ка- ковы: корабль, пухъ, мерцаніе, тазъ, болтливость. Поэтому буква, изображающая корабль, сіюгс, помѣщеняая первою на фиг. 50, повторяется дослѣ того съ прибавочными знаками, для указанія яа лредлолагаемое спеціальное значеяіе chow. Довольно явствен- ная пара перьевъ помѣщается возлѣ знака для корабля для обо-

Корабяь. Пухъ. Мерцаніе. Тазъ. Болтливость.

Фиг. 50. Китайскія сложныя буквы, „рисунки, сопутствуемые звуковыми

знаками".

значенія с1ьогѵ= _пщ^гхъ^а; далѣе знакъ огня придаетъ chow значе- ніе „мерданія", еще далѣе знакъ воды превращаетъ chow въ „тазъ"; и, наконецъ, знакъ для рѣчи, присоединенный къ знаку для корабля, дѣлаетъ изъ chow „болтливость".

Хотя эти дримѣры далеко не объясняютъ всей замысловатости китайскаго дисьма, все-таки они даютъ хоть нѣкоторое понятіе о лринципахъ его звуковыхъ знаковъ и ключей или одредѣлитель- ныхъ знаковъ и доказываютъ, дочему китайду, чтобы быть въ состояніи писать на собственномъ языкѣ, необходимо овладѣть та- кимъ необыкновендо-сложнымъ рядомъ буквъ. Введеніе подобнаго сдособа письма было результатомъ изобрѣтательноети древнііхъ китайдевъ, и ихъ совремеяные потомки свидѣтельствуютъ о своемъ уваженіи еъ ней тѣмъ, что отЕазываются идти далѣе въ этомъ искусствѣ. Въ то же самое время слѣдуетъ замѣтить, что они не лринимаютъ фонетичесЕаго дисьма, лодобнаго письму зададныхъ народовъ, не тольео велѣдствіе своего консерватизма, но и до

M

АНТРОПОЛОГІЯ.

[гл.

другимъ причинамъ; западное письмо. напримѣръ, смѣшало бы различныя значенія chow, которыя китайды могутъ различить при домощи теперешнихъ своихъ буквъ. Но японды, языкъ которыхъ былъ болѣе китайскаго способенъ усвоить фонетическое письмо, выработали себѣ изъ китайскихъ буквъ настоящую фонетическую сжстему письма. Выбравъ нѣкоторыя изъ этихъ буквъ, они упро- етили ихъ до знаковъ для выраженія звуковъ, изображая однимъ изъ нихъ звукъ г, другимъ го, третьимъ ha и т. д. Такимъ обра- зомъ, рядъ изъ сорока семи подобныхъ буквъ (называемый ими, соотвѣтственно первымъ буквамъ, iroha) служитъ основаніемъ си- стемы знаковъ, при домощи которой они въ продолженіе цѣлыхъ вѣковъ передавали фонетически японскія слова и составляли свои словари.

Перейдемъ теперь къ клинообразнымъ дисьменамъ, какія можно видѣть въ британскомъ музеѣ на громадныхъ ниневійскихъ бы- кахъ съ человѣческими головами, или на плоскихъ кирдичахъ, игравшихъ роль страницъ книгъ въ библіотекѣ Сеннахериба. Эти знаки, надоминающіе клинья или наконечники стрѣлъ, располо- женные рядами и группами. не оченъ иохожи на изображенія лред- метовъ. Тѣмъ не менѣе существуютъ доказательства, что они воз- никли сначала изъ идеографическаго письма; напримѣръ, солнце представлялось грубою фигурою его, сдѣланною въ четыре рос- черка, расположенныхъ въ кругъ. Иныя изъ груипъ знаковъ над- писей служатъ ' непосредственно для изображенія предметовъ, вродѣ человѣка, женщины, рѣки, дома; междѵ тѣмъ какъ другія читаются фонетически, какъ изображенія слоговъ. Изобрѣтатели этой древней системы лисьма лринадлежали, ловидимому, къ ак- кадійской группѣ народовъ, къ основателямъ ранней вавилонской цивилизаціи. Въ позднѣйшіе періоды научились писать клинообраз- ными яиеьменами ассирійды и лерсы, какъ это видно изъ надпи- сей, остающихся и по сіе время ихъ древнѣйшими дамятниками. Но клинообразное письмо было до крайности громоздко и лотому, когда ему пришлось вступить въ состязаніе съ азбукою, оно должно было уступить послѣдней. Для уразумѣнія лроисхожденія этого изо- брѣтенія намъ необходимо обратиться къ способу дисанія, который относитея, вѣроятно,еще къ болѣе глубокой древности, нежели клино- образный методъ Вавилоніи,—именно къ гіероглифамъ Египта.

