Упражнение Превращение двойственного качества позитивное

(в парах, 20 минут каждый)

Выберите какой-то двойственный аспект своей личности: иногда вам кажется, что вы — «X», а иногда, что вы — «не X», и вы знаете, каким вы  хотите быть, поскольку ваши ценности вам ясны. Шаги ниже — это реко­мендуемая последовательность. Кому-то может больше помочь другая последовательность. Держите в уме конечную цель, не забывая при этом о потребностях человека

1. Позитивный шаблон. Инициируйте структуру или процесс, используемые вами для репрезентации позитивного качества, которое вам нравится (того, что вы уже проделывали). Настройка. Используйте все приобретенные вами знания для улучшения того, что вы уже делаете, чтобы еще больше оптимизировать репрезентацию этого качества путем добавления модальностей, будущих примеров, других позиций восприятия, обработки противопо­ложных примеров и так далее (опять же, вы это уже проделывали).

1. Извлечение структуры или процесса двойственного качества. Как вы воспроизводите примеры и противоположные примеры этого ка­чества?

2. Проверка на конгруэнтность. «Не возражает ли какая-то часть вас против обладания этим качеством как недвусмысленной частью ва­шей я-концепции?» Прежде чем идти дальше, удовлетворите любые возражения посредством реструктурирования, переопределения своего качества, подключения ресурсов, приобретения поведенческой ком­петентности и т. д.

3. Исследование противоположных примеров (или их группы). Вы­ясните, действительно ли они отражают какое-то иное качество, ко­торому можно присвоить соответствующий ярлык, оделите их от первичного качества.

4. Воспроизведение примеров в форме позитивного шаблона. Если ваши позитивные примеры еще не в форме позитивного шаблона, придайте им эту форму.

5. Группировка и трансформация оставшихся противоположных при­меров в примеры вашего качества и включение их в базу данных, содержащую другие примеры.

6. Завершающая проверка. Еще раз оцените свой ярлык для этого качества и убедитесь, что он подходит для модифицированной базы данных.

7. Ретроспективный обзор. Вспомните свой прежний опыт. Какие раз­личия вы замечаете между тем, что вы ощущаете сейчас, и тем, что ощущали раньше?

8. Контроль. «Вы___ ?» Проследите за невербальными реакциями. Проверка на конгруэнтность. Еще раз проверьте проделанную ра­боту на конгруэнтность. «Не возражает ли какая-то часть вас про­тив произведенных вами изменений?» Удовлетворите любые возра­жения.

***

Есть ли у вас какие-то вопросы или комментарии?

Фрэнк: Я хотел бы рассказать о своем случае. Мой позитивный шаб­лон находится вот здесь передо мной на уровне глаз, не­много влево от меня, на расстоянии примерно тридцать сантиметров. Вот здесь, почти передо мной, большая кар­тина, а слева от нее пара маленьких, своего рода «дубле­ров», готовых занять место большой, когда мне это необ­ходимо. Остальная часть моей базы данных представляется мне в виде вертикальной кривой линии, которая проходит между большой картиной и двумя малыми. Когда я фокуси­рую внимание на каком-то образе в базе данных, он под­нимается сюда, где находится большой образ, а затем, ког­да я завершаю работу с ним, он возвращается назад, после чего одна из малых картин начинает перемещаться, занимая его место. Мое двойственное качество имело ана­логичную структуру, а два образа-дублера были пустыми, и когда я пытался найти примеры в базе данных, там также было много пустых мест. Имелось несколько позитивных примеров и несколько негативных, но в основном были пу­стые рамки, внутри которых должны находиться примеры. Поэтому я просто находил позитивные примеры и встав­лял их в эти рамки, пока они все не заполнились, а затем трансформировал противоположные примеры.

Отлично. То есть этот процесс очень напоминал формирование ка­чества — объединение позитивных примеров в форме позитивного шаб­лона.

