Б) производство дистанционных трубок, взрывателей, капсюльных втулок

Производство дистанционных трубок и взрывателей весьма сложно, требует особого оборудования, чрезвычайно большой точности и специально подготовленного технического персонала. Производство трубок и взрывателей в широком масштабе требует от инженера не только технологических знаний, но и основательного знакомства со специальными артиллерийскими дисциплинами: внешней и внутренней балистикой, теорией взрывчатых веществ, теорией стрельбы и т. д. Кроме того, требуется практическое знание методики массового точного производства, почти не встречающегося в гражданской промышленности.

Успешное массовое изготовление дистанционных трубок и взрывателей может производиться, как изготовление винтовок и пулеметов, только на специальных трубочных заводах.

Неудовлетворительное изготовление дистанционных трубок приводит к большому рассеиванию разрывов шрапнелей, т. е. к весьма неточной стрельбе; неудовлетворительное изготовление взрывателей влечет за собой преждевременные разрывы фугасных снарядов в канале орудий и несчастные случаи с людьми (см. выше).

Приведенных данных достаточно для суждения о крайней необходимости заблаговременной весьма продуманной подготовки производства дистанционных трубок и взрывателей, чтобы обеспечить должное широкое его развитие, вызываемое огромными потребностями войны.

В России в довоенное время производство трубок было установлено:

а) дистанционных трубок — на Петроградском и Самарском казенных трубочных заводах и на частном заводе Барановского;

б) ударных трубок и взрывателей — на том же Петроградском трубочном казенном заводе и частью на казенных Тульском и Сестрорецком оружейных заводах; [201]

в) капсюльных втулок — на казенных Петроградском и Самарском трубочных заводах.

Во время войны к изготовлению трубок, взрывателей и капсюльных втулок были привлечены, кроме указанных заводов, еще следующие:

а) дистанционных трубок — Воронежский машиностроительный завод Столль и К°, Московский завод «Всеобщей компании электричества»{534}, заводы «Промет» и «Вестингауз»;

б) взрывателей и ударных трубок — «Динамо» (в Петрограде), Сименс-Шукерт, «Шестерня Цитроэн», «Айваз», заводы Невьянский, Лысьвенский, Гельсингфорский, Таганрогский, Горловский (Беккера), Коломенский, Сумский, Петроградское городское управление, Блаугаз (Нефтегаз), Сименс и Гальске, Феникс, Михельсон, Бенуа, Русское соединенное общество механических заводов (Лесснер), завод Шиманского, Русско-Балтийский (в Таганроге), Барановского и организация уполномоченного ГАУ Ванкова;

в) капсюльных втулок — заводы Столль и К°, Феникс, Франко-Русский, Писарева, Сан-Галли, Маршак (в Киеве), Эйсман (в Москве), Физ. институт Московского университета, товарищество Фаберже, Дмиевский снарядный завод (в Киеве), Русское общество для изготовления снарядов и военных припасов, электромеханические мастерские С. О. Ш.

Несмотря на привлечение столь многих, в большинстве крупных, русских заводов, все же производительностью их не могла быть удовлетворена огромная потребность в трубках и взрывателях, вызванная войной. Пришлось выдавать большие заказы за границу на трубки, взрыватели и даже на капсюльные втулки и приступить во время войны к постройке своих новых казенных заводов — трубочного в Пензе и взрывателей в Воронеже.

Петроградский трубочный казенный завод являлся основным, на котором разрабатывались почти все принятые в русской артиллерии трубки, взрыватели и прочие приспособления для воспламенения зарядов и который почти до самого начала войны только один вел массовое производство указанных предметов.

На Петроградском трубочном заводе в 1913—1914 гг. готовились:

а) для сухопутной артиллерии — дистанционные трубки двойного действия 22-сек., 30-сек., 38-сек. и 45-сек.; ударные трубки к снарядам, трубки к ручным гранатам, обтюрирующие и гальванические трубки, взрыватели марок 1ГМ, 3ГТ, 4ГТ, 5ДМ, 7ДТ, 8ДТ, 9ДТ, 10ДТ, 11ДТ, 15ГТ и капсюльные втулки;

б) для морской артиллерии — трубки гальванического типа, трубки для противоаэропланных пушек, трубки-факела для 6-дм. снарядов, взрыватели обр. 1913 г., капсюли для мин, донные винты, трубки гильзовые и ударные к пушкам Канэ.

Будучи единственным для удовлетворения потребности в указанных изделиях сухопутной и морской артиллерии, Петроградский [202] трубочный завод в десятилетие 1905—1914 гг., предшествующее войне, работал с сильным напряжением — в большинстве мастерских в 2 смены (9- и 8-часовые).