письменность.

171

Самыя древнія гіероглифическія надписи Египта принадлежатъ періоду приблизительно за 4000 лѣтъ до P. X. Даже въ это древ- нее время гіероглифическій способъ писъма былх развитъ уже въ такой степени, что ішсцы имѣли средства, въ случаѣ надобности, передавать каждое слово фонетически. Но хотя египтяне и допгли такимъ образомъ до передачи звуковъ письмомъ, они довѣрялись этому пріему только отчасти, комбинируя его со знаками, очевидно представляющими остатки болѣе ранняго идеографическаго письма- Такимъ образомъ, простые рисунки быка, звѣзды, пары сандалій, могутъ изображать звѣзду, быка, сандаліи. Даже въ тѣхъ слу- чаяхъ, когда они передавали звуки слова, y нихъ наблюдается замѣчательное обыкновеніе прибавлять такъ называемые опредѣ- лители, то-есть рисунки, подтверждающіе или пояеняющіе зна- ченіе передаваемаго слова. Слѣдующее короткое предложеніе, взя- тое для примѣра изъ „Египетской грамматики" Ренуфа, показы-

I I I л ^ I ^ ZM I

.IST солнце-богъ Р X

-К одинъ В, M горизонтъ Б. F враги мнѣ F одинъ ходить Т одинъ Т

шік ra netar per em xut er xeftu—f

я солнце-богъ, грядущій съ горизонта на враговъ своихъ

ваетъ всѣ эти пріемы. Значеніе фразы таково: „Я—богь-солнце, грядущіи съ горизонта на своихъ враговъ". Здѣсь часть изобра- женій животныхъ и предметовъ суть буквы, которыя складываются въ египетскія слова, написанныя внизу. Но остальныя суть на- стоящіе рисунки, назначенные для изображенія того, что они пред- ставляютъ. Солнце изображается рисункомъ со знакомъ единицы внизу и въ сопровожденіи боевой сѣкиры, служащей символомъ божества, между тѣмъ какъ далѣе слѣдуетъ рисунокъ горизонта съ солнцемъ на немъ. Рядомъ съ этимъ нѣкоторыя изъ фигуръ являются опредѣлительными рисунками для обьясненія словъ: гла- голъ „ходить" сопровождается пояснительною парою ногъ, за сло- вомъ „врагъ" слѣдуетъ изображеніе врага и затѣмъ три черты, обо- значающія множеетвенность послѣдняго. Повидимому, егидтяне начали съ простого идеографическаго писъма, въ родѣ употреби-

антропологія.

[гл.

тельнаго y варварскихъ племенъ Америки, и хотя въ дослѣдующіе вѣка они и лриілли къ улотребленію нѣкоторыхъ фигуръ въ ка- чествѣ фонетическихъ знаковъ или буквъ, y нихъ никогда не было достаточно рѣшимости, чтобы положиться на эти знаки влолнѣ, и они дродолжали рядомъ съ ними употреблять также и старые рисунки. He трудно видѣть, какимъ образомъ яришли они къ изо- браженію звука рисункомъ. На нашемъ рисункѣ можно замѣтить знакъ, который читается R. Онъ дредставляетъ очертаніе откры- таго рта и дѣйствительно часто употребляется для изображенія послѣдняго; но такъ какъ египетское слово для рта есть Ло, то этотъ знакъ стали уяотреблять какъ букву для выраженія Mo или В всюду, гдѣ бы это ни понадобилось. Таковъ цѣлый отры- вокъ изъ исторіи лисъменности, который можно разглядѣть въ одной гіероглифической фразѣ.

