7.4. Местные государственные учреждения

Основными административно-территориальными единицами дореформенной России являлись губернии и уезды. В начале XIX в. (1803) число губерний возросло до 48, а к середине века (1850) достигло 52. Учреждение министерств не предусматривало повсеместного восстановления института наместников. "Особенное" управление сохранилось лишь в некоторых местностях России, главным образом на окраинах, где трудности связи с центром требовали расширения прав местной администрации. Наместники существовали в царстве Польском (с 1815 г.), на Кавказе (1844-1845 гг.), а генерал-губернаторы - в Финляндии, Западной и Восточной Сибири, Прибалтике, Оренбургском крае, Новороссии, а также в столицах государства (Петербурге и Москве). Если в начале XIX в. были 3 генерал-губернаторства (с восемью губерниями в них), то в 1850 г. было 10 генерал-губернаторств с двенадцатью губерниями.

Генерал-губернатор являлся главой местной администрации нескольких губерний, входящих в генерал-губернаторство. Его связь со всеми правительственными и сословными учреждениями вверенных ему губернии осуществлялась через канцелярию. В своей деятельности генерал-губернаторы и наместники руководствовались весьма неопределенными формулировками "Учреждения о губерниях" 1775 г., дававшими им широкий административный простор. Мало что изменила в их деятельности и инструкция 1853 г. Она только подчеркивала ответственность генерал-губернатора за "состояние умов".

С начала века сложилась ведомственная ("линейная") система управления; все местные должностные лица и учреждения (за исключением наместников и генерал-губернаторов) были распределены по соответствующим министерствам-ведомствам.

Местные учреждения Министерства внутренних дел. В дореформенной России сохранилась в основном система административно-полицейских правительственных учреждений и сословных органов, созданная в 1775-1785 гг. Главой местной администрации являлся губернатор, который выполнял свои функции с помощью административных учреждений: канцелярии губернатора, губернского правления, ряда комиссий, комитетов и присутствий. С созданием министерств губернаторы стали подчиняться Министерству внутренних дел.

Для истории местной администрации дореформенной России характерны усиление власти губернаторов, рост их влияния на местные органы «всех» ведомств (осуществляемые иногда в форме так называемого "надзора" губернатора за учреждениями самых различных ведомств) и постепенное падение самостоятельности губернских правлений. Все эти процессы были закреплены в "Наказе губернаторам" 3 июня 1837 г., провозгласившем губернатора "хозяином губернии".

Со второй четверти XIX в. широко практиковалось назначение вместо обычных гражданских губернаторов, военных губернаторов, которым кроме местной администрации и полиции были подчинены воинские части местных войск и военные учреждения на территории губернии.

Основным административным учреждением губернии считалось губернское правление, возглавляемое губернатором. В законах подчеркивалось, что оно "управляет в силу законов всей губернии" и является коллегиальным учреждением под председательством губернатора. Фактически к середине XIX в. губернское правление превратилось в своеобразную исполнительную канцелярию при губернаторе. Роль общего присутствия губернского правления сводилась к ознакомлению с новыми законодательными актами и распоряжениями, к ряду хозяйственных операций (например, к совместному участию с казенной палатой в торгах), к обсуждению некоторых мелких вопросов организации и делопроизводства. Все основные дела губернского правления были сосредоточены в канцелярии правления, аппарат которой делился на четыре отделения. Первое отделение канцелярии заведовало обнародованием законов, наблюдением за исполнением распоряжений губернатора и губернского правления, газетой "Губернские ведомости". Через второе отделение губернатор осуществлял руководство полицией, третье - связь администрации с местными судами, и, наконец, четвертое - с финансово-хозяйственными органами.

Функция губернатора и губернского правления были обширны, и для усиления оперативности их деятельности в первую половину XIX в. был создан ряд коллегиальных учреждений: комитетов, комиссий или присутствий под председательством губернатора. Личный состав этих учреждений был приблизительно одинаков. Это были губернский предводитель дворянства, губернский прокурор, председатель казенной палаты, управляющий палатой государственных имуществ и ряд других должностных лиц губернии.

