Глава X

УПРАВЛЕНИЕ СОЦИАЛЬНЫМИ ПРОЦЕССАМИ И ПРЕСТУПНОСТЬ. КРИМИНОЛОГИЧЕСКОЕ ПРОГНОЗИРОВАНИЕ

§ 1. Преступность и политика

По определению Аристотеля, политика — это искусство управ­ления обществом. Политика имеет несколько граней соприкос­новения с криминологией. Во-первых, она является объектом криминологических исследований. Во-вторых, объектом воздей­ствия разрабатываемых криминологией мер. В-третьих, крими­нологические исследования проводятся на фоне той или иной политики, которая может стимулировать развитие науки либо препятствовать этому.

Криминогенное поле социума формируется между двумя по­люсами: биологическими задатками человека и политикой (точ­нее: неадекватной политикой).

В доисторические времена, когда социальные нормы только начинали появляться, эти полюса выделялись особенно отчетливо. Господствующим регулятором жизни были инстинкты. И когда в общине стали появляться определенные правила поведения (социальные нормы, ограничивающие притязания инстинктов), возник и феномен нарушения этих норм — то, что позднее трансформировалось в преступность. В этот период причин пре­ступности в современном понимании этого термина не было:

биологическим инстинктам противостояло «искусство управле­ния» общиной (маленьким социумом). Основными элементами этого «искусства» были установление общиной правил поведе­ния; проводимая лидерами этого маленького социума политика по обеспечению соблюдения данных социальных норм.

Криминологическое прогнозирование

.153

Если политика была неэффективной, инстинкты брали верх, в общине нарастал хаос, что подчас приводило к гибели такой социальной системы. При адекватной политике, напротив, уста­навливался порядок, и это способствовало укреплению общины. Таким образом, все причины преступности сводились к неспо­собности социума справиться с первичными инстинктами.

По мере развития общества стали возникать и развиваться различные направления политики: политика в области экономики, политика в области распределения, политика в области идеологии и др. Соответствующие области жизни и сферы деятельности (производство, распределение, идеология и т. д.) развились в глобальные социальные подсистемы. Эти подсистемы приобрели относительную автономию, поскольку имели внутренние источ­ники развития. В силу этого различные пороки данных подсистем стали рассматриваться как причины преступности. Однако при этом ни у кого не возникает сомнений, что эти сферы социальной жизни контролируются политикой. Политическими мерами можно разрушить или воссоздать экономику, изменить систему распре­деления, трансформировать систему воспитания. Результаты не­которых политических акций (в основном разрушительного ха­рактера) проявляются очень быстро. Конструктивную и созида­тельную политику проводить значительно сложнее, позитивные результаты ее более отдалены во времени от начала проведения определенной политической линии.

Эффект относительной независимости от политики опреде­ленных областей общественной жизни не должен заслонять от исследователей того факта, что состояние этих областей — результат определенной политики. Их независимость лишь от­носительна. Они независимы лишь постольку, поскольку резуль­таты политических воздействий на эти области проявляются не сразу. Подчас для изменений в тех или иных областях требуются десятилетия осуществления определенной политической страте­гии. Однако это не меняет существа дела. Состояние различных сфер социума (будь то производство или культура) есть произ­водное от определенной политики. И самое главное: никакие благоприятные с точки зрения криминологов изменения в жизни

154.