4. Переход власти в руки рабочего класса

Центральный вопрос всякой революции — это вопрос о власти. Задачей буржуазных революций прошлого была передача власти из рук феодалов в руки восходящего класса — буржуазии. Задача пролетарской революции — отобрать власть у реакционной буржуазии и ее политических маклеров и передать ее рабочему классу и его союзникам. Эта революция лишает эксплуататорские классы их политического владычества, разрушает основы их экономического могущества. Она кладет начало новому историческому периоду — периоду перехода от капитализма к социализму.

Тот факт, что социалистическая революция во всех странах и при всех условиях ставит одинаковую политическую цель, не означает, однако, что она повсюду совершается в одних и тех же формах. Нет, способы ликвидации господства реакционной буржуазии могут быть различными. Марксизм-ленинизм отвергает раз и навсегда заданные, годные

 

523

 

для всех времен и народов способы и формы завоевания политической власти. Они меняются в зависимости от общих условий эпохи, конкретной обстановки в данной стране и ее национальных особенностей, остроты революционной ситуации, соотношения классовых сил, степени организованности рабочего класса и его противников.

Перед каждой партией рабочего класса, когда она нацеливает массы на пролетарскую революцию, возникает прежде всего вопрос о том, какой характер — мирный или немирный — примет социалистический переворот. Это зависит в первую очередь от объективных условий: от обстановки внутри данной страны, в том числе от уровня развития классовой борьбы, от ее накала и силы сопротивления господствующих классов, а также от международной обстановки.

Следует к тому же иметь в виду, что во всякой революции выбор форм борьбы зависит не только от одной стороны. В социалистической революции он зависит не от одного лишь рабочего класса, выступающего на штурм капитализма, но и от буржуазии и ее наемников, обороняющих пошатнувшиеся крепостные стены эксплуататорского строя.

Рабочий класс не стремится решать социальные проблемы с помощью насилия. Ленин всегда подчеркивал, что «рабочий класс предпочел бы, конечно, мирно взять в свои руки} власть...»¹³ Буржуазия не хочет считаться с этим предпочтением и, если может, навязывает революционным рабочим самые острые, насильственные формы и методы борьбы.

Возможность немирного разрешения вопроса о власти

Уроки истории говорят о том, что господствующие классы добровольно с общественной арены не сходят и сами власти не сдают. Опираясь на весь аппарат своего государства, они силой подавляют малейшие революционные выступления, любые попытки лишить их классовых привилегий.

Поэтому-то классической формой политического переворота с давних времен является вооруженное восстание революционного класса против старых господствующих классов. Никто, кстати сказать, не знает этого лучше, чем сама буржуазия, представители которой осмеливаются теперь бросать революционным рабочим обвинение в «пристрастии» к насилию. В период, когда буржуазия рвалась к власти, она с готовностью пускала в ход оружие против своих классовых противников, пытавшихся преградить ей дорогу.

Более того, в то время буржуазия еще имела достаточно, исторической смелости, чтобы открыто провозглашать право, масс на насилие в борьбе за утверждение новых, более прогрессивных общественных порядков. В таком важном документе американской буржуазной революции, как Декларация независимости (1776 г.), прямо говорится не только о праве,

 

524

 

но даже об обязанности каждого народа не только изменить, но и уничтожить старую форму правления, если она противоречит интересам народа.

Только тогда, когда под угрозой свержения оказалась такая отжившая и переставшая служить общественным интересам форма правления, как господство самой буржуазии, выродившееся в диктатуру узкой финансовой олигархии, буржуазия перешла к «принципиальному» осуждению насилия, обращенного против «законной» власти.

Враги социализма в течение ряда десятилетий старались исказить позицию марксизма-ленинизма в отношении вооруженного восстания и его места в социалистической революции. Коммунистов пытались и пытаются изображать как заговорщиков, путчистов, стремящихся за спиной масс взять власть в свои руки. В таких утверждениях нет ни грана правды.