Эти тщательно выведенные гіероглифы или „священные скульп- турные" рисунки, употреблявшіеся для торжественныхъ церков- ныхъ и государственныхъ залисей, продолжали употребляться въ Египтѣ для священныхъ цѣлей еще и во времена греческой дина- стіи и даже римской имяеріи. Въ самомь дѣлѣ, въ числѣ первыхъ именъ, признанныхъ д-ромъ Томасомъ Іонгомъ послѣ того, какъ тайна чтенія гіероглифовъ оставалась утраченною въ яродолженіе многихъ вѣковъ, оказались имена Птоломея и Клеодатры. Но уже съ весьма древнихъ временъ египетскіе писды, находя тщательное выведеніе рисунковъ слишкомъ хлодотливымъ для дѣловыхъ руко- писей на палирусѣ, свели ихъ на нѣсколько быстро производимыхъ росчерковъ, на лодобіе того, какъ китайды сдѣлали со своими письзѵгенами. Такимъ образомъ доявились „гіератическія" письмена, дримѣромъ которыхъ могутъ служить изображенныя на второмъ столбдѣ фиг. 51, въ сопровожденіи ихъ гіероглифическихъ перво- образовъ. Тѣмъ не менѣе, даже и лри употребленіи этихъ знаковъ, егжяетскіе писды никогда не могли настолько освободиться отъ лутъ своего ранняго идеографическаго лисьма, чтобы отбросить излишнюю многочисленность фонетическихъ знаковъ и безлодезные дояснлтельные рисунки. Этотъ великій шагъ былъ сдѣланъ дру- гимъ народомъ.

Тацитъ, одисывая въ одномъ мѣстѣ своей „Лѣтописи" лроис- хожденіе яисьменъ, говоритъ, что египтяне первые стали изобра-

письменность.

na

жать мысли при помощи фигуръ животныхъ, и эти древнѣйшіе па- мятники человѣка можно видѣть высѣченными на скалахъ, такъ что они (египтяне) оказываются изобрѣтателями письменъ, фйни- кійскіе же мореходцы иривезли ихъ изъ Египта въ Грецію, пріоб- рѣтя славу изобрѣтателей того, что на самомъ дѣлѣ они только позаимствовали. Это свидѣтельство Тацита можетъ быть и вѣрно по существу, но оно не оцѣниваетъ практическаго здраваго смысла финикіянъ, которымъ они могли руководствоваться какъ чужеземцы и люди, не связанные священными преданіями Египта. Нѣтъ ни-

Египетскія Егяпетскіе гіератическія Финикійская гіероглифы письмена. азбука.

Фиг. 51.—Египетскія гіероглифическія и гіератичесігія письмена сравнительно съ буввами финикійской и лозднѣйшихъ азбукъ (по Де-Руже).

какого сомнѣнія, что финикіяне (или какая-нибудь другая семи- тическая народаость), научившись египетскимъ гіероглифамъ, уви- дѣли, что идеографическіе знаки, присоединенные къ звуковымъ изображеніямъ словъ, сдѣлались излишними и что имъ нужно лишь неболыпое число знаковъ, которыми можно было бы отмѣчать звукіі \ _ь ихъ словъ. Такимъ путемъ была изобрѣтена самая ранняя, такъ называемая, финикійская азбука. Иныя изъ письменъ этой азбуки, можетъ быть, дѣйствительяо были скопированы съ египетскихъ знаковъ, какъ это видно на фиг. 51, которая представляетъ вы-

Д-ь ^ D (^Д)

V

антроПологія.

держку изъ сравнительныхъ рядовъ, составленныхъ Де-Руже и рас- лоібженныхъ такъ, чтобы можно было переходить отъ первона- чальваго египетскаго гіероглифа къ его гіератической формѣ въ скорописномъ яисьмѣ, и отъ нея къ соотвѣтственной буквѣ въ фи- никійской азбукѣ, съ указаніемъ ея значеяія нашими буквами и съ я$имѣрами другихъ подобныхъ буквъ въ общеизвѣстныхъ фор- м&хъ азбуки.

