Зенитная артиллерия

В 1910 г., когда проводилась реорганизация русской армии и было составлено мобилизационное расписание, воздушный флот не представлял ничего угрожающего и об использовании артиллерии для борьбы с ним не думали.

К 1914 г. положение настолько изменилось, что приходилось уже серьезно думать о средствах борьбы с военно-воздушным флотом и с этой целью ввести на вооружение войск специальное зенитное орудие. Вместе с тем раздавались голоса некоторых авторитетных в то время артиллеристов, утверждавших, что нет надобности иметь особую зенитную артиллерию. Такое мнение возникло отчасти под влиянием французских тенденций, где большинство артиллеристов считало, что их 75-мм полевая пушка обр. 1897 г., «пригодная для решения всех задач», даст возможность сбивать летательные аппараты или по крайней мере воспрепятствует им производить наблюдение и разведку. Однако имелось в виду, что для попадания в быстро летящую цель необходимо орудие с большим вертикальным и горизонтальным обстрелом, более скорострельное и с большой начальной скоростью. Поэтому в программу усовершенствования 75-мм пушки обр. 1897 г., утвержденную военным министром Франции в 1912 г., было включено требование возможности стрелять из этой пушки по воздушным целям. Требование это было распространено на все полевые орудия, не исключая легких гаубиц. Но до августа. 1914 г. не было предложено ни одного удовлетворительного решения. Пушка же, сконструированная полковником Депором еще в 1909 г., с раздвижными станинами, большим углом горизонтального обстрела и вертикальным обстрелом от — 10° до + 50°, пригодная, по его заявлению, для зенитной стрельбы, не была принята.{183} Мастерские Пюто в 1907 г., т. е. раньше Депора, признали необходимым спроектировать специальный лафет для стрельбы по воздушным целям, а для перевозки орудия пользоваться автомобильной тягой, позволяющей компенсировать [134] недостаточное число зенитных орудий быстротой передвижения. Техникам Пюто удалось осуществить лишь в 1914 г. конструкцию 75-мм зенитной пушки, совершенство которой, по мнению французского генерала Эрра, «не было с тех пор превзойдено, ни даже достигнуто никаким другим французским и иностранным орудием». Но к началу войны в августе 1914 г. имелось лишь одно такое зенитное орудие.

В России тоже предполагали, что по летательным аппаратам можно стрелять успешно из полевой 76-мм пушки. В лекциях по артиллерии, читанных в Академии генерального штаба, высказывалось, между прочим, следующее мнение: «Нельзя прежде всего согласиться, что для борьбы с воздушными целями необходимы специальные орудия с большим вертикальным обстрелом и большой подвижностью. Даже при том скромном предельном угле возвышения, который принят для 3-дм. пушки обр. 1902 г. (16°), и предельной дальности шрапнели (5 верст) цель, движущаяся на высоте 1 версты, будет находиться в сфере поражения 2,5 версты. А разве можно рассчитывать, чтобы не только современные, но и воздушные цели ближайшего будущего двигались свободно с надежными результатами наблюдения за противником выше 1 версты?».{184}

Артком ГАУ также недооценивал развитие военно-воздушного флота и не обратил должного внимания на проект специальной зенитной автомобильной пушки, предложенный офицером В. В. Тарновским.{185}

Тарновский вынужден был уступить свою идею Путиловскому заводу, на котором инженер артиллерийского отдела Лендер при участии Тарновского приступил к проектированию пушки в июне 1914 г., т. е. за несколько дней до начала войны. Через два месяца, в августе того же года, начались работы по изготовлению материальной части в мастерских завода, но, несмотря на чрезвычайную интенсивность работ, первые четыре пушки были изготовлены лишь в начале марта 1915 г. Тогда же было закончено формирование из них первой «автомобильной батареи для стрельбы по воздушному флоту», повеление о формировании которой состоялось 5 октября 1914 г.

Таким образом, к началу мировой войны русская армия не имела ни одного орудия, специально сконструированного для стрельбы по воздушным целям.