Деми: Мой позитивный шаблон представляет собой коллаж из слай­дов, находящийся примерно в тридцати сантиметрах от меня, примерно шесть рядов и шесть колонок, с яркой подсветкой позади, и все это позитивные примеры. Если я вставляю про­тивоположный пример, он всегда занимает место в середине, где его окружают позитивные примеры. Слайды отделяются от экрана, находящегося слева от меня, и, описывая круг, попадают в хранилище позади меня, а когда они бывают мне нужны, они появляются снова справа от меня. Но в моем двойственном качестве все слайды, расположенные в три ряда слева от меня, были негативными, а все те, что справа, были позитивными. Мне было так неприятно смотреть на все это, что я просто не знала, что мне делать. Мой партнер, узнав, что слайды в моем позитивном шаблоне вращаются, оказываясь позади меня, посоветовал мне переместить весь коллаж влево, чтобы в хранилище могли попасть все негативные примеры, а справа могло появиться больше позитивных. Просто невероятно, насколько несложно оказалось это сделать и насколько мне стало легко. Когда я закончила с этим, то даже заплакала, — было так приятно сознавать, что я обладаю этим качеством

Отлично. В этих двух примерах организация двойственного качества была очень похожа на позитивный шаблон, и это заметно облегчило его трансформацию в позитивное качество. Сделать это столь легко бывает не всегда, но иногда это удается. Что вы можете сказать о восприятии двойственного качества с этой новой позиции?

Деми: Как будто смотришь на незнакомого человека. Не понимаю, как я могла испытывать столь неприятные чувства.

Фрэнк: Главное, что я заметил, очень напоминает то, что сказал

Брюс Уиллис : Сейчас, когда двойственность устранена, я чувствую себя намного комфортнее, поскольку меня перестали терзать сомнения. Мне больше не нужно говорить всем о позитивной стороне своего качества, как я делал это раньше.

А поскольку я хотел скрыть собственную неуверенность, я производил впечатление чересчур решительного человека.

Я уже говорил об этом моменте, но он настолько важен, что я хочу кое-что добавить. Когда я ранее описывал критерии эффективной я-кон­цепции, один из них состоял в том, что она должна быть лишена само­мнения, эготизма и чувства превосходства, которые проистекают из со­знательного сравнения себя с другими.

Я хочу, чтобы вы все вспомнили какую-то ситуацию, в которой были не уверены в своей способности выдержать какое-то важное испытание, например собеседование при приеме на работу или встречу с внушаю­щим страх человеком. Как правило, мы в таких случаях напрягаемся и стараемся выглядеть более уверенными и умелыми, чем мы есть на са­мом деле, и, скорее всего, наше поведение становится при этом утриро­ванным.

Для сохранения «ложного я» требуется много времени и усилий, особенно когда человек стремится во что бы то ни стало купить роскош­ный автомобиль, большой дом и т. д., которые нужны ему для поддержа­ния самомнения, даже когда это вещи не доставляют ему особого удо­вольствия. То же самое можно сказать о социальных «бунтарях». Я знал одного человека, мечтавшего стать гуру, который часами удостоверялся в том, что его волосы выглядят так же, как у Бабы Рам Дассы, а один панк как-то признался мне, что ежедневные окрашивание и укладка тор­чащих во все стороны волос отнимают у него целых два часа. Если по­добное времяпрепровождение действительно доставляет удовольствие, у меня нет возражений, но если его основная цель — продемонстрировать о миру свою идентичность, мне кажется, что можно тратить свое время на 5 более приятные вещи.

«Ложное я» обычно формируется в ответ на признание какого-то социального требования или идеала. Мысль о том, что вы «обязаны» соответствовать определенной модели, а не быть таким, каков вы есть, — блестящий способ превратить свою жизнь в «повинность». Некоторые люди формируют «ложное я» из социальной целесообразности, твердо  помня при этом о своей истинной сущности. Другие могут настолько увлечься сохранением своего «ложного я», что забудут о том, кто они о такие, а скатиться от целесообразности к отрицанию очень легко?

