Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
O_V_Martyshin_Volny_Novgorod.doc
Скачиваний:
28
Добавлен:
01.05.2025
Размер:
2 Мб
Скачать
☆

2 См.: Костомаров н. И. Севернорусские народоправства... Т. I. С. 178.

265

цев, обессмертивших свои имена при защите республики. Походы Василия Темного и Ивана III продемонстриро­вали слабость новгородского войска.

_____ 9 __________

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ГОСУДАРСТВЕННОГО СТРОЯ

Государственный строй Новгородской республики — клубок противоречивых начал. Власть князя и власть народного собрания, влияние черных людей, составляв­ших большинство на вече, и привилегии боярства, само­управление центра и урезанные права провинций пере­плелись в Новгороде и составляют его неотъемлемые черты. При характеристике каждой из этих черт важно соблюсти меру и избежать преувеличения роли отдель­ных сторон новгородской государственности, не упустить из виду их взаимосвязи.

Так, называя Новгород республикой, мы должны помнить об ограниченном характере ее гражданства и учитывать, что в государственных делах не принимали даже формального участия жители всех волостей и при­городов. Таким образом, республиканское, применитель­но к главному городу и отчасти к пригородам, Новго­родское государство было вполне самодержавным по от­ношению не только к колониям, но и к землям, считав­шимся исконно новгородскими. И это соответствовало феодальному характеру государства, его главному анта­гонизму— между живущими в городах землевладельца­ми и эксплуатируемым крестьянством. Предоставив улицам и концам значительную самостоятельность и право выбора администрации, что позволяет говорить о началах самоуправления, Новгород выступает по отно­шению к пригородам и волостям как строго централизо­ванное государство, управлявшее провинциями через должностных лиц, назначаемых центром. В этом сказал­ся колониальный характер республики, послуживший одной из причин ее внутренней слабости.

Определить форму государства в Новгороде не так просто. До сих пор нет полной ясности в понимании ви­дов республиканского правления, но главная слож­ность — в приложении теоретических представлений к реальным явлениям, которым чужда стройность абст­рактных схем. Прежде чем предпринять попытку реше-

________________ 266 ________________

ния этой проблемы, обратимся к уже накопленному опыту.

Для дореволюционной русской литературы типичен взгляд на вечевые республики как форму демократии. В названии монографии Н. И. Костомарова «Северно-русские народоправства» он нашел полное выражение. Большой юридической строгости в подобных определе­ниях, характерных не только для буржуазно-либераль­ной, но и для дворянской историографии, обычно не было. Приведем оценку Н. М. Карамзина: «Так Новго­род покорился Иоанну, более шести веков слывя в Рос­сии и в Европе державою народною или республикою и действительно имея образ демократии; ибо вече граж­данское присваивало себе не только законодательную, но и высшую исполнительную власть; избирало, сменяло не только посадников, тысяцких, но и князей, ссылаясь на жалованную грамоту Ярослава Великого; давало им власть, но подчиняло ее своей верховной...»1 Что такое «народная держава», судить трудно, но что республика и демократия — не одно и то же, совершенно очевидно. Определение Новгорода как демократии у Карамзина тем более странно, что он считал вероятным, что «не все граждане могли судить на вечах, а только старейшие или нарочитые, бояре, воины, купцы»2. Заподозрить Ка­рамзина в незнании Платона, Аристотеля или Монтескье никак невозможно. Дело в известной условности, растя­жимости понятий, а главное, в том, что из самодержав­ного Санкт-Петербурга любая республика казалась де­мократией. И этой аберрации не избежало большинство дореволюционных историков и литераторов.

М. Н. Покровский вносит элементы историзма в оценку древнерусской государственности: «Древнерус­ские «республики» начали аристократией происхож­дения, а кончили аристократией капитала. Но в /про­межутке они прошли стадию, которую можно назвать демократической...» Период демократии он относит, видимо, к XII—XIII, а «аристократию капитала» — к XIV—XV вв.3. Он против одномерного определения политического строя Новгорода на протяжении пяти веков: «Спаивая рядом незаметных переходов патриар-