11.2. Подведомственность и подсудность споров арбитражному суду

Как известно, обращение к арбитражному (третейскому) разбирательству возможно при наличии должным образом заключенного между сторонами арбитражного (третейского) соглашения.

Как показывает практика, стороны заключают арбитражное (третейское) соглашение путем подписания единого документа, либо в виде оговорки, включаемой в текст основного договора. Такой вариант заключения соглашения представляется наиболее оптимальным. Между тем согласно п. 1 ст. 10 Закона о третейских судах и подп. 4) ст. 2 Закона об арбитраже заключение третейского (арбитражного) соглашения возможно также путем обмена документами, определяющими субъектов и содержание их волеизъявления. Например, пункт 4 ст. 1 Регламента КМА предусматривает, что соглашение о передаче спора на рассмотрение в КМА считается заключенным также в случае, если истцом подано исковое заявление в КМА, а ответчиком представлен отзыв на исковое заявление, в котором отсутствует его возражение против рассмотрения данного спора в КМА. Однако вышеназванные Законы прямо не называют исковое заявление и отзыв на исковое в качестве документов, путем обмена которыми стороны могут заключить арбитражное (третейское) соглашение. Однако такой способ заключения арбитражного (третейского) соглашения вполне допустим в силу положений п. 3 ст. 152 Гражданского кодекса РК (далее – ГК РК).

В Типовом законе ЮНСИТРАЛ о международном торговом арбитраже аналогичная норма сформулирована несколько иначе. Согласно подп. 2) ст. 7 Типового закона арбитражное соглашение считается заключенным в письменной форме, в том числе путем обмена исковым заявлением и отзывом на иск, в котором одна из сторон утверждает о наличии соглашения, а другая против этого не возражает. Практически в той же редакции указанная норма содержится в п. 1 ст. 7 Закона РФ об арбитраже.

На практике такой способ заключения арбитражного (третейского) соглашения сопряжен с определенными проблемами, поскольку, с одной стороны, законодательство не запрещает заключения сторонами арбитражного (третейского) соглашения путем обмена исковым заявлением и отзывом на исковое заявление, с другой же стороны, для того, чтобы оно могло быть заключено таким образом арбитраж (третейский суд) должен принять исковое заявление, вынести определение о возбуждении разбирательства и предложить ответчику представить письменный отзыв на исковое заявление (см. п. 1 ст. 19 и 23 Законов). Однако третейский суд (арбитраж) обязан вернуть исковое заявление, если между сторонами отсутствует третейское (арбитражное) соглашение (см. подп. 1) п. 1 ст. 24 и 21 Законов). Иными словами, не возбудив арбитражное (третейское) разбирательство, арбитраж (третейский суд) не может согласно указанным нормам предложить ответчику предоставить отзыв на исковое заявление. Возбудить же разбирательство он может, только приняв исковое заявление, а принять его в отсутствие заключенного между сторонами арбитражного (третейского) соглашения арбитраж (третейский суд) не может.

Описанная проблема характерна только для Казахстана, поскольку Типовой закон ЮНСИТРАЛ, а также Закон РФ об арбитраже, во-первых, содержат указание на то, что арбитражное соглашение считается заключенным в письменной форме путем обмена исковым заявлением и отзывом на иск, в котором одна из сторон утверждает о наличии соглашения, а другая против этого не возражает (иными словами, арбитражное соглашение не отсутствует изначально, а имеется спор между сторонами о его наличии), а, во-вторых, отсутствуют нормы о возврате искового заявления. Даная проблема, на наш взгляд, вызвана неудачной формулировкой соответствующих статей Законов РК о третейских судах и об арбитраже о возврате искового заявления, поскольку указанные нормы не содержат указания на какой стадии исковое заявление подлежит возврату – на стадии принятия его арбитражем, либо возврат возможен и после принятия и возбуждения разбирательства. Обстоятельства, перечисленные в подп. 1) п. 1 ст. 24 Закона о третейских судах, подп. 1) п. 1 ст. 21 Закона об арбитраже, могут стать известны арбитражу (третейскому суду) как на стадии принятия искового заявления, так и после возбуждения разбирательства. Здесь надо отметить, что содержание указанных норм, по сути, аналогично положениям ст. 154 ГПК, в которой перечислены те же обстоятельства для возврата судом искового заявления. При этом п. 2 ст. 154 ГПК позволяет сделать однозначный вывод о том, что государственный суд возвращает исковое заявление до возбуждения гражданского дела.

