Исполнение решений

В исполнении постановлений судов, как и в вопросах явки к суду, новгородское право предоставляло сторо­нам возможность личной договоренности или догово­ренности с судом. Однако для этих целей назначался месячный срок. Если обязанный исполнением решения истец не вступил в течение месяца в переговоры с дру­гим истцом или судьей, заинтересованная сторона бра­ла на него приставов с веча, которые обеспечивали исполнение приговора. Если же истец хоронился от приставов, его казнили всем Великим Новгородом, т. е. предавали «потоку и разграблению»³.

¹ ГВН и П. С. 148.

2 Российское законодательство X—XX веков. Т. 1. С. 310.

3 Статья 34 Новгородской судной грамоты.

368

Новгородское судопроизводство отмечено дальнейшим развитием государственного начала в сравнении с Рус­ской Правдой. Сказалось оно уже не только в назна­чении взысканий в пользу государства за совершение преступлений, но и в установлении и быстром размно­жении судебных пошлин, и, главное, в принудительной доставке на суд и принудительном исполнении реше­ний по гражданским делам. Республика, очевидно, счи­тала любое нарушение права не совсем частным делом.

Наряду с расширением государственного вмеша­тельства в урегулирование конфликтов между граж­данами обращает на себя внимание, казалось бы, про­тивоположная тенденция — широкое участие сторон и представителей общества в процессе, некоторые гаран­тии от произвола, уважение к правам личности. Но и это течение явилось результатом того же кардиналь­ного явления — укрепления феодальной государствен­ности. Оно было вызвано развитием своеобразной рес­публиканской формы правления. Новгород дает нам республиканский вариант феодального судопроизвод­ства. Его особенности — выборность судей, участие в суде представителей сторон, декларативное равенство свободных граждан перед судом, отсутствие пыток, редкое употребление оков, гласность процесса, ограни­чение судебного произвола и мздоимства не только по­средством восклицаний типа «судом не мстити, не дру-жити, посулов не имати, дел не волочити», но и путем создания определенных правил судейского поведения и некоторой возможности надзора.

Важная черта новгородского процесса-г-состяза­тельность, соблюдаемая и в гражданских и в уголов­ных делах, наличие у сторон больших возможностей по отстаиванию своих интересов.

Все это мешало новгородскому суду сохранять ярко выраженный феодальный характер, проявлявший­ся и в классовом составе суда, и в наличии вотчинной юрисдикции, и в фактическом классовом неравенстве сторон перед судом в отношении уплаты штрафов, по­шлин, найма бойцов и т. д. Республика отказывалась от демократических начал процесса как раз там, где, по ви­димости, они должны были бы проявиться в наибольшей мере — в вечевом суде. «Процессы» над государственны­ми преступниками не давали обвиняемым никаких га­рантий. ________________ 369 ________________

24 Заказ 2695

Глава VII

ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ

УЧАСТИЯ

НОВГОРОДА

В МЕЖДУНАРОДНОМ

ОБЩЕНИИ¹

Среди государств феодально-раздробленной Руси Нов­город выделялся постоянными и разнообразными свя­зями с зарубежными странами, особенно во времена татарского ига, когда сохранившая независимость се­верная республика оказалась чуть ли не единственной представительницей всей Русской земли в традицион­ном общении с Западом. Активность этого взаимодей­ствия была вызвана не только географической бли­зостью, но и имела крепкие экономические корни. С глубокой древности Новгородская земля благодаря чрезвычайно удачному расположению и схождению торговых путей стала центром оживленной торговли, в которой приняли участие славяне местные и прибал­тийские, булгары, норманны. Именно эти места были северным пределом арабской торговли VI—VIII веков, связующим звеном между арабским торговым миром, охватывающим весь Восток, и Западной Европой.

С падением арабской торговли роль посредника в товарообмене между Востоком и Западом частично бы­ла воспринята новгородским купечеством, являвшимся в то же время поставщиком на европейский рынок русской продукции.

Первые контрагенты новгородцев на северо-запа­де— литовцы и варяги. Немцы вступают в операции с

¹ В настоящем разделе речь пойдет об отношениях Новгорода с европейскими странами. Его связям с русскими землями, т. е. глав­ным образом с землей князя, посаженного на новгородском столе, которые, на наш взгляд, нельзя считать вполне международно-пра­вовыми по причине связанности сторон властью единого князя, было уделено внимание в главе о государственном строе.

____________ 370 _______________

новгородским купечеством с XI века, но торговля с ними не была тогда ни обширной, ни организованной вследствие политической слабости немецких торговых городов, частых нападений на них воинственных сосе­дей и разгула пиратов в Балтийском море. В XII веке, с некоторой стабилизацией в отношениях между го­родами и государствами Балтийского побережья, с заключением союза между немцами и готами, возни­кает крупный торговый центр в городе Висби на остро­ве Готланд. Объединенное на Готланде северно-евро­пейское купечество уже в середине XII века имело з Новгороде свою контору — готский двор и вело с нов­городцами регулярный торговый обмен. Конкуренция немецких купцов с готскими, разгоревшаяся первона­чально в рамках купеческого союза в Висби, привела к обособлению организации (ганзы) немецких горо­дов под гегемонией Любека, открывшей свой немецкий двор в Новгороде, куда вскоре переместился центр русской торговли с Западом. В середине XIV века гот­ский двор был сдан внаем немецкому да так уже и не вернулся к самостоятельному функционированию.