Излагая взгляды марксизма на вооруженное восстание, Ленин неустанно подчеркивал серьезность и ответственность этой формы борьбы, предупреждал революционных рабочих против всякого авантюризма, против заговорщической игры в «захват» власти. Восстание всегда представлялось ему как широкое действие трудящихся масс, руководимых сознательной частью рабочего класса. За пять месяцев до Октябрьской революции, в мае 1917 г., Ленин говорил: ««Захвата» власти мы не хотим, так как весь опыт революций учит, что только та власть прочна, которая опирается на большинство населения» ¹⁴. Именно такая прочная власть и была создана в результате социалистической революции в России в октябре 1917 г.

В работах Ленина можно найти развернутый анализ такого, по его выражению, «особого вида политической борьбы», как вооруженное восстание. Ленин давал следующие советы революционерам:

«1) Никогда не играть с восстанием, а, начиная его, знать твердо, что надо идти до конца.

2) Необходимо собрать большой перевес сил в решающем месте, в решающий момент, ибо иначе неприятель, обладающий лучшей подготовкой и организацией, уничтожит повстанцев.

3)  Раз восстание начато, надо действовать с величайшей решительностью и непременно, безусловно переходить в наступление. «Оборона есть смерть вооруженного восстания».

4)  Надо стараться захватить врасплох неприятеля, уловить момент, пока его войска разбросаны.

5)  Надо добиваться ежедневно хоть маленьких успехов (можно сказать: ежечасно, если дело идет об одном городе), поддерживая, во что бы то ни стало, «моральный перевес»» ¹⁵.

Умелое применение этих ленинских указаний на практике было одним из условий успеха Октябрьского социалистиче-

 

525

 

ского переворота в России, едва ли не самой бескровной революции в истории. Ведь при штурме Зимнего дворца, закончившемся низложением Временного правительства и переходом власти к Советам, было убито с обеих сторон всего несколько десятков человек.

Никто, разумеется, не утверждает, что пролетарские революции в других странах обязательно будут носить такой же характер, какой в России. Объясняя позднее ожесточенный характер революционных битв в России, Ленин отмечал два обстоятельства.

Во-первых, эксплуататоры были разбиты только в одной стране; сразу после переворота они еще обладали рядом преимуществ перед рабочим классом и потому оказывали долгое, отчаянное сопротивление, до последней минуты не теряя надежды на реставрацию¹⁶.

Во-вторых, русская революция вырастала «из великой империалистской бойни», в обстановке неслыханного роста военщины и милитаризма. В такой революции дело не могло обойтись «без заговоров и контрреволюционных покушений со стороны десятков и сотен тысяч офицеров, принадлежащих к классу помещиков и капиталистов...»¹⁷. А это не могло не вызвать контрмер со стороны восставшего народа.

Другие страны, указывал Ленин, пойдут к социализму более легким путем.

Возможность мирного пути революции

Большие преимущества имеет мирный переход к социализму. Он позволяет проделать коренное преобразование общественной жизни с наименьшими жертвами со стороны трудящихся, с минимальными разрушениями производительных сил общества и остановками в производственном процессе. Рабочий класс берет в этом случае производственный аппарат из рук капиталистических монополий почти в нетронутом виде и, проведя необходимую реорганизацию, сразу же пускает его в ход, с тем чтобы в короткий срок дать всем слоям населения почувствовать преимущества нового способа производства и распределения.

Мирное взятие власти больше отвечает всему мировоззрению рабочего класса. Его великие гуманистические идеалы исключают применение насилия ради насилия, тем более что сила исторической правды, носителем которой выступает рабочий класс, такова, что он вполне может рассчитывать на поддержку громадного большинства населения.

Весь вопрос заключается, следовательно, не в том, хотят марксисты и революционные рабочие мирной революции или нет, а в том, есть ли для этого объективные предпосылки.

