IX.] житейская техника.

221

мовыя колонны могли подползать къ самому подножію крѣпостной стѣяы, несмотря на камни и копья, сыпавіпіеся градомъ на нихъ.

Дикарь или варваръ имѣютъ обыкновеніе нападать на врага врасплохъ, стараясь убить его, какъ дикаго звѣря, особенно въ тѣхъ случаяхъ, когда существуетъ ожесточенная личная ненависть или кровная месть. Но даже и низшія племена очень хорошо раз- личаютъ подобное убійство отъ правильной войны, которая пред- иринимается не столько ради взаимнаго истребленія, сколько ради побѣды, могущейч покончить ссору между двумя сторонаіѵш. Напри- мѣръ, австралійскіе туземцы пошли уже гораздо далѣе простого убійства, когда y нихъ одно племя посылаетъ другому пучокъ перьевъ эму (родъ страуса^, привязаяный къ конду копья, какъ вызовъ сражаться на слѣдующій денъ. Въ назначенный срокъ обѣ стороны встрѣчаются въ боевомъ порядкѣ, тѣло воюющихъ для приданія ему страпхнаго вида покрыто раскрашенными узорамм, они потрясаютъ въ воздухѣ своимикопьями и палицами и брядаютъоружіемъ,осыііая вра- говъ оскорбленіями ж издавая громкіе крики. Каждый воинъ имѣетъ своего особеннаго противника, такъ что бой въ дѣйствительности представляетъ рядъ поединковъ, при чемъ сыплются удары копьями, которыхъ избѣгаютъ и которые отбиваютъ съ удивительной лов- костыо, пока, наконецъ, можетъ быть, будетъ убитъ одинъ чело- вѣкъ, на чемъ, обыкновенно, битва и заканчивается. У грубыхъ бразильскихъ ботокудовъ ссора, возникшая изъ-за того, что одно племя охотилось за свиньями на землѣ другого, могла быть по- рѣшена торжественнымъ поединкомъ. на дубинахъ, гдѣ пары вои- новъ отдѣлывали одинъ другого тяжелыми кольями, въ то время какъ женщины дрались, дарапая другъ другу лица и таская одна другую за волосы, пока не уступала та или другая сторона. Но если во время такой стычки побитая сторона возьмется за свои луки ж стрѣлы, то сдена можетъ древратиться въ яастоящую битву. Ііогда дѣло доходитъ- до правильной войны, ботокуды вы- етраиваютъ своихъ воиновъ противу непріятеля, пускаютъ стрѣлы, затѣмъ бросаются другъ на друга съ боевыми ісриками, сражаясь съ крайнимъ ожесточеніемъ, избивая мужчинъ, женщинъ ж дѣтей- Они дредпринимаютъ экспедиціи для разграбленія деревень своихъ осѣдлыхъ сосѣдей, и когда враги находятся гдѣ-нибудь непода- леку въ лѣсу, они втыкаютъ осколки въ землю, устроивая нѣчто

