37. Дефекты государственного регулирования современной российской

экономики как тормоз ее устойчивого роста.

К числу значимых ограничителей экономического роста нельзя не отнести неэффективность государственного регулирования отечественной экономики. Она выражается, в частности, в очевидном несовершенстве финансово-кредитной системы российского общества. Поддержание на высоком уровне профицита федерального бюджета в период с 2000 по 2008 гг. и накопление значительного Стабилизационного фонда РФ – при нерациональности использования аккумулированных в нем финансовых ресурсов – не могли не спровоцировать замедления позитивной динамики российского ВВП к концу первого десятилетия ХХI в. Так, из эмитированных в 2006 г. под прирост золотовалютных резервов (выросших за это время на 120 млрд дол.) 3200 млрд руб. только 950 млрд руб. были направлены на увеличение денежного предложения, остальные 2250 млрд руб. оказались стерилизованными государством, главным образом, посредством вывода их в Стабилизационный фонд (куда было направлено около 2000 млрд руб.). Антипроизводственный эффект подобной политики заключался далеко не только в сознательном отказе правительства от направления этих немалых средств на финансирование инвестиционного и социального развития нашей страны и вложения немалой части их в ценные бумаги зарубежных правительств и частных фирм. Не имея возможности приобрести кредитные ресурсы на «стерилизованном» внутреннем рынке, столкнувшись с дороговизной внутрироссийских кредитов, крупные отечественные компании и банки оказались вынужденными стремительно нарастить объем внешних заимствований. И в обстановке развернувшегося мирового финансово-экономического кризиса, когда заемные средства существенно подорожали, да и сами возможности рефинансирования корпоративного долга нерезидентам стали призрачными, это обстоятельство не могло не привести к распространению общемировой хозяйственной рецессии на экономику нашей страны. Необходимость изыскания огромных средств для уплаты накопленного корпоративного долга нерезидентам и направление на эти цели немалых ресурсов финансовых ресурсов страны выступают сегодня одними из ведущих компонентов механизма торможения экономического роста России.

Значимым ограничителем экономического роста стало в предкризисный период и ускорение инфляционных процессов. Главная причина формирования растущего ценового тренда, в который раз закономерно выталкивающего инвестиционные ресурсы из реального сектора в сектор финансовый, была связана с очередной капитуляцией правительства перед естественными монополиями. Российские монополисты в обстановке удорожания мировых цен на энергоносители добились серьезного повышения и внутренних цен и тарифов на поставляемые ими товары и услуги (электроэнергию, газ, транспортировку грузов и др.) как некую компенсацию за годы их относительного воздержания от реализации своих амбициозных планов в ценообразовании. Причем крупное повышение внутрироссийских тарифов проводилось ими – в нарушение общемировых принципов ценообразования – без достаточного обоснования необходимости их изменения, без обеспечения финансовой прозрачности, в обстановке и без того завышенной рентабельности данных отраслей (особенно «Газпрома»).

Конечно, в долгосрочном периоде сближение внутренних и мировых цен и тарифов на продукцию естественных монополий может стать значимым фактором сокращения издержек производства у конечных производителей, поскольку побудит их к несравненно более экономному использованию топлива, сырья, оптимизации схем железнодорожных перевозок и т. д. Однако в периоде краткосрочном такая ценовая политика монополистов в сочетании с характерными для большинства населения инфляционными ожиданиями неминуемо станет мощным тормозом роста ВВП Российской Федерации. Если в совокупности приоритетных макроэкономических целей «экономический рост – относительная стабильность цен – оптимальный курс рубля» российское государство до последнего времени имело возможность находить наилучшие параметры, то сегодня ему приходится делать непростой выбор. И, думается, что наименьшие шансы на реализацию имеются ныне у поддержания роста ВВП – вплоть до вхождения национальной экономики в состояние затяжной рецессии.