Наибольшее значение имели созданные еще в XVIII в. губернские рекрутские присутствия, переименованные в 1831 г. в рекрутские комитеты. Они издавали ряд распоряжений по проведению рекрутских наборов и следили за исполнением этих распоряжений уездными рекрутскими присутствиями (комитетами). С помощью комитетов и комиссий местная администрация губернии осуществляла некоторые хозяйственно-административные функции. Комиссия народного продовольствия разрешала задачи создания запасов продовольствия; строительная и дорожная комиссии осуществляли руководство по строительству дорог и казенных зданий; для сбора статистических сведений в губерниях возникли губернские статистические комитеты. Ряд учреждений этой группы были связаны с разрешением различных медицинских вопросов (оспенные и холерные комитеты, комитеты общественного здравия, присутствия по освидетельствованию умалишенных). Кроме того, существовали губернские комитеты земских повинностей, попечительные о тюрьмах комитеты, комитеты об уравнении городских повинностей, врачебно-полицейские комитеты (в столицах) и другие учреждения.

Деятельность этих комиссий и комитетов носила казенно-бюрократический характер и ложилась дополнительным гнетом на народные массы. Созданные комиссией народного продовольствия на случай голода "запасные хлебные магазины" являлись средством обогащения чиновников; сами же "магазины", как правило, пустовали. Оспопрививание не носило обязательного характера и охватывало только местную помещичье-чиновничью и купеческую верхушку.

В 1838 г. во многих губернских городах России были созданы губернские комитеты о раскольниках, в состав которых входили губернатор, местный архиерей и жандармский штаб-офицер. Это были чисто полицейские органы борьбы с раскольниками. Порядок деятельности большинства этих учреждений был сессионный, а делопроизводство велось в канцелярии губернского правления.

Грубые и жестокие феодальные приемы управления особенно процветали в исполнительных инстанциях местного аппарата - полицейских учреждениях. Во главе всей уездной полиции с 1775 г. стоял уездный исправник, при котором находилось полицейское управление, называемое земским судом. В состав земского суда кроме исправника и 4-5 дворянских заседателей с 30-х годов XIX в. входили два заседателя от государственных крестьян. Канцелярия земского суда возглавлялась секретарем и состояла из двух столов: исполнительного и следственного (предварительное следствие находилось в ведении полицейских органов).

Уезд являлся самой мелкой административной единицей. Увеличение населения в уездах и рост крестьянских волнений вызвали необходимость разделения уездов на более мелкие территориальные полицейские единицы По "Положению" 3 июня 1837 г. учреждались станы. В каждый стан назначался пристав, для осуществления своих полицейских функций становой пристав опирался на сельскую выборную полицию удельных и государственных крестьян - сотских и десятских, а также на вотчинную полицию помещиков. Центром стана являлось местечко или заштатный город.

В городах "охрана тишины и порядка" возлагалась на полицию, сохранявшую организационное устройство, данное "Уставом благочиния" 1782 г.

К органам администрации и полиции на местах примыкали органы жандармерии, находившиеся в ведении Штаба корпуса жандармов. С 1827 г. вся страна, за исключением Польши, земель Войска Донского и Кавказа, была разделена на пять (впоследствии восемь) жандармских округов. Во главе каждого округа стоял жандармский генерал. Округ делился на «Отделения», охватывающие от одной до трех губерний.

Специфика управления отдельными окраинами определялась местными задачами царизма. Например, на Кавказе она была вызвана частыми войнами с Турцией и Персией и почти постоянным состоянием войны с борющимися за свою независимость горскими народами, в Польше - необходимостью укрепления западных границ и угрозой восстания и т. п. "Местные" задачи военного подавления окраин требовали предоставления администрации этих окраин широкой самостоятельности в действиях, известной "независимости" от центральных, а порой и высших правительственных учреждений.