Майэмирский этап (VII—VI вв. До н. Э.)

Майэмирский этап выделен по названию курганного могильника в Майэмирской степи в верховьях р. Нарым⁶⁷.

Рядовые Майэмирские курганы Горного Алтая имели невысокие камен­ные насыпи, часто обложенные по основанию кольцом из камня. Погре­бальные камеры — прямоугольной формы, их стены облицовывались дере­вом и покрывались накатом из бревен.

Вещевой комплекс майэмирских памятников довольно устойчив и оп­ределяется такими ведущими формами, как бронзовые зеркала с высоким бортиком по закраине и петлей посредине диска, ранняя конструкция кон­ской узды из бронзовых удил с внешними петлями, напоминающими ми­ниатюрное стремя, и псалиями с тремя отверстиями или крючком вместо центрального отверстия. Из прикладного искусства для майэмирского вре­мени наиболее характерен образ свернувшегося хищника и животных, пере­данных в движении или подготовке к нему.

Относительная устойчивость погребального обряда и вещевого комплек­са говорит о том, что в VII—VI вв. до н. э. в Восточном Казахстане уже сложились культурные формы времени раннего железа.

Более ранние памятники в верховьях р. Бухтармы обнаружены на при­токах Курту. Они представлены в виде выступающих на поверхность ко­лец, сложенных из крупного окатанного камня⁶⁸. Внутри круга находилась овальная выкладка из крупных камней, обрамлявшая неглубокую грунто­вую яму. В двух таких выкладках погребены люди на левом боку в скор­ченном положении, головой на северо-запад. По обряду погребения кур- тинские памятники отличаются от майэмирского ритуала, где захороне­ния производились на спине в вытянутом положении. Несвойственна пос­ледним и конструкция могил, обложенных крупными камнями в виде ова­ла. Традиция скорченных погребений — пережиток более древней андро- новской культуры. Подчеркивает отличие и погребение коня в специально сооруженной у ног человека каменной пристройке. По обеим сторонам челюстей коня, в «рабочем» положении были найдены два роговых псалия ранней формы. Отсутствие металлических удил позволяет говорить о том, что куртинские погребения относятся ко времени, когда в обиходе древ­них скотоводов еще существовала так называемая «безудильная» узда с ременными удилами. Есть основания полагать, что памятники этого типа — древнейший этап культуры ранних кочевников Казахстана, относящийся к IX—VIII вв. до н. э., и, следовательно, предшествующий майэмирскому. Тако­го рода памятники известны и в степных районах Восточного Казахстана⁶⁹.

Обычай раздельного погребения всадника и строевого коня характерен лишь для самых ранних этапов истории древних скотоводов, позднее он не встречается. Лишь в конце майэмирского периода впервые появляется за­хоронение всадника с конем в общей погребальной камере.

Чиликтинский курган

Замечательным памятником степной части Восточного Казахстана явля­ется Чиликтинский курган², он входил в состав большого могильника, со- стоявшего из 51 земляной насыпи. Здесь, как и в других местах, нет мелких курганов. Земляные насыпи могильника достигают диаметра 20—100 м при высоте 2—10 м. Это большое кладбище племенных и родовых вождей, функ­ционировавшее не одно столетие.

Раскопки кургана позволили воссоздать его конструкцию. На поверх­ности земли была выкопана яма площадью 59 м70 и глубиной около 1 м. В яме было сложено квадратное сооружение из толстых лиственничных бревен, стены клетки состояли из двух, а потолок из одного ряда бре­вен; чтобы бревна не расползались, промежутки между стенками ямы и деревянным сооружением были заполнены битым камнем. Углы клетки в месте соприкосновения бревен друг с другом оказались обожженны­ми. Внутри деревянной гробницы, у западной стенки, на полу из толс­тых струганных досок были положены мужчина 40—50 лет, женщина 50—60 лет и сопровождавшие их вещи. Покойников в момент погребе­ния внесли через канаву-дромос, примыкающую к гробнице с востока. После похорон дромос был накрыт бревнами и все сооружение засыпа­но крупным битым камнем. Затем была возведена насыпь из плотной желтоватого цвета глины, еще выше насыпана земля с мелкой галькой. В первоначальном виде курган имел насыпь диаметром 45 м и высотой около 10 м. Со временем насыпь деформировалась и к моменту раско­пок ее диаметр достигал 66 м, а высота — 6 м.