В Германии в части создания орудий для противосамолетной борьбы, начиная с 1907 г., производились опыты по двум направлениям:

а) изготовление орудий, пригодных для решения задач полевой пушки с одновременной возможностью обстрела воздушных целей; [135]

б) изготовления специальных систем орудий, предназначенных только для обстрела воздушных целей.

В результате было отдано предпочтение специальному зенитному орудию на автомобильной установке, которому предъявлялись в довоенное время следующие требования.

«Наряду с большим углом возвышения, от полевого орудия, предназначенного для борьбы с самолетами, надо прежде всего требовать быстроты подготовки для открытия огня во все стороны, особенно легкого изменения вертикального и горизонтального положения ствола орудия усилиями одного лишь наводчика, причем необходима такая устойчивость орудия и такое устройство прицельных приспособлений и затвора, чтобы наводчик мог длительно следить за движением цели даже во время стрельбы и производить выстрел в момент, когда он правильно уловит цель».

Тем не менее война застала и германскую зенитную артиллерию в стадии разработки и испытания. До мировой войны в Германии насчитывалось лишь 18 специальных зенитных орудий.

В германской армии производились испытания нескольких образцов зенитных орудий, причем все образцы имели повышенную начальную скорость и облегченный снаряд по сравнение со снарядом полевой пушки того же калибра, и во всех системах был достигнут круговой горизонтальный обстрел и вертикальный обстрел до +75°.

Во время войны военная авиация развивалась очень быстро. Самолеты, служившие в начале войны лишь для разведки и отчасти для корректирования стрельбы артиллерии, стали приспосабливать к бомбометанию и пулеметному обстрелу наземных целей. Создалась такая угроза с воздуха, с которой необходимо было считаться.

Россия, как и другие государства, принимавшие участие в первой мировой войне, оказалась неподготовленной к борьбе с новым воздушным врагом. Уже с самого начала войны стали изыскивать средства артиллерийской борьбы с воздушным противником. Но Россия в отношении этой борьбы отставала до конца войны и от своих союзников, и от врагов.

В первое время на фронте действующей русской армии пытались обстреливать самолеты из полевых 76-мм пушек, подкапывая хоботы лафетов для увеличения угла возвышения хотя бы до 30°. Стрельбу из неприспособленных 76-мм пушек вели в течение всего первого года войны, если не дольше, несмотря на большой расход снарядов и безрезультатность стрельбы, которая стала ясной в связи с увеличением высоты и скорости полета самолетов.

Между тем необходимость защиты от нападения с воздуха некоторых городов, стратегических пунктов, войск и войсковых тылов непрерывно возрастала, а с весны 1915 г. нужда в зенитной артиллерии крайне обострилась. [136]

Заказанные в августе 1914 г. Путиловскому заводу первые 12 зенитных 76-мм пушек обр. 1914 г. системы Лендера и Тарновского были изготовлены, как говорилось выше, лишь в марте 1915 г. В 1914 г. осенью были сформированы только три 4-орудийные батареи для стрельбы по воздушному флоту из морских 75-мм пушек в 50 калибров. Формирование этих батарей производилось в Кронштадте под непосредственным руководством коменданта крепости Маниковского, который включил их третьими батареями в дивизионы формируемого им же тяжелого пушечного полка (из береговых 254-мм пушек и 152-мм пушек Канэ), что упрощало организацию в смысле хозяйства. Командир этого полка 11 ноября 1914 г. донес дегенверху, который был инициатором формирования, что «с последним эшелоном батарей 75-мм противоаэропланных пушек отбыл из Петрограда» на фронт.{186}

За отсутствием специальных зенитных орудий оставались неудовлетворенными не только нужды фронта, но даже такие исключительные требования, как выяснившаяся в апреле 1915 г. необходимость иметь хотя бы две 4-орудийные батареи для охраны от воздушных нападений Царского Села (г. Пушкин) и ставки верховного главнокомандующего.