Маркс и Ленин считали, что в определенных условиях такие предпосылки могут сложиться. Например, в 70-х годах прошлого столетия Маркс допускал такую возможность для

 

526

 

Англии и Америки. Он исходил прежде всего из того, что в те годы, которые были годами наибольшего расцвета домонополистического капитализма, в Англии и Америке военщины и бюрократии было меньше, чем где-либо; стало быть, переворот мог не вызвать широкого применения насилия со стороны буржуазии и поэтому не потребовать соответствующих контрмер со стороны пролетариата. Рабочий класс уже тогда преобладал среди населения Англии и отличался высокой организованностью и сравнительно высокой культурностью, а буржуазия отличалась привычкой решать спорные вопросы компромиссом. В этих условиях Маркс считал возможной мирную победу социализма, например путем выкупа рабочими средств производства у буржуазии.

Ленин впоследствии писал по этому поводу: «Маркс не связывал себе — и будущим деятелям социалистической революции — рук насчет форм, приемов, способов переворота, превосходно понимая, какая масса новых проблем тогда встанет, как изменится вся обстановка в ходе переворота, как часто и сильно будет она меняться в ходе переворота» ¹⁸.

Гибкость в применении различных форм революции всегда отличала подлинных марксистов.

Русские марксисты-ленинцы, хотя и готовились к вооруженному перевороту, тем не менее не упускали ни малейшей возможности добиться политического переворота мирными средствами. Когда в ходе русской революции в апреле — июне 1917 г. возникла перспектива мирного перехода к социалистическому этапу революции, Ленин предложил немедленно воспользоваться ею. В первое время после Февральской революции Россия была самой свободной страной: народ завоевал такие права, каких не было ни в одном из самых демократических государств. Поэтому в своих знаменитых «Апрельских тезисах» Ленин выдвинул лозунг мирной революции. Лишь , после июльских событий 1917 г., когда Временное правительство расстреляло на улицах Петрограда демонстрацию рабочих и солдат, лозунг мирной революции был снят. На насилие буржуазной власти пришлось ответить вооруженным восстанием.

Мирный переход к социалистическому этапу революции не удался в России не по вине большевиков. После установления власти Советов рабочим и крестьянам, как известно, пришлось обильно проливать свою кровь на фронтах гражданской войны. Поскольку это зависело от большевиков, дело могло бы обойтись и без такой войны. От имени Советской власти Ленин предлагал заключить соглашение с российскими и иностранными капиталистами, предоставить им концессии, создать государственно-капиталистические предприятия. Однако капиталисты не согласились на это, а, получив поддержку

 

527

 

международного империализма, развязали в стране кровавую междоусобицу.

В период между первой и второй мировыми войнами реакционная буржуазия во многих странах Европы, непрерывно развивавшая и совершенствовавшая свою полицейско-бюрократическую машину, свирепо расправлялась с массовыми движениями трудящихся и не оставляла возможности для свершения социалистической революции мирным путем. Такая возможность наметилась лишь в последние годы — в результате всемирно-исторических перемен, происшедших после второй мировой войны.

Эти перемены, наложившие свою печать на жизнь всех народов и всех классов общества, а также опыт борьбы братских коммунистических партий были обобщены в отчетном докладе Н. С. Хрущева на XX съезде Коммунистической партии Советского Союза. Съезд пришел к выводу, что в современных условиях появилась возможность перехода отдельных стран к социализму без вооруженного восстания и гражданской войны. Этот вывод затем нашел подтверждение в Декларации Совещания коммунистических и рабочих партий и стал, таким образом, общим достоянием мирового коммунистического движения.

Мирный путь революции стал возможным в силу появления ряда новых факторов.

Во-первых, изменилось соотношение сил между социализмом и капитализмом в международном масштабе. Империалисты уже не господствуют безраздельно на мировой арене. Им противостоит мощный лагерь социалистических государств, окрепшее международное рабочее движение, демократические силы всего мира. Это значит, что для революции создалась более благоприятная внешняя обстановка.