въ родѣ военныхъ лодметныхъ каракулей, чтобы увѣчить ноги не~ пріятелямъ, и затѣмъ стрѣляютъ по нимъ изъ засады, устроенной позади свалившихся деревьевъ или подъ прикрытіемъ вѣтвей. Убитыхъ въ битвѣ они уносятъ съ go6ok>, чтобы- сварить ихъ и дожрать на празднествѣ иобѣды, гдѣ во время дикой пьяной плясіси ихъ воинственный пылъ разгорается до безумнаго бѣ- шенства. Дѣль подобныхъ бѣиіеныхъ плясокъ и воинственныхъ яѣсней, общихъ всему человѣчеству среди дикарей и даже среди болѣе культурныхъ народовъ, состоитъ въ возбужденіи и лоддер- жаніи боевого мужества. Низшія племена лоддерживаютъ лютую ненависть къ врагу ж воинственную гордость также при помощи трофеевъ, взятыхъ съ непріятеля, высушивая голову врага и вы- вѣшивая ее въ видѣ украдіенія на своей хижинѣ, или превращая его черепъ въ кубокъ. Сѣверо-американскія войны богаты живо- лисными эпизодами, часто описываемыми въ нашихъ книгахъ; всѣмъ знакомы эти храбрецы, засѣдающіе съ трубками во время торже- ственнаго военнаго совѣта; это объявленіе войны черезъ посредство пучка стрѣлъ, завернутыхъ въ кожу гремучей змѣи, или чрезъ вты- каніе кровянокраснаго топора войны въ столбъ войны; лто дир- шество навербованныхъ воиновъ, во время котораго съѣдается со- бака, какъ эмблема вѣрности; этотъ военный отрядъ, дробираю- щійся черезъ лѣса, вытянувпгись въ одну линію (отсіода наше на- званіе „Indian й1е"=,,индѣйскій рядъ"); это наладеніе врасплохъ на непріятельскій лагерь или деревню, дикая пляска возвращаю- щихся побѣдителей, увѣдіанныхъ скальлами съ чередовъ побѣж- денныхъ, мученія плѣнныхъ, привязанныхъ къ столбѵ, лри чемъ даже дѣтей заставляютъ дускать стрѣлы въ безпомощнаго врага, переносящаго свое страданіе безъ одного стона, лохваляющагося своими собственными свирѣпыми лодвигами и осылающаго своихъ враговъ оскорбительными насмѣшками во время саіертной агоніи. Иядѣйская война состояла въ томъ, чтобы „подкрадываться какъ лисица, нападать какъ пантера и убѣгать какъ дтица". Тѣзіъ не менѣе, ло временамъ воины двухъ племенъ встрѣчаются и въ от- крытой битвѣ, стоя и наблюдая поединки между отдѣльнымя иа- рами бойцовъ, или всѣ смѣшиваясь въ общей свалкѣ.

При изученіи веденія войны y грубыхъ расъ, можно замѣтить, какъ драка вслѣдствіе ссоры или съ цѣлью мести начинаетъ пере-

ЖИТЕЙСКАЯ ТЕХНИКА.

223

ходить въ драку изъ-за добычи. Среди иныхъ шгеменъ, вмѣсто того, чтобы убивать іілѣнныхъ, ихъ уводятъ съ собою въ рабство и назначаютъ спедіально на обработку земли. Вслѣдствіе этого сильно увеличивается земледѣліе, a также происходитъ въ обще- ствѣ новое раздѣленіе классовъ, самое возникновеніе котораго можно еще наблюдать и теперь y нѣкоторыхъ воинственныхъ дле- менъ, каковы, напримѣръ, караибы, среди которыхъ плѣнные со своими дѣтьми образуютъ наслѣдственный низшій классъ общества. Здѣсь мы видимъ, какимъ образомъ нарушилось лервоначальное равенство между людьми въ древнія времена, и какъ нація раздѣ- лилась на аристократію свободныхъ воиновъ и низшую рабочую касту. Набѣги дѣлаются также и для того, чтобы воины могли привести съ собою женъ, превращающихся въ рабыяь и въ соб- ственность побѣдителей. Какъ смягченное подражаніе такого враж- дебнаго захватыванія женъ, является обычай, широко распростра- ненный среди болѣе грубыхъ народовъ и продолжаюідій сущеетво- вать даже среди болѣе цивилизованныхъ яацій, a именно обычай умыканья невѣстъ изъ ихъ семей въ мирное время, ири чемъ такое уыыканье является признаннымъ способомъ вступать въ бракъ. Рядомъ съ накопленіемъ собственности возникаетъ веденіе войны, какъ экономическая слекуляція среди племенъ, болѣе или менѣе живущихъ грабежемъ, гордящихся своею лрофессіею убій- ства и дрезирающихъ малодушныхъ поселянъ, трудъ которыхъ доставляетъ грабителямъ хлѣбъ и сеотъ. Отличный примѣръ та- кого разбойиичьяго племени представляли Мбаи въ Южной Атѵте- рикѣ, простая религія которыхъ заключалась въ томъ, что ихъ божество, Великій Орелъ, повелѣваетъ имъ жить веденіемъ войны со всѣми другими ллеменами, избивать мужчинъ, захватывать жен- щинъ въ жены и овладѣвать имуществомъ добѣжденныхъ.