По соображениям стратегического характера расширение Петроградского трубочного завода считалось недопустимым. Поэтому завод, развивая по необходимости свое оборудование, новых помещений не строил, вследствие чего в цехах была крайняя теснота и создавались весьма тяжелые условия работы, нарушавшие самые элементарные требования гигиены труда и противопожарной охраны. В связи с этим относительно снижалась и производительность завода.

В 1913 г. вынуждены были расширить площади завода путем новых построек и надстройки над существующими зданиями. Война застала эти работы не законченными, что отражалось на усилении производства завода, вызванного потребностями войны.

В довоенное время Петроградский трубочный завод, как и все прочие русские заводы, не получал определенных мобилизационных заданий, не имел планов необходимого развития производства на военное время и вообще ни в какой мере не готовился к мобилизации. В отношении Петроградского трубочного завода подобная беззаботность царского правительства была особенно преступной, так как на этом заводе почти полностью базировалось трубочное производство в России, а военное ведомство не могло, разумеется, не сознавать того, что трубки, взрыватели, капсюли являются главнейшими предметами боевого снабжения, обеспечивающими стрельбу артиллерии.

Постройка Самарского трубочного завода начата была в 1909 г., но к валовому производству дистанционных трубок и капсюльных втулок он приступил лишь с 1913 г.

К началу войны казенные трубочные заводы имели общую ежемесячную производительность до 300000 дистанционных 22-сек. трубок, или до 3 1/2 миллионов в год. Фактически выпуск трубок в довоенное время не достигал указанной цифры, но все же при крайне напряженной работе Петроградский и Самарский трубочные заводы могли изготовить еще больше — до 5 миллионов трубок в год, что соответствовало установленной норме 76-мм выстрелов, подлежащих изготовлению в течение года войны по указаниям военного совета.

Во избежание форсированной работы существовавших трубочных заводов предположено было еще в 1910 г. построить 3-й трубочный завод в Пензе, но кредиты на эту постройку были отпущены лишь в июле 1914 г., т. е. за несколько дней до объявления мобилизации, а постройка завода началась во время войны — весной 1915 г.

Уже в самом начале войны, с сентября 1914 г., когда была заявлена ставкой потребность в 1 1/2 миллиона 76-мм выстрелов в месяц, ГАУ стало ясно, что потребность в дистанционных трубках не может быть удовлетворена двумя казенными трубочными заводами, как бы ни развивали они свою производительность. [203]

Зная всю сложность и трудность фабрикации трубок, ГАУ считало, что всякое новое трубочное предприятие обречено первоначально на продолжительный неуспех, а потому обратилось к заграничным заказам трубок. Но затем, ввиду выяснившейся недостаточной надежности изготовления трубок за границей, непрерывно возраставшей в них потребности и перегруженности Петроградского и Самарского заводов до крайних пределов, ГАУ обратилось к русской частной промышленности, хотя безусловно и не подготовленной к трубочному производству.

С первых же месяцев войны казенным трубочным заводам, в особенности Петроградскому, пришлось чрезвычайно форсировать работу.

Перед войной Петроградский завод выпускал до 800 22-сек. трубок в сутки. ГАУ предписало развивать производство 22-сек. трубок: с 1 ноября 1914 г. — 5500 в сутки; с 1 января 1915 г. — 6000 в сутки; с августа 1915 г. — 13000 и т. д.

Требования ГАУ, предъявляемые Петроградскому трубочному заводу по основным изделиям, достигли максимума к осени 1916 г., а именно:

22-сек. дистанционных трубок	35000 в сутки
40-сек. дистанционных трубок	6000 в сутки
Взрывателей	2500 в сутки
Ударных трубок	5000 в сутки
Капсюльных втулок	40000 в сутки

Для выполнения заданий ГАУ заводу пришлось усилить работу сверх предела и предпринять ряд мер, включительно до отчуждения прилегающих к заводу земельных участков и возведения новых построек, несмотря на крайнюю нежелательность этого по соображениям стратегического характера, по которым следовало не расширять завод, а, напротив, эвакуировать его из Петрограда.

На заводе установлена была работа в 3 смены без праздничных отдыхов. Ремонт и чистка станков, котлов и механизмов производилась не более раза в месяц. Под производство занимались все помещения, не только вновь выстроенные, но даже такие, как канцелярия, клуб и пр., не считаясь с рациональной распланировкой.