^Какъ кажется, первоначальная азбука была составлена около д||ятаго столѣтія до P. X.; ея знаки употреблялись моавитянами, фі^скіянами, израшгьтянами и другими народностями семитиче- скаго семейства для плсьма на ихъ языкахъ. Самое названіе азбуки или алфавита доказываетъ, что послѣдній дѣйствительно впервые выработанъ среди этихъ семитическихъ народовъ. Чтобы понять это, должно замѣтить, что каждая буква его называлась какимъ нибудь начинающимся ею. словожъ. Древнія еврейскія формы этихъ названій зяакомы англійскимъ читателямъ изъ псалма СХІХ, гдѣ онѣ расяоложены по порядкѵ, и гдѣ àleph или „быкъ" означаетъ а, leth или „домъ"—Ъ, дітеі или „верблюдъ"-^ и т. д. Этотъ способъ наименованія буквъ надо нризнать естественнымъ; дѣй- ствительно, наши англо-саксонскіе лредки имѣли другой рядъ на- званій, принадлежавшихъ руническимъ лисьменамъ, ѵлотребляв- шимся въ древнія времена; свое Ъ они называли Ъ?-огс, современ- ное birch=_n6eреза", свое m шш=„человѣкъ"; th—^тг=„тернъ^:\ Въ лользу того, .что финикіяне дѣйствительно лервые обладали азбукою, и греки научились лисьменному искусству только отъ нихъ, говоритъ тотъ фактъ, что греки заимствовали для буквъ финикій- скія наименованія, которыя сходны съ только что приведенными еврейскими и перешли въ греческомъ языкѣ въ извѣстныя формы— alpha, beta, gamma и т. д. Отсюда яроисходитъ слово aljphabet= „азбука", сохраняющее такимъ образомъ слѣды того, что буквы были составлены финикіянами, лолучили названія отъ нихъ, лере- шли отъ нихъ къ грекамъ и латинянамъ и, наконецъ, дошли до насъ. Интересно проемотрѣть какую-яибудь книгу, заключающую азбуки, гдѣ не только можно дрослѣдить исторію греческихъ и другихъ, очевидно родственныхъ имъ, лисьменъ, въ родѣ готскихъ и славянскихъ, ло можно даже лридти къ заключенію, что и другія. на первый взглядъ столь несходныя съ нашими яисьменами, ка-

еИСЬМЕННОСТЬ. 209

ковы санскритскія буквы и руны нбрмановъ, должны быть произ- водными одной первобытной азбуки. Такимъ образомъ браминъ пи~ шетъ свою Веду, мусульманинъ свой Коранъ, ѳврей свой Старый и христіанинъ свой Новый Завѣтъ—знаками_; ведущими свое про- исхожденіе отъ изображеиій на стѣнахъ храмовъ древняго Египта.