На наш взгляд, положения указанных статей Законов о третейских судах и об арбитраже нуждаются в дальнейшем совершенствовании, в том числе с учетом возможности заключения сторонами арбитражного (третейского) соглашения путем обмена исковым заявлением и отзывом на него.

Арбитражное (третейское) разбирательство начинается с того, что истец направляет в арбитражный суд исковое заявление, уплачивает регистрационный и арбитражный сбор и назначает арбитра и запасного арбитра. В некоторых международных арбитражах, в отличие от арбитражных институтов, действующих в странах СНГ, разбирательство начинается не с подачи искового заявления, а с подачи прошения или просьбы об арбитраже (см. Регламенты LCIA, ICC и др.).

В соответствии со ст. 10 Регламента КМА принимает меры к тому, чтобы разбирательство дела, по возможности, было завершено в срок не более 60 дней со дня образования состава арбитража (избрания или назначения единоличного Арбитра). В исключительных случаях этот срок может быть продлен по решению Председателя КМА. Для сравнения следует отметить, что в среднем срок рассмотрения спора в международных арбитражах стран Западной Европы этот срок составляет не менее 6 месяцев, в МКАС при ТПП РФ – 180 дней.

Третейское или арбитражное разбирательство?

К компетенции арбитражей (третейских судов) относятся только споры, возникающие из гражданско-правовых договоров, если иное не установлено законодательными актами РК. При этом ограничение компетенции третейского суда, в отличие от арбитража, состоит в том, что третейским судам в соответствии с п. 4 ст. 7 Закона о третейских судах не подведомственны в том числе споры, по которым затрагиваются интересы государства, государственных предприятий, споры из договоров о предоставлении услуг, выполнении работ, производстве товаров субъектами естественных монополий, субъектов, занимающих доминирующее положение на рынке товаров и услуг.

КМА неоднократно критиковались перечисленные необоснованные ограничения компетенции третейских судов, поскольку, понятие «интересы государства» может трактоваться очень широкого и «существует риск, что государственные суды могут отменить решение третейского суда, ссылаясь на то, что в споре с нацкомпанией были затронуты интересы государства. При этом любой нерезидент сможет включить в такой же контракт с нацкомпанией оговорку и отдать свой спор по контракту на рассмотрение независимому арбитражу. На практике наличие подобных ограничений очень серьезно тормозит развитие третейских судов»¹⁰⁴. Для сравнения необходимо отметить, что подобного ограничения нет в законодательстве стран СНГ.

В 2010 г. КМА в порядке третейского разбирательства было рассмотрено дело по исковому заявлению одной из Национальных компаний «Социально-предпринимательская корпорация» (со 100% участием государства) к казахстанскому ТОО о признании недействительной даты безубыточности и взыскании задолженности по Соглашению о совместной деятельности по реализации инвестиционного проекта. При подаче иска истец был проинформирован КМА о потенциальных рисках. Составом арбитража вопрос о наличии у КМА полномочий (юрисдикции) рассматривать переданный на его разрешение в порядке третейского разбирательства спор был решен положительно. В ходе разбирательства стороны урегулировали спор мировым соглашением, разбирательство было прекращено и по просьбе сторон составом арбитража КМА это урегулирование было зафиксировано в виде третейского решения на согласованных условиях, которое было исполнено в добровольном порядке.