Чиликтинский курган — сложное для своего времени архитектурное сооружение, и для его возведения использовался труд многих людей. Би­тый камень доставлялся с ближайших гор за 15 км от могильника, а бревна из лиственничного леса восточной части долины за 40 км. Как и большин­ство других «царских» курганов, чиликтинская гробница была ограблена еще в древности, возможно, лет через 50 после захоронения. Грабители за­ложили в центре кургана щурф, вышли к юго-западному углу перекрытия клетки, прорубили отверстие в крыше и таким образом проникли внутрь гробницы.

Несмотря на ограбление, в кургане сохранились ценнейшие находки: остатки кожаного колчана с тринадцатью бронзовыми втульчатыми нако­нечниками стрел ранней, так называемой асимметрично-ромбической фор­мы, обломок железного предмета и яркие образцы древнего прикладного искусства из 524 золотых изделий. Среди них; бляшки в виде оленей с по­догнутыми ногами, украшавшие колчан (14 экз.), барельефные контурные фигурки орлов с повернутой головой (9 экз.), свернувшиеся в кольцо пан­теры (29 экз.), вырезанные из фольги фигурки кабанов (12 экз.), изобра­жение рыбы, инкрустированное бирюзой и украшенное мелкими шарика­ми золотой зерни, бляшка в виде птицы с распростертыми крыльями и мно­жество других более мелких ювелирных украшений.

Чиликтинский курган датируется VII вв. до н. э. Это самый ранний «царский» курган северной степной полосы Казахстана и один из древ­нейших на территории Евразии. Здесь ярко представлено прикладное искусство скотоводческих племен евразийских степей. Ряд художест­венных произведений так называемого «звериного» стиля в Чиликтин- ском кургане (олень с поджатыми ногами, свернувшиеся в кольцо пан­теры, орлы с повернутой головой) относим к исходным образцам ис­кусства сакско-скифского мира.

Берельекий этап (V—IV вв. до н. э.)

На берельском этапе культура древних скотоводов Восточного Казах­стана приобретает еще более выразительные и законченные черты. В гор­ных районах повсеместно распространяется ранее уже известный устой­чивый тип курганов с каменной наброской, деревянным срубом в грунто­вой яме и захоронениями коней.

Памятники этого типа особенно четко представлены в широко извест­ных Пазырыкских курганах Восточного Алтая. Они распространены и в других местах Горного Алтая, в том числе и на территории Восточного Казахстана. Важнейшим из них является могильник Берель, по которому дано название целому историческому этапу.

Большой Берельекий курган возвышается у края плато и занимает гос­подствующее место над поймой Бухтармы. Посчитано, что на возведение его насыпи было потрачено не менее 1 тыс. м3 крупного камня. Каменная насыпь имела высоту 5 м и диаметр 30 м, но первоначальны!! ее диаметр составлял 20 м, а высота достигла 9 м. Погребальные камеры вырыты в грунте на большую глубину: дно южной доходило до отметки 7 м, а север­ной до 5,5—5,7 м.

Стенки южной ямы обшиты досками в распор, по углам ямы сооруже­ны столбы-опоры из плоских камней для поддержания громоздкой крыши камеры из деревянных бревен, укрытых сверху березовой корой. На полу камеры из лежал саркофаг-колода, выдолбленный из расколотого попо­лам толстого (более метра в диаметре) ствола лиственницы. Снаружи сар­кофаг покрыт берестой, а крышку колоды украшают четыре бронзовых фигурки фантастических птиц с расправленными крыльями.