Въ письмѣ произопіли, однако, такія измѣненія, что во многихъ случаяхъ прослѣдить ихъ возможно только при помощи самаго тіцательнаго сравненія. Если бы какому-нибудь китайцу показать англійскую записку, написанную современнымъ почеркомъ, то до- казать ему, что эти буквы происходятъ отъ древнихъ финикій-' скихъ, изображеныыхъ на фиг. 51, оказалось бы не совсѣмъ легко. Нашъ скорописный почеркъ надо было бы возвести при посредствѣ почерка прописей и строчныхъ буквъ къ римскимъ заглавнымъ буквамъ и т. д. Читатели найдутъ это недурнымъ упражненіемъ. Имъ можно порекомендовать также взглянуть на старинный англій- скій почеркъ въ какой-нибудь приходской записи 16-го столѣтія; она имъ покажетъ, какъ сильно походило писаніе этого періода на ѵгловатый почеркъ, которымъ все еще находятъ нужнымъ пи- сать по-нѣмецки. Къ счастью, мы, англичане, научились болѣе простой и лучілей формѣ буквъ y итальянскихъ учителей чисто- писанія, обучившихъ .насъ „римскому почерку", о которомъ гово- ритъ Мальволіо въ „Двѣнадцатой ночи". Измѣненія буквъ нроиз- водились не только ради удобсгва, но и ради украшенія. Такъ, среди средневѣковыхъ писцовъ возникли причудливыя видоизмѣне- нія, которыя мы называемъ стариннымъ англійскимъ или чернымъ письмомъ (Black Letter), и которыя до сихъ поръ еще употреб- ляемъ для орнаментовки. ТаЕъ ЕаЕъ этотъ рукописный почеркъ былъ въ модѣ въ то время, Еогда было введено въ Европу ениго- иечатаніе, то первыя янглійсеія ениги печатались готическими буЕвами, подобно тому, ЕаЕЪ многія нѣмеіщія книги иечатаіотся ими еще и до сихъ поръ. Достаточно прочесть одиу страыицу на- печатанной таЕішъ образомъ ениги, чтобы вполнѣ убѣдиться, ЕаЕЪ много выигралж мы въ ясности, отбросивъ эти буквы съ ихъ безсмысленньши ломаными линіями и возвратившись еъ бо- лѣе яснымъ латннсЕИмъ буЕвамъ, которыми мы пользуемся въ на- стоящее время.

Исторія письма поЕазываетъ, что, рядомъ съ этими общими

антроПологія.

[гл.

измѣненіями въ азбукѣ, отъ времени до времени проязводились еще измѣненія отдѣльныхъ буквъ. Первоначалъная финикійская азбука была слаба по отношенію еъ гласнымъ: въ чемъ именно состояло дѣло, изучающій еврейскій языкъ можетъ лонять, если онъ попробуетъ читать безъ гласяыхъ точекъ, представляющихъ новѣйшія указанія на пользу тѣмъ, кто недостаточно хорошо зна- комъ съ языкомъ, чтобы знатъ произнодгеніе каждаго слова. Фи- никійская азбука не вяолнѣ соотвѣтствовала требованіямъ писав- лщхъ по-гречески и по-латыни, и яотому яослѣдніе, чтобы точнѣе лисать на своемъ языкѣ, измѣнили иныя язъ буквъ и прибавили новыя; за ними и другія народности такимъ же образомъ стали свободно дрибавлять, отбрасывать и измѣяять буквы я ихъ лро- изношеніе, чтобы найти средства изображать свой родной языкъ. Подобнымъ причинамъ можно пряписать возникяовеніе бѵквъ, не имѣвшихъ мѣста въ яервоначальной азбукѣ, каковы греческая 2 и англійское W, объясняюідіяся самыми ихъ названіями—омега или „большое 0" и „двойное U". Дигамма или F вышла изъ уяо- требленія въ греческомъ языеѢ, и двѣ дѣнныя англосаксонскія буквы для выраженія двухъ th—X и Р -утрачены въ современ- номъ аяглійскомъ. Буквы H и X могутъ служить примѣрами буквъ, которыя въ греческомъ языкѣ имѣли иное значеніе, чѣмъ въ анг- лійскомъ. Прясяособляя азбуку къ звукамъ своего языка, различ" ныя народвости достигаютъ довольно точнаго правописанія; италь- янды удовлетворительно обходятся съ дваддатью двумя буквами, между тѣмъ какъ русскіе уяотребляютъ триддать шесть. Англій- ская азбука насчитываетъ двадцать шесть буквъ, но расяоряжается ими безъ всякой правильной системы, вслѣдствіе чего наше пра- вописаніе я произношеніе разногласятъ между собою на каждомъ пгагу. Одну изъ причинъ подобнаго состоянія вещей представ- ляетъ пояытка удерживать одновременно два различныхъ право- нисанія, англійское я французское; такъ буква g уяотребляется для писанія англійскаго слова get (&эш>=„получать, доставать" я франдузскаго gentle {джент^> ль^= ^нѣжный, мягеій^і:). Другая при- чина заключается въ старанія сохранять старинные звуки въ дисьмѣ, хотя они исчезли въ дроизнотеніи, такъ, въ through (произн. зсру^^ „ сквозь^u, „черезъ"), castle (дроизн. %эес"ль=„ 3à- мокъ^к), scene (яроизн. шма=_ясцена^а), нынѣ нѣмыя буЕвы gh, t,

еИСЬМЕННОСТЬ.