Станки собирались с разных мест в России и заказывались за границей без необходимого строгого отбора их, отрывая от производства инженеров для реквизиции и покупки оборудования. Между тем, опытных инженеров узкой военной специальности трубочного производства нигде не было вне Петроградского и Самарского заводов. Инженеров этих пришлось командировать, кроме того, для инструктирования и на частные заводы, принимавшие на себя изготовление трубок и взрывателей, и на постройку нового трубочного завода в Пензе.

В итоге Петроградский трубочный завод переживал во время войны острый кризис в отношении технической силы и большие затруднения с наймом квалифицированных слесарей, токарей и пр.

Все время завод терпел нужду в предметах оборудования, материалах и топливе. Не прошло и года войны, как уже в марте [204] 1915 г. ГАУ предложило заводу принимать меры к переходу с минерального топлива на дерево, торф и т. п. ввиду тяжелых условий добычи и доставки из Донецкого бассейна угля, антрацита и кокса. Это внесло серьезные осложнения в работу завода, потребность которого в топливе была очень велика, например, на 1916 г. заводу требовалось до 3 миллионов пудов угля и l 1/4 миллиона пудов нефтяных остатков.

Несмотря на все неблагоприятные условия, выпуск изделий Петроградским трубочным заводом в течение войны непрерывно возрастал, достигнув максимума в 1916 г. с превышением довоенной продукции завода в несколько раз, причем завод за время войны 1914—1917 гг. выпустил огромное количество изделий — до 19 1/2 миллионов разных дистанционных трубок, свыше 26 миллионов разных ударных и обтюрирующих трубок, до 2 1/2 миллионов взрывателей, около 18 1/2 миллионов капсюльных втулок и пр.

Самарский трубочный завод работал во время войны в несколько лучших, чем Петроградский, но все же в тяжелых условиях.

Самарскому заводу также пришлось развивать производство сверх возможных пределов. Работа на заводе велась круглые сутки. Производственная площадь путем возведения новых построек была увеличена в полтора раза по сравнению с довоенной. С началом войны завод приступил к самому интенсивному усилению оборудования путем приобретения его в России и главным образом за границей, а также путем реквизиции у частных русских заводов.

Производительность Самарского трубочного завода была значительно усилена во время войны и в конце 1916 г., достигнув максимума, превосходила довоенную продукцию 1913 г. — по изготовлению дистанционных трубок почти в 40 и по изготовлению капсюльных втулок почти в 28 раз.

Самарский трубочный завод изготовил в период войны 1914 — 1917 гг. почти 19 миллионов дистанционных трубок, т. е. немногим меньше Петроградского трубочного завода, около 19 миллионов капсюльных втулок, т. е. даже несколько больше Петроградского завода, но производство взрывателей на Самарском заводе во время войны не было установлено, как и некоторых других воспламеняющих приспособлений для сухопутной и морской артиллерии.

Заготовление дистанционных трубок производилось в довоенное время, кроме казенных Петроградского и Самарского трубочных заводов, только на одном частном заводе Барановского, который добился удовлетворительных результатов по изготовлению 34-сек. дистанционных трубок для шрапнелей горной артиллерии лишь на четвертом году работы.

Во время войны на заводе Барановского развивалось производство тех же 34-сек. трубок.

Не будем останавливаться на данных об изготовлении дистанционных трубок другими русскими заводами, привлеченными во [205] время войны. Диаграмма роста работы и суммарной производительности всех русских трубочных заводов в 1915—1916 гг. показана на рис. 12.

Взрыватели готовились в довоенное время на казенных заводах, не только на Петроградском трубочном, но и на оружейном Тульском и Сестрорецком. Вследствие дороговизны фугасных гранат они расходовались в мирное время в ограниченном количестве, [206] лишь на показные стрельбы, поэтому и расход взрывателей был ничтожный. Мобилизационная потребность в 800000 безопасных взрывателей 3ГТ для 76-мм пушек легко удовлетворялась казенными заводами, а потому частные заводы к изготовлению взрывателей в мирное время не привлекались.

Но когда во время войны стали усиленно требоваться фугасные гранаты, казенные заводы, несмотря на чрезвычайное развитие их производства, не смогли изготовлять взрыватели в необходимом огромном количестве; пришлось привлечь к этому делу много частных заводов и предприятий.

Производительность Тульского и Сестрорецкого оружейных заводов, изготовивших во время войны 1914—1917 гг. всего 3221800 взрывателей разных марок безопасного типа, настолько невелика по сравнению с числом взрывателей, изготовленных одним Петроградским трубочным заводом (см. выше), что целесообразнее было бы вовсе не занимать оружейные заводы производством взрывателей, которое все же неблагоприятно отражалось на основном ружейном производстве этих заводов.