Разграничение компетенции между третейскими судами и международными коммерческими арбитражами, как отмечает М.К. Сулейменов, проводится не между конкретными арбитражными органами, а по характеру споров, т.е. любой арбитражный (третейский) суд может рассматривать и внутригосударственные споры, и международные… в зависимости от характера споров будет действовать или Закон о третейских судах, или Закон об арбитраже¹⁰⁵. Использование казахстанским законодателем понятий «резидент» и «нерезидент» в качестве критерия для разграничения характера споров неоднократно подвергалось обоснованной критике со стороны практически всех специалистов в области арбитража.

При этом практика выявила спорный теоретический вопрос, не решенный законодательно. Это, как отмечает М.К. Сулейменов, вопрос о том, могут ли два резидента РК выбрать в качестве места рассмотрения спора иностранный или международный (за пределами Казахстана) арбитраж? Отвечая положительно на этот вопрос с теоретической точки зрения, обосновывая такой вывод толкованием ст. 1 Закона о третейских судах, он обращает внимание на то, что для резидентов, решивших рассматривать спор в иностранном арбитраже, существуют опасности, которые могут возникнуть при принудительном исполнении решения в связи с иным толкованием государственными судами указанной статьи Закона¹⁰⁶.

Между тем, исходя из п. 4 ст. 6 Закона об арбитраже в международный коммерческий арбитраж по соглашению сторон могут передаваться споры, вытекающие из гражданско-правовых договоров, между физическими лицами, коммерческими и иными организациями, если хотя бы одна из сторон является нерезидентом РК. В практике арбитражного разбирательства КМА имел место случай рассмотрения спора, когда обе спорящие стороны являлись нерезидентами.

В 2010 г. в КМА поступило Прошение об арбитраже от АО, зарегистрированного в соответствии с законодательством Лихтенштейна, к иностранному гражданину, не являющемуся резидентом РК, о признании недействительным Договора купли-продажи доли в уставном капитале казахстанского ТОО. Согласно арбитражной оговорке в случае, если стороны не смогут прийти к взаимоприемлемой договоренности, любая из сторон может передать такие споры в КМА для проведения арбитражного разбирательства в г. Алматы на английском языке в соответствии с Арбитражным регламентом Лондонского международного арбитражного суда (LCIA), который считается включенным в договор путем отсылки. В соответствии с условиями оговорки в силу предусмотренного подп. 1) ст. 4 Закона об арбитраже принципа автономии воли сторон КМА провел арбитражное разбирательство по Регламенту LCIA. В настоящее время решение, вынесенное единоличным арбитром КМА, находится на стадии принудительного исполнения в одной из европейских стран.

Председатель арбитражного суда проверяет соответствие поданного искового заявления требованиям, установленным Регламентом. Приняв исковое заявление, арбитражный суд выносит определение о возбуждении арбитражного разбирательства в соответствии со своим Регламентом и извещает стороны о месте проведения арбитражного разбирательства.

Секретариат арбитражного суда направляет либо вручает ответчику копии искового заявления и приложенных к нему документов, обосновывающих требования истца, и предлагает представить отзыв (возражение) на исковое заявление и доказательства в обоснование своего отзыва (возражения).

 

Возражения ответчика, избрание арбитра (запасного арбитра) от ответчика 

Ответчик в срок не более тридцати дней от даты получения копии искового заявления представляет по нему свои возражения и/или письменные объяснения, подкрепленные соответствующими доказательствами. Непредставление ответчиком возражений против иска не может рассматриваться как признание требований истца.

В срок не более тридцати дней от даты получения копии искового заявления ответчик должен сообщить имена и фамилии избранных им Арбитра и запасного Арбитра или заявить просьбу о том, чтобы Арбитр и запасной Арбитр за него были назначены председателем арбитражного суда (например, ст. 23 Регламента КМА).