177

с, яредставляютъ остатокъ звуковъ, дѣйствительно елышавлшхся въ англо-саксонскомъ словѣ tharh, латинскомъ castellum, грече- скомъ skene. Дѣло становится тѣмъ болѣе запутаннымъ, что во многихъ словахъ англичане иытаются просто писать т&къ, какъ слова дѣйствительно дроизносятся; англійское tail (нроизн. тэл= „хвостъ") не содержитъ утраченнаго гортаннаго звука, заключав- шагося въ англо-саксонскомъ tôegeZ; равнымъ образомъ, англій- ское palsy (произн. жи'<т=„дараличъ") не содержитъ знаковъ, исчезнувшихъ дри яроизводствѣ его отъ французскаго paralysie. Наше невѣрное лравописаніе представляетъ результатъ ле дра- вила, но отсутствія правила, ж къ самымъ любопытнымъ примѣ- рамъ орфографіи относятся тѣ случаи, гдѣ грамматики съунѣли сдѣлать неправильвымъ одновременно ж звукъ, и этимологію, на- чавъ лисать island (дроизн. айлѳндг= „островъ"), rhyme (лроизн. раймъ=»рифма"), scythe (лроизн. сайсзъ= „коса"), вмѣсто яреж- няго раціональнаго драводисанія яалшхъ отцовъ — Hand, rime, sithe. Высчитано, что на яреодолѣніе недостатковъ нынѣшняго способа яравописанія лопусту тратится среднимъ числомъ дѣлый годъ воспитанія англійскаго ребенка.

йзобрѣтеніе дисьменъ было тѣмъ великимъ шагомъ, который перевелъ человѣчество отъ варварства къ цивилизащи. Какъ гро- мадло было его вліяяіе, можно лучше всего измѣрить, если ло- смотрѣть на низкое состояніе ллеменъ, которыя живутъ еще безъ письменности, довѣряя свои лреданія и дравила жизни ляшь дамяти, <л неслособны ни яаколлять знанія, какъ это дѣлаемъ мы при помощи залисыванія событій,ни образовать запасъ ловыхъ наблю- деній на лользу будущимъ локолѣніямъ. Соверліенно справедливо, такимъ образомъ, проводить черту между варварскимъ и цивили- зованнымъ состояніемъ тамъ, гдѣ въ жизнь является письмен- ность, такъ какъ лослѣдняя придаетъ лрочлость исторіи, закону ж наукѣ. Знаніе настолысо связано съ дисьменностью, что если какого-нибудь человѣка называютъ ученымъ, то y насъ тотчасъ же является представленіе о немъ, какъ о человѣкѣ, прочитавшемъ много книгъ, лбо книги лредставляютъ главнѣйшій источникъ, язъ котораго люди научаются. Уже въ древнія времеяа, когда по- явились цѣнныя сочиненія, возникъ особый классъ коліистовъ или переписчиковъ, занятіе которыхъ заключалосъ въ размноженіи книгъ.

12

антрополоия.

Въ Александріи или въ Римѣ можно было отяравиться къ библіо- полисту или книгопродавцу и куиить рукодись Демосѳена или !и- вія, въ позднѣйшіе же вѣка лередиска великолѣлно иллюстрирован- ныхъ религіозныхъ шшгъ сдѣлалась занятіемъ совершенно обыч- нымъ, особенно въ монастыряхъ. Но руколиси были дороги, и ихъ могли читать только немногіе ученые; безъ сомнѣнія, дѣло бы и остановйлось на этомъ, если бы не появилось новое иекуество размноженія рукописей.

