2.3 Арбитражное разрешение международных споров в Древнем Риме

Гораздо меньшее значение имел международный арбитраж в Древнем Риме. Этому имеются свои объективные причины. Так, В. В. Тенишев пишет: „Завоевательные стремления римлян были еще менее благоприятной почвой для развития международного третейского суда". А. Р. Моррис говорит, что долгая история Римской империи была бедна на примеры арбитража, потому что арбитраж может иметь место только среди равных.

Большинство авторов приходит к выводу, что в древней­ший период Римской империи так называемые рекуперато­ры (особые выборные судьи числом от трех до пяти, разбирав­шие споры о важных материальных претензиях, возникавших между римлянами и представителями соседних городов и племен. - С. Л.) являлись чем-то вроде третейского суда. Ф. Ф. Мартене говорит о рекуператорах как первоначальных третейских судьях. Рекуператорами назывались лица, избирав­шиеся римским народом и другим, с которым он вступал в договор, для решения как вообще споров, которые возникали бы между подданными этих народов, так и недоразумений меж­ду самими государствами, порожденных исполнением догово­ра [25. C. 65]. Л. А. Камаровский определяет рекуперацию как „установ­ление между независимыми государствами на основании догово­ра такого юридического порядка, в силу которого особые суды... были призваны защищать права граждан договариваю­щихся государств". Далее он отмечает, что „эти суды имели до некоторой степени международный характер". А. Н. Стоянов пишет, что под рекуперацией нужно понимать „международный суд, разрешающий споры и недоразумения не только между под­данными иностранных государств, но и между римскими граж­данами и иностранцами". Однако он подчеркивает, что „рекуперация была институтом международного суда с граж­данским оттенком".

О способе назначения рекуператоров есть следующие све­дения: спорящие стороны выбирали известное число судей, как правило, трех, которые, в свою очередь, выбирали из этого числа большинством голосов одного общего рекуператора. Если сто­роны не могли или не хотели прийти по этому вопросу к согла­шению, то тогда рекуператоры предлагались им сановником.

Советские юристы-международники также останавливают свое внимание на проблемах рекуперации. Так, Б. А. Коровин пишет: «Римляне знали... такое учреждение, как «рекуператорес» . Но он относит данный институт к „смешанным согласительным комиссиям", которые разбирали спорные воп­росы между Римом и иностранными государствами. Такой же точки зрения придерживается Д. Б. Левин, Э. А. Пушмин относит рекуперацию к посредничеству.

Западные юристы - международники все же видят в рекупе­рации форму третейского разбирательства. Так, А. Гефтер указывает, что у римлян древнейшего времени оно называ­лось „recuperatio". О рекуператорах как о третейских судьях говорит и Л. Оппенгейм.

В связи с вопросом о рекуператорах в качестве третейских судей следует также упомянуть фециалов (коллегия жрецов бога верности, которая ведала соблюдением международных договоров, объявляла войну и заключала мир, регулировала споры и разногласия). Л. А. Камаровский считает фециалов главными хранителями договоров о рекуперации. В Греции со ссыпкой на Плутарха (греческий историк, ок. 45 — ок. 127 гг.) пишет, что главную обязанность римских фециалов составляло „не допускать до войны, прежде чем будет утрачена всякая надежда на судебное разбирательство спора".

Представляется, что рекуперацию нельзя полностью отнести к международному третейскому разбирательству. Нельзя также рассматривать ее только в качестве согласительной комиссии или посредничества. Первый вывод вытекает из того, что большин­ство споров разрешалось рекуператорами между отдельными ли­цами. Следовательно, в данном случае сложно говорить о межгосу­дарственном характере споров. Но так как часть спорных вопро­сов разрешалась и между самими государствами, то можно пред­положить, что в этих случаях рекуператоры выступали в роли су­дей международного арбитража. Второй вывод основан на том, что, в отличие от посредничества и от заключений согласительной ко­миссии, которые носят лишь факультативный характер, решения рекуператоров имели, судя по всему, обязательную силу.

