Глава V. Реформация и контрреформация

Реформация и Контрреформация в равной степени представляют собой восстание

менее цивилизованных народов против интеллектуального господства Италии. В слу чае

Реформации восстание носило одновременно политический и теологический характер;

отвергался авторитет папы, и дань, которую он полу чал благодаря своей папской власти, в

его казну больше не поступала. В слу чае Контрреформации восстание было лишь против

интеллект у альной и нравственной свободы Италии эпохи Возрождения; власть папы не

у меньшалась, а увеличивалась, в то же время становилось очевидным, что его авторитет

несовместим с беспечной распу щенностью Борджа и Медичи. Гр у бо говоря, Реформация

была германской, Контрреформация – испанской; религиозные войны одновременно были и

войнами между Испанией и ее врагами, совпадая по времени с периодом, когда испанское

могущество было в расцвете. Отношение общественного мнения северных народов к Италии

эпохи Возрождения иллюстрируется английской пословицей того времени:

Италинизированный англичанин —

воплощенный дьявол.

Вспомним, сколько негодяев у Шекспира были итальянцами. Яго является, вероятно,

наиболее выдающимся примером, но еще более показательный пример – это Якимо в

«Цимбе-лине» , который сбивает с истинного пу ти добродетельного британца,

путешествующего по Италии, а сам приезжает в Англию, чтобы осу ществить свои коварные

замыслы над его ничего не подозревающими близкими. Нравственное возму щение

итальянцами было тесно связано с Реформацией, но, к сожалению, в Реформацию входило

также интеллект у альное отрицание всего того, что сделала Италия для цивилизации.

Тремя великими личностями Реформации и Контрреформации являются Лютер,

Кальвин и Лойола. Все трое в интеллект уальном отношении – представители средневековой

философии и в сравнении с итальянцами, которые непосредственно им предшествовали, и в

сравнении с такими людьми, как Эразм Роттердамский и Мор. Столетие, последовавшее за

началом Реформации, в философском отношении было бесплодным. Лютер и Кальвин

возвратились к св. Августину, сохранив, однако, только ту часть его у чения, которая связана

с отношением ду ши к Богу , а не ту часть, которая имеет отношение к церкви. Их теология

была направлена на подрыв власти церкви. Они у празднили чистилище, из которого можно

было освобождать ду ши у сопших при помощи месс. Они отвергали учение об

индульгенциях, от которого зависела большая часть папских доходов. Учением о

предопределении су дьбы ду ши после смерти была достигну та полная независимость от

действий ду ховенства. Эти нововведения, помогая борьбе с папой, мешали протестантской

церкви стать столь же могущественной в протестантских странах, какой была католическая

церковь в католических странах. Протестантские богословы были(по крайней мере вначале)

так же нетерпимы, как и католическое ду ховенство, но у них было меньше власти и поэтому

было меньше возможности приносить вред.

Почти с самого начала среди протестантов су ществовали разногласия относительно

Бертран Рассел: История западной философии 352

роли госу дарственной власти в делах религии. Лютер желал бы повсюду , где государи были

протестантами, признать их главами церкви в своих странах. В Англии Генрих VIII и

Елизавета упорно настаивали на своем праве быть главой церкви; так же посту пали

протестантские госу дари в Германии, Скандинавии и в Голландии, после отпадения ее от

Испании. Это у силило уже существовавшую тенденцию к увеличению власти королей.

Но те протестанты, которые серьезно относились к индивиду алистическим аспектам

Реформации, не хотели бы подчиняться королю в той же степени, как и папе. Анабаптисты в

Германии были подавлены, но их у чение проникло в Голландию и Англию. Конфликт между

Кромвелем и Долгим Парламентом имел много сторон; в теологическом отношении он

частично был конфликтом между теми, кто отвергал, и теми, кто разделял взгляд, что решать

религиозные вопросы должно госу дарство. Постепенно у сталость, явившаяся следствием

религиозных войн, привела к возрастанию веротерпимости, что и было одним из источников

направления, развившегося впоследствии в либерализм XVIII-XIX веков.

Успех протестантов, вначале у дивительно быстрый, был приостановлен главным

образом таким противодейству ющим фактором, как создание Лойолой ордена иезу итов;

Лойола был солдатом, и его орден был устроен по военному образцу: в ордене должно было

существовать непререкаемое послу шание генералу и каждый иезу ит должен был считать

себя у частником войны против ереси. Еще во времена Тридентского собора иезу иты

приобрели большое влияние. Они были дисциплинированными, способными, глу боко

преданными своему делу и у мелыми пропагандистами. Их богословское у чение было

противоположно у чению протестантов. Они отвергали те части у чения св. Авгу стина,

которые подчеркивали протестанты. Они верили в свободу воли и высту пали против у чения

о предопределении су дьбы. Спасение достигалось не одной лишь верой, но верой и

деятельностью в их соединении. Иезу иты приобрели престиж своим миссионерским

рвением, особенно на Дальнем Востоке. Они стали популярны в качестве исповедников,

потому что(если верить Паскалю) они были более снисходительны ко всему, кроме ереси,

чем другие ду ховные лица. Они сконцентрировали свое внимание на образовании и, таким

образом, приобрели глубокое влияние на у мы молодежи. Образование, которое они давали,

когда ему не мешало богословие, было наилучшим из всего, что тогда су ществовало; мы

видим, что они обу чили Декарта математике лу чше, чем он мог бы нау читься ей где-либо

еще. Политически они были единственной объединенной дисциплинированной

организацией, не отсту пающей ни перед какими опасностями и тр у дностями; они у беждали

католических госу дарей не останавливаться перед казнями и, следуя по пятам карательной

испанской армии, восстановили террор инквизиции даже в Италии, в которой почти столетие

существовало свободомыслие.

Последствия Реформации и Контрреформации в интеллект уальной сфере сначала в

целом были неблагоприятны, но в конечном счете оказались благотворны. Тридцатилетняя

война у бедила каждого, что ни протестантов, ни католиков полностью победить нельзя,

поэтому появилась необходимость отбросить средневековую надежду создать единство

веры, а это у величило свободу людей самостоятельно ду мать даже о самых

фу ндаментальных вопросах. Различие между вероу чениями в разных странах дало

возможность избегать преследований, живя за границей. Отвращение к религиозным войнам

привело к тому, что внимание наиболее способных людей все больше привлекали светские

знания, особенно математика и естественные нау ки. Это одна из причин, объясняющих тот

факт, что в то время, как XVI век после возвышения Лютера ничего не дал в философском

отношении, XVII век породил величайшие имена и был отмечен самым выдающимся со

времен греков прогрессом. Этот прогресс начался в естественных науках, о чем я поведу

речь в следу ющей главе.