4.2. Особенности новой экономической политики на Урале

С 1921 г. на Урале, как и по всей стране, проводится новая эко­номическая политика (НЭП). Причина перехода к НЭП известна: сложная социально-экономическая обстановка.

К концу гражданской войны многомиллионное российское крестьянство стало выражать недовольство экономической поли­тикой «военного коммунизма», проводимой большевиками. Весной 1921 г. на Урале, как и во всей стране, развился социально- экономический кризис, и политика «военного коммунизма» сменя­ется новой экономической политикой. На III российском съезде Советов обсуждался вопрос о продразверстке и недовольстве кре­стьян. Съезд одобрил предложение экономиста М. А. Ларина о том, чтобы продразверстку отменить и ввести продналог, который дол­жен быть ниже продразверстки, а в отношении всей остальной продукции решать вопрос путем товарообмена. В партии разверну­лись сразу две дискуссии - об экономической политике и о проф­союзах. В результате началось переосмысление основ экономиче­ской политики, «сопровождавшееся раскрепощением хозяйствен­ной жизни страны от тотального государственного регулирова­ния»¹⁰. В. И. Ленин указывал, что неотложными стали меры, спо­собные поднять сельское хозяйство, добиться улучшения положе­ния рабочих и укрепления союза рабочих и крестьян.

В марте 1921 г. Х съезд Коммунистической партии принял ре­шение о замене продразверстки продналогом и о переходе к НЭП. Решения Х съезда о переходе к НЭП повсеместно обсуждались не только партийными и советскими организациями, но и всей обще­ственностью. Этим вопросам посвятила свою работу Челябинская горуездная конференция РКП(б) в июне 1921 г. Партийные конфе­ренции прошли почти во всех уездах губернии, а VI губернская конференция всецело одобрила решение Х съезда.

Обсуждение НЭН на съездах и конференциях показало, что трудовое крестьянство и рабочие Южного Урала с удовлетворени­ем встретили решение партии и правительства о замене продраз­верстки продналогом и организации свободной торговли между городом и деревней. Опираясь на массовые общественные органи­зации трудящихся, профсоюзы, комсомол, партийные и советские органы Челябинской губернии и всего Урала развернули работу по переходу к НЭП.

К концу 1921 г. треть из сданных в аренду предприятий пере­шла к частникам, причем аренда охватила исключительно мелкие предприятия. Даже в 1925-1927 гг. нэпманы, не уверенные в устойчивости своего положения, стремились к «легкому обогаще­нию», держали свои капиталы в подвижном состоянии и избегали долгосрочных капиталовложений.

Примечательно, что в процессе национализации период «воен­ного коммунизма» на Урале проходил гораздо более медленными темпами, чем в Центральной России. Местные совнархозы практи­чески не имели ни материальных, ни физических сил для проведе­ния полномасштабной национализации. Таким образом, частное предпринимательство на территории нашего края сохранилось вплоть до НЭП. Причем чаще всего частными предпринимателями становились не те лица, которые являлись таковыми ранее. Вслед­ствие того что многие районы Урала в ходе гражданской войны неоднократно переходили из рук в руки, имела место массовая ми­грация населения по политическим мотивам. Значительная часть антибольшевистски настроенных мигрантов принадлежала к со­стоятельным слоям и обладала немалым имуществом, которое конфисковывалось советской властью. Важным аспектом промыш­ленной политики была поддержка предприятий, имевших страте­гическое значение. Так, основной задачей Приуральского промыш­ленного комитета, подчинявшегося Высшему совету по промыш­ленности Урала, было оказание содействия предприятиям в заго­товке всех необходимых материалов как на местных, так и на за­граничных рынках. Некоторым владельцам, восстановившим свои права на собственность, предоставлялись ссуды (например, хозяевам Бельского речного пароходства за счет американских кредитов - 3,7 млн руб.).

В период НЭП на Урале частным предприятиям оказывалась поддержка со стороны Высшего совета народного хозяйства стра­ны (ВСНХ) и Губернского экономического совета (Губэкосо). Она выражалась прежде всего в кредитовании и снабжении сырьем. Проблемным было положение в сфере торговли. Антибольшевист­ские правительства отменяли твердые цены на любые товары, в том числе и на хлеб. В то же время все эти правительства вводили определенные ограничения в торговле: устанавливали лимиты цен, запрещали вывоз товаров первой необходимости из губернии без разрешения продовольственных органов. Все эти ограничения в отношении торговли отменило правительство Колчака.

Советское правительство в период НЭП для восстановления промышленности и транспорта ставит задачу возрождения мелкого кустарного производства для быстрого удовлетворения потребностей населения в предметах первой необходимости. Кроме того, мелкое производство не требовало больших государственных средств.

На Урале кустарное производство развивалось быстрее, чем в других регионах страны. Здесь было большое количество мелких и средних предприятий, имеющих примитивное оборудование для переработки сельскохозяйственной продукции. Но они оказались способными обеспечивать население строительными материалами, сельскохозяйственным инвентарем, продукцией из животного сырья для кожевенного производства.

Использовалась на Урале и такая форма возрождения про­мышленности, как сдача предприятий, пришедших к развалу, в аренду частным лицам, кооперативам и объединениям. 5 июля 1921 г. был издан декрет «О порядке сдачи в аренду предприятий, подведомственных ВСНХ». Наказ Совета народных комиссаров (СНК) от 9 августа 1921 г. предлагал «энергично проводить в жизнь декрет о сдаче в аренду предприятий»¹¹. Были установлены условия аренды и ответственность по Гражданскому и Уголовному кодексам за сохранность оборудования, данного государством в пользование, за снабжение предприятий и работающих на них. Право контроля за использованием арендованных площадей и вы­полнением заключенных договоров давалось совнархозам.