00000977
.pdfКрупицы истины, как алмазы в омуте. Маленькому созданию — крохотный свет. Нa моих щеках, только росы всегда — Слез нет.
Боль завершает вce, oб этом узнала с тобой,
Где начало мое и конец, где желаньям моим венец
— я не знаю, Но продолжу плыть Под водой —
Я хочу быть одной! Хочу быть одной!
ß õî÷ó — áûòü...
3 2 1
Дмитрий Поспелов
ЛУКАВЫЙ АНГЕЛ
Ï è ñ ü ì î
Приветствую тебя, мой добрый друг, Не вижу я, но чувствую душою Как двух сердец одновременный стук Звенит под одинокою луною.
Я знал, что этот час придет И ты покинешь буднюю обитель. Моя душа тебя там не найдет,
Отнюдь, отнюдь мой звездный житель.
Пора, прощай мой добрый друг. Не вижу я, но чувствую душою, Что встретимся мы снова вдруг В тиши под одинокою луною.
Ç â å ð ü
Родился я среди людей Приняв лишь облик человека, Все остальное от зверей Пришло ко мне, взяло опеку.
И рос, и креп в бетонной клети, Суровой жизнью окружен, Не трепеща ни перед чем на свете, Душой и телом был силен.
Хоть одинок, но все же воин, И жизнь вне стаи такова: Будь быстр, резок и упорен Судьба отдаст твои права.
Хоть сколько есть несбывшихся мечтаний, Неважно, верю лишь в одно, Я — зверь! Предел моих желаний.
Что дальше будет — все равно.
3 2 2
Сколько можно
Словно пропасть легла С глубиною во мраке. Снова жить не смогла, И почила во страхе.
Страх за боль, за молчанье, Лишь жалея себя, Отвергая сознанье, Что жить можно любя.
Сколько можно идти По надорванной нити, Ничего не найти И понять:
«Все наитие».
Ðà ç ì û ø ë å í è ÿ
ßчувствую пульс на виске, Рвущий сознание в клочья.
ßпостроил свой мир на песке, На нетвердой, изменчивой почве.
То, что было, прошло, не вернуть, Да и стоит ли это усилий?
Чтобы душу на миг обмануть?
Жаль вот только, меня не спросили.
Íå çíàþ...
Как мало пройдено дорог, Как много сделано ошибок. Тоски безмолвной черный рок Стирает тень моих улыбок.
Я улыбаюсь, сколько надо, А за улыбкою шепчу:
«Я за любовь не жду награды, И лишь поэтому молчу».
3 2 3
Не знаю, то ли я отвергнут, Наказан, проклят, не любим.
Мой разум тьмой безумства свергнут И пытки ход необратим.
А если так, я буду драться — Зубами рвать себя, других.
Все лишь затем, чтоб с ней остаться. Любя и помня остальных...
Î ä è í î ÷ å ñ ò â î
Туманное тихое нечто Лежит на глазах пеленой, Мое одиночество вечно, И имя с печатью: «Изгой».
С надрывом, все дальше и дальше Тащу одиночества крест, Вокруг торжество лжи и фальши, Вокруг доброты только жест. Где мир полон горя и муки, Хотя в нем жива и любовь, Всем людям ломать лучше руки, Чтоб лишь не ударили вновь. Доверие гибнет с покоем, Друзей, что остались в тени, Незримо шагая со мною, Чтоб я наконец из изгоя — Вдруг стал бы самим за собой.
È ã ð à
Уходя — уходи, Закрывая все двери, В мою жизнь не входи, Я тебе не поверю.
3 2 4
Зажигай все мосты, Чтоб не видеть дороги. Не меня видишь ты На домашнем пороге.
Новый день, что вчера — Ни единого слова.
Вновь немая игра.
Ну а завтра — по новой.
À í ã å ë
Безумства ангел — злой, лукавый, Душой моею овладел. Зеленоглазый, величавый, Его забыть я не сумел.
Не мой ты — ангел. Вот где правда. На что душа тебе моя?
Иль ждет меня за боль награда? Но точно не любовь твоя.
Ты — падший ангел, соблазнитель Без цели, имени, души, Бездумный жизни разрушитель. Хоть боль мою не вороши.
Не раздувай во мне огня, Чтобы согреться рядом. Такой удел не для меня, Хотя... погрейся — взглядом.
Твой нежный свет
Печать молчанья поделила Нас пополам: на свет и тьму, И страсти тьма моей сокрыла Твой нежный свет, тебя саму.
Улыбкой снова озарилось Твое прекрасное лицо,
3 2 5
А я уж думал, мне приснилось Объятий твоих рук кольцо.
Лишь только взгляда, хватит взгляда, И я все молча, но пойму:
Что никого уже не надо, Что я по-прежнему люблю.
Что сквозь разлуки и невзгоды Мы пронесем свое тепло, Я не забуду через годы,
Что счастье мне с тобой пришло.