Война y цивилизованныхъ надій отличается отъ войны y ди- кихъ племенъ тѣмъ, что она ведется съ лучшимъ оружіемъ и лри- способленіями, и что воины обучаются драться въ лравильномъ лорядкѣ. Можно хорошо замѣтить превосходство иравильнаго войска передъ безпорядочнымъ военнымъ отрядомъ джкарей, если разсмо- трѣть въ „Древяихъ Египтянахъ" Уилькинсона изображенія войскъ, выстудающихъ рядами, нога въ ногу, додъ звѵки трубъ, и осо- бенно если обратить вниманіе на плотную фалангу тяжелой дѣ-

хоты съ копьями xi щитами. Стойкость подобныхъ египетекихъ спло- чеяныхъ квадратныхъ массъ изъ 10,000 человѣкъ опнсывается въ Киропедіи (гдѣ тактическіе пріемы, вѣроятно, переданы вѣрно, если этого и нельзя сказать объ историческихъ событіяхъ); ихъ не могли сломить даже побѣдоносяые персы, и онѣ продолжали еще выдерживать вражескій натискъ среди разбитаго на голову войска, еидя подъ своими щитами, пока Ііиръ не даровалъ имъ почетной каіштуляціи. Египетское войско состояло изъ различныхъ корпу- совъ, дѣлившихся на болѣе мелкіе отдѣлы и предводительствуе- мыхъ офицерами съ опредѣленными чинами. Во время битвы тя- желая неподвижная фаланга занимала центръ боевого построенія; стрѣлки изъ лука и легкая пѣхота располагались на флангахъ и дѣйствовали въ цѣпи шги развернутымъ строемъ; были также отряды пращниковъ, и благородные воины врѣзывались на своихъ колес- ницахъ въ самую середину вражеской силы. Это превосходство въ военномъ отношеніи достигалось тѣмъ, что y египтянъ существо- вало постоянное войско, образуемое изъ правильнаго военнаго класса, который обучался военному искусству съ юности и содер- жался на счетъ восьми акровъ земли, назначенныхъ каждому воину. Мы находішъ также, что съ самаго ранняго времени египтяне употребляли и войска изъ чужеземныхъ наемниковъ, до своему одѣянію и лицамъ замѣтныя на изображеніяхъ битвъ. ІІодоб- нымъ же образомъ и ассирійскія сцены войны евидѣтельствуютъ, что ихъ военная система стояла на одномъ уровнѣ съ егииетскою. Поднятіе военнаго искусства на высшую ступень нринадлежитъ Греціи, и греческая литература разсказываетъ намъ всю исторію его развитія. Начиыая съ Иліады, описанія показываютъ, что война и войско сначала находішгсь тамъ въ болѣе варварскоиъ со- стояніи, нежели въ Египтѣ; дисциплина была плоха, командованіе еще хуже, поединки между греческими и троянскюш бойцами въ дрисутствіи наблюдающихъ армій происходили совершенно та- кимъ же образомъ, какъ и среди дикарей, Но, переходя къ дозд- нѣйшимъ леріодамъ греческой исторіи, мы видюіъ, что греки уже не только научились тому, чему ихъ могла наѵчить болѣе древняя цявилизація, но еіце и повліяли своимъ геніемъ на дальнѣйшее развитіе дѣла. Ихъ кордуса войскъ всѣхъ родовъ оружія, стрѣлки изъ лука, воины на колеснидахъ, кавалерія и фаланги кояьеное-

ЖИТЕЙСЖАЯ ТЕХНИКА.

