Юсуф бин хасан

Когда в 1498 г. корабли Васко да Гама вошли в Индийский океан, он уже давно был ареной оживленных международных связей. Индийские, китайские, арабские купцы хорошо знали пути из своих портов в города Восточной Африки. Недаром и самого знаменитого флотоводца из Малинди на берегу совре­менной Кении в индийский порт Каликут провел местный лоц­ман, впоследствии горько пожалевший об этом.

Немало доказательств этих связей собрали историки раз­ных стран — здесь и письменные свидетельства как чужезем­цев, так и местных хроник, археологи­ческие находки, сти­ли ремесленных из­делий, есть и лингви­стические «следы» (особенно в языке суахили). Античные источники рассказы­вают, что купцы вез­ли ткани, посуду, пряности, «сакхари» (тростниковый са­хар), индийские жемчужины. В Ин­дию ездили паломники, желающие познакомиться с индийскими религиозно-фи­лософскими учениями, прослеживаются связи христианства с буддизмом и индуизмом. Со времен античности ведет свое начало и торговля с Китаем. Шелк — «паутина страны серов» — был известен в древности в Северо-Восточной Афри­ке, а в Китае появлялись страусы, топазы с островов Красно­го моря, изумруды из Судана и т. д.

Античные сведения продолжаются рассказами средневеко­вых авторов. В это время торговые пути смещаются на юг, на побережье современных Кении и Танзании. Так, аль-Идриси (XII в.) пишет, что из Малинди железо идет в Индию, «где оно продается за большие деньги, ибо пользуется большим спросом и составляет предмет многочисленных торговых сделок». Не­мало сведений о торговле и обмене посольствами сохранилось в китайских средневековых документах. Флотилия Чжен Хэ по­бывала в начале XV в. у берегов Восточной Африки.

Сведения письменных источников подтверждает и архео­логия. Кушанские монеты в Эфиопии, печать и остраконы с письмом брахми и т. д. говорят о связях с Индией. А извест­ный английский африканист М. Уилер говорил даже, что ис­тория Восточной Африки написана на китайском фарфоре — так много осколков его обнаружено в самых разных районах этого региона.

Однако ко времени появления португальцев единственный боеспособный флот — китайский — уже ушел из Индийского океана. Легкие, главным образом торговые, суда арабов, более приспособленные для каботажного плавания, не могли создать для них серьезной угрозы. Тем не менее португальцы застали здесь процветающие города, жившие торговлей с Востоком. Барбоша писал в 1501 г., что жители Малинди живут в камен­ных домах, «среди них есть и черные, и белые. Все они великие менялы, торгуют тканями, слоновой костью и жемчугом... В это райское место каждый год приходит великое множество кораб­лей, груженных товарами».

Суахилийцы так описывали эти города в «утенди» — сред­невековых поэтических рассказах.

В золоченые дома

Никогда не входит тьма,

Как служанка, жизнь сама

Их заботой окружила.

В доме жемчуг и фарфор,

И хрусталь ласкает взор,

Всюду выстелен ковер,

Где нога бы ни ступила.

А взгляни на кладку стен —

Всюду тисс или эбен —

Остальное прах и тлен —

Здесь забота уложила.

Свет на время забытья

Приглушает кисея.

Воздух дымная струя

Ароматом напоила.

Смех в гареме день-деньской,

Разговоры на мужской

Половине, а в людской

Мрак рассеялся постылый.

Угощенье за столом,

Умащенъе перед сном,

И под пенье за окном

Легкий танец девы милой.

На подушках — бахрома,

И тисненье, и тесьма,

Их искусная весьма

Мастера рука расшила.

Долгое время создание их приписывали пришельцам-арабам. На деле они (и это подтверждается археологическими данны­ми) уже существовали задолго до появления здесь арабских тор­говцев. Пришельцы, безусловно, оказали большое влияние на жизнь жителей. Многие из них приняли ислам, заимствовали арабскую лексику, но при этом остались африканцами, сохра­нив до наших дней традиционную культуру.

Португальцы закрепились на побережье. Вначале они исполь­зовали города побережья как пункты для пополнения запасов воды и продовольствия на пути в Индию, где в Гоа сложился центр португальской колониальной империи. Однако вскоре они увидели бо­гатые возможности торговли. В городах сосредоточивались това­ры, привезенные как с востока, так и из внутренних областей. Запасы золота, серебра, слоновой кости были столь велики, по рассказам очевидцев, что их невозможно было сразу вывезти. По всему побережью, от Мозамбика на юге и до Момбасы и Малипдн на севере, португальцы разместили свои гарнизоны.

Безоглядный грабеж приводил ко всевозрастающему сопротив­лению населения, временами перераставшему в крупные восста­ния. В XVI в. только в Момбасе их прошло несколько — в 1505, 1528, 1589 гг., последнее — в 1592 г. было жестоко подавлено: город был практически разрушен, в нем построен форт Жезус (сохранившийся до наших дней), где остался португальский гарни­зон. Здесь же была основана таможня, взимавшая пошлины в пользу португальцев со всех судов, входивших в гавань, и со всех товаров, идущих как с моря, так и из внутренних областей.

Недовольство копилось и в среде простого люда, и в купе­ческой верхушке, и среди знати Малинди и Момбасы. Султаны Малинди требовали большей доли в доходах от торговли и офи­циального признания их не подданными, а союзниками Порту­галии. Выразителем этих требований стал султан Малинди Хасан бин Ахмед. Вызванный в 1614 г. в резиденцию вице-короля «обеих Индий» (так назывались португальские владения в Азии и Африке) в Гоа, он отказался покинуть континент, бежал из Малинди в глубь страны, был настигнут и убит по приказу пор­тугальских властей.