Ввиду данной комбинации сдерживающих факторов перспективы продолжения экономического роста во втором десятилетии ХХI в. (даже если его начало ознаменуется завершением нынешнего спада производства) прежними темпами представляются сомнительными. Чем дальше от 1998 г. уходит восстановительный рост, тем труднее его становится поддерживать, а тем более ускорять (если, конечно, не называть ускорением результаты тех популистских действия властей, которые были предприняты перед наступлением нового цикла избирательной кампании 2007–2008 гг. и обернулись – в соответствии с известными закономерностями политико-экономического цикла – торможением роста после выборов для противодействия угрозе инфляции). Так, планы правительства по наращиванию экспортных поставок нефти и газа в самое ближайшее время неизбежно натолкнутся на ограниченные способности экспортной инфраструктуры (особенно в связи с исчерпанием возможностей трубопроводной сети), а также не нежелание частных компаний, функционирующих в ТЭК, всерьез заниматься геологоразведочными работами и освоением новых нефтегазовых месторождений.

Реализуемый в России в первом десятилетии ХХI в. план удвоения ВВП формально построен по примеру Японии 60-х гг. ХХ в. Но тот японский проект полувековой давности, нацеленный на достижение хозяйственной независимости от США, отличался от нынешнего российского двумя важнейшими чертами. Во-первых, его глубинной сутью была ориентация на преимущественный рост все более высокотехнологичных обрабатывающих отраслей и производств со значительной добавленной стоимостью, а вовсе не отраслей, жестоко эксплуатирующих национальные природные богатства. Во-вторых, несмотря на оккупацию Японских островов, американцы так и не смогли навязать правительству и бизнесу Японии выгодное им направление экономической политики, в то время как реализуемая сегодня стратегия российского хозяйственного возрождения вовсе не исключает того, что немалая часть отечественной финансовой олигархии возьмет курс на всестороннюю поддержку иностранных монополий в ущерб интересам нашей страны.

В подобной ситуации даже при оптимистическом сценарии развития событий среднегодовой экономический рост (способный при определенных условиях оказаться ростом отсталости) в обозримой перспективе едва ли выйдет за рамки диапазона в 4–5%. Превышение данного количественного рубежа в обозримой перспективе станет возможным только, если:

• всемирное хозяйство будет демонстрировать впечатляющие темпы роста (что, впрочем, представляется крайне маловероятным с учетом обозначившейся во всемирном хозяйстве стагнацией по хронологии кондратьевских «длинных волн»);

• высокими сохранятся мировые цены на нефть, газ и металлы;

• отечественная экономика сможет откликнуться на возросший спрос на топливо расширением его экспорта;

• удастся перевести в спокойное русло проблему выплат по корпоративному внешнему долгу;

• обменный курс рубля по отношению к корзине валют, а вместе с ним и темпы инфляции приблизятся к некоему оптимальному уровню;

• будет переломлена тенденция к сокращению численности населения нашей страны, в том числе экономически активного;

• снизится ресурсоемкость ВВП и т.п.

Ключевым для развития отечественной экономики в ее современной структуре станет, видимо, рубеж первого-второго десятилетий ХХI в. Неуклонно надвигающийся и становящийся хроническим дефицит производственных мощностей, на которых еще возможно выпускать конкурентоспособную продукцию, способен ввергнуть экономику Российской Федерации в еще более глубокий (по сравнению с нынешним) кризис, чреватый прогрессирующей утратой национальной безопасности нашей страны. А неблагоприятная внешняя среда, проявляющаяся в серьезном замедлении роста мировой экономики, может обернуться утратой многих традиционных рынков сбыта топлива и сырья в сочетании с невысокими ценами на эту продукцию.

В условиях, когда неотвратимо уходит в прошлое эпоха устойчиво стабильного состояния общегосударственных финансов, объективно формируется жесткая дилемма: либо остановка экономического роста в России, либо кардинальное изменения самого его типа. Нашей стране остро необходима сегодня смена модели экономического роста, опирающейся на крупномасштабный экспорт низкотехнологичной продукции, качественно иной моделью, которая характеризуется форсированным расширением высокотехнологического комплекса и становлением наукоемкого типа производства. Только в этом случае долгосрочные интересы российского общества, связанные с его возвращением в разряд ведущих индустриальных (а в дальнейшем и постиндустриальных) держав перестанут находиться в неразрешимом противоречии с краткосрочными интересами крупного олигархического бизнеса, кровно заинтересованного сегодня в продлении в будущее топливно-сырьевой экспансии нашей страны.