Во-вторых, непрерывно растет притягательная сила идей социализма, число его сторонников во всем мире быстро увеличивается. Чем больших успехов добиваются социалистические страны в развитии экономики, культуры и социалистической демократии, тем сильнее тянутся к социализму трудящиеся капиталистических и колониальных стран, тем шире фронт сил, выступающих за переход к новому общественному строю.

В-третьих, в послевоенные годы во многих капиталистических странах стала реальной перспектива объединения большинства населения на антимонополистической, общедемократической основе и создания таким путем решающего перевеса сил над правящими группами буржуазии.

Таким образом, мирная революция стала возможной не потому, что правящие классы как-то изменили свою природу и стали склоняться к добровольному отказу от власти. Нет, она стала возможной потому, что теперь в ряде стран можно

 

528

 

добиться такого перевеса над реакцией, при котором реакционным классам, понявшим безнадежность сопротивления, не останется ничего другого, как капитулировать перед революционным народом. Стало быть, и в этом случае исход революции решается реальным соотношением сил.

Признав возможность мирной революции, марксисты-ленинцы вовсе не перешли на позиции реформизма.

Реформисты проповедуют мирный путь потому, что вообще отрицают классовую борьбу и революцию. По мнению правых социал-демократов, общество «социальной справедливости» возникает не в результате революционных действий трудящихся, а путем стихийной эволюции самого капиталистического общества. Марксисты-ленинцы отвергают такой взгляд: он не подтверждается ни общественной наукой, ни опытом жизни. Они знают, что всякая революция — мирная или немирная — есть результат классовой борьбы. Тем более социалистическая революция — мирная или немирная — все равно остается революцией, ибо ею решается вопрос о переходе власти из рук реакционных классов в руки народа.

Далее, реформисты считают мирный путь единственным путем к социализму. Марксисты-ленинцы, отметив появление возможности мирной революции, видят вместе с тем и другое: неизбежность в ряде случаев резкого обострения классовой борьбы. Там, где силен военно-полицейский аппарат реакционной буржуазии, рабочий класс столкнется с ожесточенным сопротивлением. Не подлежит сомнению, что в ряде капиталистических стран ниспровержение буржуазной диктатуры путем вооруженной классовой борьбы станет неизбежным.

Как не раз предупреждал Ленин, реакция может попытаться испробовать в последней, отчаянной битве все свои преимущества. Не учитывать такой возможности, не готовиться к твердому отпору реакции было бы величайшей ошибкой.

Об использовании парламента в революции

Одной из возможных форм мирного перехода к социализму может стать взятие власти рабочим классом путем завоевания большинства в парламенте. В течение десятилетий коммунисты настойчиво разоблачали парламентские иллюзии, которые сеяли среди рабочих реформисты. Это не значит, что коммунистические партии вообще отрицали парламентскую борьбу. Они признавали ее значение для защиты повседневных интересов и демократических прав народа. Но тут же они указывали, что с помощью парламентской борьбы нельзя добиться коренных целей рабочего класса, нельзя вырвать власть из рук буржуазии.

Для своего времени эта позиция была правильной, она диктовалась тогдашними историческими условиями.

 

529

 

Однако теперь обстановка изменилась, и отношение революционных партий к парламентской борьбе стало иным. Проанализировав условия борьбы рабочего класса в современную эпоху, XX съезд КПСС пришел к выводу, что теперь для завоевания власти рабочим классом может быть использован механизм парламентской демократии.

В резолюции съезда говорится:

«В ряде капиталистических стран рабочий класс, возглавляемый его передовой частью, имеет в современных условиях реальную возможность объединить под своим руководством подавляющее большинство народа и обеспечить переход основных средств производства в руки народа. Правые буржуазные партии и формируемые ими правительства все чаще терпят банкротство. В этих условиях рабочий класс, объединяя вокруг себя трудящееся крестьянство, широкие круги интеллигенции, все патриотические силы и давая решительный отпор оппортунистическим элементам, не способным отказаться от политики соглашательства с капиталистами и помещиками, имеет возможность нанести поражение реакционным, антинародным силам, завоевать прочное большинство в парламенте и превратить его из органа буржуазной демократии в орудие действительной народной воли» ¹⁹.