Рим также неоднократно был третейским судьей в спорах между государствами. В качестве арбитров выступали сенат, особые комиссары, представители сената, консулы, легаты (послы). Так, Л. А. Камаровский пишет, что „сенат бывал... между союзниками Рима третейским судьей". Д. Б. Левин указывает, что одним из наиболее частых поручений легатов было арбитражное разрешение споров. Такое же мнение высказывают авторы „Истории дипломатии", которые отмечают, что целями легатов было „третейское улаживание международ­ных конфликтов и разрешение религиозных споров".

Рим не допускал арбитражного разбирательства между со­бой и другими народами. Так, В. В. Тенишев отмечал по этому поводу: „Мы совершенно не знаем случаев, чтобы Рим до­пустил третейское разбирательство спора между самим собой и каким-нибудь другим государством.

Выступая в качестве арбитра, Рим старался разрешать споры с выгодой для себя, то есть ему не была свойственна беспристра­стность. Об этом говорят исторические факты. Одним из самых ранних примеров арбитража, в котором Рим принимал участие в качестве арбитра, был территориальный спор между арицинцами и ардеатами. „В 445 г. до н. э. жители Арицины и Ардеи в споре о границах избрали в третейские судьи римский народ, который... присоединил спорную территорию себе". Цицерон в своем трактате „Об обязанностях" также указывает на такой пример арбитражного разрешения спора, в котором Рим высту­пил не третейским судьей, а заинтересованной, корыстной сторо­ной. Он пишет: „Не заслуживает одобрения... наш соотечествен­ник Квинт Фабий Лабеон.., которого сенат назначил арбитром по проведению границ между Нолой и Неаполем и который, прибью на место, убеждал отдельно обе стороны не проявлять жадности, не требовать лишнего и лучше отказаться от своего, чем пожелать чужого. Когда обе стороны исполнили это, между их землями осталась значительная полоса земли. Лабеон провел их границы так, как они сами их указали; то, что осталось между их земля­ми, он признал владениями римского народа". Цицерон пишет по этому поводу: „Это значит обмануть, а не рассудить".

Были и другие случаи, когда Рим выступал в качестве арбитра. Так, Г. Греции пишет, что „пунийцы в спорах с Маси-ниссой во избежание войны прибегали к третейскому суду". Но и в этом случае поведение Рима оставляло желать лучшего. Л. А. Камаровский, ссылаясь на этот случай, говорит: „Известно также, как пристрастно держали себя римляне в спорах Масиниссы, их союзника, с Карфагеном".

Рим неоднократно выступал в качестве арбитра между горо­дами-государствами Древней Греции. После завоевания Греции Римом арбитром в спорах между греческими государствами чаще всего выступал римский сенат. Самое первое обращение греков к Риму с просьбой быть третейским судьей относится к 189 году до н. э., когда Спарта пыталась оккупировать го­род, входивший в состав Афинской лиги. В 188 году до н. э. послы Спарты и Афин прибыли в Рим и предложили сенату разрешить спор арбитражем. Были и другие примеры такого рода. Следует напомнить, что Рим применял арбитражную власть с правом делегации ее своим гражданам.

Выше говорилось, что арбитрами часто выступали консулы. Так, Г. Греции пишет, что Марка Антония (римский консул, ок. 83—30 гг. до н. э.) „многие народы за границами Римской империи выбирали третейским судьей в своих спорах во избежа­ние войны". В роли арбитра выступал и Гай Юлий Цезарь, к нему, как к третейскому судье и защитнику галлов, начали об­ращаться галльские племенные князья.

Рим оставил след арбитража и на Востоке. Г. Греции говорит со ссылкой на Плутарха, что „парфянам и армянам, просившим урегулировать их границы, Помпеи (римский консул, 106—48 гг. до н. э. - С Л.) предложил третейских посредников".

Таким образом, арбитраж как способ мирного разрешения межгосударственных споров хотя и имел место в Древнем Риме, но ему была свойственна одна особенность: он осуществлялся между государствами и нациями, которые были подчинены вер­ховной власти Рима. В большинстве случаев арбитраж использо­вался Римом для навязывания своей воли другим государствам, для расширения своего влияния на новые территории и страны. В этой связи М. Ревон отмечает, что арбитраж в Риме „был не чем иным, как способом управления" и, как нам представ­ляется, способом покорения.