Невозможность быстрого изготовления зенитных орудий вынудила прибегнуть к устройству кустарных установок под 76-мм пушку, изготовлявшихся из разнообразного подручного материала даже средствами войсковых частей. С этих установок получалась возможность давать орудию довольно большой угол возвышения (до 50—60°) и круговой обстрел. Но установки упрощенных образцов имели много недостатков, и в общем стрельбу из орудий на таких установках по воздушным целям, имевшим уже и в то время скорость полета более 100 км/час, нельзя было считать удовлетворительной. Почти всю войну русской армии пришлось провести с ничтожным количеством специальных зенитных орудий.

Формирование батарей с 76-мм пушками на неподвижных позиционных установках для стрельбы по воздушным целям началось в апреле 1915 г., когда в Царском Селе (Пушкине) была сформирована получившая специальное назначение «Отдельная батарея для обороны царской резиденции от воздушных аппаратов». Батарея эта имела в своем составе 16 орудий на позиционных установках, в том числе: 12 полевых 76-мм пушек обр. 1900 и 1902 гг. и 4 зенитных 76-мм пушки обр. 1914 г.

Лишь в декабре 1915 г. последовал первый приказ ставки главковерха о сформировании для армии 1, 2, 3 и 4-й отдельных легких 4-орудийных батарей для стрельбы по зенитным целям с 76-мм пушками на неподвижных кустарных установках. На случай перемены позиции к ним придан был небольшой конский [137] состав и пароконные повозки. Перемещались эти батареи медленно, а для установки станков под орудия требовалось много времени. Неподвижные батареи, долго стоящие на одних и тех же огневых позициях, обнаруживались неприятельскими летчиками, фотографировались, а затем нередко подвергались бомбардировке и пулеметному обстрелу с самолетов. Зная расположение позиционных противовоздушных батарей, неприятельские летчики имели возможность так сообразовать свой полет, чтобы не подвергаться обстрелу или подходить с наименее уязвимой стороны, т. е. из-под солнца по отношению к батареям.

Для увеличения подвижности некоторые батареи были укомплектованы конским составом полностью для перевозки станков в полуразобранном виде на повозках или особой упряжкой для станков, приспособленных для перевозки в неразобранном виде, как, например, станки системы Иванова и Розенберга (см. ниже).

Никакой определенной системы и планомерности в организации и формированиях батарей для стрельбы по воздушному флоту не замечалось.

Большинство формирований батарей для стрельбы по воздушному флоту, вооруженных полевыми 76-мм пушками на кустарных установках, производилось распоряжениями фронтов и даже армий по мере возникновения потребностей, по самым разнообразным штатам, а то и вовсе без штата. Формирования эти обычно впоследствии подтверждались приказами ставки с утверждением штата, но не всегда, а потому до самого конца войны существовало немало нештатных батарей. Батареи были 4-орудийные, 2-орудийные или 6-орудийные,{187} а батарея офицерской артиллерийской школы для стрельбы по воздушному флоту имела на вооружении даже 12 орудий на позиционных установках (4 пушки обр. 1900 г., 4 пушки обр. 1902 г. и 4 зенитные пушки обр. 1914 г.). На Северном фронте три батареи (138, 139 и 140-я) были сведены в отдельный артиллерийский дивизион для стрельбы по воздушному флоту, но в декабре 1917 г. управление этого дивизиона было расформировано.

Большинство батарей для стрельбы по воздушному флоту имело на вооружении 76-мм полевые пушки обр. 1900 г., но были батареи и с 76-мм пушками обр. 1902 г., и с 75-мм морскими пушками в 50 калибров, и даже с поршневыми пушками обр. 1895 г. (вскоре после сформирования батарей замененными 76-мм пушками).

Много батарей для стрельбы по воздушному флоту была организовано путем переформирования ополченских батарей.

Всего было сформировано около 200 номерных 4-орудийных батарей для стрельбы по воздушному флоту с 76-мм пушками на разных неподвижных установках. Из них только четыре [138] батареи сформированы в 1915 г. (в 1914 г. не формировались), все же остальные были сформированы в 1916—1917 гг. после создания при ставке Упарта.