Удивительно, но многие духовные искания или программы самосовершенствования часто становятся еще одним набором «обязанностей», выполнение которых имитируется в борьбе за статус внутри соответствующих групп. В далекие 1960-е годы с их акцентом на то, чтобы быть «здесь и сейчас», возник синдром, который можно описать как «современнее, чем ты», в результате которого люди фактически оказывались в плену самомнения «там и тогда». Социальные и политические группы часто возглавляют эготисты, которые подкрепляют собственную неуверенность, становясь всезнающими лидерами или гуру, и многий из их последователей делают то же самое, идентифицируя себя с харизмой и успехом гуру.

На определенном уровне человек с «ложным я», — а в какой-то степени мы все им обладаем, — понимает, что оно нереально, а это готовит ему еще одну ловушку. Когда кто-то реагирует на «ложное я», это озна­чает, что реакция, в сущности, направлена не на человека, а на ложный образ, поэтому человек не может ею насладиться. В этом источник глу­бокого одиночества, которое очень заметно у кинозвезд, политиков или других знаменитостей, — они работают над созданием собственного об­раза, и потом им трудно поверить, что можно полюбить скрывающегося за образом живого человека.

Многие полагают, что гордость — положительное качество, несмот­ря на недвусмысленные слова Библии и многих других духовных источ­ников. Подобно своей противоположности — стыду, — гордость всегда предполагает сравнение себя с другими людьми и признание того, что вы лучше или хуже, чем они. Гордость и самомнение — это признаки неус­тойчивой я-концепции, которые легко уступают место своим противопо­ложностям — стыду и незначительности. Когда дела идут хорошо, эго­тист видит в этом свою заслугу, но когда они идут плохо, он начинает винить в происходящем других. «Возрази хвастуну, и увидишь жалоб­щика». Удивительно, но источником гордости может быть даже смире­ние, — вспомним пресловутое «уничижение паче гордости».

Когда люди не уверены в каком-то качестве, они воспринимают лю­бую помеху ему очень серьезно и будут защищаться и делать все воз­можное, чтобы восстановить свое самомнение. Один из примеров это­го — «настоящий мужчина», который важничает и похваляется своей му­жественностью, обижается на малейший намек или действие, ставящие ее под сомнение, и должен прореагировать на это часто с помощью насилия, которое иногда может даже вылиться в убийство-обидчика. Коварнейшая ловушка!

В этой ситуации нередко оказываются те, кто не в ладах с законом,  хотя не многие согласны это признать, поскольку подобное признание поставило бы под сомнение их образ или статус. Многим заключенным присуще настолько раздутое и нереалистичное представление о себе, что они убеждены: единственная причина, по которой они оказались в тюрьме, состоит в том, что кто-то допустил канцелярскую ошибку. «Все это трагическая ошибка».

Неслучайно, что в христианстве гордыня и зависть входят в число семи смертных грехов. В древнегреческой версии эти грехи считались  наихудшими, предтечей и источником всех остальных грехов. Гнев, еще  один смертный грех, редко является реакцией на причинение настоящего физического вреда или на опасность. Чаще всего гнев и насилие про являются в ответ на критику, оскорбление, неуважение или какую-то иную угрозу самомнению человека или тому, что называют эго.

Многие убеждены, что гнев — реакция на причинение вреда, ив о каком-то смысле так оно и есть. Но само причинение вреда обычно служит реакцией на проявление неуважения, на умаление того, что люди думают о себе.

В кинофильме 1960-х годов «Русские идут» Алан Аркин вылезая из изрешеченного пулями «Фольксвагена», говорит: «Задета только моя честь».  Когда наши ожидания не оправдываются, мы всегда что-то теряем, а первая реакция на потерю — чувство разочарования и печали. Это чув­ство нередко настолько быстро и полно затмевается гневом или другими попытками отомстить или восстановить достоинство оскорбленного эго, что печаль просто не замечается.

Когда происходит нечто ужасное, печаль является более существен­ным чувством и обычно намного более подходящей отправной точкой для решения проблемы, чем гордость, гнев и месть.