Что же касается остальных заводов не артиллерийского ведомства, то этим заводам и организациям заказано было в 1915 — 1917 гг. свыше 41 миллиона взрывателей. До января 1916 г. изготовлено было всего лишь около 9 1/2 миллионов взрывателей, т. е. менее половины того количества, какое заводы обязались изготовить к этому сроку, причем заводы Русско-Балтийский, Невьянский и Шиманского не поставили ни одного взрывателя. На 1917 — 1918 гг. оставалось поставить около 33 миллионов взрывателей; нет определенных сведений, сколько именно в счет этого количества было поставлено, но едва ли более 10—15 миллионов.

Работа русских трубочных заводов по изготовлению взрывателей во время войны показана суммарно на рис. 12.

В сентябре 1915 г. ежемесячная потребность определялась в 725000 взрывателей к 76-мм гранатам, а рассчитывали получить всего 300000.

Еще хуже обстояло дело с взрывателями для 122-мм гаубичных бомб. Их требовалось осенью 1916 г. ежемесячно по 114000, а поступало лишь 43000 (28000 от казенных и 15000 от частных заводов).

Ввиду этого подготовительная комиссия по артиллерийским вопросам при особом совещании по обороне поручила в конце сентября 1916 г. ГАУ: усилить производство взрывателей на казенных заводах (хотя они работали уже на пределе); выяснить степень подготовки к производству взрывателей частных заводов, получивших заказы на взрыватели; увеличить заказы на взрыватели русским заводам, а также во Франции и Америке; обсудить по соглашению с морским ведомством предложение представителя этого министерства об установлении однообразного типа взрывателя для снарядов всех калибров, что значительно упростило бы [207] производство взрывателей{535}. Этот последний вопрос, однако, не получил практического осуществления во время войны.

Капсюльные втулки изготовлялись во время войны не только на двух казенных трубочных заводах, но и привлеченными к этому двенадцатью разными заводами и предприятиями.

Всего было заказано около 32 1/2 миллионов капсюльных втулок; в счет заказанных следовало поставить до января 1917 г. 8 1/2 миллионов, а поставлено было лишь около 5 1/2 миллионов, несмотря на то, что изготовление их не представляло технических трудностей. Остальные 27 миллионов капсюльных втулок русские заводы должны были изготовить в течение 1917 г., но сколько в действительности изготовили, определенных сведений не нашлось.

Заграничные заказы дистанционных трубок, взрывателей и капсюльных втулок. В первое время войны, когда стало уже ясно, что одни казенные трубочные заводы не смогут удовлетворить потребность в трубках и взрывателях и когда ГАУ не возлагало надежд на частное производство их в России, обратились к заграничному рынку.

Прежде всего еще в июле 1914 г. обратились к Японии, менее других обремененной войной, куда был командирован известный специалист, строитель и начальник Самарского трубочного завода генерал Гермониус, чтобы содействовать производству русских 22-сек. трубок в Осакском арсенале.

Затем с октября того же 1914 г. стали заказывать 22-сек. трубки в Англии, где во главе англо-русского Лондонского комитета был тот же Гермониус. Давали заказы и в Америку.

Однако заграничные заказы не оправдали надежд, так как были выполнены с большими опозданиями.

За границей заказывались дистанционные трубки, капсюльные втулки и взрыватели как в виде отдельных изделий, так и в составе целых 76-мм патронов, причем взрыватели заказывались русских образцов и только типа безопасных, изготовление которых вызывало немалые технические затруднения и у иностранных заводов.

Иностранным заводам всего было заказано 8 миллионов дистанционных трубок, около 6 миллионов взрывателей и 12 миллионов капсюльных втулок; в счет заказов до 1 января 1917 г. получено было около 20% трубок, до 25% взрывателей и около 50% капсюльных втулок. О поставке в 1917 г. определенных сведений не имеется.

Всего в период войны 1914—1917 гг. было заготовлено; дистанционных трубок 35333000, в том числе по заграничным заказам получено 8227000, или около 23%, остальные 77% изготовлены в России; взрывателей 48090000, в том числе получено из-за [208] границы 8400000, или около 18%, остальные 82% взрывателей изготовлены в России.

Таким образом, снабжение русской армии дистанционными трубками и взрывателями основывалось на русском производстве этих предметов, а в 1914 и 1915 гг. исключительно на нем и главным образом на производительности казенных Петроградского и Самарского трубочных заводов.