Глава III государю весьма важно знать науки

Если слово «государь» (principis) происходит, очевидно, от того, что среди других он занимает главное положение, то он должен тщательнейшим образом следить за тем, чтобы быть достойным такого имени. /.../

/.../ Поскольку знание наук приобретается только огромной затратой времени и труда, то государю следует полностью избавиться от всякой косности ума и тела, чтобы достигнуть той крутой вершины добродетели и мудрости, путь к которой лежит только через прилежание и труд. /.../ И хотя корни ученья горьки, плоды его, однако, сладки. Это знают все, кто, будучи обучен свободным наукам, испытывает от этого чувство большого наслаждения. /.../

/.../ В повседневной жизни людей есть многое такое, что можно сделать только при большой проницательности ума и мудрой рассудительности. Но если кто-либо думает, что все эти качества можно приобрести без науки, то он сильно ошибается.

И прежде всего то, что скрыто природой, что не дано всякому человеческому уму, укрывалось бы в вечной темноте, если бы не было обнаружено светочем науки и с ее помощью не стало бы известно людям.

Ну, а что уж сказать о делах политики и тех вещах, которые относятся к сфере управления гражданским обществом? Ведь что предписывали ученейшие философы, объясняют и обращают во общую пользу только ученые умы. Да и саму сложную цепь всех добродетелей, которые относятся прежде всего к культуре и полной гуманности человеческого разума, подобающим образом изучают только люди, вооруженные свободным знанием. Они же соответственно используют их для того, чтобы вывести людей из их животного состояния на путь всяческой цивилизации. Также и предписания законов и древние установления мудрецов, изобретенные для того, чтобы сдерживать вредные страсти и безумные стремления людей, сохраняются только благодаря письменности и могут быть изучены, если затрачен большой, не знающий отдыха труд. /.../

/.../ Не без причины также и Платон считал некогда счастливыми те государства, которыми начинают управлять или ученые, или мудрецы, или же те, кто, начав править, все свои стремления и усилия прилагают к тому, чтобы овладеть наукой и мудростью². В самом деле, разве есть, я спрашиваю, в государстве хоть какая сфера, в которой можно было бы управлять без большого знания и опыта?

Без помощи наук невозможно достичь и красноречия, которое имеет большое значение в руководстве людскими делами. /.../

/.../ Именно вся деятельность, весь круг обязанностей государей и сводится прежде всего к тому; чтобы нести благополучие гражданам, способствовать благосостоянию людей. И в этом их истинная слава. /.../

Глава IV

О БРАКЕ ГОСУДАРЯ, О СУПРУЖЕСКОЙ ВЕРНОСТИ И ЦЕЛОМУДРИИ ЖЕНЫ

Священное писание говорит, что в любом сословии людей брак должен уважаться, а брачная жизнь должна быть незапятнанной, и оно грозит страшным судом всем развратникам и прелюбодеям. Поэтому государю, связанному священными узами супружества, ничто так не подобает, как вести безупречный образ жизни. /.../

Глава V

ГОСУДАРЮ БОЛЬШЕ ВСЕГО НУЖНА СПРАВЕДЛИВОСТЬ — САМАЯ ПРЕКРАСНАЯ ИЗ ВСЕХ ДОБРОДЕТЕЛЕЙ

Во всех своих действиях государь должен поступать так, чтобы вся его жизнь представляла собой изящную гармонию добродетелей. И мне кажется, что справедливости здесь принадлежит первое место. Ведь того, кто наделен ею, именно поэтому и называют хорошим и порядочным человеком. Справедливость сводится главным образом к тому, чтобы никто не терпел вреда, но наоборот, тот, кто нуждается в помощи, быстро получал ее.

/..,/ Это человеческое общество, мир и спокойствие между людьми всех сословий будет сохранено максимально, если каждый получит возможность быть целым и невредимым, и счастье одних не будет строиться на несчастьи других ³. Ведь те, кто всячески стремится к накоплению богатств, кто тратит их на возведение дорогих строений или же шикарную жизнь со всеми удовольствиями и хвастливую манифестацию своей роскоши, не так уж легко могут удержаться от нанесения обиды и часто запускают жадные руки в имущество тех, кто им подчиняется. Жадность, которая стремится заполучить как можно больше, увлекает слепые человеческие умы на чужое добро и превращает то, что добыто трудом других, в свою собственность. Итак, человек, забыв о всякой человечности, вырождается в дикого зверя и свирепо рвет человеческое общество, в котором все взаимно связаны.

От такой чумы государю нужно быть как можно дальше. И он должен не только удерживать себя от нанесения обиды другим, но также сдерживать алчность своих прокураторов, которые ведают его имуществом и ведут его дела. Ведь если тот, кто может, все же не препятствует совершению несправедливости, то он виноват в такой же степени, как если бы грабил имущество граждан и опустошал их богатства. /.../

/.../ Государю не подобает поддаваться чувству любви или ненависти к кому-либо, если нужно действовать быстро и настойчиво, чтобы защитить более слабых от несправедливости. /.../

/.../ Он должен сознавать, что рожден не для собственного блага. Все богатства, которыми он располагает, ему следует обращать на благо общества и государства.

Известны многие из всех веков, кто славится и ныне этими качествами справедливости. Ради благополучия отечества они жертвовали своим состоянием. Они считали, что их богатства не останутся нетронутыми, если будет утрачено государство. Цицерон вполне заслуженно называет глупым того, кто, потеряв государство, думает сохранить свои садки. Ведь только целостность государства обеспечивает целостность всего частного имущества. И если ты предал государственное, то ты ничего не сохранишь и своего.

"Цицерон считает, что самым мудрым и достойным большой 'похвалы является тот, кто ради блага родины, ради благополучия ;и процветания государства без колебаний идет навстречу и сознательно подвергает себя самому большому и самому опасному риску. Из всех связей ни одна не является столь близкой и дорогой, I чем связь с государством. Вот почему многие ради блага отчизны ¹ не останавливались даже перед тем, чтобы подвергнуть себя 'смертельной опасности⁴. /.../

/ Большой похвалы в справедливости достоин тот, кто хранит незыблемость установлений и законов отечества и, поскольку в них заложено благо государства, не позволяет никакому лиходею нарушать их. /.../

/.../ Но прежде всего следует охранять те законы, которые обеспечивают в государстве всеобщее спокойствие, скрепленное этими законами, словно нитями, и всеми одобренное ради того, чтобы каждый жил тихо и мирно, безо всякого страха перед опасностью. Ведь там, где отпущена узда для неистовства людей настолько, что одни безнаказанно совершают над другими все, что им вздумается, то это уже не государство, не общество, а шайка разбойников или какая-то живодерня, где каждый грызет каждого. /.../

/.../ Не меньше он должен заботиться и о том, чтобы среди людей соблюдалось доверие, которое некоторые мудрецы вполне правильно называли фундаментом справедливости. Никогда не сможет утвердиться прочный мир и прочное общество среди тех людей, которые не соблюдают постоянства в своих словах и делах и, проворно работая языком, нисколько не заботятся о том, что к нему нужно присоединить еще и доверие⁵. /.../