6. Речевая избыточность

Под речевой (лексической) избыточностью понимают «общее название двух стилистических явлений: плеоназма и тавтологии, связанных с присутствием в предложении вместо одного слова двух, т.е. с ненамеренным повторением одного и того же лексического значения» [Солганик, Дроняева 2004. С. 112]. Также к явлениям речевой избыточности, или многословия, относят использование лишних слов, расщепление сказуемого, употребление слов-паразитов [Петрякова 2007. С. 34 – 35].

Лексическая избыточность нередко используется как стилистический прием усиления: видеть своими глазами, слышать своими ушами, сделать своими собственными руками.

Плеоназм (от греч. pleonasmos – избыток, чрезмерность) – это употребление в речи близких по смыслу и потому излишних слов: главная суть, повседневная обыденность, свободная вакансия, ценные сокровища. Часто плеоназм появляется при соединении синонимов: расцеловал и облобызал, мужественный и смелый, долгий и продолжительный, вдруг внезапно пришёл.

Тавтологию (от греч. tauto – то же самое, logos – слово) рассматривают как разновидность плеоназма [Голуб 2006. С. 21]. Тавтология может возникать при повторении однокоренных слов (рассказать рассказ, спросить вопрос, возобновить вновь), а также при соединении иноязычного и русского слова, дублирующего его значение (необычный феномен, мизерные мелочи, впервые дебютировал, памятные сувениры).

Тавтология как стилистическое явление тесно связана с сущностными характеристиками предметов, поэтому часто тавтологические повторы являются не стилистической ошибкой, а единственно возможной характеристикой предмета (соль солёная, жизнь прожить) или выступают в качестве стилистического приёма, служащего выразительности речи: Писатель пописывает, читатель почитывает. В частности, тавтологические сочетания слов встречаются в народно-поэтических произведениях, в пословицах и поговорках: Дружба дружбой, а служба службой; крепко-накрепко; белым-бело [Солганик, Дроняева 2004. С. 112]. Ненамеренная тавтология свидетельствует о неумении использовать синонимическое богатство языка, т.е. является стилистической ошибкой.

Употребление слов-паразитов способствует засорению речи, особенно устной. Это «разнообразные частицы, которыми говорящий заполняет вынужденные паузы, не оправданные содержанием и структурой высказывания» [Петрякова 2007. С. 35] (ну, вот, так сказать, как бы и др.).

7. Использование в речи многозначных слов и слов-омонимов

Многозначностью, или полисемией (от греч. poly – много, sema – знак), называется свойство слов употребляться в разных значениях [Валгина, Розенталь, Фомина 2001. С. 11]. У многозначного слова есть прямое и переносное значения. Прямое значение слова является основным, оно не обусловлено контекстом, стилистически нейтрально: вода льётся. Переносное значение вторично, зависит от контекста, стилистически окрашено: слова льются, то есть изменение значения зависит от контекста. Например, слово взять имеет до 50 лексических значений, но вне контекста мы их не воспринимаем, его основное лексическое значение вне контекста «схватить».

Разные значения слов образуют сложное семантическое единство, которое лингвисты называют «семантической структурой слова» [Голуб 2006. С. 41]. Развитие многозначности обычно происходит в связи с уподоблением одного явления другому, на основе внешнего сходства предметов (их формы, цвета и т.д.), на основе производимого ими впечатления или по характеру их движения. В таких случаях источником полисемии могут быть метафоры, метонимии, синекдохи. Многозначность слова используется в различных стилистических приемах, например, в каламбуре, иронии.

Общеязыковые метафоры представляют собой разновидности значений слов, фиксируются толковыми словарями. Их следует отличать от индивидуально-авторских метафор, значение которых рождается в художественном контексте и не становится достоянием языка (ср. серп луны и небо как колокол, месяц – язык у Есенина).

В том случае, когда контекст не проясняет одно из значений многозначного слова и возникает двусмысленность, полисемия является стилистической ошибкой, так как затрудняет восприятие текста (Воздушные змеи сочтены угрозой).

Многозначность свидетельствует о неограниченных возможностях языка. Развитие у слов новых значений дает простор творческому использованию лексических запасов языка.

Омонимы – слова, одинаковые по звучанию и написанию, но имеющие разные значения. Различают четыре типа омонимов [Солганик, Дроняева 2004. С. 77 – 78]:

• лексические омонимы – слова, совпадающие по звучанию и написанию во всех формах: длинная коса – острая коса,

• омоформы – слова, совпадающие по звучанию и написанию только в одной какой-нибудь форме: мой сын – мой тарелку, закапывать клад – закапывать капли в глаза,

• омофоны – слова с одинаковым звучанием, но разным написанием: костный мозг – косный взгляд,

• омографы – слова, одинаково пишущиеся, но по-разному звучащие: замок – замок, хлопок – хлопок.

Явление омонимии часто используется в стилистических целях. Например, поговорка Каков ни есть, а хочет есть. Лозунг «Миру нужен мир!». Омонимы используются в каламбурах: Женщины подобны диссертациям: они нуждаются в защите (Эмиль Кроткий).

Есть понятие «индивидуально-авторской омонимии, когда писатели по-новому трактуют известные слова» [Голуб 2006. С. 46], например, доходяга – победитель в спортивной ходьбе, пригубить – поцеловать, весельчак – гребец

В речи могут возникать ситуации, когда контекст не позволяет читающему точно определить, какой из имеющихся в языке омонимов имеется в виду. В этом случае возникает двусмысленность, что является стилистической ошибкой, например, в поликлинике: Снимите череп и запишитесь к хирургу (вместо сделайте снимок); или Нос Гоголя наполнен глубоким содержанием (вместо произведение «Нос»), Большая часть выпускников осталась в деревне (непонятно: большая или большая).