156. Женские образы в русской литературе 1 половины XIX века (По произведениям а.С. Грибоедова "Горе от ума" и а.С. Пушкина "Евгений Онегин")

Комедия А.С. Грибоедова "Горе от ума" и роман А.С. Пушкина

"Евгений Онегин" - грандиозные по замыслу и содержанию

произведения. Особое внимание в этих произведениях уделяется

женским образам. Женщину, несомненно, ценили во все времена,

писали ей стихи, защищали, дарили цветы. О женских образах в романе

девятнадцатого столетия принято говорить "пленительные". Мне

кажется, что Софье Фамусовой (главная героиня в "Горе от ума") и

Татьяне Лариной (главная героиня "Евгения Онегина") подходит

именно это определение.

Эти девушки - олицетворение любви, жизни, счастья, молодости и

женской прелести. Однако характеры у этих героинь довольно разные.

Софья - сложный для понимания человек. Противоречивость ее

характера отметил Гончаров. Он писал, что Софья - это "...смесь

хороших инстинктов с ложью, живого ума с отсутствием всякого

намека на идеи и убеждения. "...В собственной, личной ее физиономии

прячется что-то горячее, нежное, даже мечтательное". Татьяна же была

женским идеалом для А.С. Пушкина: Простите мнe, я так люблю

Татьяну милую мою!

В ней не было ничего не понятного читателю и поэтому она сразу

вызывала симпатию. Глубокой основой ее образа является народность.

Именно это помогло Татьяне победить высший свет, и в этой победе

залог победы духа народности над всем, ему противостоящим. Весь

милый для Пушкина облик Татьяны сближен с исключительно

поэтической русской природой - простой, лишенной экзотики. Отсюда

возникает характерное противопоставление русской природы,

деревенской жизни Татьяны, полной тихих и поэтичных прелестей,

светской суете, где героиня вынуждена носить маску холодной и

учтивой вежливости. Белинский писал: "Природа создала Татьяну для

любви, общество пересоздало ее". На мой взгляд, это не так. Попав в

светское общество, она осталась той же чистой и возвышенной Таней,

преданной деревне, своей полке книг, воспоминанию о своей няне:

Тотъяна смотрит и не видит, Волненье света ненaвuдum; Ей душно

здесь.., она мечтой Стремится к жизни полевой, В деревню, к бедным

поселянам, В уединенный уголок...

Она вовсе не стала светской дамой, в какую превратилась Софья,

воспитывавшаяся в фамусовском обществе и оторванная от народности.

В этом, на мой взгляд, и кроется главное различие этих героинь.

Однако Софья тоже незаурядная личность. Ее своеобразие заключается

в том, что она выбирает не чи.н, не знатность, не перспективного

Скалозуба, а безродного Молчалина, то есть ищет только личные,

моральные достоинства, свойственные конкретному человеку. Избрав

Молчалина, Софья готова бороться за свой выбор и с мнением света, и

с гневом отца, для которого "кто беден, тот тебе не пара", и даже с

ядовитыми насмешками Чацкого. Образ Софьи интересен тем, что она

и похожа, и не похожа на окружающих дам. Противопоставленная

женскому лагерю как личность, героиня сближается с ним как

социальный тип. Это умная, гордая девушка с сильным независимым

характером и горячим сердцем. Но все ее хорошие задатки не

получили, да и не могли получить развития в, обществе, где "Фамусовы

и Скалозубы являются правителями страны". Наоборот, ложное

воспитание привило Софье много отрицательных черт, сделало ее

представительницей общепринятых в этом кругу взглядов. Она не

понимает Чацкого, она не доросла до него, до его острого ума, до его

логичной беспощадной критики. Не понимает она и Молчалина,

который любит ее "по должности". Поступая наперекор моральным

устоям общества, Софья, тем не менее, по-своему утверждает его устои.

Например, стараясь использовать общество как оружие против

Чацкого, она сама становится орудием в руках этого общества. Эта

неопределенность Софьи и делает ее образ бесконечно трудным для

понимания. По мнению Пушкина, Софья начертана неясно. Неясность

ее в том, что в ней совмещается, казалось бы, несовместимое:

мечтательность и практичность, сентиментальность и властность,

наивность и холодная расчетливость, способность на истинное

страдание и ядовитая насмешливость над страдающим Чацким.

Чертой, делающей Софью и Татьяну похожими, является чтение

сентиментальных романов. Поэтому каждая героиня ждала от любви

каких-то чудес, и ни одна из них не замечала недостатков своего

возлюбленного: Кокетка судит хладнокровно, Татьяна любит не шутя И

предается, безусловно, Любви, как милое дитя...

Мне кажется, что эти же слова можно сказать и о Софье, которая

любит так же искренно и преданно. Вспомним, с каким чувством она

рассказывала своей служанке Лизе о своем свидании с Молчалиным:

Возьмет он руку, к сердцу жмет, Из глубины души вздохнет, Ни слова

вольного, и так вся ночъ проходит, Рука с рукой, и глаз с меня не

сводит

Софья страдает от того, что она не может открыто встречаться со своим

любимым. Но по-настоящему она начинает страдать, узнав сущность

Молчалина. Она путается из-за того, что ее обманули и она сама

обманулась. Именно ее откровенность, искренность и

непосредственность доказывают, что окружающее ее общество не убило

в ней истинный народный характер.

Татьяна, как и Софья, воспитывалась на иностранных романах,

поэтому Онегин рисуется воображению Татьяны в романтических

красках: Кто ты, мой ангел ли хранителъ, Или коварный искуситель...

Пушкин иронически замечает по поводу этих романтических грез

Татьяны: Но наш герой, кто б нu был oн, Уж, верно, был не Грандисон.

Истинная душа Онегина познается Татьяной только после посещения

деревенской усадьбы героя. Вглядываясь в обстановку онегинского

кабинета, просматривая книги Онегина, Татьяна, наконец, начинает

прозревать: Кто ж он? Ужели подраженье, Ничтожный призрак, иль

еще Москвич в Гарольдовом плаще, Чужих причуд истолкованье, Слов

модных полный лексикон... Уж ни пародия ли он?

Белинский, высоко оценивший роль Татьяны, отметил: "Она поняла

наконец, что есть для человека интересы, есть страдания и скорби,

кроме интереса страданий и скорби любви". Таким образом, у Татьяны

исчезло романтическое восприятие жизни, точно так же, как и у

Софьи.

Драма, пережитая Софьей, является первым в русской литературе

опытом изображения душевной жизни женщины, который позже

затронул А.С. Пушкин, описав жизнь Татьяны. Анализируя

прочитанные произведения, я с уверенностью могу сказать, что

женские образы в литературе первой половины XIX века имеют

поистине непреходящее значение. Они учат нас жить, поступать по

совести, пробуждают в нас лучшие чувства и желание делать добро, и

всегда оставаться такими, какими нас сделала природа. И мне хочется

верить, что хоть кто-нибудь из нас, читающих и любящих русских

писателей, будет воспитываться на их произведениях, и изо дня в день,

из месяца в месяц, из года в год, будет творить маленькое,

бескорыстное добро.