В лице Ганзейского союза Новгород столкнулся с торговым партнером, сильным своей организован­ностью, монолитностью во внешних сношениях, уме­нием отстаивать общие интересы, единым руководст­вом, избалованным большими привилегиями в ряде ев­ропейских стран. Общение с таким партнером требо­вало бдительной охраны интересов республики, проду­манной законодательной разработки взаимных связей.

Сношения Новгорода с Западной Европой не исчер­пывались торгово-ремесленным обменом с ганзейскими городами. Они были омрачены территориальными при­тязаниями Швеции, Норвегии, Дании, рижского архи­епископа и ордена меченосцев на издавна колонизо­ванные новгородцами земли. Защита северных рубежей стонавшей под татарским ярмом Руси — историческая заслуга Новгородской республики перед русским наро­дом. Битвами с немецкими и шведскими захватчиками новгородцы вписали славные страницы в летопись по­бед русского оружия. Частые вооруженные конфликты не могли не сменяться периодами установления более или менее нормальных отношений между соседними державами. При этом новгородцы постоянно стреми­лись обеспечить .стабильное соблюдение договоров со своими воинственными соседями.

371

24"

Враждебность лифляндских немцев и шведов вно­сила осложнения и в новгородскую торговлю, которая не раз прекращалась или существенно ограничивалась по призывам католического духовенства и требованиям шведских королей, чтобы не усиливать их противника.

Не удивительно, что, находясь в столь сложных и многообразных сношениях с европейским миром и предпочитая отстаивать свои интересы не силой ору­жия, Новгород сыграл немалую роль в выработке норм средневекового международного права.

Европейская торговля новгородцев регулировалась двусторонними договорами между Ганзейским союзом и Новгородской республикой. Заключение торговых со­глашений от имени республики призвано было повы­сить авторитет новгородского купечества в делах с мно­гоопытным ганзейским блоком и предоставляло ган-зейцам необходимые гарантии безопасности.

Первые дошедшие до нас договоры Новгорода с Ганзой относятся к 1189—1199 годам¹ (договор содер­жит упоминание о более раннем соглашении), к 1262— 1263 годам и к 1269 году и являются наиболее богаты­ми новгородскими источниками норм международного права. Они выходят за рамки торговых отношений. По­следующие договоры носили более частный характер.

Для всех новгородско-ганзейских документов ха­рактерно строгое соблюдение равноправия сторон. Нов­городцы не признавали начал, противоположных прин­ципам русского права, которые иногда стремились провести ганзейцы².

¹ Е. А. Рыбина считает наиболее вероятной датой заключения этого договора 1191—1192 гг.//Новгородский исторический сборник 3(13). Ленинград, 1989. С. 48. Хронологию договоров (вопрос, в ряде случаев спорный) мы приводим по изданию «Грамоты Вели­кого Новгорода и Пскова», не входя в обсуждение предпринимав­шихся до и после этого издания попыток более точного установле­ния дат, не имеющих большого значения для наших целей.

² См.: Андреевский И. О договоре Новгорода с немецкими го­родами и Готландом. СПб., 1855. С. 13—15. В капитальной работе Н. А. Казаковой по отношениям Новгорода с Ливонией и Ганзой проводится мысль о неравноправных условиях торговли, которые были навязаны Новгороду северогерманскими партнерами, вос­пользовавшимися некоторым отставанием его экономического раз­вития в XII—XIII вв. Отсутствие морского торгового флота у Новгорода ставило ганзейЦев в более выгодное положение, но ни­какими юридическими привилегиями они не пользовались. Между тем дело подавалось так, будто с присоединением Новгорода к Москве началась борьба за изменение условий торговли, до того

________________ 372 ________________

Принцип охраны жизни и чести чужеземца наравне с коренными жителями, установленный в договорах с немцами, не был для Новгорода новинкой. Он зафикси­рован еще в Краткой редакции Русской Правды (ст.ст. 10, И)¹. В то же время, как отметил В. С. По­кровский, новгородско-ганзейские договоры отнюдь не противоречили и нормам, принятым в немецких и шведских городах, например «Доброставию» — древне­му Судебнику Готланда. Нормы договоров не были буквальным воспроизведением русского или немецкого права. Они — результат взаимного приспособления, со­гласования, компромисса, которые облагались взаим­ным стремлением к сотрудничеству и примерно одина­ковым уровнем социальной жизни и правосознания в Новгороде, шведских и немецких городах².

Главные условия договоров, касающиеся непосред­ственно торговой деятельности, заключались ibo взаим­ном открытии торговых путей, обеспечении их безопас­ности, определении пошлин и характера торговли³.

Купцам обеих сторон «ходить в миру без пакости» обоюдно, не будучи обижаемыми никем, — такова при­мерно была формула, обозначавшая в договорах сво­бодный торговый обмен. Для осуществления его в Нов­городе устанавливались торговые пути, находившиеся под государственной охраной, сначала — один, по Не­ве, а по договору 1301 года — три пути «горных» и один «в речках». Немецкие и готские гости делились на два поезда—летний и зимний. Безопасность летних купцов в дороге обеспечивалась безусловно. Если они

выгодных лишь контрагентам Новгорода (Казакова Н. А. Русско-ливонские и русско-ганзейские отношения: конец XIV — начало XVI в. Л., 1975. С. 113; Хорошкевич А. Л. История Великого Нов­города в трудах Н. А. Казаковой//Новгородский исторический сбор­ник 3(13). Л., 1989. С. 230). Как известно, эта борьба привела не к расцвету новгородской торговли, а к ее свертыванию и закрытию Немецкого двора. Вероятно, к выводам о неравноправии привела характерная для определенной эпохи идеализация централизаторской миссии Москвы и слишком однозначная оценка всех ее акций в соперничестве с Новгородом.