Существует много других гораздо менее заметных признаков само­мнения и эготизма. Одна моя знакомая часто отпускала замечания по поводу еды, произнося примерно такие слова: «Какой же вкусный был бифштекс!» Я далеко нё сразу догадался, что на самом деле она говорила вовсе не о бифштексе. Бифштекс для нее был всего лишь удобной воз­можностью похвалиться собой и своим тонким вкусом. Нередко людям удается сказать намного больше о себе, чем о предполагаемом предмете разговора, благодаря чему вы можете собрать уйму полезной информа­ции, даже не задавая им вопросов.

Всякий раз, замечая гордость или самомнение, вы имеете возмож­ность устранить двойственность, используя данный процесс. Устойчивая я-концепция может опираться только на то, кем вы являетесь, и на удов­летворение, которое дает жизнь, воплощающая в себе ваши ценности, без сравнения себя с другими. Когда ваша я-концепция прочно покоится на вашем собственном опыте, тогда никто не сможет ее подорвать и вы будете избавлены от неуважения, унижения, гнева и вреда, а также от всех сомнений и страданий, которые из этого проистекают. Когда буддизм и многие другие духовные традиции ратуют за уничтожение «я», мне кажется, что в действительности они имеют в виду уничтожение эгоизма, являющегося следствием двойственности. Превращая двойственное качество в позитивное, вы уничтожаете этот эгоизм.

Сара: Когда вы говорите о «настоящем» мужчине и других людях, которые отвергают нежность, слезы и так далее, я думаю о подходах, которые говорят о необходимости признания своей «темной стороны» или «теневого я» как способа, позволяющего стать более целостным и законченным человеком

Да, когда люди сознательно идентифицируют себя с одной из сторон двойственности, часто в силу жестких и абсолютных социальных ли религиозных убеждений, они нередко открещиваются от противоположной стороны, которая становится своего рода скрытым «теневым я», Вследствие поло-ролевых стереотипов нашего общества «теневое я» у мужчины, скорее всего, включает в себя упомянутые вами качества, а у женщины подобными чертами, вероятнее всего, будут напористость, гнев, властность и т. д. Некоторые люди считают теневое «я» порочным или опасным, и оно на самом деле часто включает скрытый гнев, агрессию и другие естественные, хотя и проблемные, реакции. Но нередко оно та  же включает прекрасные и ценные качества, которые не признают пото­му, что они не соответствуют социальным стереотипам. Вскоре я дам вам дополнительную информацию о «теневом я», но только после того, как вы познакомитесь с рядом других понятий.

Резюме

Вы узнали, как трансформировать двойственное качество я-концеп­ции в позитивное, используя два основных процесса. Один состоит в том, чтобы придать позитивным примерам форму позитивного шаб­лона, что может потребовать изменения модальности примеров. Другой заключается в том, чтобы трансформировать противополож­ные примеры, чтобы они стали примерами того, кем вы хотите быть, а затем добавить их в позитивный шаблон. Этот процесс трансфор­мации состоит из нескольких шагов. Вы группируете противополож­ные примеры, трансформируете наихудший в группе, проверяете остальные противоположные примеры в группе, убеждаясь, что они трансформированы, а затем помещаете их в позитивный шаблон.

Тот же процесс можно использовать для превращения негативно оце­ниваемого качества в позитивное. Хотя это вмешательство в я-кон­цепцию часто оказывается самым трудным, его последствия наиболее благотворны.

Но прежде чем мы этим займемся, я хочу рассмотреть другой, намного более простой вид негативной я-концепции, в которой репрезента­ции итога и базы данных отрицаются. Когда имеет место то, что я на­зываю «не-я», люди определяют себя посредством того, чем они не являются, а не того, кто они есть. Этот случай сильно отличается оттого, когда люди отрицают, что им не нравятся их представления о себе. Изменить «не-я» может быть как легче всего, так и труднее всего, в зависимости от того, насколько глубоко человек увяз в этой ловушке.