Северная половина ямы занята шестнадцатью убитыми для погребения лошадьми. Семнадцатая лошадь лежит рядом с саркофагом-колодой. Уби­тые лошади помещены на берестяную подкладку в определенном порядке: в четыре ряда по четыре лошади в каждом ряду, а сверху накрыты в не­сколько слоев большими полотнищами бересты. На лошадях сохранились остатки седел с различными берестяными украшениями и кожаные уздеч­ки с железными удилами и фигурными деревянными бляшками, покрыты ­ми листовым золотом.

Среди многочисленных украшений из дерева, золота и бересты боль­шого Берельского кургана выделяются две основные категории предме­тов: стилизованные фигуры или части тел зверей (хищники из семейства кошачьих, тау-теке, архары, лось, зооморфные изображения) и изделия, выполненные в форме растительного и геометрического орнамента.

В большом Берельском кургане, вероятно, погребен племенной вождь или родовой старейшина. Его могила выделяется богатством и пышнос­тью, но обряд погребения не отличен от ритуала захоронений рядовой массы общинников.

Рядовые погребальные сооружения в миниатюре повторяли могилы сво­их вождей. В них не было деревянных колод-саркофагов, и вместо камеры, обшитой плахами, строился невысокий сруб из бревен в 3—4 венца. Во мно­гих обычных захоронениях сохранился и обычай погребения лошадей на северных, более высоких приступках. Например, в кургане 2 того же Бе­рельского могильника погребено пять лошадей, а в третьем кургане - три.

Захоронения всадников с конями известны и в других районах Восточного Казахстана.

В V—IV вв. до н. э. здесь сформировалась этническая группа племен, существенно отличающаяся от своих степных соседей по Иртышу и Зай- санской котловине. Памятники верховий Бухтармы - органическая часть культуры пазырыкского типа, ареал которой охватывал огромную терри­торию Алтая и Тувы.

Древнее население горных районов Восточного Казахстана долго со­храняло традиции погребального обряда, исключая погребение коней, ко­торое исчезло где-то в начале III в. до н. э., остальной ритуал, по-видимо- му, дожил до рубежа новой эры.

Одна из особенностей культуры берельского этапа — распространение плоскодонной глиняной посуды. Она, в основном, двух форм: кувшины с высокой воронкообразной и, реже, прямой горловиной и приземистые горшки. Некоторые сосуды украшены налепными валиками с насечками, проколами с обрамлением в виде подковообразного валика. На одном из кувшинов есть роспись темной минеральной краской по ангобу, отдель­ные сосуды выкрашены в ярко-красный цвет.

Древнее же население берегов Иртыша и оз. Зайсан имело другой об­ряд погребения. Курганные насыпи возводились здесь из земли с приме­сью гальки, в погребальных камерах нет погребений лошадей и деревян­ных срубов. В Усть-Букони и Усть-Бухтарме грунтовые ямы рылись с дву­сторонним уступом для поддержания деревянного перекрытия.

Для времени V—IV вв. характерны небольшие бронзовые зеркала с руч­кой на краю диска или небольшой петлей с тыльной стороны. Бронзовых кинжалов становится меньше, их заменяют железные. Навершия кинжа­лов делаются прямыми, либо в виде сломанного бруска, они бывают укра­шены двумя противопоставленными головами грифонов, а их эфесы при­обретают- крыловидную или бабочковидную формы, перерастая в простую форму планки. Наконечники боевых стрел продолжают отливаться из брон­зы и имеют два устойчивых типа: черешковый с тремя лопастями или гра­нями ударной головки и втульчатый с опущенными гранями.

Красочны памятники прикладного искусства из дерева и кости, золота и бронзы, кожи, меха и войлока. Искусство «звериного стиля», централь­ной сюжетной линией которого становится борьба зверей, динамические образы животных достигают расцвета.

К концу берельского этапа повсеместно происходило вытеснение брон­зы железом. Бронзовые удила сменяются железными кольчатыми удила­ми, железными становятся также кинжалы-акинаки и ножи.