ßýòî çíàþ
Коль скоро мы пройдем наш путь, Коль скоро кончатся все силы, Не думай обо мне, забудь, Что был тебе когда-то милый.
Как жаль, что то была не ты, Что я ошибся и не внял, Что под покровом красоты Совсем другой огонь сиял.
ßпомню все твои черты,
ßпо глазам твоим читаю. Пусть даже рухнут все мосты, Ты все ж моя, я это знаю.
Ìîé äðóã
Как ты прекрасен, цвет зари, Как ты печален друг мой светлый, Ты мне улыбку подари,
Оставь мне облик свой приветный.
Тебя рассветные лучи, Как этот стих, теплом встречают,
3 2 6
Они тебя с утра венчают, И ты об этом не молчи.
Тебе нет равных, ты велик Не ростом, мудростью своею.
Âсловах моих не просто крик —
Âних ты живешь с душой моею.
Бежать — не время, драться — поздно, Любить и верить — впереди, Над головою только звезды, Жизнь новая — в твоей груди.
Спали свою любовь в огне, Назло всему, на радость мне, Не плачь и не благодари, Лишь помни этот цвет зари.
Все равно
Ни шевеленья, только блики В листве прорезали узор, Завяли красные гвоздики Под наш неспешный разговор. Поговорили мы о многом
Èпродолжаем говорить — О нашем мире однобоком, Другой уже не сотворить.
Разбито сердце, нет терпенья По сто раз слушать — все одно. В моих глазах уж нет сомненья, Мне, к сожаленью, все равно: Твои пустячные упреки
Èпустословный мрачный бред, Любимые тобою склоки — Меня тревожат? Что за бред!
Наслушался уже, пожалуй, хватит Искать причины лишь в себе.
Боюсь, что наше «мы» давненько на закате, Все лавры отдаю тебе.
3 2 7
Настя Ковалева
НАШ МИР ЖЕСТОК И СЛОЖЕН...
Признание студента-филолога
Я живу среди героев...
Вот повесился один. У другого много горя.
От ума ли? Ох, нет сил Испугаться, засмеяться, С ними жизни проживать. За сознательные двадцать Ощутить все сорок пять.
Мочи нет листать страницы, Но уверенно скажу:
Буду с ними я возиться. Чтоб не упустить вожжу. Чтоб по жизни мчаться смело, Да аллюром в три креста! Чтоб хотела — не хотела, А исполнилась мечта.
Из дневника эколога
Тихо! Плачет кто-то...
Мать — сыра Земля. Рвутся на охоту Снова сыновья.
Грубый воздух, грубый. Тяжело дышать.
Ты кусаешь губы...
Больно, твою мать!
Серый пепел, серый. Дымка вдалеке, Я посыплю серой Череп в парике.
3 2 8
Сушь полей угрюмых Желчью жжет жужжа. Боже, ты подумай — Умерла душа!
* * *
Мне сказали: «Осторожней, писанина Ваша — дар совсем не Божий»,
Собрала нервы в пригоршню и...
улыбнулась. «Если можешь не писать — не пиши», —
крутилось в голове. Не хотела бы потчевать вас ложью, но, поверьте, мне как-то не по себе, когда писать совсем не хочешь, а тебя разрывает от рифмы
и всяких там строчек,
тогда берешь листочек и царапаешь все, что на ум приходит,
обсуждаешь с бумагой все, что было вчера, будет завтра и есть сегодня.
И при чем тут осторожность? Хотя... важно не сойти с ума.
* * *
Еще один упавший вниз переломал себе все мысли. Шаг сумасшедший за карниз
хлопком вспугнул, как резкий выстрел, всех воробьев, клевавших крошки. Любовью по горизонтали, манящим взглядом дикой кошки его убили. Вы не знали?
3 2 9
И Вам не долго остается здесь почивать, на вшивых лаврах.
Ваш ангелойдный образ монстра я не корю — не я здесь правлю.
И душат слезы неба рать, ведь нам над Вами не рыдать. Скорее, мы устроим травлю...
* * *
Привязали веревочкой девочку, Как собачка бегает.
А он как опытный стрелочник Переводит стрелки и тянет время, Но больше всего он любит время терять: Как нагрузит диванные подушки — Ни душу не поднять, ни тело.
Гордая ухмылка от обращения «зять».
При взгляде на уставший ситец халатишки думает: «Да среда заела...» На вопросы нежные ерепенится:
«А в чем, собственно, дело?»
* * *
Сыграли злую шутку; Обидели малютку.
Да так, что стало жутко И расхотелось жить.
Синяк под платьем драным Укрыла одеялом И тихо прошептала:
«Íå íûòü... Íå âûòü. Íå íûòü!»
Прошамкают два тапка — То встал за дверью папка. Ах, он — такая лапка — Полезным хочет быть.
3 3 0