В 1623 г. из Гоа вернулся его сын Юсуф ибн Хасан. Он в детстве был крещен под именем Жерониму Чингулия, учился у монахов-августинцев, даже служил во флоте португальцев. В Гоа он женился на португалке. По возвращении в Африку пор­тугальцы поставили его во главе Момбасы. Однако он вскоре разочаровался в культуре европейцев, близко увидев их алчность, корысть, презрение к местным жителям. Эти чувства обостряли память о насильственной смерти отца. Узнав об этом от на­дежных соглядатаев, португальские власти решили отправить его в Гоа, чтобы выдать инквизиции как вероотступника — ведь он отрекся от прежних друзей и покровителей и вновь начал исполнять мусульманские обычаи. Но Юсуф бин Хасан сумел их опередить и 15 августа 1631 г. поднял народ на антипорту­гальское восстание. В свидетельстве очевидца записано: «Ко­роль (так португальцы именовали султана. — Э. Л.) послал сказать коменданту крепости Педру Лейтапу де Гамбоа, что желает нанести ему визит. Он пришел, и комендант в соответ­ствии с приказом Его Величества вручил ему ключи от крепо­сти... Король схватил нож и напал на старого и невинного капи­тана и, не дав ему времени опомниться, перерезал ему горло. Сторонники короля ворвались в ворота крепости и убили всех находившихся в ней португальцев». Триста его сторонников пе­ребили гарнизон города.

Он обратился ко всем городам побережья с призывом при­соединиться к движению. Хотя и не все, но откликнулись на его призыв, особенно жители Пембы и Малинди, а также соседние племена. Его «очень уважали туземцы» — признавали совре­менники-португальцы. Успешному ходу восстания помогло то, что к этому времени власть португальцев в акватории Индий­ского океана ослабла, они уже были изгнаны из оманских и иранских владений Персидского залива.

Юсуф бин Хасаи объявил движение «джихадом», священной войной мусульман, но, как писал российский исследователь А. М. Хазанов, «религиозная форма борьбы наполнялась совер­шенно определенным социально-политическим содержанием. Это подтверждается, в частности, тем, что под знаменем "джи­хада" выступили многие немусульманские и даже исповедую­щие христианство африканские вожди».

На подавление восстания был послан флот из 18 судов и ар­мия из 800 солдат-португальцев. Высадка в январе 1632 г. и по­пытка захватить город, который защищали 200 воинов Юсуфа бин Хасаиа и 200 — миджекенда (племени, пришедшего па по­мощь горожанам), окончились неудачей. Понеся большие потери, флот был вынужден снять осаду и уйти, так как к тому же приближался сезон муссонов.

Юсуф бин Хасан, реально оценивая резервы противника, по­нимал безуспешность дальнейшей войны и, использовав брошен­ные португальцами корабли, решил 16 мая 1632 г. отправиться за помощью в Мекку или Турцию. В других частях побережья движение продолжалось. Так, только в 1636 г. удалось подавить восста­ние на Пембе. А в 1638 г. погиб и Юсуф бин Хасан во время пи­ратского нападения на его корабль у входа в Красное море.

Момбаса потеряла даже видимость независимости, но спо­койнее португальцам не стало. Хронисты писали: «С приходом каждого северо-восточного муссона гарнизон с беспокойством смотрел в сторону Мекки». И на Пембе еще неоднократно вос­ставал народ с оружием в руках. Особенно крупными были вос­стания 1646г., когда беспрерывно шли сражения «32 дня и 32 ночи», а через несколько лет — еще в течение двух месяцев. А в 1686 г. с Пембы были вынуждены бежать все португальцы и даже местная правительница-христианка — их ставленница.

Другим центром сопротивления стал город Пате (в 1637, 1660, 1678, 1686 гг.). Нахабанская династия этого города с боль­шим или меньшим успехом объединяла и другие города, а в 1650 г. восстаниями было охвачено почти все побережье. В со­юзе с суахилийцами выступил султан Омана, и в 1637 г. Мом­баса несколько месяцев была в руках его воинов. На протяже­нии нескольких десятилетий еще вспыхивали такие очаги со­противления, то достигавшие временного успеха, то жестоко подавляемые, как в 1694 г. на Пембе.

Оманский флот из семи судов с тремя тысячами воинов в 1697 г. подошел к Момбасе, и после трех лет осады арабы зах­ватили город и порт. Одновременно войсками султана Омана были захвачены Килва и Пемба (на территории современной Танзании). Пришедшая на помощь португальская эскадра бес­славно вернулась в Гоа. Так закончилась эра господства порту­гальцев на суахилийском побережье. Лишь ненадолго, в 1727— 1729 гг., им удалось вернуть Момбасу, но новое восстание ме­стных жителей изгнало их уже окончательно.

Подробнее о времени, когда жили и действовали герои этой книги, можно почитать в монографиях:

Балезин А. С. У великих африканских озер. М., 1989.

Бартницкий А., Мантель-Нечко И. История Эфиопии. М., 1980.

Бондаренко Д. М. Доимперский Бенин. М., 2000.

История стран Азии и Африки в средние века. Т. I—П. М., 1987.

Кобищанов Ю. М. Аксум. М., 1980.

Кочакова Н. Б. Рождение африканской цивилизации. М., 1986.

Куббель Л. Е. Страна золота. М., 1970 (I изд.), 1990 (II изд.).

Орлова А. С., Львова Э. С. Страницы истории великой саван­ны. М., 1978.

Хазанов А. М. Экспансия Португалии в Африке и борьба аф­риканских народов за независимость в XVI—XVII вв. М., 1982.

Чернецов С. Б. Эфиопская феодальная монархия в XIII— XVI вв. М., 1982.

Чернецов С. Б. Эфиопская феодхчьная монархия в XVII в. М., 1990.