Этот тезис XX съезда КПСС учитывал мнение ряда зарубежных компартий, которые подходили к таким же выводам на основе своего собственного опыта.

Вполне понятно, почему марксистская мысль занялась этим вопросом. В капиталистическом мире происходит процесс складывания широких антимонополистических, антиимпериалистических коалиций, объединяющих большинство наций; из них могут вырасти новые типы народовластия, и парламент — общенациональное представительное учреждение — может послужить их организационной формой и орудием развертывания широкой борьбы против господства монополий.

Парламентский путь перехода к социализму дал бы ряд преимуществ рабочему классу. Формирование новой власти таким традиционным для многих стран учреждением, как парламент, сразу придало бы ей необходимый авторитет, облегчающий проведение последующих социалистических преобразований. Всякое сопротивление социалистическому перевороту в этом -случае не только фактически, но и юридически было бы противозаконным, направленным против воли нации, выраженной парламентом.

Конечно, ошибочно думать, что завоевание власти парламентским путем возможно в любой день выборов. В это могут верить только реформисты, убежденные в том, что глубокие социальные перемены решаются простым голосованием. Марксисты-ленинцы не так примитивно представляют себе приход рабочего класса к власти через парламент. Коренные

 

530

 

вопросы общественной жизни всегда решаются борьбой народных масс, реальным соотношением классовых сил. И парламентская борьба обеспечивает переход к социализму только в том случае, если она. опирается на массовое революционное движение рабочего класса, широких слоев народа.

Сводить все дело к так называемой свободной игре сил в парламенте, к парламентским комбинациям, означало бы впадать в тот самый «парламентский кретинизм», которым неизлечимо болеют правые реформистские лидеры Постоянная связь с широкими массами, с революционным народным движением за стенами парламента — вот главное условие того, что удастся практически осуществить социалистические преобразования парламентским путем.

Когда в стране бурно нарастает всеобщее недовольство, когда создалась реальная коалиция демократических сил и массы требуют от левых партий сформировать революционное правительство — лишь в этом случае у реакционных классов будет отнята возможность сколько-нибудь серьезно сопротивляться и они вынуждены будут подчиниться воле народа.

Революционным рабочим партиям большинство в парламенте нужно не ради получения тепленьких местечек. Они используют предоставленную им власть для того, чтобы законодательным путем осуществить демократические и социалистические преобразования — национализацию собственности крупных монополий и др. Сам парламент тогда превратится в орудие действительной народной воли. Новая революционная власть не только сохранит существующие демократические права народа, но всемерно расширит их.

Невозможно заранее предвидеть, как конкретно сложится парламентский путь к социализму в той или иной стране, однако с одной возможностью следует считаться с самого качала. Не исключено, что там, где коалиция демократических партий получит на выборах большинство, правящие реакционные классы не захотят подчиниться воле нации и попытаются силой не допустить левые партии к власти. В этом случае демократические партии также вынуждены будут силой ответить на вызов реакции. Мирное течение революции может смениться немирным. Острота и формы последующей борьбы будут определяться соотношением классовых сил и международной обстановкой.

Опыт показывает, что класс капиталистов достаточно искушен, чтобы еще до того, как встанет вопрос о приходе левых партий к власти, затруднить им завоевание большинства. Когда для позиций правящих партий создается угроза, они вводят хитроумные избирательные системы, ограничивают права парламента и т. п.

Считаясь со всем этим, революционные партии рабочего класса стремятся овладеть всеми формами борьбы — мир-

 

531

 

ными и немирными, парламентскими и непарламентскими, — с тем чтобы быть готовыми в нужный момент пустить в ход ту из них, которая больше всего будет соответствовать складывающейся обстановке и интересам трудящихся.