В конце 1915 г. были сформированы только две «автомобильные батареи для стрельбы по воздушному флоту». Формирование первой такой батареи производилось при офицерской артиллерийской школе. Батарея была вооружена четырьмя зенитными 76-мм пушками обр. 1914 г., установленными на специально приспособленных бронированных автомобилях; те же автомобили служили одновременно и зарядными ящиками (в каждом автомобиле помещалось по 64 патрона). Кроме того, в батарее состояло: 4 бронированных автомобиля — зарядных ящика, в каждом автомобиле возилось по 96 патронов и около 330 кг бензина и масла; 3 легковых автомобиля для офицеров и команды связи (остальные солдаты размещались: на орудийных автомобилях — по 6 орудийных номеров и по 2 шофера и на автомобилях-зарядных ящиках — по 3 солдата и по 2 шофера); 4 мотоциклета для разведчиков и 1 автомобиль — кухня-цейхгауз.

Бронировка автомобилей состояла из щитовой стали 3 1/2 мм толщины, предохраняющей шоферов, прислугу и жизненные части машины от шрапнельного и дальнего ружейного огня.

Командиром 1-й автомобильной батареи для стрельбы по воздушному флоту был назначен инициатор ее создания капитан Тарновский.

По поводу формирования этой батареи в докладе ГУГШ 128 сентября (11 октября) 1914 г. Военному совету говорилось, между прочим, что при стрельбе по воздушному флоту из зенитных пушек обр. 1914 г. «возможно достигнуть быстрых и положительных результатов, имея в виду, что по разработанной Тарковским новой теории стрельбы поражение летательных аппаратов происходит не разрывом отдельной шрапнели, а целой сферой разрывов от нескольких шрапнелей. Командование батареей на войне самим изобретателем даст ему возможность получить ценный материал для дальнейшего усовершенствования системы на основании боевого опыта».{188}

Батарея Тарковского находилась во время войны на Северном фронте в районе Двинск — Рига. Кадры для новых формирований автомобильных и других батарей для стрельбы по воздушному флоту по большей части обучались при 1-й батарее под руководством Тарковского.{189}

Всего за время войны было сформировано лишь девять автомобильных зенитных батарей. Между тем к концу декабря 1916 г. минимальная потребность в зенитных батареях определялась Упартом так: на каждый корпус по одной 4-орудийной зенитной батарее; сверх того, для каждой армии — по три и для каждого фронта по четыре таких батареи. Всего требовалось 146 зенитных батарей с 584 орудиями. [139]

Таблица 13. Формирование батарей для стрельбы по воздушному флоту в 1914—1917 гг.

Название батарей	Число батарей	Число и образцы орудий
		76-мм полевые пушки		76-мм зенитные пушки обр. 1914 г.	75-мм пушки в 50 калибров
		обр. 1900 г.	обр. 1902 г.
1914 г.{190}
1, 2 и 3-я противосамолетные батареи		—	—	—	2
1915 г.{191}
Отдельная батарея для обороны царской резиденции от воздушных аппаратов{192}	1	12		4	—
1, 2-я и отдельная автомобильные батареи для стрельбы по воздушному флоту	2	—	—	8	—
1, 2, 3 и 4-я отдельные легкие 4-орудийные батареи для стрельбы по воздушному флоту	4	16	—	—	—
1916 г.{193}
5—18, 22, 23, 24 и 26-я отдельные легкие батареи для стрельбы по воздушному флоту	18	72	—	—	—
19, 20, 27 — 84-я позиционные легкие 4-орудийные батареи для стрельбы по воздушному флоту	60	240	—	—	—
3 — 7-я отдельные автомобильные батареи для стрельбы по воздушному флоту	5	—	—	20	—
1, 2 и 3-я отдельные бронированные 4-орудийные батареи для стрельбы по воздушному флоту	3	—	—	—	12
4-я противосамолетная батарея	1				4
Автомобильная отдельная команда для стрельбы по воздушному флоту{194}	1/4	—	—	—	1 [140]
Батальон Петроградской крепостной артиллерии для обороны столицы от воздушного флота	—	—	—	—	—
1917 г.{195}
126—144, 167, 169-193, 196 — 203-я отдельные легкие батареи для стрельбы по воздушному флоту{196}	53	120	92	—	—
85—125, 145 — 163-я позиционные легкие 4-орудийные батареи для стрельбы по воздушному флоту	60	240		—	—
8-я и 9-я автомобильные батареи для стрельбы по воздушном флоту	2	—	—	8	—
1 — 10-я железнодорожные 2-орудийные батареи для стрельбы по воздушному флоту	10	—	—	20	—
Кавказские две позиционные 4-орудийные и тринадцать позиционных 2-орудийных батарей для стрельбы по воздушному флоту	15	34	—	—	—
Отдельная 75-мм батарея для стрельбы по воздушному флоту	1	—	—	—	—
164, 165 и 166-я Свеаборгские 4-орудийные батареи для стрельбы по воздушному флоту	3	12	—	—	—
68-я Черноморская батарея для стрельбы по воздушному флоту	1	4	—	—	—
Ботническая позиционная батарея для стрельбы по воздушному флоту	1	4	—	—	[141]
1, 2 и 3-я отдельные ездящие батареи для стрельбы по воздушному флоту {197}	3	—	—	12	—
Батарея офицерской артиллерийской школы для стрельбы по воздушному флоту{198}	1	8	4	4	—
Всего в 1914—1917 гг.	247 1/4	762	96	76	33