Оно заключалось въ продессѣ, который бьглъ дростъ самъ по себѣ и на дѣлѣ былъ извѣстенъ съ отдаленныхъ вѣковъ. Каждый еглптянинъ или вавилонянинъ, который намазывалъ чѣмъ-нибудь чернымъ свой дерстень или цилиндръ съ рѣзьбою и затѣмъ дѣлалъ съ него оттискъ, совершалъ уже первый шагъ къ кнмгопечатанію. Но, какъ ни кажется намъ легкимъ тедерь дальнѣйшее дриложе- ніе этого дриндипа, въ древнемъ мірѣ яикто ідо него не доду- мался. Оказывается, что кйтайды дервые дридумали сдособъ вы- рѣзывать цѣлую страницу буквъ на кускѣ дерева и отдечатывать съ него многочисленные оттиски. Они начали дѣлать это, можетъ быть, въ шестомъ столѣтіи, и во всякомъ сл]^гчаѣ въ десятомъ они уже были заняты дѣятельнымъ печатаніемъ книгъ. Китайское дисьмо, вслѣдствіе громаднаго разнообразія его знаковъ, не осо- бенно годится для печатанія съ лередвижнымъ шрифтомъ, но су- ді;ествуіотъ свидѣтельства, что этотъ методъ былъ изобрѣтенъ ими уже въ раднее время, и что въ одиннадцатомъ вѣкѣ они уже яе- чатали передвижнымъ шрифтомъ изъ терра-котты. Мусульманскіе дисатели олисываютъ китайское книгодечатаніе въ началѣ четыр- наддатаго столѣтія; отсюда вѣроятно, что именно благодаря это искусство дроникло въ Евроду, гдѣ вскорѣ лослѣ того лояви- лисъ такъ называемыя „деревянныя книги" (blockbooks), дечатав- шіяся на китайскій манеръ съ деревянныхъ досокъ, на которыхъ были вырѣзаны дѣлыя страниды; за ними векорѣ послѣдовали книги, надечатанныя съ помощью додвяжныхъ буквъ. Рѣдко какіе другіе вопросы вызывали такіе сильные сдоры между антикваріямн, какіе велись изъ-за долй Гутенберга, Фауста или Фуста и дру- гихъ въ чести жзобрѣтенія книгодечатанія. Какъ ни велика услуга, оказанная этимй почтенньщи людьми человѣчеству, справедливо домнить, что они лишь усовершенствовали практическіе лріемы

письменность.

179

китайскаго изобрѣтенія. Съ того времени имѣлъ мѣсто значитель- ный прогрессъ въ удешевленіи шрифта, въ машинномъ изготовле- ніи бумаги, въ усоверпгенствованіи печатныхъ станковъ, въ при- мѣненіи къ нечатанію силы пара,—но идея дроцесса осталась одна и та же. Такова, въ немногихъ словахъ, исторія искусства книго- лечатанія, отъ котораго, можетъ быть, болѣе чѣмъ отъ всякаго другого вліянія, зависитъ отличіе нашей современной жизни отъ ередневѣковой.

При изслѣдованіи всѣхъ этихъ методовъ письма мы начали съ грубыхъ рисунковъ дикаго охотника, перешли затѣмъ къ примѣ- иенію египтянами рисунка къ изображенію звука, ему соотвѣтствую- щаго, затѣмъ—къ превращенію рисунка въ простой звуковой .знакъ, гсока на этой послѣдней ступени связь между изображеніемъ и звукомъ стала, повидимому, столь произвольною, что ребенку ■остается только заучивать замѣщеніе одного звука знакомъ A и другого—В. Любопытную противодоложность этому представляетъ новѣйшее изобрѣтеніе фонографа, гдѣ самъ звукъ, произносимый близъ вибрирующей перегородки, производитъ вдавленія на пере- двигающейся полоскѣ листового олова, вслѣдствіе чего въ пере- городкѣ можно затѣмъ возобновить колебанія и повторить воспри- нятый ею звукъ. Слушая звуки, исходящіе изъ оловянной полоски, врядъ ли можяо счесть соверпгенно неразумною мысль о говоря- лі;ей щепкѣ, явившуюся y островитянина Южнаго океана.

12*