225

девъ подчинялись дисцидлинѣ и строились въ боевой лорядокъ по древнему егииетскому и аееирійскому пріему. Но между тѣмъ какъ въ древнія времена битва представлялась только испыта- ніемъ силы между двумя выстроенными другъ противъ друга арміями, военный историкъ Ксенофонтъ описываетъ измѣненіе въ военноаіъ искусствѣ, лроизведенное ѳивскимъ вождемъ Эпа- минондомъ: подъ Іевктрою, имѣя силы слабѣе, нежели y спар- тандевъ, онъ со своими солдатами, построенными въ колонну изъ пятидесяти рядовъ, атаковалъ недріятельское правое крыло изъ двѣнадцати рядовъ, сломилъ его, привелъ этимъ всю линію въ безяорядокъ и выигралъ битву. Подъ Мантинеею, примѣяяя этотъ планъ еще болѣе .искусно, онъ построилъ свое войско въ видѣ клина, расяоложивъ болѣе слабые отряды до косвеннымъ линіямъ, расходящимся кзади такъ, чтобы эти части вступили въ битву только послѣ того, какъ фронтъ непріятеля былъ уже ирорванъ. Такимъ путемъ стала развиваться военная тактика, сдѣлавшая искусное маневрированіе столь же важнымъ, какъ и настоящій бой. Наконецъ, римляне—нація, воспитывавшаяся въ битвахъ и завоеваніяхъ—дожли до того, чтобы господствовать надъ міромъ липіь силою воинской дисдиплины. Въ средніе вѣка введеніе по- роха увеличило боевую силу войскъ, метательное оружіе кото- рыхъ изъ луковъ и стрѣлъ превратилось въ ружъе и тяжелыя пушки. Мы уже обращали вниманіе читателя на египетскія и ассирійскія военныя сдены. Если ояъ, посмотрѣвшя на маневры какой-нибудь современяой арміи во время фиктивной битвы, обратится къ этимъ изображеніямъ, представляющимъ войну, какъ она велась три или четыри тысячи лѣтъ тому назадъ, то за- мѣтитъ, что новая система самымъ существеннымъ образомъ осно- вывается на древней, и что развитіе ея зависитъ отъ двухъ но- выхъ идей, именно отъ тактики и отъ огнестрѣльнаго оружія.

ІІриблизительно тотъ же выводъ дридется сдѣлать, если срав- нить древніе и болѣе грубые роды укрѣпленія и осады съ тако- выми же новыхъ вреагенъ. Племена, стоящія на уровнѣ камчада- ловъ и сѣверо-американскихъ индѣйцевъ, умѣютъ укрѣдлять свои деревни дри ломощи насыдей и частоколовъ. Въ древнемъ Егидтѣ и Ассиріи и лрилегавдшхъ къ нимъ странахъ крѣпкія и высокія стѣны крѣлостей защищались стрѣлішіи изъ луковъ и лращни-

15

АНТРОііОЛОГІЯ.

ками, и были атакуемы штурмовыми колоннами со штурмовыш лѣстницами. Древнія осады дроизводились на началахъ чуждыхъ наукѣ, и любодытный образецъ ихъ можно видѣть изъ Гомеровскихъ поэмъ, гдѣ греки расдолагаются станомъ лодъ Троею, но, дови- димому, не имѣютъ никакого понятія о правильномъ обложеніи ея, и еще менѣе объ употребленіи лодкодовъ и траншей для пристуда, Греки и римляне допгли до примѣнедія болѣе высокаго искусства къ осадѣ и укрѣяленію, и y нихъ появляются уже военныя ма- шины въ родѣ древняго тарана, тяжелаго и искусно уетроеняаго, между тѣмъ какъ машины, сходныя ло своему характерѵ съ гро- мадными луками, каковы были катадульты, довели къ вытѣснив- шимъ ихъ изъ употребленія пушкамъ позднѣйшихъ леріодовъ.

Въ заключеніе, обращаясь къ системѣ войскъ нашего современ- наго міра, мы должны отмѣтить одну благопріятную деремѣну. Употребленіе войскъ изъ чужеземныхъ наемниковъ, составлявшее въ теченіе почти всего дсторическаго періода національное зло, какъ въ военное, такъ и въ мирное время, наконецъ вымираетъ. Иначе стоитъ дѣло съ системою лостоянныхъ армій, на которыя растрачивается жизнь и богатство міра въ размѣрахъ болѣе громад- ныхъ, нежели даже въ дроіплыя времена, и которыя представляютъ значительное препятствіе согласію между народами. Изслѣдователь лолитики можетъ только надѣятьея, что современемъ бремя обпгир- ныхъ армій, содержимыхъ на воендомъ доложеніи, окажется не- выносимымъ для содержалщхъ ихъ евродейскихъ націй, и что можегъ настудить лора, когда достоянная армія сократится до небольдгого ядра, готоваго для надобностей дѣйствительной войны, если бы она возникла, a въ мирное вреш составлягощаго отрасль національдой долиціи. /