Из табл. 13 видно, что всего за время войны было сформировано 247 1/4 батарей для стрельбы по воздушному флоту, на вооружении которых состояло 967 пушек разных образцов, из них зенитных 76-мм пушек обр. 1914 г. было только 76, одна автомобильная зенитная французская 75-мм пушка с командой, присланной на русский фронт из французской армии, и 32 морских 75-мм пушки в 50 калибров, приспособленных для зенитной стрельбы. Из 76 зенитных пушек обр. 1914 г. поставлено было на автомобили лишь 36 пушек (9 батарей), 20 пушек были назначены на вооружение десяти железнодорожных 2-орудийных батарей, которые стали сформировываться уже в 1917 г. (в том числе так называемый «стальной дивизион Путиловского завода»). Причем 6, 7 и 8-я железнодорожные батареи для стрельбы по воздушному флоту были готовы [142] к отправке на фронт лишь 27 ноября (10 декабря) 1917 г., а приказ ставки о сформировании 9-й и 10-й таких же батарей состоялся лишь 2 (15) декабря 1917 г., т. е. в то время, когда война на русском фронте фактически закончилась. Наконец, 12 зенитных пушек обр. 1914 г. были даны в октябре 1917 г. на вооружение 1, 2 и 3-й так называемых отдельных ездящих батарей для стрельбы по воздушному флоту. Орудия в этих батареях были поставлены на подвижные деревянные платформы.{199} По 4 зенитных 76-мм пушки на позиционных установках имели: батарея для обороны Царского Села (Пушкина) и батарея офицерской артиллерийской школы.

Таким образом, можно считать, и то с некоторой натяжкой, что во время войны русская армия имела на фронте не более 25 зенитных батарей с 70—75 специальными орудиями 76—75-мм калибра для стрельбы по воздушным целям, т. е. гораздо меньше того минимального числа зенитных батарей, какое считалось необходимым иметь (146 батарей с 584 орудиями).

Что же касается остальных 220 батарей для стрельбы по воздушному флоту с приспособленными полевыми 76-мм пушками обр. 1900 и 1902 гг. на неподвижных установках, то их нельзя считать «зенитными» вследствие малой эффективности стрельбы из этих пушек по быстро летящим целям.

Для того чтобы сбить один самолет германской и французской артиллерии, требовалось в среднем выпустить от 3000 до 11000 выстрелов даже при стрельбе из специальных зенитных орудий; при стрельбе из приспособленных орудий требовалось произвести выстрелов в 3—4 раза больше, т. е. в этом случае поражение быстро летящего самолета можно считать удачной случайностью.