Гомер между Мо и Фландерсом

Иногда конфликт подчеркивается карикатурным изображением чувства долга. Гомер Симпсон демонстрирует недюжинную способность объяснять свои желания и интересы как нечто составляющее моральный долг, поэтому перед ним не встает трудного выбора. В эпизоде This Little Wiggy [196] Mo просит, чтобы Гомер уничтожил его автомобиль, дабы Мо получил страховку. Гомер испытывает сильное давление со стороны этого в целом эгоистичного персонажа. Он напуган угрозами острого на язык Мо и склонен уступить настойчивой просьбе приятеля, который, как правило, ставит собственные желания и интересы превыше чужих и которому почти или совсем нет дела до какого‑то там морального долга. Гомер же, напротив, порой сомневается и раздумывает о том, правильно ли он поступает. Он советуется с «совестью», которая принимает форму ментального образа его жены Мардж, говорящей с ним. «Мардж», смеясь, уверенно говорит ему, что его долг – уничтожить машину Мо, чтобы тот получил страховку. Успокоив таким образом свою «совесть», Гомер энергично принимается исполнять «должное».

Пусть и в сатирической манере, данный эпизод явно подчеркивает нравственный аспект долга. Гомер Симпсон не дает нам положительного образца для подражания, а показывает, как не следует поступать. Мы смеемся над этой карикатурой ситуации нравственного выбора, но в то же время задаемся вопросом, сколь часто наши собственные представления о моральных обязательствах определяются сходным образом.

Нравственные дилеммы Гомера в основном вполне конкретны. Например, ему приходится класть на одну чашу весов любовь к Мардж и свои обязательства мужа по отношению к ней, а на другую – страсть к рыбалке и другие личные устремления. Гомер искренне хочет быть хорошим отцом и мужем, однако притягательность личных удовольствий постоянно гонит мысли о долге прочь из его головы. В эпизоде War of the Simpsons [33] после особенно вопиющего проявления эгоистичности Гомера Мардж убеждает его отправиться на озеро Кэтфиш на организованную преподобным Лавджоем недельную консультацию по вопросам брака. Хотя Гомер признает, что повинен в возникновении супружеской проблемы, он соглашается поехать главным образом для того, чтобы попытаться поймать огромного легендарного сома, прозванного «Генерал Шерман», – «пятьсот фунтов глубоководной ярости».

Рано утром Мардж застает Гомера со всем рыбацким снаряжением пытающимся улизнуть из коттеджа. Как он может думать о рыбалке, когда на карту поставлен их брак? Искренне стыдящийся собственного поведения Гомер отказывается от своего плана и решает просто прогуляться вдоль берега. Заметив, что кто‑то забыл удочку, Гомер поднимает ее, чтобы вернуть владельцу. В тот же миг Генерал Шерман заглатывает наживку и устремляется прочь с такой силой, что опрокидывает Гомера в лодку и утаскивает его на середину озера.

За сим разворачивается эпическая битва воли и силы между человеком и чудовищем – одинокая и героическая борьба в духе рассказа Эрнеста Хемингуэя «Старик и море». Гомер, одержавший таки верх, возвращается на берег в предвкушении неувядаемой славы лучшего рыбака в истории, но там его уже поджидает разъяренная Мардж, обвиняющая его в крайнем эгоизме. Оказавшись перед выбором между эгоистичным желанием и моральным долгом, Гомер отказывается от славы ради семьи и отпускает задыхающегося Генерала Шермана в пучину вод. Преодолевая столь мощный импульс личной страсти, Гомер превращает физическое действие в подлинно великий акт морального героизма. Гомер сознает, что принес жертву долгу: «Я отказался от славы и завтрака ради нашего брака».

«Паинька» Фландерс также принимает участие в этой консультации вместе со своей женой. В чем же проблема их брака, если такое вообще возможно? Супруга Неда иногда подчеркивает строки в его Библии! Фландерс – это важная фигура в нравственном мире «Симпсонов», поскольку он олицетворяет мораль, перешедшую все мыслимые границы, мораль, которая более не конфликтует с личными желаниями и интересами, так как таковых у Фландерса, по‑видимому, не осталось²⁰⁰. В этом отношении Фландерс является противоположностью Мо. Для возникновения чувства нравственного долга необходимо существование не какой‑либо одной, а двух сил: понимания ценности нравственного долга и здорового чувства личного желания, удовольствия, интереса. Между двумя тенденциями заключена возможность конфликта. Тогда как Мо решительно заботится только о себе, Фландерс, являясь карикатурой на христианскую мораль, не имеет никакой личной жизни.

Эта мысль в юмористической манере подтверждается в эпизоде Viva Ned Flanders [213], когда весьма молодо выглядящий Фландерс признается, что на самом деле ему шестьдесят лет. Гомер говорит ему, что причина его моложавой внешности в том, что Фландерс не жил по‑настоящему. Фландерс, с сожалением соглашаясь с его анализом, назначает Гомера своим учителем жизни²⁰¹. Результаты, разумеется, оказываются кошмарными, вспомним хотя бы сыгранную в пьяном угаре двойную свадьбу в Лас‑Вегасе. Страсть Гомера к немедленному удовлетворению своих желаний противоположна моралистической неспособности Фландерса «жить по‑настоящему». Ни один из них не имеет представления об ограничениях своих жизненных позиций.